Глава 27

– Бежать некуда, – Юрген злорадно усмехался. – Тем более скоро ваш друг полностью будет под моей властью.

– Его можно вылечить? – крикнула я, смотря, как Пикли ошалело крутит глазами, уже не осознавая, где находится.

– Можно. Но разве тебе это нужно? Что ты вообще здесь делаешь? Ты получила то, что хотела, могла бы спокойно убраться в свой мир. А теперь ты влипла по самые уши.

– Привычка у меня такая, – буркнула я, – уже привыкла.

– Не трогай женщину и убогого, – выступил со своей бравадой Мавр, – сразись со мной как мужчина, один на один.

– Нет, дорогой начальничек. Это во время службы ты мог выдвигать свои условия. А сейчас я выдвигаю свои. Вы сдаетесь и идет за мной в нашу местную тюрьму.

– Или? – всунулась я со своим вопросом. Ну очень хотелось знать альтернативу.

– «Или» не будет. В любом случае вы пойдете в тюрьму. Сами или насильно, целыми или изувеченными, это дело ваше.

– Мы будем сражаться до последней капли крови! – возопил Мавр, передавая мне Пикли.

– Говори за себя, – я, не отрываясь, смотрела на острые наконечники стрел эльфов, направленные в нашу сторону, – мы сдаемся.

– Встань за мной, Сариэль, – задвинул меня за спину Мавр, – я защищу вас обоих.

– Может, не надо? – пропищала я, понимая, что защищать меня начнут даже без моего согласия. Варлы, что с них возьмешь.

– Дерись! – Мавр зарычал и забил кулаками в грудь.

Так гориллы вызывают соперников на бой. Я на Дискавери видела. Но Юрген как-то не спешил вступать в честный поединок. Он сделал знак эльфам, и те выпустили стрелы. Держа Пикли, я юркнула к Мавру за спину. А что, сам ведь предлагал. Стрелы упали, обломавшись о мощную грудь варла. Все-таки есть плюсы в таком мужчине, нужно рассмотреть этот вариант. Сильное плечо, на которое можно положиться, это хорошо, но мощная грудь, закроющая от стрел – еще лучше.

– Взять их! – выкрикнул Юрген, тряся кулаками от злости.

Десяток эльфов ринулись вперед. Пикли тоже сделал шаг и замахнулся на Мавра, который начал отбиваться от первых эльфов. Пришлось приложить его кулаком по голове, чтобы привести в чувство.

– Извини, – пробормотал Пикли, нервно моргая, будто пытался прогнать пелену с глаз, – что-то я не в форме сегодня.

– Это и видно, – буркнула я, оттаскивая эльфа в сторону и стараясь не попасться снежным эльфам, – ты только не отключайся, а противоядие мы  тебе найдем.

– Брось меня, – Пикли театрально плюхнулся на землю и раскинул руки и ноги, – оставьте меня на съедение этим шакалам корпорации. Пусть я умру, а моя любимая  слагает обо мне песни и рассказывает нашим детям о том, как героически умер ее отец, защищая правду.

– Во-первых, ты никого не защищаешь, а просто валяешься, мешая тебя спасать. А, во-вторых, вы с Миримэ уже того, детей делали?

– Не оскорбляй нечистыми домыслами светлую память эльфа, который прошел путь от офисного клерка до свободного эльфа.

– Ты в офисе-то сидел пару дней, – пыталась тащить я его за руку за угол дома. Эх, без фигуры было проще тащить упертых эльфов. – А свободным эльфом и вовсе сутки. Так что вставай и начинай шевелить ногами в сторону своей любимой. Кто ее спасать будет?

– Пусть спасает ее тот, кто способен быть сильным и отважным, мужественным и смелым. Мавр пусть и спасает. А обо мне пусть слагают легенды!

– Легенды будут слагать о тех, кто что-то делает. Хотя бы пытается. А ты трутнем лежишь, таких только в безымянных могилах хоронят. К тому же тот, кто спасает красавицу, тот и ее и получает.

– Да? – Пикли удосужился поднять голову. – Не знал.

Он тут же освободил свою руку, встал на ноги и, шатаясь, пошел в сторону дерущегося Мавра.

– Ты куда?

– Спасать свою любимую! Сражаться за правое дело!

– Не одно, так другое, – выругалась я, догоняя эльфа. Но не успела, тяжелая рука легла мне на талию.

– Вот ты и попалась, пташка, – заявил Юрген, тяжело дыша мне в ухо.

Другой рукой он зажал мне рот и потащил в сторону. Когда мы оказались далеко от драки, он достал из-за пазухи свисток и дунул в него два раза. Снежные эльфы остановились и отошли на несколько шагов, окружив Мавра и Пикли. Последний еле держался на ногах, пытаясь махать руками и рваться в бой. Мавр придерживал его за куртку, оглядываясь на застывших эльфов.

