Глава 50

Следующим утром я проснулась поздно и не сразу поняла, где нахожусь. Солнце настойчиво пробивалось сквозь плотно задёрнутые занавески, и вся комната была погружена в золотистую дымку. Я села на кровати и протёрла глаза.

События вчерашнего дня — головокружительные и ослепляющие порталы, погоня в мрачном подземелье, сражение с иссохшими чёрными тварями, смерть Арио и Тарвуса и чудесное спасение Люси — на миг показались мне кошмарным сном. Но всё это сном не было.

Я потрогала правую щёку — она была заклеена пластырями, как и рассечённое камнями плечо. Голова и всё тело ныли, словно меня всю ночь били палками, но было что-то ещё, отчего мне хотелось снова броситься то ли в бой, то ли в пляс, то ли вообще взлететь к потолку!

— Ты подумала? — спросил меня Лекс, когда я спустилась к завтраку.

Он был абсолютно серьёзен, как всегда. Даже сейчас, когда вместо привычных чёрных одежд на нём был домашний халат, а в руке вместо меча или селестиновой палочки он держал ложку, он всё равно выглядел хмурым инквизитором, решающим участь нерадивой ведьмы. На краю стола лежала Книга судьбы, которую мы должны были сегодня вернуть в Собор святой Селесты. Лекс поднялся, чтобы отодвинуть мне стул и помочь сесть на место, подал мне руку и заглянул в глаза.

— Нет, — честно ответила я. — От твоих волшебных эликсиров я сразу же заснула.

— Как ты себя чувствуешь?

— Намного лучше. А ты?

Я коснулась пальцами его груди, где под халатом были бинты, туго стягивающие вчерашнюю рану.

— Хорошо, — прошептал он. — Правда. А если ты дашь ответ, то будет совсем прекрасно.

— Лекс, я не нарочно… мне действительно нужно решиться. Это трудно. И это очень неожиданно.

— Разве? — усмехнулся он. — А по-моему, моё предложение совершенно закономерно.

— У тебя могут быть неприятности, — возразила я. — Ты один из самых известных людей Орхилла, к тому же ты служишь в Королевской Инквизиции, а моя репутация далеко не безупречна.

— Нальси, — выдохнул он и принялся наполнять мою тарелку дымящимися оладьями, свежими ягодами и кусочками мягкого сыра. — Прошу тебя, поешь, а потом просто скажи мне «да» или «нет». Я приму любой твой ответ.

— Любой? — подняла глаза я. Сердце кольнуло неожиданной болью.

— Да. Потому что я хочу, чтобы ты была счастлива. Если для этого я должен буду отпустить тебя, то я сделаю это, хотя… это будет непросто. Очень непросто. Боюсь, от любви избавиться куда сложнее, чем от магического дара. Я никогда не пробовал, потому что ты первая, кого я люблю.

От удивления я раскрыла рот и поспешила поднести к губам кружку с чаем, чтобы не выглядеть совсем уж глупо. Щёки залились краской.

— А как же?..

— Не волнуйся, я тоже не девственник, — сдерживая улыбку, заверил меня Лекс.

Смутившись, я сделала вид, что очень увлечена завтраком, набила рот вкусностями и принялась разглядывать рисунок на скатерти. Инквизитор пожал плечами и прикинулся, будто его страшно интересует свежая газета, которую как раз принесла Люсия. Сестра Лекса бросила на меня любопытный взгляд, но задерживаться в столовой не стала, убежала в сад. Она выглядела бледной и взволнованной после вчерашних приключений, но виду не подавала — держалась со своим обычным упрямством. Ещё одна причина как следует обдумать предложение Лекса. Мне не хотелось быть поводом для ссор между братом и сестрой, пусть и назваными.

И я думала-думала, беспрестанно возвращаясь к этой мысли и каждый раз испытывая сладкое замирание сердца в груди. Он сказал, что любит меня! Я тоже его люблю. Одного этого было уже достаточно для того, чтобы голова кружилась, а время то останавливалось, то бежало, как сумасшедшее.

