Глава 16

Расгар

Стоило мне отлучиться, как Равшер тут же этим воспользовался. Это я должен был привести Лиру в самое красивое и волшебное место на острове. И как я об этом узнал? Решил немного побыть наедине с собой. Понять, что дальше делать со свахой, которая непостижимым образом пробралась слишком глубоко в душу и не давала мне покоя. И что я вижу? Эти двое сидят и воркуют! Моя сваха! На моем месте! Не со мной, а с моим братом.

Это удар ниже пояса. Во-первых, Рав прекрасно знал, как ревностно я отношусь к личному пространству. Об этом месте знал только он. Я никогда и никого сюда больше не приводил. И тут меня оглушило… Я сам хотел привести Лиру. Иными словами, открыть ту часть себя, которую никому не показывал. И, определенно, я бы не стал этого делать только для того, чтобы переспать с девушкой. В моем арсенале имелись другие уловки, но с самого начала знакомства с маленькой свахой я творил непонятно что. До меня дошло только сейчас – именно с ней я вел себя как полнейший идиот. А ведь это явный признак… Чего? Чувств? Привязанности? Любви?

Я вновь вернулся на берег. Туда, где мы были наедине. Где между нами промелькнуло что-то. Что-то большее, чем просто влечение. Я как ребенок радовался, когда понял, что Лира также хочет поцелуя. Ее дрожь, как она замерла в ожидании… Если бы Лайш не помешал, все могло закончиться совсем по-другому. Но в итоге Лира сделала вид, будто ничего не было. Испугалась, что кто-то узнает правду и взглядом молила, чтобы я не возражал против ее поездки с Равшером на одном снурре. А я возражал! Внутри все кипело от желания схватить ее и увезти куда-нибудь подальше, а Равшеру, наконец, сказать, чтобы не тянул руки к моей свахе! Чего мне стоило сдержаться, не описать словами. Я улетел, чтобы не сорваться, а затем, когда уже на острове увидел Лиру в своем костюме, не смог промолчать. Хотелось уколоть ее. Напомнить о том, что чуть было не случилось на берегу озера. Только позже я осознал, насколько глупым был тот поступок. Им я снова оттолкнул ее, а сам чуть ли не подыхал от ее образа в своей голове. Та самая сцена раз за разом прокручивалась перед глазами, а фантазия дорисовывала множество вариаций развития дальнейших событий. Чтобы прочистить мозг я вызвал Лайша и долгое время мы с ним кружили по заповеднику. Это всегда помогало, но в этот раз не сработало.

– Красивая. Мне нравится, – прорвался сквозь думы голос Лайша.

– Тогда зачем помешал? – пробурчал я, не понимая мотивов птицы.

– Весело, – проскрипел хвостатый друг и загоготал, смеясь.

Даже снурр хохотал надо мной. Я чувствовал себя загнанным в ловушку зверем и всерьез ловил себя на мысли, что рядом с Лирой меняю собственные приоритеты. Идея жениться на выбранной матерью луарке уже не казалась такой уж удачной. Маленькая сваха никогда не согласится на роль любовницы, а если узнает о состоявшейся помолвке, то вообще к себе не подпустит. Я не хотел обижать ее, причинять боль, но сил отступить тоже не находил. Один вид девушки в компании Равшера привел меня в неконтролируемое бешенство. Я чудом подавил порыв нарушить их уединение, но решил дождаться возвращения брата. Он почувствовал мое присутствие, я был уверен. Поэтому, как только они ушли, остался, чтобы выслушать объяснения Рава. Он не дурак и должен понимать, что его поступок я просто так не оставлю.

Я не ошибся. Спустя недолгое время, братишка появился с лучезарной улыбкой.

– Я знал, что застану тебя здесь.

– Я тебя ждал, – угрюмо бросил я.

– Не злись…

– Не злись?! – вспылил я. – Я привел тебя сюда не для того, чтобы ты красовался перед девицами!

