Глава двадцать девятая

— Тяните билет, Барсукова! — прожигает меня взглядом, руки на груди скрещены, нога на ноге.

Мы столкнулись у универа. Ник только припарковался и прямо перед нами останавливается иномарка. Оксана! Вот так встретились...

— Выходишь? — непонимающе смотрит на меня, а я чуть ли не вжимаюсь в сидение. Вся смелость куда-то улетучилась. — Варь? Переводит взгляд на лобовое стекло. — Выходи!

Он уже на улице, а я все ещё копаюсь. Я не вижу Оксану, Ник загородил ее от меня. Не понимаю, что там происходит. Надо идти, не отсиживаться же тут как в окопе.

Рядом с ними стоит худой невысокий мужчина, наверное, жених. Держит за руку Оксану, а она на Никиту смотрит. Улыбается ему. Что-то происходит ведь здесь. Кажется, даже воздух тут какой-то другой, напряженный, тяжелый…

— Моя девушка Варвара, — обращается к мужчине, притягивая меня к себе. — У неё как раз сейчас экзамен у Оксаны Михайловны.

— Очень приятно, я — Антон Львович. Мужчина улыбается мне, он явно не знает про Оксану и Ника. Кажется, он вообще не понимает, что здесь происходит.

«Моя девушка». «Моя девушка!» Как же хорошо от этих слов, даже теплее стало.

Оксана смотрит на меня, переводит взгляд на Ника.

— Антон, мне пора. До вечера! — целует его в щеку и идёт мимо нас к входу.

Как же не хочется идти вслед за ней. Лучше обратно к Никите в квартиру. Он не уехал, пошёл со мной в универ, хотя дел у него никаких там нет. И снова эти взгляды, перешептывания за спиной...

Машка уже на месте, что удивительно. Вечером вчера созванивались, поговорить особо не смогли. Епифанцеву раздирали на части соседи, но она отбивалась и судя по всему успешно. Но вот как с ней оказался Даня? Сказала лишь, чтобы я не беспокоилась, что есть, где переночевать, а завтра то есть сегодня все расскажет. Заметила меня, тут же ринулась вперёд, даже рот открыла, но увидела, с кем я и рот закрыла. Вокруг нас с Никитой вообще какой-то вакуум образовался, девчонки держались в стороне, поглядывая в нашу сторону, а пацаны, многим дела до нас не было — стояли, конспекты листали, а кто-то типа Зотова на всякий случай забился подальше в угол.

— Ты когда пойдёшь? Вас по списку или кто как хочет?

— В произвольном порядке... я думала в середине. Так что час-полтора подожду.

— Ладно. Чего делать будем?

— Ты со мной, здесь останешься? — поднимаю на него глаза. — Ты вроде не собирался...

— Собирался.

И начинает вдруг рассказывать, как они с Рыжим на спор ползали по крыше родительского дома, а потом ныряли в небольшой пруд с рыбками. Я так давно не хохотала. Может, нервное, но я расслабилась.

Она смотрит на меня не как препод на студентку, а как обиженная женщина, которая вот-вот отомстит. Что за треш?!

-- Что у вас, Барсукова?—вздрагиваю от ее голоса и на автомате начинаю читать.

-- «Сюжет, фабула, композиция в литературном произведении». И «драматические жанры: трагедия, комедия, драма».

Кивает мне на парту, типа, иди, готовься, раз ума хватило сунуться сюда.

Я пытаюсь вспомнить, что именно учила. Получается без особого труда, я все билеты вызубрила, но она же обожает валить на дополнительных вопросах. Вот сейчас Светку, похоже, на пересдачу отправит. Точно.

-- Идите, Криволапова. Подучите, может, получится пересдать со второго раза, но я не верю в это.

-- Кто следующий? Барсукова, может вы? – лениво так говорит, как хозяйка, которая думает, пускать ли голодных котят в дом или пусть еще поскребутся в дверь.

Действительно, чего ждать? Больше я все равно не вспомню, а смотреть как она по столу размазывает моих одногруппников…Оптимизма это точно не прибавляет.

Сажусь напротив Оксаны и начинаю рассказывать. Все как учила, как зазубрила до последней точки. Она не перебивает, слушает. Даже странно. А потом начинаются вопросы. По другим темам. Я отвечаю уже минут тридцать, наверное. Оксана не валит, просто задает вопросы не по темам моего билета. Она решила у меня всю годовую программу спросить? Сижу на стуле, боюсь откинуться на спинку, а вдруг прилипну? Уже вся мокрая от пота. А она все спрашивает, задает дополнительные вопросы. Примерно минут через 40 вдруг берет мою зачетку, что-то там пишем. Потом обрывает:

-- Идите, Барсукова!

