Глава 9

День пятый

Шестой день эксперимента прошёл на удивление спокойно. Я варила зелье для академии, училась, тренировалась и даже в кои — то веки легла спать в приличное время.

Но на пятый день… Случилось ужасное! Ева вытащила меня в город «быстро пробежаться по магазинам».

Не знаю, о чём я думала, когда согласилась. Я ведь знаю её не один год и никогда её «быстро» не тянулось меньше нескольких часов. А тут ещё и покупки, которые она способна делать бесконечно.

— Пощади, я просто не могу столько ходить, — молила я к обеду. — Меня утром загонял твой брат, теперь ты заставляешь наматывать километры, ещё и в жутко неудобных туфлях. А у меня вообще — то ещё вечерняя тренировка.

— Не переживай, я тебя отпрошу, — беззаботно отмахнулась Ева, зарываясь в очередную кипу кружев.

— Позвольте, я вам предложу новую коллекцию платьев, — С чисто профессиональной улыбкой, в которой не было ни капли правдивости, ко мне подошла второй продавец.

— Мне ничего не нужно.

— Конечно, — отозвалась Ева из — под шляпы с такими огромными полями, будто она присматривает её не столько для защиты от солнца, сколько намереваясь сесть в неё, как в лодку, и пересечь океан. — Поэтому ты и пойдёшь на бал в старом учебном халате. Очень смело. Особенно рядом с моим шикарным братом.

— Я ещё не решила, иду ли вообще.

— Да кто тебя спрашивать будет! Конечно, ты идёшь, даже не думай отпираться. И я бы на твоём месте выбрала платье самостоятельно, а не провоцировала Виктора на забег по магазинам, который ты можешь не пережить!

Она дёрнула головой в сторону вешалок, и на прилавок через пару секунд легло платье мечты.

Серебряное, как далёкие равнодушные звёзды.

Восхитительно — прекрасное. Из тончайшего шёлка, с деликатным, но невероятно красивым кружевом и мелкими драгоценными камнями, заменяющих ряд пуговиц.

Я уставилась на него, как ребёнок смотрит на запретную сладость.

Но только на мгновение!

На коротюсенький, почти незаметный миг!

— Нет, — сказала твёрдо.

— Да! — припечатала Ева упрямо.

— Оно слишком дорогое. Цену даже спрашивать страшно.

— Тем более бери. Со страхами нужно бороться, ты ведь не трусишка какая — то!

— Ни за что!

— Девушка, заверните, пожалуйста, это платье в отдельную коробку, я хочу подарить его одной строптивой особе, — распорядилась Ева.

— Ты с ума сошла!

— Вот и присоединяйся! Вместе веселее! — рассмеялась подруга. А затем взяла меня за руку и тихо произнесла: — Дорогая, ты даже не представляешь, насколько я тебе благодарна. И не только за свою идеальную фигуру. За брата тоже.

— Ева! — Я ужасно смутилась. — Это не то, о чём ты думаешь.

— Посмотрим. А теперь пойдём есть мороженое!

Я и пикнуть не успела, как меня затащили в лавку напротив, притом подруга так торопилась, что забыла своё платье, и нам его принесли уже в кондитерскую.

Это показалось странным, потому я аккуратно огляделась по сторонам.

Сразу вспомнились и подозрительно хорошее настроение Евы, и её невероятная и непривычная энергичность, вечно румяные щёки и блестящие глаза.

«Святой Котелок! Да она влюбилась!» — осенило меня с сильным опозданием.

Когда Ева в третий раз пошла к витрине и ничего не купила, я уже готова была пнуть незадачливого поклонника в её сторону. Жаль, не могла понять, чьё внимание она пытается привлечь.

Дверь открылась, звякнул колокольчик, и я непроизвольно повернулась к молодому мужчине. Кажется, он сидел на веранде, когда мы заходили.

— Не можете определиться с выбором? — доброжелательно уточнил он у Евы.

— Да, — пискнула она мышкой.

