Глава 7

Яна

— … Куда делась моя рыжая кошка, которой «кис-кис» не говори — она голову откусит⁈

Вика молчит, уставившись куда-то вдаль. Её плечи поникли, и она выглядит такой маленькой и беззащитной. Совсем не похожей на ту уверенную в себе девушку, которую я знаю.

— Я не знаю, Ян. Наверное, просто пытаюсь повзрослеть? — её голос звучит неуверенно.

Мы уже дошли до центра и отправились бродить по улочкам. Тут и там всё украшено ёлками, игрушками, гирляндами. Яркие огни гирлянд мерцают, отбрасывая разноцветные блики на снег.

Всё больше людей прибывают в гостиницы, их лица светятся предвкушением праздника. В воздухе чувствуется атмосфера приближающегося торжества — запах мандаринов, хвои и горячего шоколада.

— Да брось, взросление — это ответственность, а не отказ от самой себя! Марат тебя словно загасить хочет. И у него успешно это получается! — говорю я резко, не скрывая беспокойства.

— Мне кажется, он просто ревнует и переживает, — тяжело вздыхает Вика. Я вижу, как она сомневается, мечется между собой настоящей и той, кем стала. Её лицо отражает внутреннюю борьбу, словно на нём разыгрывается целая драма.

— Максимум, за кого он переживает, так это за себя, — фыркаю и решительно завожу её в кофейню. Мы делаем заказ и ждём, пока приготовят наши напитки. Атмосфера кофейни успокаивает, но в то же время подчёркивает напряжённость нашего разговора. Аромат свежесваренного кофе наполняет пространство, а мягкий свет ламп создаёт уютную атмосферу.

— Пойми, я никогда не влюблялась. Я не знаю, как себя ведут влюблённые. Да и, честно говоря, посмотрев на сестру и на то, как она выбрала себе мужа сердцем, мне и не хочется влюбляться.

Она берет небольшую паузу и бросает взгляд в окно на прохожих, но потом продолжает:

— Единственное чего мне хочется, так это — стабильности. Если для этого придётся пожертвовать ребячеством и вести себя как взрослая, то так и быть, — говорит Вика, и в её голосе слышится странная смесь решимости и грусти.

Блондинка сдержанно улыбается, пожимает плечами и забирает свой кофе

— Всё равно я тебя не совсем понимаю, — мы выходим из кофейни и натыкаемся на каток. В голове моментально созревает набросок плана.

Надо встряхнуть подругу за каникулы! Ну не могу я смотреть, как она стала бледной тенью себя!

— Я хочу кататься. Идём? — предлагаю с энтузиазмом.

— Я коньки оставила в чемодане, — Вика хмурит свои бледные, некрашеные бровки. М-даа, а всего год назад она пользовалась косметикой так умело, что любой визажист восхитился. Стильно одевалась и сияла ярче новогодней ёлки!

Я нарочито ахаю, хватаясь за сердце:

— Ты посмеешь ослушаться своего жениха⁈

Вижу проблески её настоящих шальных эмоций и начинаю радоваться. Не всё запущено!

Мы берём коньки на прокат, и всю дорогу до раздевалки я слушаю, как Вика ноет, что они никуда не годятся, на них ни перекидной не сделать, ни покрутиться нормально. Мне её пристрастия не понять. Еду прямо и еду — главное не упасть.

А вот на сноуборде и лыжах — да! От них я ловлю адреналин, когда лечу со склона, чувствуя, как ветер хлещет по лицу, а сердце бьётся в такт каждому мгновению. Но тут уже она плохо меня понимает, но так же, как и я сейчас, составляет мне компанию.

Катаемся мы около часа. У меня уже устали ноги, но зато подруга довольная, как слон. Щёки раскраснелись, улыбка до ушей, глаза сияют. Грация кошки!

Мне же досталась из сексуальности только классная внешность и ловкость картошки. И, естественно, все отдыхающие то и дело поглядывают с интересом в нашу сторону.

Четверо парней даже подъехали знакомиться, но… Не для них ягодки росли!

Как бы я ни пыталась не падать, но всё же позорно приземляюсь на задницу уже раз пятый.

— Пойдём отсюда. Быстрее! — подъезжает Вика и рывком поднимает моё тельце.

— Что случилось? Опять твой Марат названивает? — спрашиваю хмуро и потираю ушибленный зад.

Подруга оглядывается куда-то назад и нервно тащит меня в толпу.

Да что происходит-то? Оглядываюсь и вижу жгучего брюнета, уверенно двигающегося в нашу сторону. Он рассекает толпу, словно Аполлон, сошедший с небес.

Острые скулы, расстёгнутое пальто, чёрная футболка в обтяжку, которая подчёркивает его накачанную грудь. Вся его аура так и трещит от тестостерона. Его взгляд — словно молния, пронзающая насквозь.

— Что это за красавчик? — шепчу я, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Его уверенная походка и властный взгляд буквально приковывают внимание.

— Это… это… — Вика запинается, её лицо бледнеет ещё сильнее. Она выглядит так, будто увидела призрака. — Идём быстрее, позже объясню.

Подруга буквально тащит меня за собой, её движения становятся резкими и нервными. И я иду за ней, сгорая от любопытства и тревоги.

Отдаём коньки и быстрым шагом направляемся в ближайшее кафе, чтобы «затеряться», как сказала подруга.

Выпытываю у подруги подробности, но получаю лишь сухое: «Познакомились в прошлом году в клубе. Не знаю, что ему нужно».

Спустя часа два возвращаемся домой. Довольные и замёрзшие. Открываю калитку и слышу, как из дома доносится музыка. Что-то вроде репа или рока. Непонятно.

