ГЛАВА 8

– Здесь у нас отдел маркетинга, а налево отдел сбыта, – звонко цокала каблуками по кафелю Света. Она буквально неслась по коридору, устроив для меня небольшую экскурсию по тому зданию, где мне предстояло обитать.

С первого взгляда я прониклась симпатией к красивой высокой блондинке. В отличие от напичканной силиконом Светочки из моего воображения и обязательно имеющей интрижку с боссом, у реальной Светланы Яковлевны, не считая цвета волос, не оказалось ни грамма искусственности. Но окрашенные волосы у девушки легко можно спутать с натуральными, настолько органично она выглядела. Голубые проницательные глаза, ямочки на щечках и ноги от ушей, на мужчин производили обманчивое впечатление наивной девочки. Но стоило ей открыть рот и всем становилось понятно, перед ними амбициозная деловая женщина, отлично выполняющая свою работу и способная любого поставить на место.

Бежала я за Светланой Яковлевной, быстро переставляя ноги. Старалась не отставать от несущейся, словно бронепоезд помощницы Гершвина. Света свернула к лестнице, спускаясь на этаж ниже. Сегодня она забрала меня из отдела безопасности, где я сфотографировалась для электронного пропуска и тут же получила магнитную карту. Поэтому нам пришлось сделать странный крюк, поднявшись на третий этаж по лестнице и пройдя одно крыло здания, мы пронеслись по переходу и оказались в другом крыле.

– Здесь отдел информационных технологий, он находится прямо надо тобой, – кивнула Света в сторону двери с черной табличкой на втором этаже и продолжила спускаться. – А это, твоя обитель.

На первом этаже находилось всего две двери, одна из которых вела в туалет, а другая в мой кабинет. Света вошла в помещение над входом которого висела надпись «библиотека».

– Нелли Ивановна, Здравствуйте! Я вам помощницу привела! – громко поздоровалась Светлана.

Вошла в кабинет следом за девушкой. Уперлась взглядом в ряды стеллажей с книгами, как в настоящей библиотеке и только потом увидела в закутке пожилую женщину, сидящую за компьютером.

– Это Ульяна! Ульяна, знакомься, это Нелли Ивановна, она тебе объяснит суть работы. Компьютер тебе принесут в течение дня, – девушка представила меня коллеге и отвечая на разрывающийся телефон, убежала на свое рабочее место.

– Здравствуйте, – поздоровалась с милой старушкой.

– Здравствуй, – поджав губы, смотрела на меня женщина. – О таких переменах, обычно заранее предупреждают, – недовольно бормотала она.

– Знаете, я так рада, что смогу поучиться у человека с опытом, – постаралась быть дружелюбной и хоть как-то успокоить коллегу.

– Некогда мне с тобой возиться. Работы полно, – фыркнула Нелли Ивановна и уткнула сморщенный нос в компьютер, игнорируя меня.

– Поэтому меня и наняли, чтобы помогать вам, – не оставляла попыток наладить контакт.

Но старуха делала вид, что меня нет.

Стояла посреди кабинета, не зная куда деться и ощущая враждебный настрой бабульки. Опустилась на стул у окна, дожидаясь дальнейших указаний.

К концу бездарно проведенного дня, утренний настрой на интересную работу полностью растворился. Компьютер я так и не дождалась. И вообще за весь день обо мне никто больше не вспомнил. В библиотеку заглядывали какие-то люди, чтобы подписать у Нелли Ивановны обходной лист об отсутствии задолженности перед библиотекой. Мужички с любопытством рассматривали меня, шутили, а злобная грымза лишь сильнее шипела после их ухода.

Самым запоминающимся событием рабочего дня стал поход в столовую, куда старушенция летела так, что только пятки сверкали. Так спешила на обед, что второпях даже согласилась показать мне дорогу.

Да, уж, Ульяна! Называется, влипла по полной! И в этой веселой компании тебе предстоит провести следующие пять лет.

