Глава 11

Виктория ворвалась в мою комнату в тот момент, когда я собиралась на завтрак. В руке у нее был зажат лист бумаги. – Почему ты до сих пор не собралась? – тут же накинулась она на меня. – Только что принесли письмо от Эрагона Ис Лиара: cегодня вечером состоится конкурс талантов, третье испытание. Это конец! – девушка рухнула на кресло, стоявшее возле моей кровати. – Остальные наверняка знали о конкурсе заранее и успели к нему подготовиться. – Возможно, что так, – я вспомнила служанку Сциллы, уверяющую меня, что они серьезно готовились к отбору. – Уверена, вы тоже сможете поразить императора одним из своих талантов. Издевалась ли я сейчас над ней? Если только самую малость. В своей жизни я встречала людей, подобных Виктории, что мерили свою значимость по богатству и родословной, которые родились с золотой ложкой во рту. Отнять все это – и ничего не останется. Потому что сами они не стремились чего-то достичь, уверенные, что им все достанется и так. Вот и Виктория в ответ на мои слова нахмурилась. Видимо, поняла, что одной внешности и родовитости мало, императору нужно что-то еще. Вот только признаваться в этом мне, простой служанке, она не хотела. Ну еще бы! Внутри драконицы сейчас явно происходила какая-то борьба, и что-то мне подсказывало, что она решит выкрутиться из ситуации не самым честным способом. Увы, я не ошиблась. – Наверняка Сапфира будет петь перед ним. Я слышала, как она хвасталась, какой у нее чарующий голос. Сцилла… не знаю, возможно, преподнесет какой-то подарок, она неплохой артефактор, как и ее отец. Ирида? Эта себе на уме, понятия не имею, что она выкинет, – Виктория нервно барабанила пальцами по подлокотнику кресла. – Элору в расчет можно не брать, эта глупая курица только и может, что рыдать. Я про себя усмехнулась, представив, как в этот же самый момент другие невесты со своими служанками обсуждают похожее. Интересно, какую характеристику они дадут Виктории? – А вот Айне темная лошадка, она вчера, как и я, сразу же догадалась, что любовница на балу – это испытание. Так это она догадалась? Ну-ну. Я ничего не сказала вслух, просто спокойно смотрела на Викторию и все больше убеждалась, что у нее просто нет шансов выиграть этот отбор. Ни единого. Но если я сама хочу задержаться здесь подольше и узнать, что сделали со мной в прошлом, мне придется помогать ей проходить его этапы. Увы, иной раз боги слышат наши невысказанные мысли. Иначе, чем еще объяснить те слова, что Виктория с нажимом произнесла дальше, холодно глядя при этом на меня: – Вот что мы сделаем. Ты пойдешь на этот конкурс талантов вместо меня, и будешь танцевать там этот свой танец. Поняла? Я так растерялась, что даже не сразу нашлась что ответить. Она вообще в своем уме? Как она это себе представляет? – Костюм тебе сошьют за день, распорядитель отбора написал, что мы можем попросить любой реквизит, если он нужен. Рост и фигура у нас примерно одинаковые, – ее губы презрительно скривились, как будто она с трудом заставила себя произнести эту фразу. – Волосы и лицо… Спрячем под вуаль, он не заметит. Она серьезно? Считает, что император слепой? Видимо, выражение моего лица было весьма красноречивым, потому что драконица раздраженно добавила: – Я прикрою тебя своей магией. У меня есть артефакт, вот, – мне продемонстрировали кулон на груди, – наденешь его, и никто не усомнится в том, что танцует драконица, а не человек. И не дерзи мне, Вайолет, не то пожалеешь. Ах вот оно как. Зря я думала, что Виктория не готовилась к отбору. Готовилась… проходить испытания чужими силами. И я, наверное, была бы даже рада вновь одеть красивый костюм, отдаться ритму и мелодии танца, позабыв обо всем на свете, если бы не одно но: мне придется танцевать перед ним. Перед драконом, сломавшим мою жизнь. …Костюм для танцев принесли ближе к вечеру. Подняв крышку огромной коробки, я задохнулась от восхищения: он был поистине сказочным. Алая, как пламя, невесомая полупрозрачная ткань юбки была щедро украшена переливающимися бирюзово-синими пайетками и крошечными сверкающими камнями. Широкий вышитый пояс с золотыми монетками и бесстыдный разрез до бедра. Но я знала, что он нужен, чтобы не стеснять движений танцовщицы. Лиф украшали камни похожих цветов и тончайшие цепочки, мягко ложащиеся на оголенный живот. К нему, с помощью таких же цепочек, крепились полупрозрачные