– Начальничек, – крикнул Юрген, прижимая меня к себе, – смотри, что у меня есть.

Он повернул мою голову к себе и провел языком по лицу. Меня передернуло, теперь нужен будет душ, чтобы отмыться от этой гадости.

– Отпусти ее! – рявкнул Мавр.

– И не подумаю. Мне нравятся тощенькие, – довольно улыбался Юрген, чувствуя свою победу по всем фронтам, – их брать легче, меньше сопротивляются.

Я заерзала, такая перспектива мне совсем не нравилась.

– А еще строил из себя джентльмена, – крутилась я, пытаясь освободиться.

– Не такой я и плохой, – он крепко держал меня, – а выбирать лучше того, кто будет победителем. Тогда и цела останешься, и в выгоде будешь. Только не говори мне, ты выбираешь одного из этих двух остолопов. Они-то точно не жильцы.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Почему я должна выбирать одного из трех остолопов, – сделала я акцент на цифре, – найду себе нормального парня, без бзиков насчет желаний и надувных игрушечных кукол.

Юрген крепко сжал меня, у меня даже слезы на глазах выступили.

– Плохой выбор, детка. Значит, гнить тебе с твоими дружками. Увести их, – крикнул он эльфам, кидая меня под ноги Мавру.

Тут же рой маленьких фей, остававшихся до этого в стороне, окружили нас. Эльфы выставили луки и жестами приказали идти за ними. Мавр поднял меня и отряхнул от снега.

– Держи своего приятеля, – вручил он мне упирающегося Пикли, глаза которого стали снова покрываться белой пеленой.

 «Тюрьма» – это было громко сказано. Эльфийский погреб, вход в который вел из дома шамана, находился под землей. Там было холодно, сыро и мерзко. Для картошки в самый раз, для меня нет. Определили нас в отделения для солений. Ну, хоть от голода не умрем, если нас здесь забудут. Тяжелая решетка, наспех приделанная (вряд ли эльфы боялись, что их разносолы разбегутся по округе), громыхнула, отделяя нас от реального мира.

– Огурчики, – Пикли схватил банку и стал откручивать крышку. Справившись с ней, отбросил в сторону и с жадностью прильнул, выпивая маринад прямо из банки.

– Это так становятся белоглазыми? – Мавр с отвращением смотрел на эльфа.

– Судя по всему, ты такой же был, так что не зазнавайся. Лучше давай думать, как отсюда выбираться и где искать противоядие.

– Видимо, выше этажами, – Мавр рассматривал решетку. – Думаю, что секрет спасения от случайных укусов фей должно быть надежно спрятано. И не так далеко, чтобы можно было ими быстро воспользоваться. Так что я ставлю на спальню главного управляющего?

– Юргена?

– Вряд ли. Он просто исполнитель, точно не организатор. Должен быть кто-то, кто управляет всем этим балаганом.

– Типа ИО МД?

– Ослов на такую должность не берут, не говори глупостей.

Я чуть не взвыла.

– Крампуса вашего, который сейчас руководит корпорацией, пока Деда нет.

Мавр почесал затылок.

– Этот может. Когда я работал в корпорации, он был руководителем охраны. Мужик военный, настроенный на цель. Даже старые вояки, видавшие многое, боялись его.

– Вояки? У вас же эльфийская страна, Дед Мороз, производство подарков. Откуда у вас войны?

– Борьба за власть есть в каждом мире. Задача военных – делать так, чтобы обычные жители о таких вещах даже не догадывались.

– То есть даже если мы придем к жителям города за помощью, нам никто не поверит?

– Конечно. Они даже предположить не могут, что кому-то может угрожать опасность. В своих городах живут как в отдельном мире. А что творится на приграничье, никого не волнует.

– Опять все самой и самой, – вздохнула я, прислоняясь к решетке.

– У тебя есть я, – стукнул себя по груди Мавр.

– Только ты и есть. Вот даже Пикли уже нет, – посмотрела я на эльфа, глаза которого практически все стали белые. – Думаешь, сможем его спасти?

– Мы боевых товарищей не бросаем. Так что идем до конца.

Мавр оперся плечом на решетку и с легкостью ее выбил. Я высунула голову и осмотрелась: вокруг никого не было.

– Нас что, не охраняют даже?

– Странно, – тоже осторожно выглянул Мавр. – Даже фей нет.

– Ну, ты их побил много, может, они закончились?

– Они мелкие, расходный материал. У них должны быть запасы.

– Не огурчик, – жалобно пискнул Пикли.

Мы обернулись. Изо рта эльфа торчала маленькая ножка.

