Глава 17

Когда они приземлились на пустом ночном пляже, Басилун вдруг превратился в человека в плаще и шляпе. Модель одежды дракон явно позаимствовал у хозяина времени, а вот внешность была Максу неизвестна: свисающие усы и борода, азиатский разрез глаз и хитрая улыбка пожилого мужчины сыщику не очень понравились.

– Не знал, что ты и так можешь, – заметил Макс. Ему стало не по себе от этого преображения Басилуна.

– Боги могут все. Ну, почти… – усмехнулся хитрый старик.

– Подождем Ли здесь, – предложил Макс.

– Она уже приближается, – заметил Басилун.

Мелькнула черная призрачная тень на набережной, напоминая Максу кадр из фильмов ужасов, и через мгновение перед ним стояла Ли. Демон выглядел как соблазнительная молодая китаянка, но черные глаза отпугивали своей пустотой и голодным блеском, а взгляд исподлобья не обещал ничего хорошего. Именно ее Макс попросил приехать для охоты на метаморфа. Но теперь, при виде ее голодного черного взгляда, он засомневался в правильности своего решения. Метаморф им нужен был живым, чтобы раскрыть дело.

– Ли, очень прошу, без самодеятельности, – попросил Макс, нервно шагая к набережной. Ночью зимой на ней было пусто.

Кабак святой Женевьевы располагался в бывшем рыбацком районе Барселонета, который был построен после присоединения к материку острова Майанс. Узкие, но прямые улочки, двухэтажные маленькие домики… Приток туристов в Барселону наполнил этот район барами и ресторанами, но все равно здесь оставались тихие и даже немного мрачноватые переулки.

Макс шел уверенно. Это заведение он знал прекрасно. Оно находилось на улице Атлантиды и, подобно ушедшему под воду острову, было расположено главным образом под землей. Снаружи в плоском мире это был простой одноэтажный заброшенный домик с заколоченной дверью, заложенным кирпичом единственным окошком за кованной решеткой. А в кружевном мире окошко светилось красным светом, служа ориентиром всем, кто хотел промочить глотку или провернуть грязное дельце. А лучше и то, и другое сразу.

По долгу службы Макс раньше тут бывал не раз. Но теперь с хозяином заведения он предпочитал поддерживать формально-дружеские отношения, потому что тот частенько информировал его за пару купюр или монет о своих посетителях.

Сначала они вошли и просто прошли к свободному столику в углу, не особо оглядываясь по сторонам. Зато все посетители оглядели их. Когда интерес к ним был потерян, а выпивка заказана, Макс оглядел залу. Тесный кружок вампиров справа. Три женщины и двое мужчин. Одеты в стиле барокко, правда, с налетом легкой потрепанности временем. Кровососы вообще испытывают странную ностальгию по временам, когда были людьми. Часто по их одежде можно было догадаться о возрасте вампира. Но они Макса не интересовали, и он перевел взгляд на следующий столик. Человек в бархатной черной маске, одетый очень элегантно, что-то прошептал красотке в прямом платье, расшитом бисером, та откинула голову с короткими кудрявыми волосами, перехваченными лентой, и звонко засмеялась. Это явно кто-то из высшей касты магов развлекается.

Дальше шел столик с подвыпившими мужиками в грязных вытянутых майках и кожаных штанах – коллеги или путешествующие существа. Потом шел столик, за которым уныло сидело нечто в черном балахоне с низко опущенным на лицо капюшоном.

Басилун тоже оглядывался, пока Ли глушила коктейли. Маги, оборотни, перевертыши, даже пара ушастых эльфов. Очень много девиц за одним столиком, явно ждут клиентов.

– Похоже, сегодня нашего друга здесь нет, – сказал дракон, недоверчиво принюхиваясь к бокалу, стоящему перед ним.

– Подождем, – ответил Макс и знаком попросил чипсов и оливок. – Веселье здесь только начинается.

И в самом деле: кабак становился все более людным, оживленным, тесным. Громкие голоса и хохот вокруг, визг женщин, дым от кальяна, который курил какой-то худосочный и бледный человечек с горящими от возбуждения глазами. Дым щекотал ноздри, многие чихали, а после хохотали громче, вели себя все более свободно и разнузданно.