рукава. И, как вишенка на торте, отдельно прилагалась легкая вуаль, закрывающая нижнюю часть лица. Этот костюм призван был покорять. Обольщать понравившегося мужчину. То, что нужно было Виктории, несомненно. Но я… Кого в нем буду соблазнять я? ***** Третье испытание проходило в незнакомом мне зале, еще роскошнее тех, в которых доводилось бывать прежде. Мраморный пол, украшенный разноцветной мозаикой. Толстые колонны, стоящие по кругу и поддерживающие высокий свод потолка. Много открытого пространства и легкая вуаль, отделяющая зал от широкой полукруглой террасы, с которой дракон мог взлететь. И… трон, стоящий на возвышении. А на нем он. Император. Айхан. Дракон холодно рассматривал шесть невест, вошедших в зал. Равнодушный, хищный, опасный. Синие глаза не выражали ничего, как будто императору не было дела до отбора и девиц, что будут сейчас из кожи вон лезть, стараясь ему угодить. Впрочем, невест из них было лишь пять, шестая была самозванкой. Я прятала свой наряд под глубоким плащом с капюшоном – так решила Виктория. На ногах были мягкие туфельки, но и их мне придется снять, когда придет время танцевать. Сама драконица стояла в дверях, переодетая в одно из моих платьев и тонкий шелковый плащ с капюшоном, готовая в любой момент убежать. Боги, во что я ввязалась? Меня непременно раскусят! Пусть я и выпила зелье, что скрывало мою магию, а на моей шее висел медальон драконицы, я все равно не верила, что удастся всех провести. – Начинаем! – произнес Эрагон Ис Лиар, бросив короткий взгляд на Викторию. Почему у меня такое ощущение, что распорядитель отбора в курсе нашей аферы? Первой в центр зала вышла Сапфира. Драконица одела ярко-синее платье, выгодно подчеркивающее пышную высокую грудь, иссиня-черные волосы украшали заколки с сапфирами. – Я спою для вас песню, мой повелитель, – она склонилась в поклоне, не забывая обольстительно улыбаться Айхану. Зазвучала музыка и драконица запела. Викория не соврала, ее голос действительно был очень красив и нежен. Она пела о любви юной девушки к ее истинному, о том, что только рядом с ним ее сердечко начинает биться сильнее, что лишь его ответного взгляда она ищет в толпе. Во мне что-то дрогнуло, когда я услышала слова этой песни, и я опустила голову вниз, сосредоточенно повторяя про себя движения танца. Я знала все наизусть, но лишним не будет. Айхан ничем не показал, что эта песня оставила какой-то отклик в его сердце, лишь кивнул, когда Сапфира замолчала, и произнес: – Благодарю вас, Сапфира. Хорошая песня. Кажется, она ожидала другого. Кажется… мы все ожидали. Следом за ней выступала Сцилла. Виктория и тут оказалась права, она преподнесла повелителю артефакт собственного изготовления в виде фигурки дракона. – Он умеет поддерживать диалог и, надеюсь, займет достойное место в вашем рабочем кабинете, – произнесла драконица, преданно заглядывая в глаза императору. – Наверняка он говорит ее собственным голосом, – язвительно прошептал кто-то из невест, стоявших рядом со мной, но я так и не поняла кто. – Интересный подарок, спасибо, Сцилла, – по лицу Айхана невозможно было понять, понравилось ему или нет. Я вздохнула. Возможно, Виктория прогадала, отправляя меня танцевать. Вряд ли этого мужчину вообще можно чем-то удивить. Элора тоже преподнесла императору подарок: гобелен с изображенным на нем императорским дворцом, который она выткала сама, еще дома. Мне он понравился, а вот остальные драконицы презрительно скривились. Когда подошла очередь Ириды, все зашушукались, потому что в зал внесли… деревянную мишень. Мне показалось, в синих глазах императора вспыхнул и погас интерес. – Я буду метать ледяные клинки, повелитель, – Ирида поклонилась дракону. В ее руках, повинуясь магии, материализовались два узких, как иглы клинка. Едва заметным, отточенным движением руки, она метнула их в мишень, попав точно в яблочко. Кто-то из служанок захлопал, но одинокие хлопки тотчас же смолкли. Драконица метнула вторую пару клинков. За ней третью, четвертую… На мишени сверкала льдом буква А – Айхан. – Это было… впечатляюще, спасибо, Ирида, – ровным, ничего не выражающим голосом, произнес император. И все? Будь моя воля, я бы отдала Ириде первое место. Она действительно виртуозно владела клинками. Но ее ничуть не расстроила холодная оценка императора. Казалось, другого она и не ждала. Коротко поклонившись, драконица