Единственным положительным моментом в сложившейся ситуации могла назвать лишь то, что раздражение на новую коллегу, время от времени отвлекало от мыслей о Паше. Картинки всего того, что он мог вытворять со своей губастой Мариной, плотно въелись в мою голову. Даже ночью не смогла найти спасенья во сне, наблюдая за изменой моего благоверного. Больно было так, будто мне грудную клетку разорвали, заставляя жить дальше. И вот теперь, сидя рядом с мерзкой старухой, я не понимала, за что борюсь и для чего вытаскиваю этого предателя. Имелось целых два ответа на заданный вопрос и они постоянно спрашивали о папе.

В конце рабочего дня, по дороге к проходной, на телефоне высветилось сообщение от банка о поступлении денежных средств. Роберт выполнил свою часть договора. И в подтверждение моих мыслей, следом пришло сообщение от абонента «Роберт Альбертович». Вздрогнула, увидев его имя на дисплее. Он не звонил мне самостоятельно и тем более не посылал сообщений. Сердце гулко билось, когда читала его послание:

«Деньги у тебя. Вечером первый платеж по долгу. Будь готова к восьми».

Меня сразу же бросило в пот и свело скулы. Вот и всё. Сегодня случится неизбежное.

***

Два часа пролетело незаметно. Даже слишком быстро. Успела лишь ребят из садика забрать, пообниматься с мужичками моими маленькими, да с няней познакомиться. Хорошо еды наготовила накануне столько, что еще хватит дня на два. Иначе кушать моим мальчишкам пельмени магазинные. Но и тут Антонина Петровна, наша новая няня, успела меня успокоить, что при необходимости она готовит своим подопечным. Это у неё даже в договоре прописано.

Няня мне понравилась. Приятная женщина, возраста моей мамы. Со мной она разговаривала минут десять, остальное время я наблюдала за её общением с мальчиками. Женщина сумела быстро расположить их к себе. Даже мой маленький Матвей, тяжело принимающий посторонних людей, стал рассказывать ей о любимых игрушках и утащил за собой в комнату строить поезд из лего дупло. Так они и просидели втроем за конструктором, напевая песенки.

Согласно договору Антонины Петровны, все вопросы оплаты решал Роберт Альбертович. Это и пугало и успокаивало одновременно. Головой понимала, что теперь вся моя жизнь в его руках, но до конца не получалось в это поверить и тем более прочувствовать. Ощутила только, что страху за свою загубленную жизнь, появился страх за детей. Я опасалась подпускать к ним малознакомого человека, поэтому и бегала в детскую, подглядывая за общением мальчиков с Антониной Петровной. Надеялась лишь на то, что Гершвин приставил к моих сыновьям надежного человека. Но все те жуткие истории в интернете, о нянях садистках, что я читала всю прошлую ночь, не давали покоя. Поэтому я попросила Танюху, заглянуть через часик, под каким-нибудь дурацким предлогом и посмотреть на то, как тут мои мужички.

За хлопотами о детях и знакомством с няней, совсем забыла о том привести себя в порядок. Опомнилась за десять минут до выхода. Приняла экспресс – душ, переодела белье, быстро запрыгнув в джинсы, накинула сверху черную футболку и кожаную косуху. Прошлась расческой по волосам, падающим ниже лопаток, на макияж времени не осталось. Расцеловав мальчиков, выбежала из дома.

Рэндж ровер подъехал к подъезду как раз в тот момент когда я оказалась на улице. Увидев Вадима обрадовалась. Значит, будет время собраться с мыслями перед встречей с Робертом. Вадим открыл для меня пассажирскую дверь и тут вся радость вмиг испарилась.

Роберт сидел на заднем сидении с разложенным на коленях ноутбуком и зажатым между плечом и ухом смартфоном. Села рядом, стараясь оставить между нами как можно больше расстояния и отвернулась к окну.

– Меня не волнует как ты это собираешься делать! Эта паскуда уже документы готовит, – отчитывал кого-то Гершвин. – Если к завтрашнему дню ты не успеешь подготовить предложение, их перехватят москвичи. Работай Саша, не за пустой треп бабки получаешь! Упустишь сделку, вернёшься в свою вонючую конуру к тестю.