Макс рассеянно смотрел на дверь, напротив которой сел специально, глушил травяную настойку, морщился и жевал оливки. И вспоминал все, что знал об этом типе метаморфов. С самого его появления в истории было понятно, что это не оборотень, не существо, принимающее формы зверя или становящееся бестелесным, нет. Это был особый, редкий вид метаморфов, которых еще называли пластиками. Они легко меняли внешность, не теряя человеческого облика. Могли отращивать усы, менять форму носа, глаз, вытягивать или округлять лицо. Но общей чертой таких существ оставалась некая незапоминаемость, словно память подсказывала: это все обманка, ненастоящее, и образ пластика смазывался, даже если он старательно подбирал яркие черты, чтобы запомниться. В этом была легкость их вычисления. Сложность же состояла в том, что это происходило после встречи. А во время разговора с пластичным метаморфом вы этого не замечали. И часто они проворачивали аферы или шумные ограбления. Вообще сама жизнь такого существа – это обреченность на одиночество и грязные делишки, ведь они не могли стать деятелями искусства несмотря на всю свою способность к перевоплощению: наутро о них сложно было бы вспомнить. Макс за всю свою жизнь встретил только одного достойно живущего пластика: он продавал по домам различные книги, бижутерию, услуги и мог явиться к вам несколько раз за неделю, пользуясь тем, что покупатель его вряд ли вспомнит.

В основном это были существа неприятные и мерзкие. Как тот, что заманил Алису на смерть. Рэй и Макс до случая с Алисой много раз пытались прижать его к ногтю за разные преступления, но тот ускользал. И после того, как они выяснили, что он сотрудничает с высокопоставленными лицами королевства, стало понятно, почему.

Но сейчас они охотятся за рыбешкой помельче. И есть шанс ее поймать.

Еще одной отличительной чертой пластиков было отсутствие запаха. Их кожа не выделяла пот, из-за своей пластичности они ничем пахли, хоть и пытались по-разному замаскировать этот факт. Поэтому, когда голова Ли слегка дернулась, а ноздри расширились, втягивая запахи входящих людей, Макс посмотрел на ее изящные кисти с длинными остро спиленными коготками. Ли показала три пальца, и сыщик осторожно перевел взгляд на третьего вошедшего.

То, что они искали, вошло в образе лысоватого, немного полного человека невысокого роста в штанах с подтяжками и клетчатой рубашке нараспашку. Заказав пива, он некоторое время цедил его за стойкой. Макс теперь оказался к нему спиной, но видел, как Басилун изредка лениво окидывает взглядом зал, и знал, что метаморф продолжает сидеть на месте.

– Что ж ты, Макс, ни разу меня не поцеловал за вечер, – игриво сказала Ли, проведя по его рубашке рукой, и подсела ближе.

Они так славно сработались одно время, когда он охотился на одного мага, что у них появился целый код сообщений. Это означало, что объект подсел за столик к кому-то.

– К кому? – с удивлением спросил Макс, ласково заправляя прядь волос за ухо китаянке.

Ли наклонилась к нему ближе, игриво провела коготком по щеке и прошептала ему на ухо:

– К капюшону.

– Продолжай наблюдать, – Макс приобнял ее и подвинул к себе. Мягкое женское тело под рукой напомнило об Анне, и ему смертельно захотелось поехать к ней, еще раз просить прощения, а потом заняться с ней любовью. Если только нехебкау захочет. Но Макс знал, что захочет. То, что было между ними, не забывается так просто. Они идеально подходили друг другу по темпераменту, а совместное дело может их сблизить опять.

– Макс, – ладонь Ли скользнула по груди мага и опустилась на брюки. Она стала поглаживать его ноги, постепенно возвращаясь наверх, к области паха. – Может, потом мы все-таки попробуем?

Ли постоянно заводилась из-за Макса, маг уже не удивлялся. Ли объясняла это природной привлекательностью Макса, маг же считал, что демоны вообще склонны к похоти и развлечениям. Почему-то вдруг перед глазами встал образ растерянной Алисы с чуть приоткрытыми губами, с ее растрепанными темными волосами и еще детским округлым лицом. Макс прогнал его прочь, заодно задумавшись, где сейчас Алиса и Рэй, удалось ли хозяину времени довезти ее до безопасного места.

