Часть 81.

Мне стало ужасно страшно: мы здесь совсем одни, вокруг ни души. Ян ушёл…

В памяти сразу всплыли все просмотренные фильмы ужасов: маньяки с бензопилой, сумасшедшие, расчленяющие попавших в передрягу туристов и хранящие в банках с формальдегидом их бренные конечности.

Включила фонарь на айфоне, тщетно вылавливая в окне фигуру Яна. Вдруг дверь резко распахнулась, заставляя меня завизжать от животного ужаса.

Ян. Абсолютно мокрый, плюхнулся в кресло, смахивая с лица воду.

— Прям как будто обратно в девяностые попал.

— Что… что ты имеешь в виду?

Он протянул руку, и я посветила фонарём на его ладонь. Какие-то гвозди, колючки…

— Что это?

— Развёртывающиеся ежи. Ими там вся дорога усыпана.

— И… что это значит? Зачем кому-то рассыпать в этой глуши эти дурацкие ежи? — Он ещё не успел ответить, но я уже догадалась: замахала руками, подпрыгивая на месте: — Закрой дверь! Пожалуйста! Закрой дверь!

— Да успокойся ты, слышишь? — он взял мои ладони в свои и крепко сжал, успокаивая. — Хрен знает, сколько они здесь валяются. Скорее всего это мальчишки из ближайшей деревни решили так пошутить.

— А вдруг… — зачем-то понизила голос до шепота, — … а вдруг это какой-нибудь сумасшедший? Прокалывает шины с целью ограбить не в чём неповинных путников, а затем, чтобы замести следы, перерезает горло водителю, а тело бросает куда-нибудь в канаву!

— Ты так кровожадно всё расписала, что я задумался — а не в доле ли ты с этим психом, — рассмеялся он и притянул меня ближе.

С его волос капала вода: падая на разгорячённую адреналином кожу, оставляла прохладные дорожки, заставляя тело покрыться россыпью мурашек.

Хотя вода ли была виновницей этой дрожи?

Он на ощупь нашёл мои губы, впившись требовательным, каким-то животным поцелуем. Я трогала его мокрое лицо, исследуя пальцами каждый сантиметр. Мне хотелось вдохнуть его в себя, вобрать, впитать полностью. Хотелось слиться с ним в единое целое, вероломно забравшись под его оболочку.

Ба-а-бах!!!

Гром был такой оглушительной силы, что сработала сигнализация. Несколько светящихся зигзагов снова осветили безлюдную дорогу.

— Ты видела? Окна! Там какой-то дом, я точно видел свет в окнах. Идём, — он надавил на дверную ручку.

— Куда? Нет, нет, ни за что на свете! Умоляю, давай останемся здесь! — вцепилась в его рукав, затягивая обратно. — Всё что угодно, но только не на улицу!

— Да тут совсем рядом, вон, видишь, — он включил дворники, разгоняя воду. Действительно, вдалеке горели несколько жёлтых прямоугольников, и даже какая-то мигающая красными огнями вывеска. — Да, дождь это не очень приятно, но лучше быстро добежать и согреться, чем сидеть здесь до утра: без бензина и со спущенными колёсами. Да и маньяк не дремлет.

Последний аргумент зашёл в цель. Подумав, что он прав, шумно выдохнула. Губы ещё жгло после его поцелуя…

— Ладно. Только побежали скорее, пока я не передумала! Господи, я чокнулась, спятила, раз иду на такое!

Открыв дверь, сразу же ощутила пробирающий до костей холод: ледяные струи с голодным рвением набросились на новую жертву, и всего через несколько секунд я уже стояла промокшая до нитки.

— Ну что, бежим? — перекрикивая грохот низвергающейся на землю воды, Ян схватил меня за руку и мы, как пара подростков, припустили вперёд, шлёпая по лужам, разбрызгивая вокруг себя грязные капли.

Было страшно и в то же время я, наверное, впервые за последние двадцать лет почувствовала себя по-настоящему свободной и счастливой. Мне уже было плевать на ливень и холод — я хохотала как сумасшедшая, специально наступая в самые глубокие, наполненные дождевой водой выбоины на дороге, радуясь как ребёнок фонтану мутных брызг.

По левую сторону неожиданно быстро нарисовалось то самое здание со светящимися окнами. Крошечная двухэтажная гостиница — «Ямщик», гласила мигающая вывеска. Буква «М» перегорела, в корне изменив смысл названия.

Недолго думая, Ян толкнул дверь — над головой раздалась мелодичная трель "музыки ветра". Сонная администратор, дремавшая за стойкой, подняла голову, встречая ночных посетителей.