Глава 10

— Слушай, может, пойдём ко мне в комнату? — предлагаю, понимая, что не хочу тут больше находиться.

— Да, идём.

Эти двое прожигают нас глазами до тех пор, пока не скрываемся на втором этаже.

Уже в комнате переодеваюсь в пижаму. Вижу, что подруга тоже переоделась, но не в духе.

— Так что ты решила с гостиницей? — спрашиваю её, устраиваясь удобнее на кровати и залезая в соц.сети.

— Если Тим поселится тут, то уж лучше перееду в гостевые дома от греха подальше.

— От греха? — переспрашиваю с иронией и хитрой ухмылкой. — Так всё-таки ты что-то от меня скрываешь!

— Сегодня это обсуждать мы точно не будем, — предостерегает подруга. — Ты лучше скажи, во сколько Поля завтра прилетает?

— Писала, что утром, так же как и ты.

Листаю ленту, выкладываю фотки и видео с катка. Ещё парочку красивых зимних пейзажей. Попадаются истории Катьки Абрамовой. Укатила на моря, стерва.

Если что, «стерва» — это констатация факта, а не зависть. Не понимаю я, как Новый год можно встречать в тех местах, где нет снега и атмосферы праздника. Хоть убейте, не понимаю.

Завтра ещё пойдём кататься на сноубордах, я и там контента поснимаю. М-м-м, красота. Ещё, конечно, рассвет или закат заснять из той комнаты, откуда меня выпер сводный, и было бы вообще супер.

— Если хочешь — можешь спать сегодня у меня в комнате, — предлагаю, но Вика отказывается.

— Не, спасибо, я лучше у себя. Давай, наверное, посмотрим фильм, ляжем спать, — мне остаётся только согласиться с её предложением.

— Ты только предупреди, когда фотоотчёт своему Маратику будешь делать, чтоб я улыбнулась. А то как обычно сфоткаешь меня так, что получится очередной компромат, — с единой улыбкой стебу девушку. Но она не обижается, а лишь кидает в меня подушкой, принимая подкол.

— Яна-а-а. Яна, вставай. Твои сторис, где ты пускаешь слюни мне на плечо, набрали уже сто тысяч лайков и миллион двести просмотров, — слышу сквозь сон голос Вики.

Тут до меня доходит смысл сказанных слов, и я подскакиваю как ужаленная, выплевывая волосы изо рта.

— Ты что! Дай сюда телефон! — такого позора я не вынесу. Особенно если это заметит Катька.

— Выдыхай, бобёр, — произносит эта стерва и спокойно протягивает мне телефон. — Не выкладывала я ничего. Ты просто дрыхла так, что танк проедет и тебя не разбудит. Зато видишь, как быстро глазки открыла от моего метода. Даже на десять минут раньше будильника проснулась.

Перевожу время на экран смартфона. И впрямь. До будильника ещё есть время. Вот чего ей не спится в такую рань, спрашивается? Стоит, улыбается, довольная. Не зря она от природы рыжая. Рыжая бесстыжая.

— Спаси-и-ибо, — улыбаюсь ей сладкой улыбкой. А потом мрачно добавляю: — Дура!

Красотка рассмеялась, и мы отправляемся завтракать. Точнее, я отправилась кормить эту обжорку. Нет, ну самая настоящая ведьма. Ест много, никогда себе ни в чём не отказывала, а талия словно тростинка.

Поля приезжает к девяти утра. Едва не впихиваем в неё завтрак, а потом переодеваемся и идём на склон. Я беру с собой камеру на шлем, чтобы было что выложить.

Если с Викой Виноградовой мы знакомы с самого детства, то с Полиной подружились только в универе. Она — воробушек в нашей тройке. Да, именно с милой птахой я её и ассоциирую. Внешность у неё низкой контрастности, рост невысокий, зато энергия из неё прёт вдвое больше, чем у меня и Вики вместе взятых.

— Слушайте, я думала, Пал Петрович меня завалит. Я и так все конспекты зубрила как не в себя, аж голова болела! А тут он меня дополнительными вопросами завалил, — тараторит девушка, внимательно всё разглядывая по сторонам.

— Но ты же справилась, правда? Так что можно выдыхать, — подбадриваю подругу и одногруппницу по совместительству.

— Тебе легко говорить, Ян. Ты же у нас отличница. Все зачёты автоматом получаешь. А мне столько стресса пережить пришлось! Так что хоть вы терпите моё нытьё, — рассмеялась Поля. — Кстати, а ты, Вик, как сдала?

— На четвёрки. Было сложно, но я справилась, — сдержанно отвечает подруга. — Хорошо ещё, что нас троих на практику отправили чуть раньше. Параллельный поток вообще отпустят только за два дня до Нового года.

