Глава 39. Подарок

Алекс

— Не отвлекаю?

Отрываю глаза от документов и встречаюсь с родным карим взглядом.

Моя Даша.

— Ты как тут? — выдыхаю в удивлении и делаю попытку подняться с кресла. Но моя девочка сама ко мне подходит, ставит передо мной на рабочий стол пакет и кладет свои мягкие ладошки на плечи, слегка сдавливая. Из моей груди вырывается тихий стон от прострелившего по всему телу тепла.

— Я определённо вечером заставлю сделать мне массаж, — бурчу, тая от ее нежного массирования затекших плеч и шеи.

— Думаю, будешь целый день голодный, принесла обед.

— Ты откуда? Из дома?

— Нет, в ресторан ездила.

Я замираю и поворачиваюсь к девушке лицом. Тяну за руки, вынуждая сесть ко мне на колени. Из головы абсолютно вылетает, что я вообще-то на работе и дверь не закрыта.

— Зачем?

— Встретилась с твоей матерью… — прошептала Даша, прикусывая губу.

— И? — подталкиваю я к продолжению. Посильнее обхватываю за тонкую талию и притягиваю к себе.

— Извинились друг перед другом. Поговорили, да даже слегка поплакали. Правда, потом посмеялись, у Валентины очень много твоих забавных детских фото и убийственных историй. Например, про гусеницу, — затараторила девчонка, еле сдерживая смех. — Это когда ты решил узнать…

— Все, все. Я понял. Можешь не продолжать! — замахал головой. Мамы, они такие, мамы! Все вложат, сдадут все твои детские оплошности с потрохами.

Даша засмеялась, удобно пристроила свои ладошки мне на щеки и хитро прищурилась.

— Ты тут вообще работаешь или отсыпаться в офис убегаешь? — прошептала так тихо, что если бы кто-нибудь в этот момент зашёл, не услышал.

— А ты, значит, решила проконтролировать, негодяйка… — тянусь я к манящим губам и с наслаждением припадаю в легком поцелуе, улавливая носом до ужаса знакомый аромат, — а еще мой шампунь воруешь.

— Это проблема, — машет она головой, дразня своими тонкими пальчиками, блуждающими по лицу. — Не хватает мне твоего аромата днем дома, приходится извращаться.

Боже, вот почему я потерял голову от этой девушки. Она же просто невероятная. Милая, нежная, и твою мать, такая горячая. И теперь моя. Только моя и на всю жизнь.

— Значит, вы с матерью помирились? — решаю вернуться в более безопасную тему, а то нам еще секса на рабочем столе не хватало. Работники тогда решат, что я конкретно двинулся. Хотя кого я обманываю, так оно и есть. На ней двинулся.

— Да, обнялись, расцеловали друг друга в обе щечки и пообещали стать друг другу лучшей невесткой и свекровью, — смеется любимая своим звонким смехом. — Я, кстати, с завтрашнего дня возвращаюсь в ресторан.

— Зачем?

— Буду и дальше вникать в азы. Или ты против? — девушка сразу встрепенулась и подобралась, — черт, Алекс, я ведь не подумала, что это твой ресторан. Если ты не хочешь, я найду другую работу.

— Я хочу, чтобы ты занималась тем, что тебе нравится, а не тем, чем вынуждена. И нет, я не против ресторана, но хочу, чтобы ты вернулась и к фотографии. Если тебе это еще интересно.

— Конечно, очень. Постепенно верну навыки, начну снова выставлять работы… сейчас просто до отъезда Лики и Валентины осталась неделька, не хочется их подводить.

— И до твоего дня рождения… — неожиданно вспоминаю я.

— Ты знаешь?

— Ну, естественно, — ухмыляюсь, соображая, куда я положил тот самый подарок. Купленный еще задолго до наших отношений. — Подожди.

Я поднимаюсь с места и выхожу в приемную.

— Надя, помнишь нам доставка приходила. Коробка. Я просил тебя ее приберечь до сентября.

— А это тот… — я предостерегающе поджимаю губы, чтобы, не дай бог, не испортить сюрприз. Секретарша кивает и поднимается из-за стола. Даша неуверенно мнется в кабинете, явно слышит весь разговор, но выйти не решается.

Надежда протягивает мне внушительных размеров фирменную коробку, в которой и прячется все эти месяцы так впечатлившая однажды Дарью вещь.

— Спасибо. Если что, меня пока ни для кого нет.

Я киваю и возвращаюсь к своей девочке. Закрываю за собой дверь и проворачиваю ключ в замке. Мало ли, не будем искушать судьбу.

— Что это? — улыбается Даша, скидывая куртку.

