Глава 21

Кажется, следующее, что мне нужно позарез – это зеркальный шарик перемещения. Или научиться делать карманы в пространстве, как Вёлвинд и Элбери. Никуда не успеваю, а расстояния тут ого-го.

Прямо на площадке перед лестницей в мою башню меня остановила Лили.

– Ты когда, наконец, разберёшься с мистером Носком? – противным голосом спросила рыжая бестия.

А я мысленно пожалела, что та не успела пройти пару шагов вверх и скатиться вниз, пересчитав ступеньки и до колик испугавшись моего призрачного дракона. Я рявкнула:

– Когда будет время!

Уж точно его не было сейчас, чтобы выдавать вредной Лили её запрещённый скарб. Мне требовалось привести себя в порядок, не буду же я ходить по академии, как «мисс грязный носок». Уж чему меня точно научили в приюте, так это быть чистой. Там за запах подмышек можно было остаться без обеда и ужина, хорошо если не в карцере. Повезло, что завтракала я последней. И только один половник с кашей, а второй с компотом могли засвидетельствовать последствия моей гонки на виверне и галопа вниз с горы.

Лили перегородила мне дорогу.

– У тебя его почти уже нет!

– Ты права, – быстро проговорила я. – Бегу на занятия…

– Завтра мы уже точно тебе спать не дадим! – заявила Лили. – И о ключе позаботься! Наступает нужная фаза Луны, так что нам понадобится всё: и помещение, и вещи! Имей в виду!

Я уже хотела было сказать ехидно, чтоб приходила, когда угодно – послушала б её визги на лестнице с радостью, но вовремя прикусила язык. Мистер Носок предупредил, что если гость явится по приглашению, страж продолжит дремать. Поэтому я изобразила большие глаза, как перед сердитой мадам Тодлер, и выпалила на бегу:

– Может быть… Как-нибудь… Нет времени, прости!

– Моё терпение на исходе! – голосом скрипучей двери крикнула мне вслед Лили.

«И мне не терпится», – мысленно хихикнула я. Впрочем, после полёта и приручения виверны, после всех тех эмоций и ощущения свободы Лили показалась мне мелкой мошкой, на которую и внимания обращать не стоило.

Уже одеваясь после скоростного душа, я поняла, что медальон Элоиса остался у Алви. Вот чёрт! Стоило бы вернуть прямо сейчас!

К счастью, у выхода из общежития сквозь толпу студентов протиснулся ко мне Джестер. Волосы влажные, зачёсаны назад, словно он так же, как я, поспешно приводил себя в порядок. Хм…

– Сегодня пойдём знакомиться с драконовыми ящерами, – сказал он. – Почему ты не в форме для активных занятий?

– Она сушится! – выпалила я. – После гонки на виверне. Джестер, включи, пожалуйста, свою магическую ускорительную дорожку! Меня вызвал мистер Элоис. И я уже практически опоздала!

– На виверне?! – брови Джестера картинно взлетели вверх. – Повтори, что ты сказала?!

– Повторю, включи дорожку, пожалуйста! – сложила я молитвенно на груди руки. – По дороге всё расскажу!

Джестер нехотя махнул жезлом, пешеходная полоса под нашими ногами словно поехала, ускоряя наши шаги.

– А где можно взять такой жезл? – спросила я. – Удобная штука!

– Первокурсникам не положено. Не увиливай! Что ты там наплела про виверну?

Я взглянула на Джестера, не забывая переставлять ноги: вот же всё-таки зануда. Но тут же внутри шевельнулось сомнение: Вёлвинд управлял виверной, как заклинатель; Джестер откуда-то спешил, сильно спешил, и всё-таки его не было, когда я прибыла в академию. Он путешествует, он богат, сын герцога и двоюродного брата короля, – значит, финансовые возможности для помощи у него есть. Чёрт побери! Ну не может он быть Вёлвиндом! Почему? Да просто не может!

– Ты чего молчишь? Рассказывай, – буркнул Джестер.

– А ты разве не знаешь? – хитро сощурилась я.

– Знаю что?

Джестер посмотрел на меня раздосадованно, словно его достало со мной возиться. И я лишь сказала:

– Как приручают виверну.

– Я-то знаю. Но ты не ври мне, мне брата хватает, и потому у меня на ложь аллергия, – почесал нос Джестер. – Ты просто не могла приручить виверну. Без специальной подготовки это невозможно.

– Её зовут Аррхорра, – победно улыбнулась я, – чёрненькая такая, с красными рожками. По четыре с каждой стороны. А зубы в пасти золотые. Мы здорово полетали над горами.

Джестер уставился на меня.

– Хватит меня разыгрывать! Тебе мои сокурсники рассказали?

– Да это правда! – возмутилась я и показала ему красный след на ладони. – Вот, передавила ус немного.

Джестер схватил мою ладонь, дорожка остановилась. Он оторопел. А я подумала: может ли он быть таким же хорошим актёром, как Алви? Кажется, пора за каждым из них проследить, надев кольцо-невидимку. Это не входит в расспросы, так что я не облысею.

