Глава 11

Побледнев, я опёрлась о стену. Стараясь не поднимать глаз, я прошла мимо мужчины и, едва не упав, села на край стола.

— Остаётся определить тебя к рапам, но… Что с тобой? — наконец, заметив моё состояние, Доф подцепил пальцем мой подбородок, приподнимая лицо. — Тебе плохо? Свет мешает?

— Можно воды…

Торопливо глотая, я ощутила струйку жидкости, скользнувшую по подбородку на обнажённую грудь. Поставив стакан на столешницу, я нехотя встретилась с требовательным взглядом хозяина корабля. Он смотрел мне прямо в зрачки. Мне не хотелось говорить, просто я совершенно не понимала, что могу сказать, чтобы не оказаться в другой лаборатории.

— Яркий свет… кажется, я ощущаю его кожей, и от него мне почти больно. Так было всегда, — ощущая странную неловкость, я наглухо запахнула рубашку на груди.

— Луна, обещаю, я не причиню тебе вред, — осторожно взяв меня за руку, мужчина позволил мне ощутить свои намерения. Вздрогнув, я попыталась вырвать ладонь, но он сжал её крепче. — Я знаю, что ты умеешь, и не скрываюсь, смотри…

— Для этого мне не нужен тактильный контакт, — вывернувшись, я сделала несколько шагов назад, ощущая волну интереса. Агрессии в нём действительно не было, но необходимость во мне пугала.

— Он нужен мне. К тому же то, как ты смущаешься…

— Это здравый смысл, — возразила я. — Может, ты способен меня… одурманить.

— Целоваться не предлагаю, — лукаво улыбнулся он, заставив содрогнуться от вида остро заточенных клинообразных зубов, — кусаться не собираюсь. Да и сомневаюсь, что это сработает. Староват я для этих игр.

— Сказал серый волк, — пробормотала я, вспомнив старую легенду о девушке в красном, лесе и большом количестве крови. — Кто ты, Доф?

— Капитан "Лисы". А ты?

— Не капитан, это уж точно, — впервые за всё время пребывания здесь, я искренне улыбнулась. — Почему "Лиса"?

— Это единственное, что тебя интересует?

Я снова уселась в кресло, натянув рубашку на колени и кивнула. Доф тепло посмотрел на меня, по-птичьи склонив голову к плечу, и прислонился к стене, у самого окна.

— Хозяин корабля, авантюрист и пройдоха украл его, сбегая с одной из планет, где его непременно бы казнили, и, поверь, он бы не был безвинной жертвой. Космос только кажется бескрайним, девочка, поверь, когда бежишь, он сжимается до игольного ушка. Бедолаге пришлось легализоваться. Он вступил в имперские войска, — старик прикрыл глаза, поворачиваясь к окну. — Для молодого парня это было немыслимо тяжело. Некоторые рождаются, чтобы быть свободными…

— Для этого рождаются все, — печально вставила я.

— Может быть, — не стал он спорить. — Но многие сдают себя в аренду, не страдая от этого. Молодой воин выступал за сторону, которой не переживал, против тех, кто был ему безразличен. Однако, спустя десяток лет его корабль обрёл экипаж, экипаж — командира, а командир — цель. Он полюбил тех, кто был рядом и берёг их жизнь. Выйдя в отставку с репутацией и званием, капитан официально занялся перевозками, а по-настоящему… кто знает? Однажды он встретил Настоящую, ту, ради которой стоило жить. Но… ему пришлось заплатить судьбе за грехи прошлого… он потерял её, — содрогнувшись, Доф опёрся на подоконник и несколько раз тяжело вздохнул. — Он старел, экипаж оседал в разных уголках системы, создавая семьи и открывая свои дела вдали от ледяного космоса, и в один из дней уставший и потрёпанный жизнью капитан нашёл способ вернуть утраченное. Для этого ему было нужно особое существо. Он искал его долго, по многим планетам и станциям и нашёл на закрытой планете во владениях вилоров, — Доф выразительно посмотрел на меня.

— Я? Почему?

— Перед той трагедией, что изменила мою жизнь, в одном из дальних рейдов я нашёл это, — старик вынул из кармана тонкую витую цепочку, на которой висел белый продолговатый кулон, больше напоминающий камень.