Всю дорогу Роберт кричал на кого-то и даже крыл таким трехэтажным матом, что у меня уши в трубочки сворачивались. Таким я его еще не видела. Его агрессия и крик пугали. Поймала себя на том, что вся сжалась, прижимаясь к двери. Судя по всему в таком взвинченном состоянии мужчина находился большую часть суток. Значит не только со мной он был таким резким. Но это не успокаивало.

Вопреки моим ожиданиям, машина заехала на территорию нового жилищного комплекса, с подземной парковкой. Не прерывая разговора Роберт указал мне на дверь и захлопнув крышку лэптопа, сунул его в сумку и забрал с собой.

Пройдя мимо консьержа, улыбнувшегося самой заискивающей из возможных улыбок и глядя на суровое выражение лица Роберта, рычащего на кого-то по телефону, осмелился только на робкое: «Добрый вечер, Роберт Альбертович!». В ответ получив лишь скупой кивок, консьерж облегченно выдохнул, взволнованно следя за нашей прогулкой до лифта.

Лишь оказавшись в просторной зеркальной кабине со светящимися кнопками, мужчина наконец-то спрятал смартфон. Стоял напротив меня и смотрел исподлобья, не говоря ни слова. А я рассматривала его блестящие дорогие туфли из черной кожи, стараясь не встречаться с ним взглядом. Очень меня пугало то, чего от меня ждал Роберт. Даже в свой самый первый раз, не испытывала такого дикого волнения. Оно скапливалось тугим узлом в животе и сводило от страха зубы.

Лифт остановился на последнем, двадцать первом этаже. Вышла, слыша за спиной тяжелые мужские шаги и чувствуя кожей колючий взгляд. Стук сердца отдавался в висках. Я переживала, в тайне надеясь избежать неминуемого. На площадке находилось всего две квартиры. Остановилась, дожидаясь того в какую сторону двинется Роберт. Мужчина обошел меня, открывая квартиру слева от лифта.

– Входи, – распахнул дверь, застыв снаружи и пропуская меня внутрь.

Ощутила себя мышкой добровольно идущей в лапы кошке. Нутро все замерло от страха, ожидая нападения. Глубоко вдохнув перешагнула порог, вздрагивая от грохота захлопываемой за спиной двери. Каждый мускул был в напряжении.

Роберт Альбертович нащупал выключатель, освещая студию в стиле лофт. Голый красный кирпич, много темной мебели и металлических элементов. Сразу видно, что здесь живет мужчина. Гершвин прошел к кухонному островку с деревянной столешницей, опуская на него ноутбук.

– Проходи, – продолжил приказывать односложными фразами.

Разулась пройдя в гостиную зону, не зная разрешено ли мне сесть или должна и дальше ждать его указаний.

– Голодная? – налил в бокал воды, залпом осушая бокал.

– Нет, я ужинала, – прокашлялась, выдавливая хриплые звуки из пересохшего горла.

– Хорошо, -поставил стакан на столешницу. – Воды?

– Не откажусь,– под пристальными взглядом тёмных глаз прошла на кухню.

Роберт Альбертович наполнил для меня бокал, подавая прямо в руки. Наши пальцы соприкоснулись и по телу пробежала дрожь. Прильнула к стеклу губами, медленно делая один глоток за другим. Перед глазами тяжело вздымалась широкая грудь в черной рубашке и сером пиджаке. Без каблуков я доставала Роберту только до солнечного сплетения. Чувствовала его пристальный взгляд и меня потряхивало от волнения, и его близости. Допив воду протянула бокал к столу, но Гершвин перехватил его, сжимая в моей руке. Подняла глаза наверх и поняла, что попала. На меня смотрел мужчина, собравшийся немедленно завладеть женщиной.