– Вот чёрт! Ты правда летала на Аррхорре?! – проговорил Джестер. – Почему ты выбрала самую строптивую из виверн?!

– Выбора не было, – пожала плечами я. – Скорее, она меня выбрала.

– Но ведь она могла тебя убить!

– Ну знаешь, убить меня пыталась не только она, я скоро начну привыкать.

– А что ещё случилось? – озадачился Джестер.

– Покушение. На меня. Я попала в капсулу штогринов. День пролежала в больнице, меня кто-то проклял, теперь это расследует Элоис, а твой брат Алви – отныне мой наставник среди преподавательского состава, – выпалила я на одном дыхании. – И давай уже пойдём! Я не люблю опаздывать, а Элоис меня ждёт. Или отпусти мою руку!

Дорожка снова поехала под нашими ногами.

– Ты правда вообще не интересуешься тем, что вокруг происходит? – спросила я.

– Я был занят с послом, – задумчиво ответил Джестер и покачал головой. – Недаром Алви говорил, что заклинательница принесёт сплошные проблемы. Хоть в чём-то ему, оказывается, можно верить.

– Он так сказал?

Пешеходная магия привела нас в академическое здание. Вместо ответа Джестер заявил мне строго:

– После декана тебя ждёт разговор со мной. Непозволительно так плевать на меры безопасности! И затем мы пойдём заниматься к ящерам. Твоё самовольство не значит, что учебный план стоит отменить.

– Есть, к ящерам, сэр! – весело козырнула ему я и побежала на минус четвёртый этаж.

Всем надо со мной поговорить, а мне надо к Ладону. Потому что говорят все много, но как-то попусту.

* * *

Перед дверью Элоиса моё сердце забилось быстрее, но я вспомнила, что только что одолела виверну, и уж если такие твари мне по плечу… Я дёрнула на себя ручку.

Элоис сидел за рабочим столом и писал. Как обычно затянутый в чёрное, манящий, загадочный. Внутри меня что-то ёкнуло. Он поднял на меня глаза и продолжил писать, сжав красивые губы. Я скользнула взглядом на шкаф с артефактами и, не обнаружив на полке шара с живым мраком, разволновалась ещё больше.

– Вы велели прийти, – сказала я, отчего-то робея, хотя только что собиралась махать шашкой.

– Садитесь, Танатрея! – велел Элоис, указав на стул перед столом.

От одного его голоса внизу живота что-то завибрировало и мурашки пробежали по коже, словно в звуках было что-то магическое. И во взгляде. Я опустилась на сиденье и сложила руки на коленях.

– Где вы были ночью? – строго спросил Элоис, глянув на меня исподлобья. – Вас не мог найти мой менталист, пока кучка гуляющих студентов не сказала ему, что совершенно пьяную Танатрею Стоули утащил в кусты мужчина. В кустах вас тоже не нашли.

Он произнёс это так сухо и гневно, что я растерялась.

– Это был сэр Алви.

– Да хоть ректор Гроусон! – парировал Элоис и встал, уткнув сжатый кулак в столешницу. – Как вы объясните подобное поведение?

– Я… я не знала, что в чаше был не компот! И не знала, что он так действует! И не знала, что мистер Алви решит во что бы то ни стало сам снять проклятие! Он у меня даже не спрашивал. А я сказала, что хочу другого менталиста от вас и знаете что? Он просто окунул меня в холодную воду и проклятие всё же снял! – Мне было неприятно осознать, что мой голос дрожит под его пристальным, почти острым взглядом.

– А где мой медальон? Утопили в вине или в ванной с Алви?

Мне стало обидно, я вскинула подбородок и выпалила в ответ:

– А почему вы обманули меня?!

– Каким образом? – от изумления он изогнул бровь, затем обошёл стол и навис надо мной. – А-а, я понял! Уроки манипуляции прошли не зря!

Я вскочила и, чуть не уткнувшись грудью в его грудь, отступила с противным скрежетом отодвинув стул. Элоис не сдвинулся, лишь зыркнул на мой нос. Тот от волнения и гнева наверняка покраснел.

– Я не манипулирую вами, – оскорблённо произнесла я. – А зачем вы пытались меня подчинить? Рассказали о защите, а сами… сами…

Элоис изменился в лице, оно слегка просветлело. Каламбур для чёрного мага, который притворяется не им.

– А-а, вот оно что! Алви продолжает с вами экспериментировать! – усмехнулся он. – Что ж, как менталист он качественно поработал, таланта у него не занимать: мозги вам, Танатрея, запудрил отлично! Но чтобы вы знали, – Элоис перестал улыбаться и подался вперёд. – Во-первых, сэру Алви нельзя доверять. Во-вторых, магистр манипуляций ничего не смыслит в тёмных материях. Они все для него зло! – и выдавил сквозь зубы в сторону. – Ограниченный кретин!