Сама не понимая как, я оказалась возле него и выхватила подвеску скрюченными от судорог пальцами. Вещица казалась холодной, но пульсирующей изнутри. Что-то во мне желало отбросить её прочь и одновременно прижать к себе, разорвать плоть и вдавить её вовнутрь, оставляя в тепле собственной крови. Тихо поскуливая, я тёрлась щекой о гладкую поверхность, словно встретила старого врага, которого смогла полюбить, а может друга, что умудрилась возненавидеть всем сердцем. Бормотание старика заставило меня открыть глаза и вслушаться в его слова.

— Мне нужно его открыть. В этом сосуде самое дорогое мне существо. Душа, которая делала меня счастливым. Ты понимаешь, я знаю это, чувствую. Я искал того, кто сможет выпустить её и никогда не думал, что это будет рап. Открой капсулу, и я сделаю для тебя всё, о чём попросишь. Станешь богатой…

— Оставь меня одну… ненадолго… прошу…

Свернувшись на полу у самой стены, я едва заметно дрожала, сжимая в руках… основу. Странное слово выскользнуло из глубины сознания и опалило пониманием, что открыв её, я могла бы оказаться внутри. Слегка покачиваясь, я баюкала заключённую в камне душу, понимая, что ей слишком светло…

* * * * *

Доф не сводил с меня встревоженных глаз, продолжая беспокоиться, хотя я обязалась открыть основу. Капитан рассчитывал, что я не осознаю, что должна занять место заключённой. Странная уверенность, что мне там не суждено остаться, вынудила согласиться на эту авантюру. Кулон словно обрёл надо мной власть: он контактировал с моей кожей, посылая крошечные энергетические разряды и, сжимая его в дрожащих пальцах, я грезила наяву. Мне грезились ароматы незнакомых трав, горячих ветров, украденных поцелуев и… крови.

— Прежний владелец кулона обещал, что тот, кто сможет его открыть, будет привязан к нему, — капитан не оставлял меня одну, и меня уже раздражало его навязчивое внимание. — Прости, но я должен был перестраховаться. Цепочка на твоей шее является гарантией того, что ты не сможешь мне отказать, — рефлекторно попыталась стянуть её через голову и вскрикнула от нестерпимой боли в висках. — Не делай глупости, девочка.

— Ты! Ты сделал меня рабыней?

— Не драматизируй, — мужчина резко взмахнул рукой. — Ты не понимаешь, так надо. Я проверил, тебя нет в генетическом реестре системы. Не знаю, откуда ты взялась и что делала на закрытой территории вилоров, но для полноценной легализации мне нужно взять над тобой опеку. Никто не сможет опротестовать только брак между нами, — мужчина обхватил моё плечо, не позволяя мне отшатнуться. — Для тебя это — способ получить паспорт.

— Зачем это тебе?

— Я смогу выполнить свою часть сделки, — он лукавил, ведь был уверен, что в моём теле возродится душа из основы. — Брак будет фиктивным, и мы расторгнем его сразу, как закончим наши дела.

— Согласна, — мне ли было не понять, что без его помощи я останусь бесправной бродягой.

Дальнейшее слилось в одно слитное событие: старший помощник капитана, мужчина неприметной внешности, принёс небольшую коробку, что на поверку оказалась прибором для нанесения клейм. Здесь было делом обычным ставить подобные отметины как подтверждение сделок, и, выжечь брачную, проблем не составило. Стараясь скрыть отвращение, я обернула запястье. Капитан принял мою эмоцию на свой счёт и, затащив меня в кабинет, с силой захлопнул дверь.

— Я объяснил, что это — всего лишь сделка…

— Дело не в этом, — оборвала его я. — Эта отметина напоминает мне мои прежние, штрафные.

— Забудь, — устало отерев лоб, капитан сел в кресло, — теперь ты — Луна де Лодия и у тебя нет прошлого, только будущее.

Отстранившись, я отвернулась к окну и вновь обхватила кулон. Доф не знал, что я вижу его в полутьме, в отражении выгнутого стекла. Он с тоской смотрел на меня и сдерживался, оставаясь на месте. Мне нечего было сказать ему. Он желал другую душу и готов был заточить мою в камень, а я… надеялась обмануть его и найти возможность…

— Никогда не увижу её снова, — закрыв глаза, я представила тонкий серп Луны в тёмном небе и с отчаянной чёткостью поняла, что мне некуда идти. — Хочу сделать всё быстрее.

Капитан кивнул и, пробормотав что-то о подготовке и свидетелях, вышел прочь.