Мужчина впился в меня потемневшим взором. Не выпуская мою ладонь, второй рукой он осторожно забрал бокал, убирая его куда-то. Сердце пропустило несколько ударов. Я как завороженная следила за выражением его лица. Взгляд тягучий, вязкий, гипнотизировал. Сейчас я видела перед собой голодного, дикого зверя, прислушивающегося только к инстинктам и желаниям. Позвоночник подернуло мурашками. Казалось, я даже боялась дышать, таким пугающим был в то мгновение Роберт. Словно в замедленной съёмке, наклонился ко мне. Следила за его действиями, не слыша ничего вокруг кроме бешено колотящегося сердца, готового от страха проломить грудную клетку.

Мгновение и его губы коснулись моих. Тело натянулось как струна. Осторожно, стараясь не вспугнуть, Роберт Альбертович пробовал мои губы. Целовал нежно, проверяя грани дозволенного. Борода кололась, а я прислушиваясь к ощущениям стояла как вкопанная. Поняв, что не отталкиваю, Роберт проскользнул языком по моим губам. Дыхание участилось, приоткрыла рот выпуская его. Наши языки встретились и мужчина издал какой-то первобытный звук, после чего снесло всю его выдержку.

Сильные руки притянули меня к себе. Одна легла на спину, вжимая в твердое, мускулистое тело, а вторая на затылок. Он жадно исследовал мой рот. Целовал в исступлении, так что ноги подкосились от его напора, его страсти, внезапно передавшейся мне вместе со вкусом и запахом мужчины. Не заметила, как расслабилась в его объятиях и обвила руками крепкую шею.

Широкие ладони, блуждали у меня по спине, пробираясь под футболку. Горячие руки соприкоснулись с обнаженной кожей, посылая тысячи электрических разрядов по телу. Роберт приподнял меня, усаживая на столешницу. Теперь мне было удобнее дотягиваться до него. Я уже сама тянулась к его губам в поисках дурманящих поцелуев. Кружилась голова и, я утопала в нем всё глубже, не желая выныривать на поверхность. В тот момент я отодвинула в сторону анализ причин подобной реакции и просто отдалась ощущениям.

Мужчина стянул с меня футболку, снова припав к губам. Он пил меня жадными глотками и не мог насытиться. Словно путник блуждавший по пустыне и вышедший к источнику воды. Следом за черным трикотажем, на пол полетел его пиджак. А я уже выдергивала из брюк рубашку. Голодные поцелуи переместились мне на подбородок, спускаясь к шее. Нежные мягкие губы и колючая борода. Этот жгучий контраст, заставляли кожу острее реагировать на ласку. Я подставляла шею под его губы, одновременно с этим расстегивая мужскую сорочку.

Кружево царапало возбужденные соски. Выгнулась грудью к нему, сгорая от нетерпения как можно скорее избавиться от ненавистного предмета одежды. Роберт, словно прочитав мои мысли, одной рукой расстегнул лифчик, отправляя его в неизвестность. Поймала его губы в то время, как он прошелся пальцами по острым вершинкам и тут же сжал соски. Простонала ему в рот. Роберт обхватывая ладонью полушария, продолжая играть с сосками. Царапала ногтями мускулистый торс. Мужчина изогнулся, втягивая в рот сосок, играя со вторым пальцами. Оперлась руками позади себя о столешницу, прикрыв глаза от удовольствия. Лоно пульсировало и сочилось от желания.

Сильные руки уже дергали пуговицу на моих джинсах. Потянулась к пряжке мужского ремня. Дрожащими руками расстегивала брюки, задевая сквозь материю твёрдый член. Поцелуи стали рваными, нетерпеливыми. Роберт справился с моей молнией. Приподнялась, помогая ему стягивать жесткую ткань с бедер. Как-то ловко он избавил меня от одежды, оставляя лишь в промокших черных трусиках. Накрыл поверх влажного кружева лоно, прикусив за губу. Я простонала. Хотела скорее его пальцы внутри. Всё еще помнила как он умело доводил меня до оргазма в кабинете ресторана. Роберт положил мою ладонь себе на эрекцию, вырывающуюся сквозь боксеры.