Смотрю на зачетку, потом на Оксану. Вот точно змея, протяну руку, а она укусит! Так, все пора валить отсюда. Беру «корочку» и не попрощавшись вылетаю из аудитории.

продолжение от 01.10.2018

-- Ну как? – под дверью караулит Машка. – Ты там больше часа проторчала. На пересдачу?

Пожимаю плечами. Вела себя нормально, вроде как. Но ведь гоняла по всем вопросам.

-- Не сказала бы.

-- Что поставила?

Я так и не открыла зачетку, смотрю как Никита подходит. Он что, все это время был здесь? Молча отбирает у меня книжечку…

-- Все хорошо, -- поднимает на меня глаза. -- А ты волновалась. Идем?

Смотрю в зачетку. Точно! Четверка! Не могу поверить в это. Подношу к глазам. Нет, все верно. Она не отправила меня на пересдачу. Но ведь…Смотрю на Ника. Может и тут он постарался?

--Так идем? – говорит так, словно никого нет рядом. Но здесь Машка и она к Мегере еще не ходила. И я не могу оставить ее тут одну.

-- Я Машу подожду, она скоро пойдет. Так что … -- развожу руками.

Ему это явно не нравится, бросает хмурый взгляд на Епифанцеву.

-- Ладно! Звони как освободишься.

-- Спасибо! Спасибо, что осталась – бросается мне на шею, как только Леднев скрывается из вида. – Я тут одна сдохну просто!

-- Не сомневалась, что завалит! Не верила, что сдам. – снова рассматриваю зачетку, как будто там сейчас исчезнет отметка…

-- Зассала Мегера! – Машка потягивается. – Побоялась с Айсом ругаться. Видно же всем, как он на тебя смотрит. Все серьезно, да?

-- Не знаю, Может быть… Главное, что он никуда не уезжает. Я так счастлива, Маш! Поверить не могу сама…

-- Ну класс, что еще сказать. Ты теперь у него жить будешь? После ремонта ко мне не вернешься?

-- Не думала вообще об этом. У него жить не буду, конечно. Рано же. Мы только-только…

-- Ну да, конечно! – смотрит на меня пристально и мне хочется спрятаться от этого взгляда.

-- Ты где ночевала сама? Ник сказал, тебя Даня привез…

-- Да забудь про Даню, -- отмахивается. – Придурок блаженный. – Папа поздно вечером приехал, сказал, яйца открутит этим ремонтникам. Это они виноваты, прикинь, после того нашего потопа умудрились проводку в ванной задеть… Короче, к сентябрю въеду, не раньше, может даже позднее. А еще папа нашел продавца квартиры, хочет судиться.

-- Так ты где ночевала-то? – Она, что, вопрос мой не слышала?

-- Варь, в квартире вещи твои остались, ну там одежды немного, книжки свои ты не все забрала. По мне так выкинуть их надо, провоняло уже безвозвратно. Заберешь сегодня? Завтра уже ремонт начинаем…

-- Заберу, конечно. Мань?

-- А?

-- Рассказывай!

-- Че рассказывать? Сейчас? Ладно, пошла я…

Машка выходит минут через сорок. Довольная.

-- Сдала?

-- Трояк. Вот же сучка, долбила меня, думала неуд впаяет. Но обошлось. Сама удивляюсь.

Мы спускаемся на улицу. Отличная погода, сидеть в здании нет никакого желания. До сих пор не верю, что пронесло, что Оксана не завалила. Она так смотрела на меня и около машины, и на экзамене. Наверное, разорвала бы на части, если могла. Он точно со мной? Мысли перекинулись на Айса. Мегеру и правда бросил. Ради меня?

-- Ты теперь не поедешь со мной летом домой? – Машка сидит на лавочке, копается в телефоне.

-- Почему это? – Заглядываю в сотовый, точно чатится с кем-то…

-- Ну, у тебя теперь парень, да еще какой парень… Другой круг общения, статус, все дела.

-- Свихнулась? Ничего не изменилось. Мне только надо будет с работой договориться. Я им обещала с июля полный день работать, но может, на четверг и пятницу отпустят, так на четыре дня приеду. А потом можно и на выходных приезжать. Если ты не против.

-- Я не против. А вот Леднев наверняка не обрадуется. Он же меня терпеть не может. – И снова у нее этот страх во взгляде. Давно его не видела.

-- Ты опять Никиту боишься? Он что-то сделал?