– А разве не зло? – облизнув пересохшие губы, спросила я. – Одни штогрины чего стоят!

Элоис достал жезл и, шевельнув губами почти беззвучно, махнул им в сторону чернильницы. Тёмная, как смола, жидкость всплыла над раскрытым пузырьком. Зависла в воздухе шаром, а затем молниеносно плюхнулась мне на платье.

– Что вы делаете?! – ахнула я, глядя, как чернила просачиваются и расползаются по ткани моей новенькой формы.

Жезл Элоиса снова сделал росчерк в воздухе. Расползшаяся клякса на моей груди собралась и выплеснулась обратно в воздух, не оставив на ткани ни капельки. Я ахнула ещё раз.

Элоис провёл жезлом в сторону стола и проговорил заклинание. Чернильный шар вытянулся в тонкую ниточку. Она без пера начала выкладывать на листе бумаги ровные, чёткие линии, которые минуту спустя превратились… в цветок и профиль девушки, удивительно похожий на мой. Чернила сами собой сложились в изящную, тонкую графику. Поражённая, я перевела взгляд с изображения на Элоиса.

Уголков его губ коснулась улыбка.

– Всё зависит от намерения, – сказал он, смягчившись. – Сами видите: один и тот же мрак, чернее чёрного.

– Но разный результат… – пробормотала я, смущаясь.

– Именно, – кивнул Элоис, снова оказавшись совсем близко, и сказал почти ласково: – Без чёрного нет белого, без белого никто не узнает, каков чёрный.

Я смотрела на него заворожённо, выделяя вниманием, как движутся, произнося слова, его чётко очерченные губы. Стало душно, и сердце забилось громче.

– И что вы хотели сделать с мраком? – спросила я.

– То же, что и сказал раньше, – в его голосе появилась хрипотца.

Пауза между нами наполнилась тёплым дыханием и ощущением чего-то волнующего и… неправильного. В душе кольнуло. И не в силах больше сдерживаться от изнуряющего меня любопытства или от чего-то такого, от чего слабели ноги и становилось невыносимо щекотно в животе, я выпалила:

– А вам там не мокро?

– Что? – моргнул Элоис, почему-то глянув на мою юбку, касающуюся бёдер.

Я залилась краской.

– Под маской… – совершенно горячими, пульсирующими губами произнесла я. – Стихии дождя… магической.

Элоис расхохотался. Смеялся он так громко, что я и сама хихикнула, толком не понимая, что смешного. Но он был таким красивым и заразительным, что я не могла сдержаться и рассмеялась тоже. Опершись на стол и чуть не уронив стопку книг на пол, Элоис, наконец, остановился.

– Вам что, Танатрея, в стакан пунша ещё и светящегося порошка вчера подсыпали? – спросил он со смешинками в глазах.

– Не в стакан, – моргнула я. – На меня.

Ещё улыбаясь и утирая с уголка глаза слезу, Элоис кивнул:

– Напишете список всех паршивцев, кто участвовал.

– Но…

– Без «но». Употребление любых порошков на территории академии строжайше запрещено! – сказал он, потом выдохнул и сказал уже сурово: – И вам, Танатрея, замечание за недостойное поведение. Учитывая ваш минусовой рейтинг, минус не ставлю. Но в следующий раз не посмотрю на то, что вы такая… – Элоис внезапно запнулся, словно не мог подобрать слово, а потом всё же добавил: – Наивная.

Я покраснела, чувствуя стыд от того, что и вправду невольно вчера напилась, как ярая преступница из тёмных кварталов.

– Этого больше не повторится, сэр, – сказала я. – А медальон я заберу сегодня же у мистера Алви и верну вам.

– Не надо, – оборвал меня Элоис и, сунув руку в карман, протянул мне ладонь, на ней лежал знакомый медальон с алым камнем. – Мы уж имели разговор с мистером Алви, и я потребовал вернуть своё.

Мне стало совсем неловко. Как спасение, за моей спиной пробили часы. Я обернулась и с удивлением увидела не тиктаклина, а обычные механические с боем в высоком деревянном футляре.

– А где тиктаклин? – спросила я.

– Иногда стоит отдать предпочтение науке, а не своенравным магическим существам, – ответил Элоис. – Но ещё обязан напомнить, Танатрея: у вас долг. Вы должны писать отчёт ректору ежедневно, а сделали это только один раз.

– Ой, простите! Я исправлюсь. Не ставьте мне минус, пожалуйста…

Элоис посмотрел так, что я поймала себя на мысли, что мне очень хочется его коснуться. Хотя бы руки. Он словно услышал моё желание. Его пальцы шевельнулись, ладонь легла на мой локоть, чуть сжала его, передавая какое-то особое тепло. Меня залило жаром.

И вдруг преподавательский серебристый блокнот на столе ожил и оттуда раздался голос Гроусона:

– Элоис, где вы?! Срочно в холл академического здания! У нас снова ЧП!