– Ты сам хотел показать это место Лире. И можешь не отпираться. Я знаю, что это так, – ни капли не смутившись, аргументировал брат, чем еще больше выбесил.

Значит, сделал мне назло? Нагло залез в душу, прочитал мое желание и опередил.

– Я тебе сколько раз говорил, чтобы не применял ко мне свои штучки?

– А мне и не нужно было их применять. От тебя фонит так, что у меня уже голова болит от твоих метаний, – припечатал меня он.

– Это не твое дело.

– Как раз мое, братишка. Ты хочешь одну из моих невест. По-твоему, я должен нормально к этому относиться?

– Мы уже говорили об этом.

– Говорили, но ты все никак не уймешься. Может мне тебе снять девочку, чтобы ты спустил пар? Если ты рассматриваешь Лиру в качестве будущей жены – это другое дело. Я отступлю. Но ведь ты собираешься жениться на другой, а с ней только развлечься, пока не закончится отбор. Я не прав?

Равшер, несомненно, был прав, но признаться в этом я не мог даже самому себе. Я стоял перед выбором, к которому оказался совершенно не готов. Лира вызывала во мне эмоции, которых я ни к кому не испытывал. Никогда не верил в любовь с первого взгляда, но маленькая сваха захватила меня в свои сети еще до того, как мы официально познакомились. Я думал, что это лишь влечение, игра. Что с ней будет так же, как с другими девушками. Я терял интерес очень быстро, но Лира… Лира была особенной. Совершенно непохожей на тех, с кем я имел дело раньше. Я увидел это сразу, но даже не подозревал, что своим выбором устрою себе ловушку, из которой, видимо, уже не смогу вырваться.

– Что ты молчишь? Сказать нечего? Тогда не вмешивайся в мои отношения. Ты знаешь, я не люблю треугольники, – бросил Равшер.

Как же я хотел потребовать, чтобы он больше не приближался к Лире и занялся остальными невестами, которых у него предостаточно, но осознавал, что не имею никаких прав на маленькую сваху. Я не мог вот так просто отказаться от уже намеченных и хорошо продуманных планов. Меня буквально разрывало от противоречивых эмоций. Я так долго шел к своей цели – доказать всем и в первую очередь себе, что достоин быть луаром. Достоин рода К’Маро. Но встреча с Лирой перевернула все с ног на голову. С ней я начал чувствовать вкус жизни и сомневаться в собственных убеждениях. Мой отчаянный, чересчур романтичный брат пошел против семьи и традиций своего народа, так почему я, как идиот из кожи вон лезу, чтобы заслужить неизвестно кому нужное признание. И кого? Отчима, который с детства и до сих пор ни во что меня не ставит? Который не упускает ни одной возможности показать, насколько я никчемен? Нужно ли мне это?

– Действительно брат. Твою ситуацию треугольником не назовешь. Там целый двенадцатиугольник. Это же гораздо интереснее, – огрызнулся я, не придумав ничего лучше, как перейти из защиты в нападение.

– Я тебя понял, трусишка, – хохотнул Рав.

– Я не…

– О да-да, прошу прощения, о великий, грозный владыка заповедника, – не дав мне возразить, продолжил веселиться он.

Я и так был на грани. Нервы не выдерживали. Да и самого бесила собственная неопределенность. А брат, который прекрасно видел мое состояние, намеренно подливал масла в огонь. Я с трудом держался, чтобы не вспомнить былые времена, когда мы все конфликты решали знатными драками. А потом, довольные, снявшие напряжение, отмечали примирение в ближайшем баре в окружение симпатичных девчонок. Но то было еще в институте. С тех пор мы оба повзрослели и поумнели. Правда сейчас я бы с удовольствием стер с лица брата довольную ухмылку.

– Если не перестанешь меня провоцировать…

– А что, если я провоцирую?

– Отхватить захотел? Как в старые добрые времена?

– Я уже давно не студент, Рас. И поверь, твою задницу-то уж точно надеру.

– Ну все, ты сам напросился, – разминая шею перед боем, произнес я и пошел на него.