– Сожми, – прошипел мне в рот, отодвигая трусики и массируя клитор.

Задышала чаще, чувствуя как нарастает удовольствие.

Провела ладонью по всей длине. Боже, как такая громадина сможет во мне поместиться. Словно в ответ на мои мысли, лоно запульсировало еще сильнее, готовое принять в себя мужчину. Сжала толстый член, проводя по нему вверх-вниз, затрагивая пальцам обнаженную головку, не помещающуюся в белье, размазывая по ней выступившую каплю. Роберт зашипел, тут же заполняя лоно двумя пальцами.

– К чёрту ! – спустил боксеры, кусая меня за подбородок.

Затуманенным взором посмотрела на член, ещё раз поразившись внушительным размером, предвкушая как он окажется во мне.

– На меня смотри, – рявкнул Роберт, взяв меня за подбородок и подняв лицо вверх.

В черных глазах полыхала похоть. Чувствовала как размазывает головкой влагу о мои складки, изнемогая от нетерпения. Осоловело смотрел на меня, а я не могла поверить, что всерьез делаю это. Изменяю мужу с человеком, заплатившим за это двадцать миллионов.

Резким толчком Роберт вошел меня. Лоно засасывало мужской орган. Он распирал меня, вызывая болезненные ощущения. Вцепилась руками в его плечи, привыкая к размерам. Мужчина замер, чуть вышел и снова вошел в меня, проталкиваясь ещё глубже. Прострелила боль. Вонзила ногти в его кожу, зажмурив глаза. Он снова дал мне продышаться, а затем медленно задвигал бедрами.

– Смотри на меня!– проговорил, удерживая меня за шею.

Постепенно боль отступала, оставляя вместо себя лишь нарастающее с каждым толчком удовольствие. Комнату наполнили влажные звуки. Смотрела ему в глаза, видя голую страсть. Он доставал так далеко, и натирал нужную точку, отчего у меня закатывались глаза от удовольствия. Роберт припал к моим губам, быстрее и быстрее вколачиваясь в меня. Он трахал меня членом и языком. Мне было мало. Обхватила его ногами, прижимая ближе, плотнее. Не знаю что в меня вселилось, было похоже на животный голод. Сосала его язык как член и стонала от удовольствия, а его это заводило еще сильнее. Ерзала по столу ягодицами, подаваясь бёдрами вперед. Мысли выветрились из голову. Только зов плоти и ощущения. Роберт больше не нежничал, таранил меня так, что я упала на спину. Послышался звон бьющейся посуды. Мужчина закинул мои ноги себе на плечи, дотрагиваясь до клитора. Несколько круговых движений пальцами и меня прострелило удовольствие. В глазах потемнело и на фоне кромешной тьмы посыпались звезды. Прогнулась грудью вверх, чувствуя как тело простреливает и содрогается от удовольствия. Громко закричала. Пальцы поджимались от накатывающих волн наслаждения. Несколько толчков и ощутила как мне на живот полилось горячее семя. Лежала, не в силах пошевелиться. Роберт тяжело дышал. Холодная твердая столешница возвращала к реальности.

Вздрогнула когда в кожу впилась натянутая ткань трусиков. Роберт разорвал кружево, вытирая им с меня сперму.

– Надеюсь ты чистая.

– Что? – нахмурилась не понимая о чем он.

– Завтра сдашь анализы, – произнес равнодушно.

Меня будто окатили ледяной водой, моментально возвращая с небес на землю.

– Анализы? -приподнялась, посмотрев на мужчину, застёгивающего брюки.

– Забыл резинку, надо теперь провериться. Неизвестно, с кем ты спала до меня.

Вот и всё, что он думал обо мне. Очередная девка, раздвигающая перед мужиками ноги. И ничего больше.

Щеки горели от стыда и глаза щипало от обиды. Парализовано сидела на твердом дереве, чувствуя себя использованной и грязной.

– Пойдем в душ, – позвал Роберт, наливая воду в тот злосчастный бокал.

