Эпилог

Восемь лет спустя.

Ариша

— Тим, нужно вот так…

— Мама, я сам! — выдает раздраженно, и Алёна Витальевна тушуется.

Азарин перекладывает нашу трехмесячную дочь с подушки на свое предплечье и тащит к пеленальному столику.

— Памперс подай лучше. Ма…

Свекровь послушно спешит к ящику и вытаскивает упаковку памперсов. Я наблюдаю за всем этим со стороны, сидя в мягком лавандовом кресле. Детская в квартире огромная и светлая. Мы долго выбирали дизайнера, потому что хотелось чего-то небанального.

— Кис, — Тим поворачивается ко мне, уложив ребенка на пеленальный столик. Памперс он уже ей переодел, теперь возится с бодиком.

— М?

— Так же, да?

— Все верно, — вмешивается Алёна Витальевна, маяча сбоку от сына, но Тим не реагирует.

Он ждет моего подтверждения, что все он делает правильно, и меня это немного смущает. Его мама нам сильно помогает с малышкой. Мои родители теперь живут далеко, поэтому видимся мы не так часто.

— Да, да, все хорошо, — поджимаю губы и поднимаюсь на ноги. Ловлю немного обиженный взгляд свекрови и пожимаю плечами.

Я тут совершенно ни при чем и уж тем более никак ее сына против нее не настраиваю. Она и сама это знает, конечно, просто у нашего Тима пунктик. Наша семья — это наша семья. И ни моим, ни своим родителям он в нее лезть не позволяет. Даже вот в таких мелочах. Свекровь в шутку говорит, что он весь в отца и я с ним еще намучаюсь.

Да что тут дома, он и в роддоме всем указания раздавал с пометками — вы неправильно работаете. Я за него тогда на годы вперед накраснелась, потому что сотрудники в клинике были компетентны.

Мы приехали со схватками среди ночи, и он всех там на уши поднял, доктора чуть ли не лично из кровати вытащил.

Никогда не думала, что мой Азарин может быть таким дотошным, но девять месяцев беременности доказали — может!

— Алёна Витальевна, может, чай попьем? Пусть он тут сам, — предлагаю, чтобы разрядить обстановку.

Оставлять ребенка с мужем я не боюсь. С самых первых дней, как только дочка родилась, я легко могла оставить ее папочке и поехать по своим делам. В зал там или на массаж. С такой поддержкой послеродовая депрессия обошла меня стороной, к счастью. Ребенок был желанным. Мы готовились к его появлению вместе. Стеша вообще очень спокойная девочка, буянила исключительно у мамы в животике. А когда появилась на свет, не закатила почти ни одной истерики.

Мы со свекровью выходим из комнаты тихонечко, потому что переодетая и сытая дочь мгновенно засыпает. Если мы ее сейчас разбудим, Тим потом всем мозг чайной ложечкой выест.

Я узнала, что беременна, на сроке пять недель. В какой-то момент поняла, что не могу переносить запахи некоторых продуктов и духов коллег. Кровь на ХГЧ сдала в клинике, где работаю, и уже вечером знала результат — беременна.

Тиму звонила в шоке. Он сначала вообще подумал, что я прикалываюсь. Мы всегда предохранялись и ближайший год детей не планировали. Но, похоже, наша Стеша решила за нас.

В отделении хирургии я проработала до декрета, живот у меня был небольшой, поэтому особо в глаза не бросался, да и начал активно расти только после двадцатой недели.

Тим, конечно, был очень против, чтобы я работала, когда узнал о моем положении. Пришлось немного поскандалить, дабы достучаться до мужа, который за эти годы заматерел и действительно стал похож на своего отца. Три года назад он объединил свою компанию, которая взяла начало от стартапа, с холдингом Сергея Алексеевича и стал его первым заместителем.

Он и раньше-то, если решил, фиг сдвинешь. Сейчас и подавно. Ему нужны железобетонные аргументы, которых у меня на тот момент не было. Были только угрозы, что, если он не пустит меня на мою работу, я буду приезжать на его и сидеть с ним там с утра до вечера. Короче, угроза засчиталась аргументом.

— Как ремонт в доме продвигается? — интересуется свекровь, присаживаясь за кухонный стол.

— Полы готовы, завтра планируем съездить посмотреть, что и как.

— Я могу приехать посидеть со Стешкой.

— Было бы здорово. На улице сейчас такая погода непонятная, не хочу ее туда-сюда таскать. А вообще, я хотела с вами поговорить, — перехожу на шепот и сажусь напротив свекрови.

Алёна Витальевна оглядывается в дверной проход, а потом подается чуть ближе ко мне.

— У вас что-то случилось? Поругались?

— Нет, — отмахиваюсь, — но можем, — усмехаюсь. — Я хочу к родителям слетать, на пару недель. У Тима щас начнется, мол, давай попозже, но вместе. Подожди месяц, я раскидаю дела. А в итоге ничего он никуда не раскидает. Знаю я его.

— Что от меня требуется?

Алёна Витальевна поправляет и так идеальное белоснежное каре, а ее губ касается заговорщическая улыбка.

— Давайте попросим Сергея Алексеевича отправить Тима в отпуск, м?

— Ну и задачки ты ставишь, — свекровь смеется, — ладно, обещаю, что приложу все усилия.

Мы подмигиваем друг другу, но, как только слышим шаги, делаем вид, будто пьем чай.