***

– Ну что, легче? – Равшер стер с губы кровь и улыбнулся.

– Нет. Ты удар так и не научился держать. Учитель во мне рвет и мечет, – отшутился я и поморщился.

Мелкий паршивец в долгу не остался и подбил мне глаз. Все же не все мои труды по его подготовке ко взрослой жизни прошли даром. Но ему я об этом, естественно, не скажу. Из вредности.

– Ты неисправим, учитель, – недовольно фыркнул Равшер. – Как насчет выпить перед сном?

– Спрашиваешь? Конечно, я за.

Прихрамывая, мы двинулись к лагерю. Девушки должны были уже крепко спать, поэтому мы не волновались за наш вид, а к утру все раны заживут, благодаря эксклюзивной мази по рецепту Равшера. Он с детства увлекался традиционной медициной луаров и не раз помогал привести себя в порядок после знатных побоищ. Луары лет до двадцати пяти горячи и вспыльчивы, так что таланты братика оказались очень даже актуальными.

Нашим планам сбыться оказалось не суждено. Ступив на территорию лагеря, мы наткнулись на интересное представление. Трое девушек не спали. Они стояли в сторонке и о чем-то шушукались. И что вы думаете? Конечно, в этом снова была замешана Лира! Ни минуты покоя с этой девчонкой! Первое, на что мы обратили внимание – шикарные локоны Орионс заметно укоротились, а Кари часто дышала и испуганно смотрела на ножницы в своих руках, кивая Лире, которая с поучительным выражением лица ей что-то объясняла.

– Что за… – выругался Равшер и порывистым шагом двинулся в сторону девушек.

Увидев нас, они засуетились и опустили глаза. Орионс спряталась за спинами Кари и Лиры, но все, что нужно, мы уже заметили.

– Что здесь происходит? – ледяным тоном спросил Равшер.

Даже мне не по себе стало от резких интонаций в его голосе, а девчонки окончательно стушевались. Все, кроме маленькой, бойкой свахи. Она гордо вздернула нос, отряхнула тунику от несуществующей пыли и вышла вперед, закрывая собой подопечных. Она снова это делала! Завлекала меня своей выдержкой и поразительной способностью при своей собранности находить приключения на соблазнительную попку.

– Кто-то пробрался в нашу с Орионс палатку и отрезал ей волосы, – с ходу заявила сваха.

Равшер бросил подозрительный взгляд на ножницы в руках Кари и побагровел от злости.

– Кари ни в чем не виновата. Ее подставили, – уверенно сообщила Лира. – Обе девушки были на свидании и…

– Меня больше интересует, кто осмелился, – перебил ее Равшер.

Никогда не видел его таким злым. Чтобы вывести моего брата, нужно сильно постараться. А тут… Я буквально чувствовал его желание убивать. Клыкастая красотка его так зацепила или сама ситуация?

– У меня есть подозрения, но нет доказательств, поэтому предлагаю подождать до утра, и виновные выдадут себя сами, – с холодным спокойствием произнесла Лира.

– И чем же они себя выдадут? – не мог не спросить я.

– Утром волосы Орионс отрастут. Мы уже позаботились об этом. Уверена, неудачная диверсия как минимум удивит виновниц.

– Это ты хорошо придумала, – задумчиво потер подбородок Равшер. – Завтра утром собери всех девушек у костра. Орионс должна прийти последней. А дальше дело за мной. Ты в это не вмешивайся.

– То есть, как…

– Я сказал, не вмешивайся, Лира. Ложитесь спать, – распорядился брат.

Я не мог не заметить недовольство в кошачьих глазках свахи. Она, определенно, жаждала участвовать в операции по поимке преступницы, вызвав у меня улыбку умиления. Неугомонная, воинственная, с ней, наверное, никогда не будет скучно. Она открыла рот, чтобы что-то возразить, но я покачал головой в немой просьбе не трогать Равшера. Раздраженный, взбудораженный, он мог невольно нагрубить. Как ни странно, Лира поняла мой жест и, взяв под руку Орионс, потянула ее к палатке. Умная девочка, я в ней не сомневался.