В груди саднило, от удовольствия не осталось и следа. Хотелось сбежать как можно скорее из этой квартиры.

– Приму душ дома, – спрыгнула со стола, быстро поднимая с пола одежду.

– Я тебя не отпускал, – со звоном поставил стакан.

– Без анализов опасно вместе ходить в душ, – говорила, чувствуя горечь во рту.

В голове не укладывалось, как можно быть настолько жестоким, чтобы сразу после близости вот так девушку унижать.

– Ты из-за анализов так напряглась? – вздернул вверх бровь.

– А вы, Роберт Альбертович, похоже считаете в норме трахнуть женщину, а потом унижать её. Верно?

– Что унизительного в том чтобы беспокоиться о своём здоровье?

– Ничего конечно! Только вы сами, как пацан малолетний, не позаботились о контрацептивах, а крайней выставили меня. Я ни с кем, кроме мужа, – сделала паузу. Отчего-то в сложившейся ситуации упоминание его, казалось совсем кощунственным, – и теперь Вас, никого не было за последние одиннадцать лет. И скорее не мне, а вам нужно предоставлять справки о своём здоровье. Видела я, как вы любите вечера коротать, – перед глазами всплыл покерный стол и девицы, прилюдно лапающие друг друга.

– Это все? – фыркнул Роберт. – Я регулярно проверяюсь сам и проверяю своих партнёрш. Последние результаты сделаны неделю назад. Я чист. Показать?

Вся моя бравада начала угасать. Но отчего-то слух резануло слово «партнёрш». Неужели я действительно думала, что кроме меня у него нет других женщин. Наивная, глупая Ульяна! Такие как Роберт Альбертович содержат целые гаремы содержанок. А я лишь должница, которая не имеет права даже интересоваться его личной жизнью.

– Я не тебе не доверяю, а твоему идиоту – мужу.

Увидела перед собой Пашин образ и сморщилась, прозревая на правду, о которой говорил Гершвин. Кто знает, сколько губастых Марин у него было. И чем он меня успел наградить. Об этом я даже не успела подумать, приняв слова Роберта за личное оскорбление.

– Я…, – попыталась подобрать нужные слова, но не получалась найти ничего подходящего.

Молча натягивала джинсы. Почувствовала опустошение. Казалось, меня выпили до дна, оставляя лишь оболочку, лишив даже фантомов боли от происходящего в моей жизни кошмара.

– Я об этом не подумала, – осмотрелась по сторонам в поисках футболки. Увидев черную кучку, схватила, собираясь надеть как можно скорее и сбежать в свою крепость.

– Ульяна, – подошёл Роберт Альбертович. – Разве я отпускал тебя?

Говорил низко, хрипло, возбуждающе. Только сейчас осознала насколько у него сексуальный голос, тут же отгоняя неуместные мысли.

– Для первого раза достаточно, – огрызнулась, чувствуя в душе полный раздрай.

– Это не тебе решать, – как-то очень быстро сократил расстояние между нами.

Роберт подхватил меня на руки, усаживая к себе на талию. От неожиданности ойкнула. Обхватила мужчину ногами и обняла руками за шею, боясь упасть. Он смотрел мне прямо в глаза, твёрдым шагом направляясь к лестнице.

Роберт держал меня как пушинку. А я все равно была напряжена, как струна. Не понимала я этого человека, способного распалить, превратить в податливую массу, а потом резко обдать холодом, чтобы вмиг окаменела.

– Куда Вы меня несёте? Мне нужно домой.

– В душ. Домой тебе ещё рано, – усмехнулся Роберт. – И давай на «ты», а то дедом себя чувствую.

– Вы, то есть, ты, совсем не похож на деда, – смутилась. Щёки вспыхнули. На самом деле Роберт был хорош. Только я всё время отрицала очевидное, стараясь демонизировать его образ.

– Это хорошо, потому что у деда не может быть столько сил на тебя.