Я с наслаждением предвкушаю тот момент, когда она откроет этот пакет. Все-таки никогда мне не понять мужиков, которые не балуют любимых женщин. Я душу дьяволу готов продать, если за это моя Даша мне улыбнется и посмотрит сияющими от счастья глазами.

— Хотел подарить его на твой день, — подхожу к столу и устраиваю внушительный презент на рабочем столе. — Но планы немного поменялись…

— Почему поменялись? И когда ты успел купить мне подарок? — хитро улыбается лиса.

— Сначала открой, потом отвечу на все твои вопросы.

Аккуратно разворачиваю девушку к себе спиной, лицом к столу. Обхватываю за талию и жадно ловлю каждое плавное, грациозное движение ее рук. Сначала осторожное и неуверенное, когда пальчики потянулись к гигантскому банту, затем более смелое и нетерпеливое. Ощущаю, как под моей ладонью часто-часто бьется сердечко, а щечки уже красные. У нас было уже все, а она до сих пор иногда выбивает из колеи своим милым смущением.

Когда крышка коробки падает на стол, девушка замирает в моих руках. Секунда, две, три… Я уже начинаю беспокоиться. Может, не угадал, может, понял не так? Но я же помню, как горели глаза, когда она смотрела на него за стеклом витрины. Даша не двигается, и только учащенный пульс и тяжелое дыхание говорит о том, что она жива. Может, не узнала то платье из магазина? Все-таки прошло уже больше двух месяцев с того дня, когда мы искали Лисенку наряд на выпускной.

— Даша… — шепчу я, легко проводя по руке девушки и обхватываю ее ладонь, в пальчиках которой зажато платье. — Если не нравится, ты можешь…

— Когда? — наконец вдыхает она, хриплым, дрогнувшим голосом.

— Что когда? — я реально теряюсь и не понимаю, что происходит. Другой реакции я ожидал. Инесса бы уже давно с криками счастья на шею бросилась, подумалось мне. Но тут же себя отдергиваю, напоминая, что Даша совсем на нее не похожа.

— Когда ты его купил? — девушка наконец отмирает, и смело тянет за лиф платья, доставая переливающийся бархат из коробки.

— В тот же день… — отвечаю растерянно, и чисто рефлекторно.

Даша прижимает к себе искуснейшую работу портного и поворачивается в моих руках.

— Но мы же тогда не… — запинается на полуслове и тяжело вздыхает.

Все-таки я, наверное, глупый мудак. Потому что совсем не понимаю ее реакции. Нравится или нет?

— Сдаюсь, — машу я головой, — Даша я не пойму, тебе оно нравится или выберем что-то другое? Просто в тот день мне показалось…

Договорить я не успеваю. Пальчик ложится на мои губы, заставляя замолчать. Девушка расплывается в широкой улыбке, именно такой, какую я жаждал увидеть. Глаза заблестели от подступивших слез и всепоглощающего трепетного счастья. Даша уверенно машет головой и, придерживая платье одной рукой, другой обхватывает меня за шею и притягивает к себе, впиваясь в губы жадным поцелуем. Затыкая все мои опасения и переживания глубоко, на периферию сознания. Чувственные губы устраивают сладостную пытку. Язык девчонки дразнит, играет, заставляя сгорать от желания. Заводя и провоцируя. Кровь внутри закипает и уже шумит в ушах. Кроме ее горячего дыхания и соблазнительного тела для меня в этот момент уже ничего не существует. Дыхания становится отчаянно мало, легкие однозначно не справляются с таким напором второй половинки.

— Я не представляю, чем я тебя заслужила, — шепчет девушка, заглядывая мне в глаза.

— То, как сильно люблю, не могу передать словами, родной мой.

Не надо слов, по взгляду вижу.

Приподнялась на носочках и уткнулась лбом в мою шею. Слышу сдавленный всхлип и чувствую, как ладонь на моей спине сжимается в кулачок, комкая рубашку.

Моя.

Только моя девочка. Не отпущу и никогда не обижу. Сам себя удавлю, если хоть раз в жизни заставлю эти прекрасные глаза плакать из-за меня. Только если от счастья.

***

Даша

Просидев в кабинете Алекса почти полтора часа я, наконец, решаю сбежать.

— Поеду я. Погостила в вашем офисе, пора и честь знать.

— Наши двери для вас всегда открыты, — улыбается Алекс. Почему-то так не хочется уходить, а надо. Сколько можно отвлекать человека от работы. Да и коробку с платьем по-тихому утащу с собой, устрою сеанс самолюбования дома. Сердце щемит вновь от мысли о невероятно желанном и дорогом подарке. После такого кто-то если мне скажет, что мужчины по натуре своей существа невнимательные, скажу свое упрямое «фи» и гордо вскину подбородок. Потому что мой мужчина самый внимательный, самый нежный, самый лучший.