Выпить с братом так и не удалось. Мы сразу завалились спать, чтобы встать раньше всех и подготовиться к разоблачению. Равшер мог выявить хулиганку только одним способом – заглянуть ей прямо в душу и прочитать эмоции.

***

Мы с Равшером стояли в стороне. Так, чтобы девушки нас не заметили. Лира хорошо выполняла свою работу. Как и договаривались, она собрала невест у костра, и теперь мы ждали появления главной приманки. Я, как и брат, внимательно вглядывался в лица возможных виновниц, но пока они только с любопытством озирались по сторонам, гадая, какие испытания ждут их сегодня.

Как только Орионс показалась из палатки, мы усилили наблюдение. Честно говоря, я был уверен, что отрезанные локоны – дело рук близняшек. Уж слишком вызывающе и дерзко они себя вели. Равшер думал точно так же, судя по сосредоточенным угрюмым взглядам, которыми он удостаивал сестер. Но тут он резко покосился на… Аделлу?

Я сначала не поверил. Ошарашенно уставился на брата, который пристально следил за русалочкой, а затем присмотрелся к ней и понял… Она нервничала! Она перестала дышать, глаза забегали. Девушка судорожно выламывала пальцы и медленно пятилась назад. К воде. Ну уж нет, подружка, ты не сбежишь!

Мы с братом переглянулись и кивнули друг другу. Равшер пошел вперед, а я в палатку, куда он должен привести нашу неожиданную преступницу. Долго ждать не пришлось. Уже через минуту они забрались внутрь. Аделлу усадили на спальный мешок Равшера, а мы с ним расположились на моем.

– Зачем ты это сделала? – резко потребовал ответа Равшер.

Ну кто так ведет допрос? А как же подготовка? Сначала нужно было расслабить подозреваемую, дать ей поверить, что все хорошо, а потом подловить. Теперь же она зашуганно косилась на выход с явным намерением сбежать.

– Аделла, никто не будет тебя пытать, но отпираться бесполезно. Мы знаем, что ночью ты отрезала волосы Орионс.

– Я этого не делала, – выпалила русалочка, а сама выглядела так, будто через секунду рухнет в обморок.

– Моя жена никогда не будет заниматься подобным бредом. Я думал, мы с тобой сможем обсудить ситуацию и понять друг друга, но если ты так нагло врешь и прикидываешься дурочкой, нам с тобой не по пути. Собирай вещи, сегодня ты уезжаешь домой.

 Брат не стал разбираться и подался вперед, чтобы встать, как Аделла упала на колени и, вцепившись в его ногу, всхлипнула:

– Пожалуйста, не прогоняйте меня. Если вы это сделаете, я умру!

– Что? Что значит умрешь? – ничего не понимая, тряхнул головой Равшер.

Да я и сам впал в замешательство. Я ожидал, что с нашей русалочкой не все чисто, но ее заявление меня ошарашило.

– Отвечай, – потребовал я.

Аделла опустила глаза и нервно кусала губы. Определенно не хотела делиться своими тайнами, но было поздно – мы с братом уже не отпустим ее без объяснений. Может быть и подмена змеи ее рук дело? Ведь у русалок есть интересная особенность: они обладают даром гипноза. Причем могут воздействовать на любое живое существо.

– Долг русалки, – тихо обронила Аделла.

Мы с Равшером переглянулись. Становилось все интереснее и интереснее. Кому понадобилось использовать долг русалки для такой глупости, как отбор? Еще хуже то, что теперь нам придется играть в загадки, ведь объяснить все, как есть, наша хвостатая красавица не осмелится. Скорее всего хозяин ее слова учел возможное раскрытие своего шпиона и позаботился, чтобы он не проболтался.

– Кто-то спас тебе жизнь и теперь ты обязана выполнить ответную услугу, так? – начал я расследование.