Ева! Моя Ева! Ураган в юбке! И один из лучших молодых кондитеров королевства не может определиться с выбором пирожного!

Ну да, ну да. Мы в это, конечно же, верим.

Я отодвинула стул, чтобы получше видеть неожиданное театральное представление. И тщательно разглядеть её кавалера, разумеется.

Мужчине, конечно, далеко до Виктора по внешним данным, но он совершенно очевидно аристократ до кончиков пальцев, но не манерный и слабый, а волевой и сильный. Мышцы тренированы, движения экономные. Держится настороже.

И ему, это совершенно очевидно любому, у кого есть глаза, безумно нравится Ева. А ей нравится он.

— Как вы смотрите вот на это пирожное? — предложил мужчина, склонившись к ушку Евы гораздо сильнее, чем позволяли приличия. Разве что не поцеловал его!

— Восхитительно, — выдохнула Ева так, будто сейчас грохнется в обморок.

— Вы здесь с подругой? Позволите вас угостить?

Чем дольше я слушала их разговор, тем сильнее понимала, что парочка уже давным давно встречается, он отлично знает вкусы Евы, всё то время, что мы ковырялись в магазине, он терпеливо нас ждал, а теперь всеми силами пытается задержать мою подругу у витрины.

Как же этим бедным аристократишкам сложно ухаживать за девушками!

— Ева, дорогая, я буду трубочку с кремом. А ты определилась с выбором? — спросила я, подходя к скованной этикетом парочке.

— А? Э? — задала крайне высокоинтеллектуальные вопросы подруга, у которой вместо мозга, кажется, сейчас счастливо булькает сладкий лимонад, который она успела выпить до прихода «случайного посетителя кондитерской».

— Присоединитесь к нам? — спросила я мужчину и посмотрела на него без намёка на флирт. Обычная вежливая беседа, ничего такого.

Его глаза вспыхнули.

— Если не помешаю… — начал он положенную этикетом историю длинной в сто лет.

— Что вы! Мы просто зашли охладиться и съесть сладости после прогулки по магазинам. Будем рады компании. Ева, дорогая, ничего ведь страшного, да? Ты меня знаешь, я человек простой, не знаю всех этих ваших этикетов, да и здесь, кажется, вполне приличное место, — отыграла я дурочку, как мне показалось, на отлично.

— Ну что вы, что вы! — вступился за меня мужчина. — Не смущайтесь и ни в коем случае не переживайте. Я буду рад принять ваше приглашение.

Надо ли говорить, что в кафе мы просидели не меньше часа, и я за всё время и слова не сказала, активно имитируя слепоглухонемую подругу.

— Я так вас задержал! Позвольте я отвезу вас… в академию? — продолжил строить из себя незнакомца красавчик Роберт.

— Ой, вы так любезны! — взяла я разговор в свои руки, зная, что Ева обязательно откажет. — Признаться, я так устала за сегодняшний день, все эти магазины, парки… А у меня ещё тренировка вечером.

— Вы прекрасный друг, — деликатно заметил мне мужчина, когда помогал подняться в карету. — И неплохая актриса.

— Благодарю вас. Но комплимент вернуть не могу. У вас крупными буквами на лбу всё написано, — весело рассмеялась я, до ужаса смутив сладкую парочку. — Извините. Вы просто ужасно милые! Сложно удержаться.

Всю дорогу я мучительно размышляла, могла ли раньше где — нибудь видеть Роберта. Что — то в нём казалось неуловимо знакомым. Но что?

Когда мы шли в общежитие, я решила спросить у подруги.

— Он симпатичный, — осторожно сказала я. — И просто без ума от тебя.

— Не то слово, — довольно протянула Ева.

— Ты для него худела?

— Не-а. Для себя! Ему я в любом виде нравлюсь.

— Здорово. Я очень рада, что ты нашла своего человека. Надеюсь, родители не против вашего брака?