— До вечера, — вырываюсь из цепких мужских рук, накидываю на плечи куртку и озираюсь вокруг в поисках сумочки с телефоном.

— Может, еще пару минут, — засмеялся Алекс, — потом отпущу. Честно-честно!

— Правда, пора. Лисенка надо забрать из ресторана, она у Валентины осталась, и Даню из секции.

— Надо решить вопрос с транспортом твоим, — озадаченно чешет подбородок Алекс.

— Да я пешочком, где-то на метро, на такси, у меня масса вариантов транспортировки, — смеюсь, целуя небритую щеку мужчины.

— Подожди, — он останавливает меня, хватая за запястье и быстро шарит в ящиках рабочего стола. — Вот ключи. Все документы в бардачке, водительское с собой?

— Да, всегда с собой. Но я, правда, могу и своим ходом, не обязательно давать мне своего зверя.

— Ерунда, как-то я сразу об этом не подумал. Ты детей туда-сюда развозишь да целыми днями по рабочим делам в ресторане мотаешься, поверь, машина тебе нужней. Пока на моей, а в ближайшие дни придумаем что-нибудь с твоим личным транспортом, — уверенно кивает Алекс, отрезая возражения. Я вспоминаю свою беленькую Camry и вздыхаю. Действительно, пора бы пригнать ее ко мне в столицу. Чую я, надолго здесь задержусь. Теперь уже на всю жизнь.

— А ты как домой поедешь? Давай, я тогда тебя заберу.

— Я сегодня задержусь. Освобожусь не раньше десяти, поэтому не беспокойся. Водителя фирмы попрошу. В конце концов, кто-то же должен пользоваться служебным транспортом.

— Хорошо, буду ждать.

Александр улыбается, я пошловато подмигиваю любимому человеку и пячусь к двери.

— Ой, Даша-а-а-а… лучше иди, а то я сейчас передумаю тебя отпускать!

Смеюсь и скрываюсь за дверью.

На парковке с диким восторгом подхожу к внушительному черному Range Rover и c благоговейными трепетом устраиваюсь на водительском сидении. Кожаный салон пахнет Алексом, его дорогим парфюмом. С наслаждением провожу рукой по рулю, ощупываю каждую панельку и испытываю прилив адреналина. Вот машина-зверь! Когда-то я мечтала посидеть за рулем такой «девочки», а сейчас получила ее в свое пользование на весь день. Моему ликованию нет предела.

Телефон вибрирует, смотрю на экран и заливаюсь хохотом, когда читаю пришедшее от любимого сообщение:

«Не убейся там от счастья!»

***

Приезжаем с детьми домой и быстро рассредоточиваемся по квадратным метрам. Даня возбужден после тренировки, силы так и прут, поэтому мальчишка закрывается в комнате с боксерской грушей и самозабвенно колошматит несчастный спортинвентарь. Лизка садится в гостиной перед телеком смотреть как раз начавшуюся новую серию любимого мультика про принцесс. Я заношу свой драгоценный презент в спальню и не могу удержаться от примерки. Копошусь в ящичке в поисках подходящего нижнего белья, когда взгляд цепляется за давно забытую мной черную коробочку. Тот самый сексуальный комплект, который неожиданно попался мне на глаза в дорогом бутике, куда затащила меня Маруся. Александр только первый день был в городе, а подруга уже тогда шутила, намекая, что неплохо бы обратить на мужчину внимания. Тем самым подружка поселила в моей голове провокационную мысль: «я, он, ночь, комплектик». Тогда я все-таки купила его, еще особо и не зная, для чего и кому мне захотелось бы показаться в настолько откровенной вещице, но сейчас…

Сердце подскакивает, и меня бросает в жар от очень неприличных мыслей. Сейчас я уже знаю, кто и когда увидит на мне это сексуальное великолепие из кружев и шёлка. Осталось только уложить детей спать до прихода отца и устроить горячий сюрприз.

Задержка Алекса на работе играет мне на руку. Дети готовятся к учебному году и привыкают засыпать не позже десяти. Дверь в квартиру открывается примерно в одиннадцать. Ладошки потеют, когда я слышу на лестнице уверенные шаги мужчины. Отворачиваюсь от панорамного окна, за которым мелькают огни ночного города и смотрю на дверь спальни. Волны сладостной неги проносятся по телу в ожидании реакции мужчины.

Слышу, как открывается дверь в соседнюю спальню, видимо, Алекс заглянул к Лизке, чтобы поцеловать. Это тоже уже привычный вечерний ритуал.

Нащупываю подрагивающими пальцами краешек пояса шелкового халата и замираю.

