Глава 15

Бумажный квадратик выпал из задрожавших пальцев, и я увидела, как аккуратные чернильные строки исчезают без следа. Лучше бы весь конверт вместе с письмом исчез, словно его и не было! Я сжала кулаки и с досады ударила ими по столу. Проклятый Корр, что тебе нужно от меня теперь, когда лицензия подписана?! Подозреваешь меня в чём-то? Станешь допрашивать?

В порыве злости я изорвала послание в такие мелкие клочки, что из них уже при всём желании собрать письмо было бы нельзя. От моих прикосновений буквы проявлялись и снова таяли. Вслед за запиской и конвертом я избавилась от газетных вырезок. Корр словно чувствует, что я неравнодушна к нему. Смотрел на меня там, на площади… преследовал во сне. Нет уж, никаких следов инквизитора в моём уютном жилище не будет!

Я швырнула пригоршню бумажных хлопьев в камин, придавила хворостом и подожгла. Вот так-то, гори синим пламенем, рисунок с мордой Лекса Корра!

Избавившись от портрета и заметок, я немного успокоилась. Нужно всё рассказать Арио. Он подскажет, что делать. Я бросилась к шкафу, выхватила платье Виктории и приготовилась создать привычную иллюзию.

Нальси Фогель посмотрела на меня из зеркальной глубины — растерянная, бледная. Волосы чуть завивались от влажности, хотя в течение дня я пару раз приглаживала их щёткой. В голубых глазах застыл давно привычный страх. Не только перед инквизитором, но и перед всем миром тоже. Как хорошо, что можно избавиться от всего этого ловким движением руки!

Я торопливо сплела заклинание, но в самый последний миг остановилась… Магия заискрилась на моих ладонях и, не найдя цели, рассыпалась по полу золотистыми искрами.

Мне представилась обычная ухмылка Арио, его насмешки. Что он сможет мне посоветовать? Скорее всего, поднимет на смех, заявит, что Корр пригласил меня на свидание или что-нибудь вроде того. Скажет, что его не волнуют проблемы неудачницы Нальси, что у него «всё опускается», когда он слышит об этой неуклюжей девице.

Нет уж, сама разберусь. В конце концов, это и правда моя проблема. Я решительно вернула одежду Виктории в шкаф и уселась напротив камина. Мягко пляшущие язычки пламени успокаивали.

— Если бы это был арест или допрос, — прошептала я сама себе, — за мной прислали бы стражников или кого-то из отряда Корра. Значит, это ни то и ни другое. Тогда что это?

Я придвинулась поближе к огню, скормила ему несколько выпавших на пол веточек. Не нужно было так поспешно расправляться с письмом, эх. Может, там были подсказки, которых я впопыхах не заметила? Как же странно! Инквизитор, которому ничего не стоило отправить за мной верных людей, почему-то прислал записку…

Мне представилось, как он сидел в своём кабинете, выводил пером послание, затем накладывал на него чары. Только адресат мог прочитать зачарованное письмо. Значит, Лекс Корр точно знал, что я получу и прочитаю его сегодня. За мной следят?

* * *

— Ты пришла, Нальси, — задумчиво проговорил инквизитор, глядя на меня сверху вниз. Я так отвыкла слышать своё имя из чужих уст.

Он стоял на ступеньках у входа в здание факультета колдовства в своём неизменном чёрном облачении и щурился от солнца. Жарковато, должно быть, в инквизиторском камзоле в такую погоду! Да и я понадеялась, что снова будет дождь. Натянула плащ, спрятала непослушные светлые локоны под капюшон и покрепче завязала тесёмки. Вот только пока я плелась в Академию, ветер разогнал висящие над крышами тучи, и город затопил яркий солнечный свет.

— Разве я могла ослушаться, ваша честь? — спросила я, подняв голову.

— Конечно, нет. Ты ведь знаешь закон.

Любой имеющий лицензию маг обязан являться к инспектору Инквизиции по устному или письменному приглашению. Да, всё это вдалбливали в головы студентов на протяжении шести лет обучения в Академии.

— Чем могу быть полезна?