От ответа на вопрос зависело многое. Это я, простая девушка, могла выбрать себе человека по сердцу, у аристократов же зачастую балом правили деньги и связи, а не любовь.

— Они пока в шоке, но в целом за.

— А Виктор?

— Они дружат с Робертом, так что не думаю, что это проблема.

Мы уже подходили к общежитию, когда я привычно подняла взгляд к башне с часами и флагштоками.

Флаг нашего королевства.

Флаг с гербом академии.

Флаг с символом столицы — коршуном.

— А — а–а-а-а! — протянула я шокировано, когда до меня дошло, кого напомнил мне «просто Роберт». — Ева, это что… был принц?

— Угу, — счастливо подтвердила она.

— Ты сошла с ума!

— Возможно. Но согласись, очень удачно.

У меня напрочь пропал дар речи. В ужасе я прокручивала всё, что сегодня наговорила. Вспомнила, сколько раз поставила его высочество в неудобное положение. Назвала плохим актёром!

Мамочки!

Ева потянула меня за рукав, заставляя остановиться и посмотреть на неё.

— Я очень тебе благодарна, Элия.

— За что? За талию?

Я всё ещё пребывала в шоке и плохо соображала. Мне требовалось время, чтобы переварить «чудесную новость», что я неоднократно нагрубила его высочеству.

— За смелость. За то, что ты никогда не смотришь на людей снизу вверх. Даже если они очень стараются смотреть сверху вниз! — весело закончила она, намекая на наше своеобразное общение с её женихом.

Я фыркнула.

— Надеюсь, он не прикажет меня казнить за неуважительное отношение к его высокопоставленной особе.

— Нет, конечно! — рассмеялась Ева. — И вообще, Эли, я решила, что когда стану женой его высочества, постараюсь выбить твоим родителям какой — нибудь крошечный титул. Уверена, Роберт во всём мне поможет.

Я чуть не подавилась воздухом.

— Что?!

— А что? Это практично. Особенно если ты и дальше будешь смотреть на моего брата так, будто он редкая, опасная, но очень интересная форма лабораторного брака.

— Я не смотрю на твоего брата!

— Конечно. Поэтому у тебя уши красные всякий раз, когда он входит в комнату.

Я покраснела как маков цвет. Слишком уж она была права.

Дежурная по этажу при нашем появлении положила на стойку конверт, и Ева, не задумываясь, протянула к нему руку.

— Ев, это для Эли.

— В смысле? — Мы с Евой дружно хлопнули ресницами. На конверте был герб её семьи, так что наше удивление было вполне логичным и даже закономерным.

— Здесь написано: «Элии Линвуд».

Я тут же развернула письмо и мы втроём сунули в него любопытные носы.

— Ля — ля — ля, — пробормотала Ева, — лорд и леди Аргенталь просят вас завтра оказать им честь… Обалдеть!

Я застыла.

Ева ещё раз пробежала взглядом по летящим строчками и улыбнулась.

— Надо же, как интересно, — протянула она.

— Если это засада, я перед смертью тебя отравлю. За содействие тёмным силам.

— Не драматизируй, — весело ответила она. — Тебя просто напоят чаем.

— И допросят, — уверенно добавила я.

— И допросят, — не стала она лгать. — Но вряд ли с особой жестокостью, не переживай. Хотя утверждать я, конечно, не могу.

Чудесно.

Просто чудесно.

А я‑то, наивная и неопытная, думала, что внезапные визиты Аргенталя — ужас и кошмар. А вон, как оно оказалось. Правду говорят люди: всё познаётся в сравнении.

Вздохнула.

Толку страдать? Ехать придётся вне зависимости от моих желаний и страхов.

— День с вашими родителями — именно то, чего мне не хватало для полного счастья! — съязвила я, прощаясь с Евой.

— Видишь, как замечательно! Теперь ты будешь совершенно счастлива! — Евка показала мне язык и натурально сбежала к себе. А я ещё с минуту слышала её довольный смех. Подруга, называется.