– Похоже, заканчивают. Проси счет.

Макс поднял руку, привлекая внимание хозяина таверны. Расплатившись, они втроем вышли из таверны и с облегчением вдохнули морской свежий прохладный воздух.

Вскоре, правда, подул ледяной сильный ветер. Макс выругался и поднял воротник на куртке. Он стоял спиной ко входу, Басилун только качнул головой вправо, и они пошли, а следом за ними шел в эту же сторону метаморф.

План был таким: они его ловят и выпытывают, на кого он работает, затем Макс везет его в отделение и сдает кому-нибудь, кого знает. И вызывает Анну.

Однако, когда они попытались окружить метаморфа, тот вдруг припустил бежать с такой скоростью, что Макс отстал от более быстрых Ли и Басилуна. В какой-то момент он снова увидел мелькнувшую на перекрестке троицу, бросился вперед, но тут перед ним приземлился на корточки человек, словно с неба упал, и Макс остановился.

Серебристый свет исходил от вставшего перед ним незнакомца. Лицо его было спрятано под белой фарфоровой маской. Сам человек был затянут в серебристую мерцающую материю, плотно облегавшую спортивное тело и широкие плечи. На мгновение за спиной колыхнулся воздух, Максу показалось, он успел разглядеть крылья.

Человек был выше Макса, и сыщик невольно отступил назад.

– Маг, – раздался неприятный, искаженный маской голос. – Вот мы и встретились.

Макс сделал еще шаг назад, понимая, что перед ним не маг, а существо более высокого порядка. А потом его анализирующий все мозг стал подсказывать: легенды из детских сказок… случайно услышанные байки… истории, в которые он не верил, над которыми смеялся и подтрунивал. И вот он перед ним. «Лицо его без черт, глаза фиолетовые, сам он покрыт серебристым лунным светом. За спиной крылья, и он может пересекать все миры, странствовать между ними. Не только плоский и кружевной, а все миры перед ним лежат, как дороги, которые он может пройти. Нет для него ни прошлого, ни настоящего, ни будущего. Короли для него прах, а люди – песок. Странствует он повсюду, узнает все, видит все. А коли встретишь Небесного Странника, то поклонись, признай его верх, слушай, что он скажет тебе. И выполняй. Иначе быть беде. И если Странник снимет маску, закрой глаза, лицо его так чудовищно, что превратишься в камень от одного взгляда на него».

Тело не слушалось, лишь усилием воли и не сразу Макс заставил себя согнуться в поклоне перед Небесным Странником.

Подняв руку, Странник заговорил своим жутким голосом:

Макс слушал и чувствовал, как волосы становятся дыбом, а ледяной ветер становился все сильнее и сильнее. Вокруг Небесного Странника вдруг закружились белые искорки, потом они стали вспыхивать все чаще и чаще, завернули его в водоворот искр, который распался вдруг от порыва ветра и не оставил от Странника ничего.

Сильно закружилась голова, в памяти четко звучал жуткий стишок, потом вдруг зашумело в ушах, что-то горячее полилось из правого уха. Макс, шатаясь, смазал каплю пальцем и попытался рассмотреть при свете луны. Кровь. Тут его будто накрыло черным плащом, и он грохнулся на асфальт, сильно приложившись щекой о его шершавую поверхность.

Было очень тепло и спокойно. Анна словно качалась в чьих-то заботливых руках. Отец? Перед глазами вспыхнули янтарные глаза отца, послышался его легкий и добрый смех. Она увидела себя маленькой, визжащей от восторга, потому что отец подбрасывал ее в воздух. Ее младшая сестра стояла рядом, держалась за штаны отца и сосала желтый леденец.

В детстве все было так просто. Папа защищал. Мама заботилась. С Лорой можно было играть и учиться. А потом папа погиб, когда нес домой подарки своим девочкам. Коробки в руках загородили ему обзор, и он попал под грузовик.

Мама заболела и умерла через три года. И тогда стало совсем холодно. Анна работала и училась, чтобы сестру не отправили в детский дом. Оплачивала ее учебу, ставила на ноги. Анна все время работала сверхурочно. Без выходных.