отошла назад и встала у стены, отдельно от других. А я вдруг подумала о том, что если бы выбирала я, то именно ее выбрала бы на роль императрицы. И еще… она очень подходила Айхану. Нынешнему Айхану, не прежнему. Впрочем, о чем это я? Вперед уже выходила Айне, и я видела краем глаза, что Виктория, оставаясь в тени, следит за ней особенно пристально. Драконица с волосами цвета расплавленного шоколада не спешила демонстрировать свой талант, как будто нарочно дразня соперниц. Что она будет делать, тоже петь? Танцевать? Похоже на то. Айне вскинула руки и… с них полилась ее магия. Иллюзии? Очень редкий дар у драконов. А это значило лишь одно: в ее предках числился маг, и дар передался ей по наследству. Виктория была права, эта девушка действительно оказалась весьма непроста. Тем временем иллюзия заполняла пространство над залом. Айне выбрала необычную тему, чисто мужскую. И в этом я тоже чувствовала не случайность, а заранее продуманную тактику: вряд ли императора впечатлили бы бабочки и цветы, а вот сцена сражения из далекого прошлого… В воздухе бились драконы, выпуская столпы смертельного пламени. Маги, взявшие их сознание в плен и направившие их против своих же собратьев, виделись маленькими фигурками с воздетыми к небу руками. Одного из них снесло волной яростного пламени, и он горящим факелом полетел вниз со скалы. Иллюзия не могла передать звуков, только лишь картинки, но я все равно отвернулась. Не могла больше на это смотреть, ведь то была сцена победы драконов, а люди и маги в ней были врагами. – Я рад, что вы прекрасно знаете нашу общую историю, Айне. Красивая иллюзия, – невозмутимо сказал император. Я так и не поняла, понравилось ли ему то, что он увидел. И в тот же миг отчетливо поняла: пришла моя очередь. Поражения или победы? Этого я не знала. Лишь непослушными пальцами скинула с плеч плащ, представая перед чужими взглядами в алом развратном наряде. И босиком. Выходя в центр зала и застывая перед троном, на котором сидел император. Зная, что кулон на груди не даст почувствовать ему и другим самозванку под полупрозрачной алой вуалью. И глядя прямо в холодные, равнодушные глаза синего цвета. Мой танец для него начался. ***** Полилась нежная, чарующая музыка, и я медленно вскинула руки с браслетами, неотрывно смотря на императора. Удерживая его взгляд, беря его в плен. Жоржетт Ис Каир учила меня этому особенно долго. Я пришла на ее факультатив наивной зажатой девчонкой. Чего уж там, неопытной, абсолютно. А этот танец, он был… танцем страсти. Он был для мужчин. Глаза императора, холодной статуей замершего на троне, не выражали абсолютно ничего. В них были лишь стужа и тьма. Короткий взмах бедром, и я начала двигаться в танце, позабыв обо всем на свете, отбросив все сомнения и страхи. Сейчас я была этой музыкой, и она была мной. Я умирала и возрождалась вновь с принцем экстаза*(*музыкальный инструмент) бесчисленное количество раз. Летящая алая юбка, искрясь и сверкая, не успевала за моими движениями, мягко и нежно обхватывая голые ноги. Руки, подобные гибким лепесткам цветов, изгибались в такт музыке, то зазывая к себе, лаская невидимое тело любовника, то дразня, не давая к себе прикоснуться. Сбегая. Я чувствовала, что мои глаза, обычно и так яркие, изумрудные, сейчас мерцали как две колдовские звезды, а по волосам с накинутой поверх них длинной вуалью пробегали искорки пламени. Моя магия тоже реагировала на танец и танцевала вместе со мной. А танец длился дальше, и музыка становилась все пронзительнее, все надрывнее. Мне кажется, или дракон подался вперед, следя за мной особенно хищно? Нет, не кажется – острые крылья носа его вздрагивали, в глазах… Они точно больше не были синими, теперь я видела это отчетливо, танцуя прямо перед его троном! В них, сменяя друг друга, мелькали черные, изумрудные, алые всполохи. Нет! Изумруд полностью потопило в себе ревущее жуткое пламя. Рубиново-черный зрачок пульсировал и мерцал. Он же не… Нет, только не это! Но я должна была закончить свой танец, хотя видят боги, мне хотелось позорно сбежать. Скрыться, чтобы никто никогда не нашел. Почему он так смотрит? Айхан еще больше подался вперед, вцепившись пальцами в подлокотники трона с такой силой, что костяшки пальцев побелели. «Узнал!» – мелькнуло в сознании, но… это уже ничего не меняло. И я продолжала танцевать. Перед ним. Для него одного.