Аделла не ответила, но по взгляду я понял, что прав. Заинтересованным в порче отбора лицом напрашивалась лишь одна кандидатура – мама. И происходящее было вполне в ее стиле. Она никогда не шла напролом. Поджидала момент, интриговала и в итоге добивалась своей цели. Но не в этот раз, мама. Не в этот раз.

– Медведица защищает своих медвежат даже тогда, когда им это не нужно. И чтобы защитить их, готова драться насмерть. Так ведь, Аделла? – намекнул я русалке и, увидев дикий ужас в ее глазах, окончательно убедился, что сделал верные выводы. – Тебе ничего не угрожает. Я догадался сам, – успокоил ее.

– Я не хотела. Я…

– Мы понимаем. Ты не виновата, – тяжело вздохнул Равшер и обнял неудавшуюся шпионку за плечи.

У меня же в голове зрел план. Азарт зашкаливал. Мама перешла все границы. Одно дело выслушать ее претензии, совсем другое – угроза жизни ни в чем неповинных девушек. Да и какое право она имеет вмешиваться в нашу личную жизнь? Мы уже большие мальчики и сами способны принимать решения. От обиды за брата даже самому захотелось сделать родительнице назло и отказаться от навязанной невесты. Чтобы навсегда отучить маму лезть, куда не просят.

– Ты останешься здесь только в одном случае, – произнес я и сделал паузу, чтобы до нашей русалочки дошло – я не шучу и в случае неповиновения отправлю ее сегодня же домой.

– В каком? – испуганно распахнув глаза, спросила она.

– Если ты будешь работать на нас, – заявил я.

– Как же она будет на нас работать, если должна отдать долг? Расгар, ты…

– Я все продумал. Аделла должна рассказывать, что происходит на отборе и выполнять бредовые указания. Она и будет это делать, но! Рассказывать она станет только часть правды, а насчет указаний… Никто не застрахован от неудач. И Аделла не исключение. Русалки достаточно хитрые существа, ведь так, дорогая? – с предвкушающей улыбкой поинтересовался я.

Услышав мое предложение, она кардинально изменилась в лице. Я отчетливо разглядел в ней жажду мести. Похоже, мамочка заполучила долг русалки далеко не честным путем. Не секрет, что многие пытаются подловить существ подводного мира и затем использовать в своих целях. Мама же получила джекпот. Для русалок не бывает границ. Они легко путешествуют по водоемам. Не знаю, как они это делают – телепортируются или находят путь по каким-то каналам, о которых земные даже не подозревают, но это факт – в любой момент Аделла может встретиться по первому зову своей пленительницы.

– Любую фразу можно повернуть в свою сторону. Не подведи меня, дорогая, – подмигнул я девушке. – Ну что, сделка? – протянул ей руку.

– Сделка, – уверенно пожала мою ладонь она.

– Тогда беги и жди наших указаний.

Аделла выбежала на улицу, а мы с братом остались. Нам многое нужно было обсудить. Да и верить хвостатой хитрюге было бы глупо. Все равно придется следить за каждым ее шагом, чтобы ничего не натворила. Я надеялся только, что ее желание щелкнуть по носу маму достаточно сильно и сыграет нам на руку.

– Как она могла? Думаешь, змея тоже ее рук дело? – сжав кулаки, процедил Равшер.

– Уверен. Мама думает, что это я сбиваю тебя с пути. У нас же в семье ты лапочка, а я демон, совращающий ангелочка, – усмехнулся я. – Она хотела избавиться от одной из кандидаток и заодно поссорить нас.

– Похоже на то. Но как она узнала об отборе? Мы ведь были предельно осторожными.

– Ты не знаешь маму? Я ни капли не удивлен. У нее везде есть уши.

– Я не отступлю. Будет надо, прикрою отбор и женюсь в тот же день. Меня достали вечные приказы! – рявкнул брат. – Нам нужно перенести все в другое место.

– А толку? Думаешь, мама нас не найдет. Да и козырь мы потеряем.