«Удобный работник», – мелькнуло вдруг. Словно мысль со стороны. Да, удобный. Но это ее выбор. Так она встала на ноги.

Нет, это не отец.

Анна легла поудобнее. Нега циркулировала по ее телу так непривычно. Макс? Но они никогда не просыпались так спокойно вдвоем. Они все время куда-то бежали, торопились, а секс был частью их работы… За все время их бурных отношений он ночевал у нее дважды, а она у него раза четыре…

Может, она просто выспалась? И тут же молнией шарахнула мысль: проспала!!!

Анна подскочила, поняла, что лежит не дома, испугалась, но тут сильные руки обвили ее за талию, чей-то голос успокаивающе сказал:

– Спи, Анна, еще ночь.

И тогда агент Грей взвилась окончательно, внезапно осознав, что она находится в постели с эйром Раганом.

В полусвете, исходящем от каких-то конусных камней-минералов, было ничего не разобрать, Анна отползла подальше от горячего оборотня, ощупала себя, поняла, что она не совсем раздета, потом вспомнила про удар головой.

– Не бойся, нехебкау. Ложись. До рассвета еще час.

– Я посплю отдельно.

Эйр Раган засмеялся.

– В коридоре бродят оборотни, лишних комнат у нас нет. Ложись. Тебе нужно набраться сил.

– Вы слишком щедры со мной. Я не хочу потом вечно расплачиваться. Эйр Раган, я пришла к вам, чтобы поговорить…

– Ложись, я поговорю после рассвета, – его глаза вдруг вспыхнули в темноте. И это были глаза волка. – Нехебкау, не хочу угрожать, но сейчас полнолуние. Ложись. Я поговорю с тобой утром.

Анна легла с самого края.

– Ближе, Анна. Я не кусаюсь. А тебе нужна моя помощь.

– Мне не нужна помощь. Мне нужна информация, – она и не думала двигаться к главе оборотней.

– Ты получишь все, что тебе нужно. Утром. А теперь ложись рядом и спи.

Анна даже не почувствовала его приближение. Он схватил ее, уложил рядом с собой и крепко прижал к себе.

– Расслабься, агент полиции, не стану я тебе ничего плохого делать, – засмеялся Раган, почувствовав ее напряжение.

– Не могу. Это слишком.

– Доверять так сложно, неправда ли? – оборотень касался дыханием ее уха. – Я ведь могу прокусить тебе артерию, хотя вчера зализывал рану. Могу применить силу, хотя полночи просто грел. Но в этом и заключается игра. Ты доверяешь мне. Я доверяю тебе. Твой пистолет находится у тебя под подушкой. Можешь пристрелить меня. Но я не желаю тебе зла, нехебкау. Я просто хочу спать.

Он замолчал, Анна лежала в темноте, вытянув руки вдоль тела, напряженная и готовая бежать. Но оборотень просто заснул. И она снова почувствовала тепло, расслабление, негу, которые постепенно обволакивали тело. В какой-то момент, Анна легла поудобнее и снова заснула, но перед этим проверила слова эйра Рагана: пистолет и правда лежал у нее под подушкой.

Разбудил ее эйр Раган весьма странным способом – лизнув в шею.

– Уже рассвет, Анна Грей. Просыпайся и расскажи, что хотела.

Анна повернулась к нему и в белом свете постепенно разгорающихся светильников рассмотрела лорда оборотней. У него были удивительно светлые синие глаза, похожие на замерзшие чистейшие озера. Кожа казалась немного смуглой из-за белых волос и бровей.

– Белый волк… – она вспомнила мелькнувшую накануне белую собаку.

Легкая улыбка скользнула по губам оборотня.

– Да. Мои парни чуть тебя не разодрали. По-моему, все знают, что в полнолуние в логово оборотней лучше не ходить, – он чуть приподнял бровь, насмешливо глядя на нее.

– Я не думала… утром все было так спокойно. Я подумала, мне здесь ничего не угрожает, – она смущенно пыталась представить, как выглядит сейчас, после сна.

– Теперь не угрожает. Ты всегда можешь прийти сюда. После того, как я пустил тебя в свою спальню, все будут знать, что ты часть клана.

Анна нахмурилась.