-- Сделал, не сделал… Ты знала, что они с Рыжим друзья? Не просто знакомые, а прям вот друзья?

-- Ну… Ник Даню из Индии вытаскивал… Наверное. А что?

-- Сказал, чтобы близко к нему не подходила. Сказал, кто угодно, но только не Даня! Варь, какого хрена, а? Он вот так всеми распоряжается? Им, тобой, теперь и мной?!

-- Беспокоится за него, -- пожимаю плечами. -- Ты же видишь, Даня, он… немного… чудаковатый, что ли…Слушай, а о чем вообще речь? Сама говорила, что это позор твой.

-- Конечно, позор! – Убирает телефон в джинсы. – Но это мой позор. Что хочу с ним, то и делаю! Айс пусть не лезет.

Я так и не поняла, что у Машки творится. При чем тут Даня, если из универа она уезжает с Лехой. Отец обещал снять дочке квартиру поблизости, а пока Епифанцева в отеле живет. Ну так она мне сказала. Не верю, знаю ведь ее как облупленную. Договорились, что сегодня до шести вечера заеду к ней, вещи заберу.

Звоню Никите, не отвечает. Странно. Набираю сообщение, пишу, что освободилась и жду его в сквере универа. Привыкла как-то быстро, что он рядом всегда, а когда его нет…

-- Варя? Варя! – Оборачиваюсь. И тут же вздрагиваю, она тут что делает? – Привет. Ты помнишь меня? Мы познакомились на награждении.

Она, что, думает я ее забыла? Девушку, которая теперь невеста Стаса? Не представляю, чтобы со мной было, узнай я о них еще полгода назад. Но сейчас все по-другому. Есть Никита и я, и я изменилась. Только рядом с ним я понимаю, как сильно я изменилась за эти три года.

-- Конечно, помню. Привет, Юля. Что ты делаешь здесь? – Смотрю на хрупкую невысокую девушку, она выглядит еще моложе, чем я. Лет на 16-17, наверное, минимум косметики. Волосы, собранные в хвост. Обычные джинсы, футболка. Подросток. Как я?

Смотрю на нее, она волнуется. Очень волнуется. Смотрит по сторонам, будто ищет кого-то… Зачем она здесь? Мы со Стасом все закончили.

-- Я все знаю. О тебе и Стасе, -- выдает после долгого молчания. – Он мне рассказал.

Не слышу в ее тоне ни обиды, ни каких-то обвинений. Она просто говорит об этом как о факте и я не понимаю, что мне с этим делать. Чего она хочет.

-- Все-все?

-- Про то как вы с детства были вместе, как он помогал тебе с учебой. Что ты часто бывала у него дома, а он у тебя. Что вы были … влюблены, -- вот тут она запнулась. – И про аварию тоже рассказал.

-- А что было после аварии рассказал? – Мне не жалко ее, она сама сюда пришла. Только зачем?!

-- Рассказал, что это была его самая большая ошибка – согласиться с родителями…

-- Зачем ты приехала? – У меня нет ни малейшего желания выслушивать что-то о Стасе. Я с ним простилась. Ведь простилась!?

-- Стас. Он завалил уже два экзамена. Специально. Хочет, чтобы его отчислили… Мы расстались – поеживается словно от холода, хотя на улице сейчас жара. – Он меня бросил. – Говорит снова спокойно, куда-то в сторону, ей явно неинтересна моя реакция. – Но дело в другом. Ему нужно дальше учиться, а он себя наказывает. За то, как поступил с тобой. Я знаю, он приезжал сюда, но … У тебя теперь другая жизнь, да? Стас тебе не нужен?

-- Не нужен. – Соглашаюсь и понимаю, что говорю правду. – И мне не важно, что с ним происходит. У него есть мама с папой и … ты. Ты ведь ради него приехала?

-- Он тебя очень любит, и у него огромное чувство вины перед тобой. Стас губит себя, понимаешь. С родителями не общается, они даже не знают, где он сейчас живет. Я очень боюсь за него. Никогда не видела его таким…

-- А я при чем? – спрашиваю, но примерно понимаю, что она может сказать. И точно, начинает меня просить.

-- Поговори с ним, он послушает, пожалуйста. Он так о тебе говорит…, -- а вот сейчас смотрит внимательно, пытается понять, что же такого во мне есть.

Она даже не понимает, как мы с ней похожи. Окажись я в такой же ситуации, тоже все сделала бы для Стаса. И для Никиты. Для того, кого люблю. И не важно, бросил ли он меня, есть ли у него другая… А Стас это понял? Наверняка, поэтому и стал с ней встречаться, даже жениться хотел. Мы похожи, умеет он выбирать… искренних наивных дур. И такая злость вдруг взяла. За себя и за эту профессорскую дочку, которая приехала унижаться передо мной, лишь бы я помогла тому, кто никогда и ничего для нее не сделает. И любить не будет.

