Глава 9 · Попались

Эта фраза раздаётся прямо рядом с нами. Я узнаю голос профессора Сильвертона — нашего преподавателя по боевой подготовке. Ну вот. Отработка в зале нам теперь точно обеспечена.

Блин. С Джаредом только одни проблемы!

Губы парня застывают на моей шее, дыхание становится прерывистым. Моё тело, только что расплавленное и податливое, мгновенно коченеет от ужаса. Страшно подумать, что там зародилось в голове у профессора при виде этой картины.

Какой позор! Стыд! Чёрт побери, дайте мне провалиться сквозь пол куда-нибудь. Или хотя бы спрятаться в кустах, чтобы не было так мучительно неловко. За что мне всё это? Где я так провинилась-то? Почему меня постоянно преследуют эти ужасные ситуации⁈

Джаред поднимает голову, его глаза, ещё тёмные от страсти, сужаются. Он медленно, с глубоким вздохом, отрывается от меня и поднимается на ноги, одним движением подтягивая меня за собой. Я поправляю комбинезон, пытаюсь привести в порядок волосы. Чувствую, как лицо пылает огнём.

Профессор Аарон Сильвертон стоит с невозмутимым видом, скрестив руки на груди. Хотя нет… Эмоции у него есть. Он явно смотрит с неодобрением, и только его губы… будто на них мелькает тень усталой насмешки.

Его… забавляет наш вид? Или то, что он поймал нас с поличным?

— Оранжерея, Вальтерра? — Сильвертон медленно обводит взглядом нашу разгорячённую пару, сломанную лавку и общий вид «только что застали за непотребством». — Действительно, очень романтично. И тихо.

— Профессор, — начинает Джаред, его голос снова обретает привычную лёгкость, но в нём слышится хрипотца после страсти. — Это… техническая неисправность.

— О да, — парирует Сильвертон, подходя ближе и осматривая сломанную ножку. — Очень «техническая». В комплекте с «неисправностью» ваших рук. Ладно. Первое наказание: вы оба завтра после пар отправляетесь в тренажёрный зал. Будете выпускать излишки энергии в мирное русло. Отработаете до седьмого пота.

Я открываю рот, чтобы что-то сказать, попытаться оправдаться, но Сильвертон вдруг переводит пронзительный взгляд с Джареда на меня. И я тут же сжимаю челюсти. Ой, нет. Говорить я не буду, пожалуй.

Его серые глаза (да, не зелёные глаза, потому что профессор не капиониец, он ахтрон — принадлежит к очень крутой расе, самой необычной среди жителей нашего космического пространства*) задерживаются на моём лице, на моих распухших губах, на явных следах на шее. Он хмыкает, и в этом звуке есть что-то слишком понимающее.

— Давыдова… Надо же, — произносит он многозначительно, но не развивает мысль дальше.

Просто качает головой, а мне чудится, что эта фраза камень в мой огород. Типа, никак не ожидал, что ты так поступишь. Вот же! Я и не хотела всего этого! Вообще не понимаю, что за наваждение нашло на меня.

Если бы верила в магию, решила бы, что Джаред — ведьмак! Наложил на меня заклинание или опоил приворотным зельем. Я ведь не хотела! Не хотела я с ним целоваться и уж тем более кувыркаться рядом со сломанной лавочкой.

Эх. Он… что-то делает со мной! Врывается в моё пси-поле или ещё чего.

— Второе наказание, — продолжает Сильвертон как ни в чём не бывало, — лавочку чините. Прямо сейчас. Найдёте инструменты в хозблоке. Я проверю через десять минут.

Джаред, кажется, собирается выдать какую-то колкость, но Сильвертон поднимает руку, останавливая его.

— И не вздумай, Вальтерра. Знаю все твои шутки наизусть. Считай, тебе повезло, что это я, а не дежурный офицер. С вашей пятёркой и так слишком много «приключений» в последнее время. Не надо добавлять в список порчу академического имущества в перерывах между… разминкой. Всё ясно?

Сильвертон смотрит на нас по очереди. Я молча киваю, глядя в пол. Джаред, после секундной паузы, произносит:

— Ясно, профессор.

— Отлично, — Сильвертон бросает последний оценивающий взгляд на нас двоих. — Завтра в зале. Не опаздывать.

Он разворачивается и уходит, его шаги гулко отдаются под сводами оранжереи. Неторопливо, спокойно. Будто не отчитывал только что двух провинившихся курсантов. Мы же с Джаредом стоим молча, слушая эти шаги и тихое журчание воды в системе полива.

Как только Сильвертон пропадает из вида, Вальтерра оборачивается ко мне. Вся его напряжённость мгновенно испаряется, и на лице снова расцветает та самая, бесстыдная ухмылка.

— Ну что, принцесса, — говорит он, делая шаг ко мне. — На чём мы остановились?

Во мне поднимается вихрь эмоций, который так тщательно сдерживался благодаря присутствию профессора Сильвертона. И теперь эта лавина прорывается наружу. Я не могу просто больше держать это в себе.

Я отпрыгиваю от Джареда, как от раскалённого железа, и тычу в него пальцем.

— Мы остановились на ремонте этой проклятой лавочки! — выкрикиваю я. — И вообще, с тобой всё кругом ломается! Сначала челнок, теперь мебель! Что дальше? Ты устроишь взрыв в реакторном отсеке, потому что тебе «скучно»⁈

Он только смеётся этим чёртовым беспечным смехом, который сводит меня с ума. Он подходит к обломкам лавки, поднимает сломанную ножку и рассматривает её с видом знатока.

— Ладно-ладно, мастер-разрушитель Вальтерра готов к твоим услугам. Найдём молоток, гвозди… или суперклей. Починим. А потом…

— А потом ничего не будет!! Ничего! Понял? — перебиваю я его и отхожу в сторону.

Мой взгляд мечется по оранжерее, пока не зависает на стеллаже с инструментами. Счастье-то какое! Вот и хозблок оранжереи.

Подрываюсь туда, пока этот старшекурсник не решил снова мне продемонстрировать свои способы соблазнения бедной курсантки.

Пальцы уже находят то, что нам нужно. Обхватываю добычу рукой и плетусь назад с чемоданчиком. Джаред с ухмылкой наблюдает за всеми моими манипуляциями и моей безудержной паникой. Но мне всё равно. Я больше на это не куплюсь, я больше не буду с ним взаимодействовать без надобности.

Толкаю ему в руки чемодан.

— Вот. Чини. И помалкивай. И… и больше никогда так не делай! Никогда!

— Как, принцесса?

— Ты знаешь, — закатываю я глаза и поспешно от него отворачиваюсь.

Отхожу от Джареда подальше и делаю вид, что с диким интересом изучаю листья какого-то гигантского папоротника.

Всё тело дрожит от смеси адреналина, остаточного возбуждения и дикой злости. На себя. На него. На этот сумасшедший мир, где профессор застаёт тебя в оранжерее под старшекурсником, и это ещё считается неплохим исходом.

Сзади доносится его смешок и звуки инструментов. А я закрываю глаза и пытаюсь привести в порядок свой безумно скачущий пульс и мысли, которые несутся со скоростью света, возвращаясь к тому моменту, когда его губы были на моих. К тому, как моё тело отозвалось. К тому признанию, которое вырвалось у меня почти против моей воли.

Чёрт возьми, Вика. Что же со всем этим делать теперь?

*История Аарона Сильвертона — «Бунтарка в космической академии»