46. Кей. На развалинах черного замка

В целом, если не учитывать, что мы направлялись на практически безнадежное дело, я чувствовал себя счастливым. Не знаю, кем из мифических тварей представляла себя Джелайна в таверне, василиском или огнедышащим драконом, поэтому не был уверен, надлежит мне закаменеть или сгореть синим пламенем. Но мысль о том, что я могу пробуждать в ней такую ревность, заставляла меня парить. И очень, очень хотелось выжить в этом косорыловом черном замке. Перебить всех тварей, навтыкать черному магу и стать для Джелайны единственным и незаменимым Героем-спасителем и Принцем на белом огнеплюе в одном лице.

Мы довольно легко определили по карте местонахождение обители зла. Добравшись по дороге до моста через реку, мы определили, что до крепости идти часа полтора. Немного, в сущности. Часть своих вещей мы припрятали в доме, где ночевали, и теперь шли практически налегке. До моста мы шли по какой-никакой, а дороге, пусть поросшей травой, но с заметными колеями от колес. Этот отрезок пути занял у нас полчаса, которые Джелайна либо молчала, либо порыкивала на меня, как злобный горбокрыл. Я понимал, что сам спровоцировал ситуацию, поэтому безропотно сносил упреки. Но, боюсь, выражение лица при этом у меня было недостаточно раскаявшимся, что лишь сильнее бесило Лайну.

Но когда мы сошли с дороги на слабый намек тропинки, что шла параллельно берегу, настроение Хольм изменилось. Сначала она просто стала тише, потом задумчивее, потом стала держаться ближе ко мне… И у меня даже стали мелькать картины нашего триумфального возвращения. Трумфального в честь победы здравого смысла Джелайны над союзом ее упрямства и авантюризма…

Но Лайна лишь накинула на нас полог невидимости и щит.

Не может победить то, чего не существует.

Мы протопали уже полтора часа, - точнее, последние тридцать минут мы скорее крались, как страхотварень на охоте, - но никаких признаков черного замка впереди не было. Не появился он и через два часа. Спустя еще половину я задумался, а не врет ли нам карта. И не причудился ли замок.

…Но тут мы буквально вывалились к крепостной стене. Я чудом поймал Лайну, котрая от неожиданности чуть не влетела каменную кладку.

Вблизи крепость на «замок» не смотрелась. Так, обшарпанная развалина. Донжон, что высился над стеной, глядел на лес пустыми глазницами окон-стрельниц. Самый верх башни был обрушен с одной стороны, и вниз от сбитого края тянулась безобразная трещина, поросшая мхом. Чуть правее того места, где мы вышли, крепостная стена была проломлена, и сторожевая башня нависала над дырой, норовя вот-вот обвалиться.

Гарнизона охраны бояться не приходилось. Старая крепость уже много десятков, а то и сотен лет была лишена жизни. Не ощущалось вокруг и сети охранных заклинаний. Разруха и запустение.

- Может, замок не тот? – усомнилась Лайна.

Я пожал печами. Может, и не тот. А «тот» куда телепортировался в таком случае? Чуть дальше явственно слышался шум горной реки. Даже если мы промахнулись. Даже если карта наврала. Кто бы стал ставить в глухомани две крепости подряд?

Может, нам маг причудился?

Коллективная галлюцинация?

- Похоже, здесь никого нет, - констатировал я то, что и так было очевидно.

- Давай всё же зайдем, - попросила Джелайна.

Как же так, она уже попрощалась с жизнью, можно сказать, настроилась на неприятности… А их нет. Кто посмел?! Вернуть немедленно!

Вот же неугомонная! Ладно, проведем экскурсию по местным древностям и достопримечательностям. Она не решит загадки происхождения лютостужня, зато и нападения можно не бояться.

Заходить в дыру в стене, под камнепад, я отказался. Мы дошли до ворот, распахнутых настежь. Никто не бежал навстречу, размахивая мечами и выкрикивая нелицеприятные вещи в наш адрес.

Вход в крепость располагался где-то выше моего роста. Но огнеплюю это помехой не было. Или файерболам. По закопченной площади вокруг узкого дверного проема – всё же огнеплюю. Остов выгоревшей двери поскрипывал на петлях. Опаленное дерево осталось только вокруг металлических пластин, которыми при жизни дверное полотно было обито.

Следов приставной лестницы в окрестностях не наблюдалось. Джелайну я подсадил, самому пришлось подпрыгивать и подтягиваться. Она попробовала помочь затаскивать меня наверх, и я даже дал ей такую возможность – если женщина хочет, дай ей. Осознав тщетность усилий, она заявила, что я – туша и задницу отожрал на казенных харчах. Я фыркнул в ответ и залез полностью. Сам. Это не задница, это – мускулы.