Мой голос не дрожал. Единственное — я не хотела вытаскивать рук из карманов плаща. Левой я сжимала скомканный платок, правой вцепилась в ключи от дома. Страх трепал меня добрую половину ночи, но к утру превратился в отчаянную решимость. Я твёрдо пообещала себе не мямлить и смотреть Корру в глаза. Вроде как на экзамене, когда сначала боишься, а потом начинаешь с уверенным видом нести всё, что придёт в голову. Иногда срабатывает.

— Пройдёмся? — спросил он, указывая на вымощенную шестиугольной плиткой дорожку.

— Как вам будет угодно, господин Корр.

Он чуть заметно улыбнулся, скользнул взглядом по моему капюшону. Да уж, должно быть, глуповато я выглядела, запаковавшись в плащ тёплым летним днём. Пришлось выпростать одну руку и ослабить завязки. Капюшон немедленно сполз на плечи, и проклятущий инквизитор улыбнулся уже совершенно явственно.

— Ты такая светленькая, — хмыкнул он.

Я знала, мои волосы на солнце кажутся ослепительно-белыми. Больно смотреть.

— Это от мамы, — пожала плечами я.

Вот что ему от меня нужно? Что он задумал?

— В твоём личном деле нет ни слова о родителях.

— Они умерли, — поспешно сказала я. — Вы пригласили меня, чтобы обсудить моё личное дело?

— Да, можно и так сказать, — легко согласился Корр.

Замечательно! Может быть, вот с таких разговоров и начинается путь на очистительный костёр Инквизиции? Сначала карточка в конверте, потом задушевная беседа на прогулке вокруг Академии…

Инспектор уверенно повёл меня на тенистую аллею, к тренировочному павильону факультета колдовства, окружённому защитным барьером. Зелёная магическая стена отделяла от академического сада площадку, на которой молодые колдуны упражнялись в призыве потусторонних существ. Живой человек легко мог пройти через волшебную преграду, а чуждая нашему миру сущность оставалась запертой внутри павильона.

— Почему здесь? Я оканчивала другой факультет, — заметила я, когда мы оказались внутри.

— Мне понравилось это место. Приводит в порядок мысли, и ничего лишнего. — Он обвёл взглядом расчерченный пентаграммами и магическими символами каменный пол, несколько ящиков с инвентарём колдунов, большой дубовый стол и скамейку для отдыха. — К тому же барьер превосходно защищает от любых глаз и ушей.

— Надо же! Не думала, что вам нужно защищаться!

Клянусь, я не хотела ехидничать, само вырвалось.

— Почему нет? — внезапно подыграл мне Корр. — Инквизиторы не бессмертные существа.

Он уселся на скамейку и уставился на меня. Стоять было неудобно, и я опустилась напротив.

— Так вот, Нальси Фогель. Я знаю, что ты оканчивала факультет мистицизма и специализируешься на иллюзиях. Читал твою дипломную работу. Видел ведомость с выпускными оценками: по всем предметам высший балл.

Я заволновалась, но быстро взяла себя в руки и посмотрела ему в глаза. Значит, он основательно покопался в моей биографии. Для чего?

— Мне нравилось учиться в Академии, не вижу в этом ничего подозрительного.

Корр недоверчиво покачал головой.

— Мастера иллюзий твоего уровня служат при королевском дворе или занимаются наукой в столичной Академии. Что заставляет тебя работать косметичкой в домах престарелых аристократок?

— Меня это устраивает, — отрезала я.

— Красивая молодая женщина и одарённая волшебница, которую устраивает одинокая жизнь и небольшое жалованье? — усмехнулся инквизитор. — Я бы подумал, что за этим кроется какая-то тайна.

Красивая? Понятно. Издевается в надежде выбить у меня почву из-под ног. Нет уж, только не сегодня. Я заставила себя улыбнуться. Почему бы и нет, он ведь улыбается, этот палач и убийца!

— Значит, вы позвали меня сюда на исповедь? Я предполагала, что для таких вещей у вас припасён железный стул, дыба и прочие инструменты.

— Думаю, на священника я не очень похож, поэтому исповедовать не буду, — развёл руками Корр.

«А кольца-то на пальце у него нет!» — вдруг подумала я. Выходит, та девица никакая не жена ему, хотя и на сестру совсем не похожа. У неё золотистые волосы, пышные и вьются. А у него — тёмные и гладкие, как перья сизого ворона.

— Я позвал тебя, чтобы предложить работу, — наконец сказал он. — Инквизиции в Орхилле не помешает помощь талантливого мистика.