-- Нет! Стаса больше нет, для меня нет! Не хочу его ни видеть, ни слышать. И ты… тебе пора обратно, домой!

Разворачиваюсь и хочу уйти. В руке вибрирует телефон, незнакомый номер. Не успеваю ответить, звонок сброшен.

-- Это мой номер, -- раздается сзади. – Позвони, когда передумаешь.

Ник приехал через двадцать минут, какой-то взъерошенный, улыбался, но я видела, что чем-то обеспокоен. Но чем? Не говорит ведь…

Сидим в каком-то кафе, обедаем. Я не стала ему рассказывать про приезд Юли и про страхи Машки. Кажется, сейчас не время… Интересно, он говорил что-то Мегере? Ведь не просто так она не стала меня валить. И Машку не тронула, кстати.

-- У тебя еще есть экзамены на этой неделе? – Отрывается от телефона и смотрит на меня.

-- Да, в пятницу. Потом еще во вторник следующий. И если все сдам, то буду свободна.

-- Конечно, сдашь. Не сомневайся. Мама на будущей неделе приезжает, -- неожиданно меняет тему. -- У нее сейчас важные показы… Обещала, что увидимся перед моей защитой. Хочу вас познакомить.

-- Зачем?

Выпаливаю даже не подумав. У меня вилка в руке так и замерла. Нет, нет и нет! Рядом с этой женщиной я никогда не встану. Помню как Марина с ней выглядела, а я… Да она и не примет меня, вон как на Баринову ласково смотрела… Он и девушек раньше выбирал на мать похожих – высоких красивых моделей. И я тут…

-- Как зачем? – кажется он не ожидал моего вопроса. – Мы вместе, почему я не могу прийти с тобой на семейный ужин.

Нечего ответить. Не говорить же ему, что я дико боюсь его мамы, даже больше, чем отца. Что эта женщина многие годы представлялась мне совершенно неземным существом. А когда мы будем рядом, Ник, наконец, прозреет и поймет, насколько я жалкая. Что такая как я никогда не может быть рядом с таким как он. Не знаю как, но я не пойду на этот ужин!

-- Что, договорились? – Кивает официанту, просит счет. Он явно уверен, что я пойду с ним, что сделаю как он хочет. Может, права Машка и он распоряжается мной как своей собственностью?

Созваниваюсь с Епифанцевой, договариваемся на шесть вечера. Это, конечно, не мое дело, вот совсем не мое, но она мне как сестра. И я от нее не откажусь!

-- Никит… -- мы едем в машине, он весь день проводит со мной, только отъезжал куда-то после моего экзамена.

-- Да.

-- Епифанцева. Она моя подруга. Почти как сестра, и я буду с ней общаться. Что бы ни случилось.

Смотрит на меня с любопытством.

-- И что? Ты к чему это?

-- Я же вижу, что она тебе не нравится.

-- Не нравится, -- он даже не пытается притвориться.

-- Почему?

-- Содержанка, которая ищет богатого олуха. Да еще и наркотики…

-- Она не употребляет и не распространяет! А разве не таких девушек все твои друзья выбирают? Статус и деньги. Разве нет, -- чувствую, что начинаю злиться. Не ему судить Машку!

-- Варя, я не хочу ругаться, она того не стоит. – Медленно поворачивает направо. – Но с Даней она зря, у него за душой ни копейки!

Больше не говорим ни слова друг другу, пока Volvo не тормозит у Машиного подъезда. Здесь еще чувствуется запах гари. Интересно, когда все это выветрится? Дверь в квартиру открыта, здесь не только Епифанцева, ее отец и какие-то люди, по виду чиновники.

В коридоре стоят две сумки, Машка их сама собрала. Смотрит на Айса недобро как-то. Она хоть и жалуется на него, но сама его тоже явно не жалует. Да, Варя, повезло тебе.

-- Ну, мы пойдем?

Ник подхватывает сумки, кивает Мане и мужчинам.

-- Вечером созвонимся, поняла меня? – смотрю на Машку. Сейчас такой момент сложный наступает. Я больше не чувствую, что мы только вдвоем и никого у нас больше нет. Я живу у Никиты, а у Маши… у Маши тоже что-то происходит. Мы стали меньше видеться за эти несколько дней. И я не допущу, чтобы мы разбежались.