Сводный решил послушать музыку на всех колонках, пока меня нет дома?

Толкаю входную дверь и замираю на пороге, не в силах поверить своим глазам. В доме находятся с десяток незнакомых людей! Кто-то потягивает напитки, кто-то отплясывает в центре комнаты, а парочка ребят увлечённо рубится в приставку. Громкая музыка режет слух, воздух пропитан смесью запахов еды, алкоголя и парфюма.

«Что за чертовщина⁈» — проносится в голове. Я оглядываюсь на Вику. Та стоит рядом в растерянности и смотрит на это всё широко раскрытыми глазами.

Делаю несколько неуверенных шагов вперёд, пытаясь осмыслить происходящее.

Среди толпы мелькают незнакомые лица. Смеющиеся, раскрасневшиеся, беззаботные. Никто даже не замечает нашего появления. Я чувствую себя нелепо и глупо, будто случайно забрела на чужую свадьбу или праздник.

Вика по-прежнему стоит как вкопанная. Тихонько толкаю её локтем:

— Эй, ты чего? Что это вообще такое?

Она снимает куртку и сапоги, возмущённо отвечая:

— А я откуда знаю… Похоже на вечеринку.

— Спасибо, мисс-очевидность. Я это и так вижу.

Оглядываюсь ещё раз, пытаясь найти хоть какие-то подсказки, но всё выглядит настолько хаотично и чуждо, что голова идёт кругом. Музыка грохочет, кто-то громко хохочет, где-то звякают бокалы. Атмосфера веселья и беззаботности только подчёркивает наше с Викой замешательство и неловкость.

Но едва мы делаем шаг вперёд, как дорогу нам преграждает высокий парень с пирсингом в брови и небрежно растрёпанными волосами. Он смотрит на нас с любопытством:

— О, новенькие! Давайте знакомиться. Присоединяйтесь к веселью!

Я растерянно оглядываюсь, не зная, как реагировать. С одной стороны, хочется устроить тут скандал и истерику. А потом выгнать нахрен всех отсюда. Но с другой…

— Может, просто уйдём в комнату? Подождём, пока все свалят… — шепчет Вика мне на ухо.

Но я качаю головой.

Пытаюсь среди парней найти сводного, который устроил этот балаган, но его нигде нет.

Куда этот олень делся⁈ Нет, ну надо же! Я в шоке. Почему этот козёл меня хотя бы не предупредил⁈

В голове начинает шептать червячок сомнения, о том, что это он, по сути, разрешил мне остаться, а я собираюсь устроить ему истерику за незапланированное мной мероприятие. Начиниет, но я быстро заталкиваю его обратно, откуда вылез.

Заглядываю в одну, вторую, третью комнату.

И тут я вижу этого бугая. Он стоит у лестницы, а к нему прижимается какая-то девица с растрёпанными волосами и слишком ярким макияжем. Фу, слишком вульгарная. Вкуса у прошмандовки нет совсем. Ни в одежде, ни в макияже, ни в парнях.

Она обвивает руками его шею, а он… Он просто стоит, будто это в порядке вещей!

Злость накатывает горячей волной. Сжимаю кулаки, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Не могу больше сдерживаться.

— Эй, ты! — кричу я, направляясь к ним. — Что это за цирк ты тут устроил⁈

Демьян наконец замечает меня. Лениво скидывает руки девицы со своей шеи, даже не глядя на неё.

— Чего надо? — его голос звучит так спокойно, будто ничего особенного не происходит.

— Ты совсем охренел⁈ — я почти кричу. — Что за бордель ты тут устроил⁈

Девица бросает на меня злобный взгляд, но Демьян жестом отправляет её вниз по лестнице. Она уходит, бросая через плечо последний высокомерный взгляд.

Мы остаёмся одни в коридоре. Я буквально киплю от ярости. Начинаю высказывать ему всё, но он смотрит в другом направлении и будто меня не замечает.

— Ты меня вообще слышишь⁈ — толкаю его в грудь, пытаясь привлечь внимание тупого качка.

Он лишь усмехается, глядя на меня сверху вниз. Его спокойствие только сильнее выводит меня из себя.

— Ты бесишься, потому я сделал не так, как хотело твое величество? — его голос звучит издевательски. — Или потому что эгоистичная стерва в твоем лице хотела сама устроить вечеринку, перетекающую в бордель?

— Да как ты… — слова застревают в горле.

В этот момент я чувствую, как внутри всё закипает. Никогда ещё он не говорил со мной в таком тоне. Никто никогда не позволял себе даже отдаленно так ко мне обращаться. Прежде чем я осознаю, что делаю, размахиваюсь и бью его по щеке. Ладонь начинает гореть адским пламенем и пульсировать от боли.

Кажется, я переборщила.

Парень делает шаг ко мне, нависая угрожающе. Вжимает меня в стену и до боли стискивает своей огромной лапищей мои щеки. Испуганно распахиваю глаза, сердце начинает колотиться от страха, словно бешенное.

Его огромное, как скала, тело не дает мне ни вдохнуть, ни пошевелиться. Лицо так близко, что я могу рассмотреть каждую деталь, каждую черточку. Желваки ходят от злости, меж темных бровей залегла складка, а темно-синие глаза метают молнии. Если взглядом можно убить, то именно таким на меня сейчас и смотрит Демьян.

Он же мне ничего не сделает? Я даже дернуться не успею, не то что папе позвонить в случае чего.

Он наклоняется ещё ближе, хотя казалось, ближе-то уже и некуда. Наши лбы практически соприкасаются. Контакт глаза в глаза. Внутри у меня все дрожит от страха.