– Тьфу! Плюнь! – рванулась я к нему, вытаскивая маленькую фею.

Пикли удивленно моргал своими белесыми глазами, держа в одной руке банку, другой вытирая рот. Я выхватила банку. Точно, в ней плавала еще одна маринованная фея.

– Смотри, – протянула я находку Мавру.

Он отошел в сторону и стал осматривать стеллажи с разносолами.

– Да здесь запасы фей, на целую армию хватит.

Я подошла ближе. На полках стояло несколько банок огурцов, видимо, в спешке забытых. Остальное место занимали банки с маринованными феями.

– Основательно затарились, – проговорила я.

– Надо уходить, – схватил меня Мавр за воротник (опять!) и вместе с Пикли вытолкал в коридор. – Когда придут за новой порцией фей, будет поздно.

– Стой! – уперлась я каблуками в каменный пол. – Раз уж мы здесь, нужно всех перебить.

– И устроить такой шум, чтобы сбежались вся охрана?

С сожалением я оглядывалась на ровные ряды банок, чувствуя, что зря мы их здесь оставляем. Погреб оказался не такой большой, но в самом конце, где была дверь, нас остановил тихий, почти неслышный голос.

– Сариэль.

Я остановилась и пыталась понять, откуда раздался голос. Вокруг были одни стены, ни дверей, ни окон.

– Чего встала? – рыкнул на меня Мавр, который уже стоял в приоткрытой двери. Я приложила палец к губам, прося его замолчать.

– Сариэль.

На этот раз и он услышал, закрыл дверь и подошел ко мне, разглядывая стены.

– Внизу.

Мы оба уставились себе под ноги. Там была решетка для стоков, из нее и раздавался голос.

– Это Миримэ, – продолжил голос, – здесь все, старики, дети и женщины.

Одним рывком Мавр вырвал решетку  и протянул руку. По одному он вытаскивал всех наверх. Народу оказалось немало. Дряхлые старики и малолетние дети, все стояли, дрожа от холода. Последней он вынул Миримэ.

– Спасибо, – попыталась она отряхнуть свою черную от грязи одежду.

– Что мы будем с ними делать? – озадаченно смотрела я на толпу эльфов, – они и защитить сами себя не смогут.

– Спрячем их, – твердо решил Мавр.

– Где?

– Там, где искать точно никто не будет. В покоях главного. Где у вас самая лучшая спальня? – спросил он эльфийку.

– Спальня родителей. Лучше комнаты не найти.

– Веди, – Мавр открыл дверь и пропустил ее вперед.

Мы шли по коридорам дома шамана, и я удивлялась, как же все-таки власть меняет людей. И эльфов. Убранство значительно отличалось от тех, домов, которые я успела увидеть в деревне. Мое удивление разделяли и жители, забыв об усталости и боли, вертя головами в разные стороны и рассматривая картины в позолоченным рамах, хрустальные подсвечники и бархатные полотна на стенах.

Все старались идти бесшумно, поэтому голоса в одной из комнаты мы расслышали еще не подходе.

– Кабинет отца, – пояснила шепотом Миримэ, – спальня в конце коридора.

– Веди всех туда и спрячь где-нибудь, – приказал Мавр, а сам прильнул к двери.

Меня тоже разобрало любопытство. Голоса не были резкие, но иногда раздавались хлопки от ударов. Я вручила пошатывающегося Пикли эльфийке и присела на корточки, чтобы было удобнее подслушивать.

– Может, его отправим его ко всем остальным? – насмешливо произнес знакомый голос Юргена.

– Он мне нужен здесь, – я узнала второй голос, который слышала в корпорации в кабинете ИО, но никак не могла разглядеть его обладателя, уж больно узкая была в двери щелка.

– Ты переборщил с дозой! – рявкнул начальник.

– Я делал все, как ты приказал. Каждый день добавлял в его отвар. И он ничего не помнил.

– Значит, много добавлял! Зачем натравил на него фей в день захвата? У них доза убойная, мы его в себя не приведем.

– А зачем он нам нужен? Не было Морозного Деда, так пусть и не будет. Или боишься дело решить быстро?

– Морозный Дед у них в плену? – Мавр чуть не рухнул на дверь от неожиданности. – Надо посмотреть, кто там.

Я легла на пол и заглянула в щель под дверью. Но угол обзора показывал лишь ботинки.

– Нечего с ним церемониться, – крикнул Юрген и раздался хлопок удара,  и что-то тяжелое упало на пол.

Прямо передо мной показалась знакомая рыжая борода и белые безжизненные глаза. Я отпрянула от двери и зажала себе рот руками.

– Ну, кто это? – шепнул Мавр.

– Ты не поверишь.