Сразу же накинулся на мой рот. Не хотела отвечать на его поцелуй. Злилась и не могла снова отдаваться человеку, способному наплевать в душу. И вроде прав он, да и секс мне понравился, что уж скрывать. Хотя после такого воздержания, наверняка любым впечатлилась бы. И снова я пыталась обмануть себя. Не получалось вспомнить такого сильного оргазма. Вот так, чтобы настолько остро и ярко, до помутнения в глазах.

Но в то же время, стыдно перед самой собой, что вот так просто сдалась, отдалась и текла как течная сучка. Неправильно это всё. Я замужем. У меня дети. А он первый встречный, оплативший услуги очень дорогой путаны.

Язык Роберта хозяйничал у меня во рту, изучая каждый миллиметр. Трение промежности о его торс усиливало пульсацию между ног. Прижималась обнаженной грудью к его сильному торсу, покрытому черными волосками. Острыми горошинами терлась о его кожу, впитывая исходящий от мужчины жар. Чувствовала как снизу мне в попу упирается готовый ко второму раунду член. Словно и не этот человек кончил мне на живот всего несколько минут назад.

Поднялся на второй этаж, зайдя в ванную и поставив меня на ноги. Оторвался от губ, чтобы стянуть с меня джинсы.

– Зря оделась. Тебе здесь вообще одежда не нужна будет теперь, – включил воду в душе и поцеловав меня, поднял, чтобы переставить в выложенной серой плиткой душевую.

Пар моментально заполнил кабину, оседая густым налётом на стекле. Встала под горячие струи, подставляя лицо к лейке. Роберт залез следом, прижимаясь ко мне всем телом и целуя в шею. В спину упиралась эрекция. Женщина во мне ликовала, что всё еще могу вызывать желание у мужчины. Не отрываясь от шеи обхватил мои груди ладонями, играя с ними. Откинулась спиной на Роберта, подставляясь под ласки. Мужчина опустил одну руку к влажным складкам, раздвигая их и массируя клитор.

– Снова мокрая, – довольно прорычал и от этого рыка по коже пробежались мурашки.

Мужчина немного присел, потеревшись каменным членом о мою попу. Прогнулась в спине, готовая почувствовать его в себе. Роберт осыпал поцелуями мои скулы лоб и поймав губы, одним движением развернул к себе. Поднял на руки, закидывая ноги к себе на поясницу, и не мешкая резко вошел в лоно до конца. В этот раз не было нежности или осторожности. Он имел меня с бешеной скоростью, доставая до таких глубин, что у меня перед глазами плясали искры от избытка ощущений. Прижал спиной к холодной мокрой стене, погружаясь в меня резко, грубо, быстро, смотря сквозь стекающую по лицу воду в глаза. Возможно он обладал навыком гипноза, но смотря в эту темную бездну, кончила я еще сильнее, чем в первый раз. Содрогалась от удовольствия сидя на крепком члене и протяжно кричала. Не успели волны оргазма стихнуть, как Роберт опустил меня на ноги, надавливая на плечи и опуская на колени.

– В рот, – удерживая эрекцию рукой, ткнулся мне в губы головкой.

Обхватила губами ствол и в это же мгновение в горло выстрелила теплая солоноватая жидкость. Роберт положил ладонь мне на голову, не давая увернуться и следил как я высасываю его семя. Проглотив все без остатка, смотрела на него снизу вверх, до конца не веря в происходящее.

– Умница, – погладил меня по голове. – Сейчас помоемся и продолжим в спальне.

Уезжала от Гершвина уже около трёх часов утра на такси. Еще одним разом дело не обошлось. Ехала измотанная, оттраханная и без белья. Всю дорогу домой вытирала непрошеные слезы. Не смотря на полученное небывалое удовольствие плоти, в душе было гадко. Гадко настолько, что стало противно находиться в собственном теле. Меня словно осквернили, испачкали и от этой грязи больше никогда не отмыться. Придется привыкать к новой роли любовницы и учиться искать плюсы сложившемся положении, или же учиться жить с этими уродливым ощущениям использованной вещи.