– Я не…

– Я знаю, – перебил он ее. – Это тебя ни к чему не обязывает. Это просто часть традиции. Вожак доверяет, значит, доверяют все.

– Я бы хотела встать и одеться, – призналась Анна. – Мне неловко вести рабочие разговоры в таком виде.

Эйр Раган убрал с нее руку, разрешая встать. Сам он просто сел на постели. Анна мельком окинула взглядом его обнаженный широкий торс, с облегчением увидела, что спал он в брюках.

Собрав волосы в хвост, одевшись, она встала перед ложем, эйр Раган приподнял брови, приглашая ее к беседе.

– В ходе одного из моих расследований выяснилось, что один из оборотней причастен к делу.

Эйр Раган усмехнулся ее канцелярской речи, лениво потянулся.

– Моих оборотней? – уточнил он, замечая, как Анна старается на него не смотреть.

– Не знаю, – честно призналась Анна. – Но я хотела попросить вас как-то выяснить, не причастен ли кто из вашей стаи. Оборотней в городе много, но этот оставлял черную метку.

– Это обычный способ предупреждения среди магов и оборотней, – эйр задумался. – Что-то еще известно?

– Его мог бы опознать один человек. Он прикрывал лицо, но красные глаза и еще бородавка на щеке или пятно были заметны, правда, аптекарь не успел разглядеть точно.

– Это очень скудное описание. Красные глаза… их можно подделать линзами, да и не всегда у оборотней глаза красные. Ты это уже, должно быть, и сама поняла… Он был очень раздражен? А голос?

– Вкрадчивый, угрожающий… я знаю, что зацепок мало. Но он должен ненавидеть недооборотней. Или сотрудничать с инквизицией или лабораторией полиции, как вариант.

– Анна, насколько серьезно это дело?

Анна посмотрела на эйра Рагана и внезапно почувствовала к нему доверие. Он действительно хотел помочь ей, это читалось на его эмоциональном поле.

– Это вопрос жизни и смерти, – призналась она.

– Хорошо. Я проведу разведку среди своих и сообщу тебе о результатах.

– И еще, позавчера вечером его могло не быть в стае, потому что я думаю, он поджег одно заведение и убил человека.

– Запах дыма… – эйр Раган задумался. – Плохо дело… Позавчера заявился маг с девочкой, я отвлекся. Но могу сказать, кто точно был рядом. И привлечь их к выяснению. Я свяжусь с тобой, если что-то узнаю.

– Спасибо, эйр Раган.

Он встал и подал ей куртку.

– Пойдем, я провожу тебя.

Они оказались в темном коридоре, эйр Раган, почувствовав растерянность Анны, крепко взял ее за руку и повел к выходу. Когда они выбрались на поверхность, Анна вздохнула с облегчением.

– Неужели это удобно – жить в подземелье? – спросила она.

– Это пока не наш выбор, а вынужденные меры. Как ты знаешь, король Ватра оборотней побаивается, так спокойнее и нам, и ему.

– Почему вы вообще не уходите из Барселоны? Кругом столько лесов и гор…

– Везде свои стаи и территории. А я должен жить здесь, потому что здесь жили мои предки. Если мы уйдем, то проявим слабость, что даст возможность вожакам поставить под сомнение мой авторитет.

– Везде правит сила, – усмехнулась Анна.

– Везде, – кивнул эйр Раган. – Но многое зависит от того, как мы распоряжаемся этой силой.

Анна кивнула.

– Как себя чувствуешь, Анна?

– Очень хорошо. Спасибо. Вы не только вылечили меня, но и зарядили сверх меры. Не знаю, как…

– Отплатить?

– Да.

Анна напряглась. Энергия слишком высоко ценилась в этом мире, чтобы оборотень разбрасывался ей просто так. Он явно что-то задумал.

Эйр Раган вздохнул, встал напротив Анны и прочертил в воздухе сетку из квадратиков.

– Здесь и сейчас я снимаю с тебя энергетический долг передо мной.

Анна удивленно распахнула глаза, почувствовала, как ее зрачки сужаются в змеиные.

– Знаю, это не совсем то, что ты ждала, агент Грей, но я не торгую своей силой, – насмешливо сказал лорд оборотней и пошел от нее прочь, обратно к бункеру, пока Анна растерянно смотрела ему вслед.