В Соборе святой Селесты мы бережно возложили Книгу судьбы к подножию мраморного изваяния. Призрачная монахиня улыбнулась нам из-за белокаменной колонны, благодарно склонила голову. Мы оба, Лекс и я, по очереди вписали на пустые страницы свои пожелания. Сбудутся они или нет — решит время, но мы оба прошли испытания духа и избавили город от зла, затаившегося в подземельях Академии. Конечно, Тарвус не единственный в мире негодяй, нас ждут и другие сражения, но сейчас мы знали, что правда — на нашей стороне.

— Ты написала «и жили они долго и счастливо», — обнимая меня, сказал Лекс.

— Да, а что? Неужели я сделала ошибку? — Я подняла голову и с улыбкой посмотрела ему в лицо.

— Конечно. Но я уже исправил её. Дописал одно слово. «Вместе».

— Значит, ты всё решил за нас двоих? — хитро прищурилась я.

— Это моё пожелание, а сбудется оно или нет, определит Книга судьбы.

— Сбудется, — прошептала я. — Потому что я согласна стать твоей женой, Лекс.

— Ты уверена?

— Да. А теперь поцелуй меня скорее, потому что я страшно волнуюсь.

Лекс тоже волновался. Как только он прижал меня к себе и коснулся моих губ, я почувствовала, что его сердце готово выпрыгнуть из груди. А ведь когда-то я была уверена, что инквизитор Корр — бесчувственное существо. Разве могла я подозревать, что за суровым точёным образом нового инспектора Орхилла скрывается мужчина, способный на жаркие чувства? Нет! Но тогда я и себя считала абсолютно непригодной для любви. Как всё изменилось!

Мир словно перевернулся вверх дном в эти сумасшедшие дни. Раньше я при помощи магии создавала иллюзии, а теперь мне казалось, будто всё вокруг — одно сплошное наваждение, чары неведомого волшебника. Через неделю после того, как мы вернули на место Книгу судьбы, я вновь поднималась по ступеням Собора, только теперь — в свадебном платье.

В это было невозможно поверить. Десятки знакомых и незнакомых людей приветственно улыбались, смеялись, поздравляли нас с Лексом. Мелькали яркие наряды и платья, сверкали бриллианты и изумруды в ушах и на шеях городских красавиц. Отовсюду сыпались цветочные лепестки, лилась музыка, искрилось розовое вино в хрустальных бокалах. Это было так похоже на сказочный сон, что я ни капли не верила в происходящее. В какой-то момент я решила, что буду покрепче держаться за руку Лекса, чтобы совсем не потеряться в иллюзорном великолепии.

Нашу свадьбу мы праздновали в городской ратуше, где собралась большая часть знати. Кое-кого я знала по Золотой Гильдии, но этим людям не было известно моё истинное лицо, поэтому никто ни о чём не догадался. Рядом с нами за столом на почётных местах сидели сослуживцы Лекса, члены его личного отряда. В день, когда мы сражались с Тарвусом, они были на задании в соседнем городке, а потому теперь раз за разом требовали подробностей о сражении в подземелье и победе.

— Поговорим об этом позже, на работе, — не выпуская моей руки, отвечал Лекс Корр. — Сегодня нам с супругой немного не до этого.

Я не могла дождаться момента, когда можно будет покинуть праздник и оказаться вместе с любимым в уютной тишине экипажа. Когда это случилось, я припала к груди Лекса и закрыла глаза. Он обнимал меня, гладил по волосам и осторожно целовал в макушку.

— Устала, да? — срывающимся шёпотом спросил он. — Так много людей, шума…

— Неужели всё это — правда? Ты и я. Никаких иллюзий, по-настоящему?

Лекс откинул голову назад и тихо рассмеялся:

— Не знаю, Нальси! От тебя можно ожидать любого сюрприза! Ты — загадка, которую я так и не разгадал.

Я облизнула губы и поцеловала его:

— Очень скоро ты вплотную приблизишься к разгадке.

* * *

Под потолком спальни медленно кружили магические огоньки — их света хватало на то, чтобы разглядеть друг друга, но вот с застёжками на свадебных одеждах приходилось воевать на ощупь. Лекс старался не торопиться, распутывая ленты и расстёгивая хитроумные крючочки. Я ощущала скрытое нетерпение в его руках и едва сдерживалась, чтобы не начать помогать ему. Нет уж, со сладкой дрожью думала я, пусть справляется сам.

— Нет ли какого-нибудь заклинания против этих застёжек? — горячо прошептал он мне в ухо.

— Конечно, есть, вот только оно запрещено Инквизицией, — ответила я.