…Задница – у нас впереди, как подсказывала мне… откормленная на казенных харчах часть тела. Видимо, чувствуя родственную душу. Хотя ничего не предвещало.

Внутри крепость пострадала еще сильнее, чем снаружи. Пол был усыпан крошкой из камней и штукатурки. Местами «крошка» была впечатляющих размеров. Не дай Дайна, такая с головой встретится. Черные кляксы копоти указывали на следы магической битвы. Наши шаги отдавались эхом в пустых сводах.

Было тихо.

Но жутко.

Мы обошли весь хозяйственный этаж.

- Видишь, никого нет, - сказал я, и слова, нарушившие вековую тишь, ударили по ушам набатом.

- Мы не были наверху, - возразила Лайна. – И внизу, - добавила она менее уверенно.

Мне тоже не улыбалось спускаться в темные нижние этажи – там же еще подземный наверняка есть.

Вверх вела витая лестница в узком, как колодец, проходе, такая же заваленная и выжженная, как и остальные помещения. Второй уровень был более освещенным. Исходя из высоты донжона и потолков, дальше лестница ведет на открытую боевую площадку. Обойти уровень в донжоне это – пять минут. Ну, десять – если осторожно. Никаких следов магических плетений. Никаких следов – в прямом смысле. Ничего. Я выдохнул.

- Лайна, пойдем уже, - потянул я Хольм обратно к лестнице, когда мы вышли наверх, под слепящее солнце.

Вид с площадки открывался живописный. На другом берегу были видны поваленные деревья, доказательство того, что вчерашняя гроза нам не причудилась, и с крепостью мы не ошиблись.

- Да, да, - пробормотала она, переводя на меня невидящий взгляд.

Твою мать!

- Джелайна, тут никого нет.

И нужно уходить, пока этот «никто» не появился, твердила мне откормленная часть туши. Трусливо сжимаясь.

- Да, - покивала она, обводя взглядом отколотые острия бойниц. – Нужно спускаться.

Я уже понял, что речь идет о совсем «спускаться». Но сделал вид, что до меня не дошло. И когда мы оказались на первом уровне, потянул Хольм к выходу.

Она вырвала руку.

Лестница, по которой мы поднимались в башню, вниз не вела.

- Как ты думаешь, где здесь спуск? – поинтересовалась она.

- Не знаю, я не заметил, пока мы осматривали.

На это была вся надежда. Что строители крепости спрятали вход на нижние уровни достаточно хорошо, чтобы Лайна их не обнаружила. Я-то точно искать не буду.

Хольм шла по коридорам, заглядывала в помещения  с отрешенным видом привидения. Жестокое разочарование рвало ее изнутри. Но лично я считал, что нападение разочарования пережить легче, чем, например, огнеплюя. Или горбокрыла.

- Ладно, пойдем, - смирилась, наконец, она, поворачивая в ту сторону, откуда мы пришли.

…Но тут раздалось чириканье мелкозуба!

Вот же тварь! Что ж ему дома-то не сидится?!

Окрыленная Лайна помчалась на звук, который раздавался из комнаты, которую мы миновали несколько минут назад. И да, косорылов (а также жутконосов и мечеклыков) Гррых порхал, тревожно щебеча, возле обычной деревянной двери в боковой стене. Обычной, и даже подпаленной. Двери. В соседнюю комнату. Я напряг память: в соседней комнате двери не было. Ответ лежал на поверхности. К счастью, я сам его не нашел. Иначе пришлось бы врать.

А теперь, двое против одного…

Двое против одного за то, чтобы спуститься вниз. Боюсь, мои возражения не сыграют ни какой роли. Как бы сильно я ни боялся.

- Я иду первым, - твердо сказал я.

Джелайна как-то слишком поспешно согласилась. Видимо, ее недокормленная часть туловища тоже намекала, что туда лучше не ходить. Но авантюризм и упрямство перевешивали. Если мы выберемся живыми,  я приложу все силы, чтобы откормить союзницу до уравновешивающих размеров.

Я дернул за ручку, и дверь неожиданно легко поддалась. Лестница вела в очередной колодец, и внизу было темно, хоть глаз выткни. Раздолье мраколютам. Хотя он тут не поместится. И то радость. Я поднял вверх руку с файерболом – и освещение, и оружие, - и начал спуск. Резкая тень центрального столба, вокруг которого скручивалась лестница,  прыгала по ступеням.

- Стой! – резко одернула меня Лайна.

Я встал.

- Понизу охранка, Кей, - пояснила она дрожащим голосом под чириканье мелкозуба.

Охранка. Ну вот. Что бы то ни было, мы его нашли. И что же мы такие нерадостные, а?