– Какой еще козырь?

– Мама думает, что мы не в курсе, а это значит, что мы на шаг впереди нее. Аделла не хочет здесь находиться. Русалки вообще стараются на сушу не выходить, а бедняжка вынуждена большую часть дня жить в человечьем облике. Поверь, она сделает все, чтобы досадить маме. А это легче всего сделать помогая нам.

– Но может случиться и наоборот. Аделла расскажет все маме и тогда козырь будет у нее. А если мама прикажет ей убить кого-то из девушек? Ей это почти удалось. Твоя змея чуть не укусила Девлин!

– А дар твой для чего? Как только русалка проболтается или подумает об убийстве, мы ее поймаем и отошлем обратно к рыбкам. Кстати, Девлин же ведьма. Может быть есть способ освободить русалку от долга?

– А это идея! – взбодрился Равшер. – Сегодня же устрою с ней свидание и аккуратно выясню этот вопрос.

– Вот и отлично. Может быть стоит поговорить с Лирой? Лишний контроль нам не помешает, а Лира с этим справляется очень неплохо.

– Не думаю, что это хорошая идея. Лира так переживает за девушек, что вполне может потребовать прекращения отбора, а я этого допустить не могу.

Равшер был прав. Принципиальная сваха пойдет на все, чтобы защитить подопечных. А мы и сами не знаем, что еще может вытворить мама. Но Лире не объяснишь, что здесь, в заповеднике, моим гостям ничего не угрожает. Особенно на лунном острове. Да, Орионс немного подстригли, но ее жизнь в целости и сохранности. Попробуй Аделла причинить вред ее здоровью, и ей бы самой не поздоровилось.

Меня волновало другое – Лира. С каких пор во мне проснулось слепое доверие к этой девушке? Мне действительно хотелось делиться с ней всем, что происходит. Послушать ее мнение, обсудить все. В том числе и наши запутанные отношения. Я ощущал ее тягу к себе, не смотря на ее слова, будто я не в ее вкусе. Она лишь защищалась от меня, а в большей степени от себя. Я мог бы надавить, удвоить усилия и добиться своего, но после слов брата колебался. Внутри все кричало, что хочу ее целиком и полностью. Не только тело, но и душу. Однако разумом понимал – пока не буду уверен в серьезности своих намерений, не стоит и пытаться.

Я не хотел делать Лире больно. Наоборот, желал ей счастья. Вот только от одной мысли, что это счастье она найдет с другим, меня корежило, ломало. Ярость застилала глаза. Еще ни разу я не чувствовал столько противоречивых эмоций. Я не мог ее отпустить, но и дать все, чего она заслуживала, тоже.

– Даже в такие моменты ты продолжаешь думать о ней? Какие еще могут быть сомнения, Рас? – вторгся в мои размышления Равшер.

Я на это лишь подернул плечом и поспешил выйти на свежий воздух. Собственные мысли мне не нравились. Будто меня околдовали. Приперли к стенке. Я задыхался. Но стоило встретиться глазами с причиной моих метаний, как переживания ушли на задний план. В кошачьих глазах плескалось бескрайнее любопытство. Лира даже направилась в мою сторону, но говорить я оказался не готов. Сначала нужно привести в порядок мысли. Определиться, наконец, и понять, чего хочу сам. Поведение матери меня взбесило. Я буквально прозрел и ощутил себя куклой в ее цепких ручках. Всю жизнь старался заслужить ее похвалу и уважение отчима. Пусть для собственного успокоения, но все же… Мои приоритеты стремительно менялись. К чему мне уважение тех, кого я сам не уважаю? И почему я решил, что это даст мне успокоение? Мне нужно было много, о чем подумать, поэтому я быстрым шагом направился туда, где мне всегда рады. Где отдыхала душа, и не было необходимости кого-то из себя строить. Стая снурров обитала неподалеку, так что я поспешил скрыться от свахи за ближайшими деревьями. Не сейчас, не сегодня, кошечка.