Глава 1 · Невыносимый!

Космолёт «Стриж-17» вибрирует под моими пальцами, отзываясь на малейшее движение рукоятки. Я дышу ровно, концентрируясь на бесконечном чёрном полотне за иллюминатором и зелёных огоньках приборной панели.

Мой первый самостоятельный вылет за пределы учебной зоны. Проверка навигационных систем на астероиде-призраке «Цербер». Простая, рутинная миссия. Идеальный шанс доказать всем, и в первую очередь себе, что я здесь не по чьей-то милости и уж точно не из-за фамилии, которую теперь все шепчут у меня за спиной.

Дочь генерала Вейла. Смотрите, дочь предателя*.

Я с силой сжимаю рукоятку, пытаясь заглушить внутренний голос. Я — Виктория Давыдова. Простая земная девчонка, которую однажды украли из её же жизни, заперев в роскошной каюте, как диковинную птицу в клетке. Я не просила этого. И уж точно не была его сообщницей. Я его вообще не знаю!

— Ну что, принцесса, как наши королевские владения? — раздаётся сзади развязный, до боли знакомый голос.

Я зажмуриваюсь. Чёрт. Опять он.

Джаред Вальтерра, красавец и балагур, герой академии космодесанта и временно мой куратор. Он проходит в кабину и разваливается в кресле второго пилота. Без всякого стеснения этот гад закидывает ноги на панель управления.

— Убери ноги с консоли, — сквозь зубы цежу я, не отрывая взгляда от курса.

— Ой, простите, ваше высочество, — он с преувеличенной почтительностью убирает ноги, но тут же пододвигается ближе. Его дыхание касается моей щеки. — Просто скучно. Полетай как-нибудь повеселее. Сделай бочку. Или мёртвую петлю.

— Это не истребитель, а челнок для диагностики, — холодно парирую я. — И если ты не в курсе, здесь действуют правила, а не твои прихоти.

— Правила созданы, чтобы их нарушать, крошка, — Джаред подмигивает. — Или ты вся в папочку? Любишь строгий порядок и тотальный контроль?

Это удар ниже пояса. Он специально выводит меня из себя, а я как дурочка ведусь. Я резко поворачиваюсь к нему, глаза сами вспыхивают.

— Ещё одно слово о нём, и я вышвырну тебя в шлюз!

— Ого! — Джаред смеётся, явно получая удовольствие от моей реакции. — Настоящая дикарка. Ну ладно, ладно, не кипятись. Я же просто шучу. Давай лучше поговорим о чём-нибудь приятном. Например, о том, какие у тебя красивые серые глазки и как мне нравится смотреть, на твой серьёзный, сосредоточенный вид.

Я игнорирую его, снова уставившись вперёд. Но его присутствие такое навязчивое. Он болтает без умолку, отпускает дурацкие шутки, пытается подсказать маршрут. Мои нервы натянуты до предела.

Я пытаюсь сосредоточиться на показаниях датчиков, на расчёте траектории облёта «Цербера», но его голос, его наглая ухмылка постоянно выдёргивают меня из состояния концентрации.

— Смотри, вон сканер показывает аномалию, — вдруг говорит он, тыча пальцем в экран. — Может, пролетим поближе? Вдруг там пираты? Спасём кого-нибудь и получим премию.

— Это гравитационная линза, идиот! — рявкаю я, отводя челнок в сторону. — Отстань от приборов!

В этот момент мой взгляд на долю секунды отвлекается на его самодовольное лицо. Всего на долю секунды.

Раздаётся оглушительный скрежет, и челнок содрогается, будто врезался в стену. Сирена тревоги пронзает кабину. На главном экране мигает красный предупреждающий значок: «Столкновение. Повреждение обшивки».

Тишина. Гулкая, давящая.

Я застываю и смотрю на экран. Мы задели край небольшого, не занесённого в карты обломка. Потеря датчиков. Незначительное повреждение обшивки. Ничего смертельного. Но для моей учёбы и будущей карьеры — возможно, приговор.

И виной всему — он.

Медленно, очень медленно я ставлю челнок на автопилот и расстёгиваю ремни. Встаю. Джаред смотрит на меня с редкой для него неуверенностью.

— Вика, эй, успокойся, это же мелочь…

Я не слышу. В ушах звенит от ярости, стыда и отчаяния. Вся моя выдержка, всё напряжение последних недель вырываются наружу. С оглушительным криком, в котором всё — и боль за отобранную жизнь, и ненависть к отцу-злодею, и злость на этого невыносимого нахала, — я бросаюсь на него.

— Я тебя убью!

Джаред, не ожидавший такого поворота, с криком «Эй!» опрокидывается на пол. Я набрасываюсь на него, осыпая ударами кулаков по груди, по плечам, по чему попало, ругаясь всеми нехорошими словами, какие есть в моей голове.

— Всё из-за тебя! Вечно ты со своими дурацкими шутками! Я всё сломала! Теперь меня точно отчислят! Дочь предателя, ещё и бездарность!

Джаред сначала пытается защищаться, ловит мои летящие кулаки, но потом его собственное раздражение прорывается наружу.

— Да успокойся ты! — рычит он, перекатываясь и накрывая меня собой, чтобы обездвижить. Мы лежим на полу кабины, пронзая друг друга огненными взглядами, оба запыхавшиеся, растрёпанные и злые. — Сама виновата! Смотри куда летишь, а не на мою рожу!

— Ты мне мешал! — выкрикиваю я ему в лицо, и слёзы наконец текут из моих глаз ручьями, смешиваясь с пылью на полу. — Ты всегда мешаешь! Оставь меня в покое!

Я замолкаю, вся дрожа, и просто лежу под ним, побеждённая не только им, а грузом собственных неудач. Джаред смотрит на меня — на мои сжатые кулаки, на слёзы, оставляющие дорожки на щеках, на дрожащие губы. И его обычная насмешка куда-то испаряется.

Он медленно ослабляет хватку, но не отдаляется. Наоборот, его тело тяжелеет, прижимая меня к холодному полу ещё сильнее. Внезапно я понимаю, что он не смотрит мне в глаза. Его взгляд скользит ниже, застревая на моих губах. В кабине становится душно.

— Ладно, — выдыхает он, и в его голосе нет ни капли прежнего пафоса. — Ладно, Вика. Успокойся. Всё починим.

Его голос — всего лишь приглушённый фон. Всё моё существо сосредоточено на этом взгляде, на его внезапной тишине. Он наклоняется чуть ближе, и у меня перехватывает дыхание.

Он сейчас поцелует меня.

Мысль проносится обжигающим и нелепым разрядом. Этот наглый, невыносимый болван… и он хочет поцеловать меня сейчас, когда я раздавлена и валяюсь в пыли?

Но я не отворачиваюсь. Не могу пошевелиться. Я просто лежу и смотрю, как его лицо приближается, а сердце колотится где-то в горле, смешивая ярость с чем-то новым и пугающим.

*Вика — дочь предателя генерала Кассиуса Вейла, который упоминался в истории «Недотрога в академии космодесанта»