— Так, девочки, мы приехали классно провести праздники. Давайте не будем об учёбе, ладно? — перебиваю и мчусь к пункту проката, ведь мы уже дошли. — Кто на чём? Чур я на сноуборде.

Пока стоим в очереди на прокат, Вика с Лизой оживлённо переговариваются, а я предвкушаю, как сейчас поеду вниз на бешеной скорости. Уже надевая ботики, туго затягиваю крепления и чувствую, как неприятно тянет ту ногу, на которую я неудачно спрыгнула с забора. Но, думаю, ничего страшного.

— Девчонки, чур я первая! — крикнула я, спрыгивая с подъёмника. — Буду снимать вас снизу!

Спуск получается просто потрясающим.

Ветер свистит в ушах, развевая волосы, которые я специально распустила сегодня, чтобы почувствовать всю мощь стихии. Холодный воздух обжигает лёгкие, но это приятная боль. Та самая, от которой захватывает дух и кружится голова.

Скорость нарастает с каждым метром спуска, и я чувствую, как адреналин бурлит в крови. Снежные хлопья летят из-под доски, создавая позади меня сверкающий шлейф. Я наклоняюсь вперёд, перенося вес на носок, и доска послушно вгрызается в уже немного утрамбованный снег.

Ветер свистит в ушах, а снег искрится в лучах утреннего солнца. Сердце бьётся словно метроном, отсчитывающий секунды чистого счастья. В такие моменты весь мир сужается до узкой полоски снега впереди, а время будто замедляется, позволяя насладиться каждым мгновением спуска.

Я делаю резкий поворот, чувствуя, как гравитация пытается взять верх, но доска остаётся послушной, словно продолжение моего тела. Крик вырывается из груди, но не от страха, а от переполняющей радости. Это чувство свободы, когда ты наедине с горой, доской и ветром. Ни с чем не сравнимое ощущение власти над пространством и временем.

Уже внизу горы снимаю, как катятся девчонки. Вика уверенно катится на лыжах, но под конец трассы все же шлепается на задницу и заливисто смеется.

Улыбаюсь. Хоть сейчас она не строит из себя сорокалетнюю строгую училку. И это радует. Полинка весело смеется и хочет, падает раз десять, но это её не расстраивает.

— Ну что? По второму кругу? — переспрашиваю и запрыгиваю на подъемник. — Только теперь вы меня снимайте снизу. Сегодня выложу, пусть Катька своим ядом подавится.

— Не переживай. После каникул и практики даже слова не скажет. Только будет с кислой миной ходить и злость на парнях срывать, — поддержала меня Полина.

— Кстати, я могу вам одолжить шлем с камерой, если хотите, — предлагаю девчонкам, но те отнекиваются.

— Я уж точно не хочу снимать, как по десять раз падаю, — улыбнулась Полинка.

Краем глаза замечаю знакомую фигуру. Поворачиваю голову и вижу сводного. На нем уже шлем, на лоб натянута горнолыжная маска, а в руках перчатки и сноуборд. Довольный, улыбается, в шутку толкает одного из парней. Смеется.

Рядом с ним также Тим и ещё два парня со вчерашней вечеринки. О нет. Если меня не парит, где будет проводить время Демьян, то, боюсь, Викусик точно начнет нервничать. А мне этого точно не надо. Она только начинает расслабляться, а из-за этого Апполона снова включит режим нудной скучной зануды.

Демьян замечает нас первыми. Уже на вершине подъема, пока мы уговариваем Полину спуститься первой, замечает нас и Тим.

— Янчик, а вы шейку сломать не боитесь? — подходит сводный. — Соседние трасы попроще будут. Может, с них начнете?

Из-за зеркальной маски,, которую он уже успел натянуть на лицо, к сожалению, не вижу его эмоций. А вот он мои считывает моментально. Улыбается самодовольно, гад.

Мы и впрямь забрались на трасу чуть сложнее первой. Смысл кататься на одной и той же. Тут, наконец, Вика замечает Тима. Из-за очков также не видно половину его лица, но по расположению головы понимаю — он точно буровит блондинку взглядом. Снова.

— Вот сам на соседних трассах и катайся. Или боишься, что я увижу, какой ты неумеха? Не переживай, смеяться не буду. Разве что только про себя, — на мою реплику парень лишь хищно скалится и подходит почти вплотную.

— Да. Ты меня раскусила. Так боюсь упасть на твоих глазах, что аж коленки трясутся, — насмешливо выдыхает он так близко, наклоняясь к лицу, что со стороны это наверняка выглядит очень интимно.