Его шаги я узнаю из тысячи. И это не преувеличение и не шутка, просто так бывает. Когда ты буквально дышишь и живешь одним человеком, то впитываешь всего его до самых мелочей. Уверенная, легкая поступь мужских шагов останавливается рядом со входом в нашу спальню.

Ручка громко щелкает в ночной тишине. Дверь в спальню открывается, и в тот же момент я тяну податливую шёлковую ленточку, распахивая халат.

Как в замедленной съемке ткань струится по плечам и опадает мне под ноги черным облачком. Алекс замирает на пороге. Пробегает взглядом от ступней, вверх по ногам, затянутым в черные чулки, по бедрам, плоскому животику. Глаза округляются от удивления, и на какое-то мгновение мужчина перестает дышать. Жадно изучая меня взглядом. Испепеляя своими черными глазами тонкую тряпицу на груди. Пиджак из его рук падает.

— Говорю же, буду ждать… — шепчу я с придыханием, так как заведена уже до предела одной только его реакцией. Прикусываю губу, когда Алекс отмирает и дергает галстук на шее. Нехотя отрывает взгляд от тонкого лифа, сквозь который торчат возбужденные вершинки груди, и идет ко мне.

— Очень горячо… — хриплым голосом шепчет мужчина. Тянется к пуговицам на своей рубашке, но я перехватываю его руки. На мгновение сжимая в своих ладошках его ладони, целую в губы. Сама уже сдерживаясь из последних сил.

— Я сама хочу тебя раздеть, — шепчу в губы и начинаю расстегивать пуговка за пуговкой, медленно, дразня и распаляя нас еще больше. Пальчики покалывает от желания прикоснуться к голой груди мужчины. А внизу живота ноет подступившее желание.

— Ты сводишь меня с ума… — хрипло шепчет Алекс. Устраивая руки мне на талию и щекоча прикосновениями, подбирается к попе. Жадно сминает ягодицы и прижимает меня к себе. Ткань брюк запредельно сильно натянулась в районе паха и наглядно демонстрирует всю силу желания.

Наша молчаливая игра на грани продолжается. Я стягиваю с плеч мужчины белую рубашку и тянусь пальчиками к молнии брюк.

Алекс тяжело дышит, но взгляд не отводит, наблюдая за моими движениями и прижимая меня к себе.

— Если мы и дальше так продолжим, я взорвусь, — хрипло смеется он.

— Если шутишь, значит еще все не настолько плохо, — подмигиваю я, ловя его взгляд.

— Провокаторша…

— Любимый мужчина.

Алекс хватает меня за запястья, заводя руки за спину и целует. Впиваясь в губы, заставляя меня извиваться в его объятиях.

— Я хочу тебя… — рычит Александр. Разворачивает меня к себе спиной и прижимает грудью к окну.

— Грязно, — вылетает наигранное возмущение позой.

— Запас ванильного секса исчерпан, любимая, — рычит Алекс.

По характерным звукам слышу, что он быстро избавляется от одежды. Я упираюсь руками в стекло и отпячиваю попу, замирая в томительном ожидании.

Спина само собой выгибается, когда пальцы мужчины оттягивают резинку трусиков.

— Алекс! — вырывается из груди крик, когда одним сильным движением бедер он заполняет меня целиком. Сжимая рукой горло, начинает яростно двигаться, вышибая рваные вздохи из груди.

Идеально. Мы подходим друг другу идеально, и у меня не остается в этом сомнений. Понимаем друг друга с полуслова и полувзгляда.

Я кусаю губы, сдерживая себя. Но это чертовски тяжело, потому что его движения уносят на вершину блаженства. Его бедра с силой ударяются об меня. Мои ватные ноги подгибаются, а по телу прокатывается нега, когда я последний раз выкрикиваю его имя и мы одновременно достигаем разрядки. Замирая, пытаемся восстановить тяжелое дыхание. Алекс наваливается на меня, крепко держа в руках, не давая растечься маленькой лужицей у его ног. Утыкается носом мне в затылок и прижимает к холодному окну.

— Похоже, я отчаялся выспаться с тобой в одной кровати, — спустя время тихо смеется мужчина.

— Высыпаться мы можем только по разным квартирам, — улыбаюсь я, потому что нас двоих, как магнитом, тянет друг к другу.

Проверено вчера, когда он утопал на диван с пледом и подушкой. И вернулся ко мне в спальню уже через час. Я-то уснула крепким сном младенца, а вот мужчина мой проворочался в гостиной в одиночестве и, устав строить из себя праведника, вернулся.

— Нет уж, по разным квартирам не хочу, я лучше буду в офисе досыпать, — смеется Алекс.

Тяну руку и, проводя ладошкой по колючей щетине, притягиваю горячие губы к себе. Нежно целую, обещая тем самым, что сегодня больше приставать не буду.

Но это не точно.