Глава 100

Глава 100

Мы ещё немного понаблюдали за всеобщей радостью и потихоньку ускользнули в свою комнату. Как только за нами закрылась дверь, я помогла Арвиду снять сюртук. Он тут же развернулся и заключил меня в свои объятия. Его поцелуи становились всё более настойчивыми, дыхание прерывалось, и я, утопая в этой внезапной страсти, едва нашла в себе силы прошептать:

– Арвид, постой… дом полон народу, в любой момент могут постучать.

Он нехотя оторвался от моих губ, в его глазах всё ещё плясали искры.

– Жаль, что сейчас не вечер. Я едва могу дождаться сумерек, – выдохнул он.

Я чуть отпрянула, поправляя сбившуюся причёску, и задала вопрос, который мучил меня с самого утра:

– Ты… ты всё прочитал в том дневнике?

Арвид мгновенно посерьёзнел.

– Да. Прочитал всё. Но мне до сих пор непонятно, где ты нашла эту тетрадь?

Я пожала плечами и рассказала, как наткнулась на неё в старом шкафу, когда только приехала и осматривала комнаты. Арвид задумчиво пробормотал, что нужно будет уточнить у Хельги. Скорее всего, когда в подвале обустраивали ванную, старые вещи сжигали, а бумаги переносили наверх, и эта тетрадь чудом уцелела, не угодив в печь.

– Откровения прапрабабушки потрясли меня, – продолжил он, глядя куда-то поверх моей головы. – Сколько же ей пришлось пережить, прежде чем она обрела покой здесь, в Норвегии.

– Теперь ты понимаешь, чьим потомком являешься? – осторожно спросила я.

Арвид кивнул, и в его взгляде на миг промелькнул отблеск далёких предков – гордых и властных правителей Востока. В моём воображении вдруг возникла странная картина: Арвид на троне в золотых одеждах, а перед ним танцуют девушки из гарема… Эта мысль больно уколола. Мне совсем не понравилось такое видение, но муж, словно почувствовав моё замешательство, притянул к себе.

– Знаешь, когда осознал, что во мне течёт кровь Великих Моголов, я даже на минуту возгордился. Представил себе, что мог бы самолично посетить Индию, добившись от короля этой экспедиции. Но потом вспомнил, сколько поколений прошло. Шесть? Восемь? И сейчас те земли под властью британской короны.

Я прикрыла глаза. Значит, в этой реальности история идёт почти так же, как в моём мире. Сдвиги незначительны. Арвид тем временем продолжал, и его голос звучал всё увереннее:

– Я благодарен тебе за это открытие. Теперь всё встало на свои места: мои стремления, это вечное чувство справедливости… Но одно, я понял точно: мне ближе моя история. Прежде всего, я Корсмо, и благодарю Благословенного за тебя, за любовь, что ты мне подарила, и за наших будущих детей. Имей в виду, я хочу, чтобы их было много. В детстве мне всегда не хватало брата или сестры, слишком одиноко ребёнку одному.

Я улыбнулась, и сама подставила губы для поцелуя.

– Я тоже хочу много детей. Очень много.

Арвид посмотрел вверх и что-то тихо пробормотал – я не знала, кого он благодарил и о чём просил, но в ту минуту я просила моего Господа о том же самом. Мы стояли у окна, он обнимал меня, и я чувствовала себя защищённой, как никогда в жизни. Всё, что произошло со мной, казалось странным, невероятным, но таким правильным. Если бы мне сейчас предложили вернуться назад, я бы упиралась руками и ногами. Здесь, на берегу северного моря, среди этих лесов и искренних людей, я наконец-то обрела покой и своё истинное место.

– Пусть первым родится сын, – прошептала я, прижимаясь к его груди. – Мы назовём его Арне.

Арвид согласно кивнул, целуя меня в лоб.

– А потом будет девочка, – продолжила я, и имя само сорвалось с губ. – Мы назовём её Хельга. Хельга Корсмо – звучит очень благородно.

Муж негромко рассмеялся:

– А потом она выйдет замуж и станет какой-нибудь фру Солберг, Эриксен или… Андерсен.

При звуке последней фамилии я вздрогнула так, словно меня ударило током. Хельга Андерсен. Моя тётя. Та самая, чьё наследство привело меня в старый дом, где случилось то роковое падение. Неужели это возможно, и моя нерожденная дочь здесь, станет моей тётей там, спустя столетие? Вселенная словно соткана из невидимых нитей, непостижимых для человеческого разума. Мысли взрывались тысячью вариантов. Неужели тётя Хельга после своей смерти сделала всё, чтобы я оказалась именно здесь, в этом времени, рядом с ним?

– Арвид, – я постаралась взять себя в руки, – Аннели писала в дневнике про компас, который английский капитан отдал Сигурду. Ты что-то знаешь о нём?

Муж внимательно посмотрел на меня, отступил к сейфу и, щёлкнув замком, достал старинную вещь. Он бережно вложил её в мои ладони. Это был тяжёлый, потемневший от времени прибор.

– Вот настоящее наследие, – тихо сказал он. – Этот компас всегда указывает путь домой, где бы ты ни находился, к истинному счастью и любви. Он передаётся из поколения в поколение и ни разу не подводил. Только люди с чистой душой могут им пользоваться. Теперь я знаю его историю и воспитаю нашего сына так, чтобы в его руках стрелка продолжала работать.

Я смотрела на компас как заворожённая, чувствуя исходящее от него тепло веков. Арвид тем временем достал из ящика стола футляр и небольшую коробку.

– У меня есть подарки для тебя, – улыбнулся он.

Из футляра он достал изящный индийский браслет-манжету. Его поверхность была искусно выкована так, будто имитировала дорогую ткань или ковровое полотно. Когда он застегнул его на моей руке, я невольно произнесла:

– Разные нити вплетаются в узор, но главное – увидеть весь ковёр…

– Да, – эхом отозвался он. – Но это не всё.

Он открыл коробку и достал два стеклянных шара. Волна воспоминаний накрыла меня: лестница в моём мире, старый дневник и точно такой же шар… Я потрясла один из них, и внутри закружились крошечные домики в снежном вихре. Арвид протянул мне второй. В нём вместо домиков была миниатюрная книга, чьи листы взлетали и переворачивались при каждом движении.

В этот миг перед глазами пронеслись видения: Люся, мужчина в богатом восточном уборе с угольно-чёрными глазами, белокурая девушка, капитан со шрамом и маленький смуглый мальчик с глазами-оливками, крепко сжимающий тот самый компас. Прошлое и будущее слились в одну точку.

Арвид взял моё лицо в свои ладони, и в его глазах была такая нежность, что у меня перехватило дыхание.

– Ты дана мне в дар судьбой, – прошептал он. – Я бесконечно жалею, что, сослав тебя сюда вначале, потерял столько драгоценного времени. Я думал, забуду тебя, но ты сделала всё, чтобы я вспомнил и понял, что значит быть любимым. Прости меня, моя забытая жена… И позволь мне любить тебя снова.

Посмотрев в его родные глаза, я почувствовала, как по щеке катится слеза облегчения и абсолютного счастья.

– Повелитель моего сердца, – выдохнула я. – Так должно было произойти… Я люблю тебя и буду любить всегда. Сейчас и на все времена.