— Неужели? Надо будет проверить потом в справочнике…

Я стояла к Лексу спиной, когда платье с мягким шелестом соскользнуло к моим ногам. Кожа покрылась мурашками от прикосновений Лекса, от осторожных поцелуев. Он взял меня за плечи, развернул к себе, напряжённо вгляделся в мои глаза. Как тогда, когда навещал меня в тюремной камере и всё не мог поверить в реальность происходящего. «Неужели это действительно ты?» — говорил его взгляд. У меня перехватило дыхание. Это было слишком непривычно, слишком откровенно. Под покровом иллюзии я никогда не чувствовала себя настолько обнажённой, а теперь я словно лишилась единственной защиты.

— Нальси, не бойся меня, я не предам тебя, не обижу, — прошептал он и напомнил: — Мы ведь теперь муж и жена.

— Я боюсь снова тебя разочаровать, — еле слышно сказала я. — Боюсь не оправдать твоих ожиданий.

— Ты уже очаровала меня настолько, что разочаровать не получится при всём желании, — улыбнулся Лекс, притягивая меня к себе. — Назад дороги нет.

Одну за другой расстёгивая пуговки на его рубашке, я добралась до пояса брюк, разомкнула серебряную пряжку на ремне. Пальцы дрожали от волнения, словно я проделывала всё это впервые в жизни.

— Когда ты понял, что всё, что происходит с нами, — неизбежность?

— В тот день, когда ты пришла продлевать лицензию.

— С первого взгляда?

— Да. Я подумал: вот та девушка, на которой я хочу жениться.

— Не просто заполучить, а именно жениться? — тихо засмеялась я, избавляя Лекса от одежды.

Он подчинялся моим рукам, и мне было жутко любопытно, надолго ли ещё хватит его терпения. Мой страх отступал, сменяясь жгучим желанием. Всё было по-новому, не так, как прежде. Создавая вымышленные образы, я думала лишь о внешнем. Мне не страшно было обнажаться, потому что моя душа всё равно оставалась закрытой. Теперь я раскрывалась полностью — и чувствовала то же самое со стороны Лекса. Он подхватил меня на руки, бережно перенёс на кровать и покрывал поцелуями лицо, шею и грудь, прислушивался к каждому моему вздоху, улавливал каждое моё движение и каждый удар взволнованного сердца.

— Я хотел заполучить тебя законным способом, — шепнул он мне в ухо. — Этот путь был сложнее и интереснее.

— Помню, ты пообещал меня сжечь, — в перерывах между поцелуями сказала я.

— Если только в огне страсти, — ответил Лекс.

Я не знаю, как устроен дар инквизиторов, но в негромком голосе Лекса, в его сильных руках и требовательных губах совершенно точно было заключено огненное волшебство. Моё тело отзывалось, вспыхивало от его ласки, а разум уже не мог контролировать проявления сумасшедших чувств, но ещё более волнительно и приятно было видеть, что и Лекс тоже потерял терпение. И всё же он был со мной нежен и осторожен, словно для меня это в самом деле был первый раз.

Лекс понимал, насколько важна для меня эта ночь, поэтому не спешил и вглядывался в моё лицо, пока на нём не появилась счастливая улыбка. Я изо всех сил обняла его, моего любимого, моего мужа, чувствуя, как он проникает в меня всё глубже и с каждым мгновением мы становимся ближе и ближе, становимся одним.

Впервые в жизни я не понимала, сколько всё это продолжалось. Вслед за неистовым огнём мы окунулись в сладкое забытье, не в силах оторваться друг от друга и разомкнуть объятия. Казалось, это невозможно — вновь разъединиться и стать отдельными людьми. Переплелись и чувства, и наши души, и энергия нашего дара. Я лежала у Лекса на груди, а он мягко перебирал пальцами мои растрепавшиеся локоны.

— Ну как, ты приблизился к разгадке? — Я приподнялась и заглянула ему в глаза.

— Немного, — довольно прищурился он. — Придётся повторить ещё раз, а потом ещё раз…

— Я согласна, — сразу сказала я и потянулась поцеловать его. — У нас впереди ещё много дней и ночей.

— Вся жизнь, Нальси, до самого конца, — прошептал он.

— Да, до самого конца, — эхом отозвалась я.

Конец.