Тим появляется в кухне, уже не расставаясь с телефоном. У него сегодня выходной, но данный «аксессуар» всегда в зоне видимости.

— Так, ну я поехала, — оповещает свекровь, — а то опоздаю.

— Скидывайте фоточки с выставки.

Они с Катюхиной мамой сегодня идут на выставку какого-то современного художника.

Провожаю Алёну Витальевну и, вернувшись на кухню, присаживаюсь на стул.

Тим отрывает взгляд от экрана телефона.

Закидываю ногу на ногу, а когда смотрю в глаза мужа, в краску бросает. Все плечи в мурашках. Мы женаты девять лет, а по ощущениям — три дня. Страсть никуда не делась, а любовь только приумножилась.

Тим многообещающе ухмыляется.

Мягко отталкиваюсь от пола и огибаю стол. Замираю напротив мужа, и его рука тут же притягивает меня за бедра.

— Наконец-то мы одни, — Азарин резко тянет меня на себя, и я послушно опускаюсь на его колени.

Обнимаю крепкую шею руками, получая жаркий поцелуй в губы.

Тим забирается ладонями под мою шелковую майку на тонких бретелях, стискивает грудь, издавая рык оголодавшего зверя.

Мир вокруг нас становится черно-белым.

Отзываюсь на каждое прикосновение, очерчивая пальцами острые мужские скулы. Мы вместе больше девяти лет, у нас ребенок, но, когда он вот так на меня смотрит, обнимает, мне кажется, что нам все еще по восемнадцать.

Стягиваю с себя майку. Охаю от того, как губы мужа втягивают сосок, а пальцы поддевают резинку шорт.

Зарываюсь пальцами в темный ежик волос и просто сгораю от нетерпения. С появлением дочери секс немного отошел на второй план. И вот такие моменты кажутся еще более ценными.

Тим подхватывает меня под бедра и рывком поднимается со стула. А секунду спустя я сижу на кухонном столе с широко разведенными в стороны коленями.

Расстегиваю ширинку на мужских джинсах и замираю.

— Стеша, — Тим закатывает глаза и издает тихое шипение.

Мы оба прекрасно слышим, как орет наша дочь. Что я там говорила о том, что она спокойный ребенок?

— Может, успокоится? — поджимаю губы, прислушиваясь к дочкиным крикам. Проходит минута, но Стефания не собирается умолкать.

— Не думаю.

Тим застегивает ширинку на джинсах. Я перевожу дыхание и, соскользнув со стола, подбираю с пола майку.

— Ты проголодалась? — вытаскиваю из кроватки дочь, которая, оказавшись на руках, резко притихла. — Только же хомячила. Вся в папу, — улыбаюсь и ловлю взгляд мужа. Он стоит рядом. Мое плечо касается его груди.

Тим достает из кровати погремушку, которая, видимо, закатилась Стеше под бочок, когда она там лежала.

— По-моему, причина слез в этом.

— Тебе было неудобно, моя девочка, да? — касаюсь губами пухлой щечки.

Тим

Стеша вырубилась сразу, как оказалась в своей люльке. Настоящая женщина, с детства любит привлекать к себе внимание. Мы стоим у кроватки. Обнимаю жену со спины. Целую в шею, хотя, скорее, просто прикасаюсь губами.

Арина улыбается. Перенимаю ее эмоции на себя. Прижимаю крепче.

Сейчас невозможно даже представить, как это — жить без жены и дочки. И не очень хочется представлять, если честно.

За девять лет все вокруг, да и мы сами, изменилось.

Арина стала врачом, как того и хотела. Закончила универ, ординатуру и даже успела поработать два года в клинике, прежде чем забеременела. В тот момент ее новость стала для меня шоком.

Я никогда не имел ничего против детей, но планировали мы их через год. Стешка решила, что затягивать еще на двенадцать месяцев не стоит.

Дочь стала для меня чем-то невероятным. Неземным. Крохотная, нуждающаяся в защите. Наша маленькая копия, с большим будущим, уж это я обещаю.

Переплетаю наши с Аринкой пальцы. Сейчас сложно поверить в то, что когда-то я был готов на все, чтобы испортить ей жизнь, потому что никак не хотел сознаваться себе, что люблю.

— Люблю тебя, — проговариваю вслух.

Арина откидывает голову на мое плечо. Улыбается.

У нее все та же девчачья улыбка, которая никогда не оставляла меня равнодушным.

— Очень, — произносит одними губами.

Оставляю дорожку хаотичных поцелуев от шеи к виску.

Я счастливый человек, который никогда не был мечтателем, но все его даже самые малые желания всегда исполнялись, и сейчас я не о материальном.

— Пошли, — вытягиваю Арину из детской. Дверь в комнате до конца не закрываю. Хоть по квартире и насовано видеонянь.

Заталкиваю Аринку в гостиную и прижимаю к стене.

— На чем мы там остановились?

С любовью, ваша Маша)*

13.07.2022 г

P.S. Если книга вам понравилась, отмечайте ее звездочкой и пишите свои впечатления в комментариях!

Книга КАТИ И ДАНА называется: "Попробуй меня разлюбить"

История на грани добра и зла. Запретные чувства, криминал, сумасшедшая любовь, экшен. Будет больно, нежно, эмоционально!

* * *

История родителей Тима- "Отрада каменного сердца"

История родителей Арины — "Погрешность"