Глава 12

Его сопровождало молчание гостей и взгляды, которые из враждебных стали вдруг напряженными.

Я изумленно уставилась на предложенный локоть. Потом посмотрела друиду в лицо. Он улыбался. Но его взгляд оставался серьезным, а голос был словно сталь, спрятанная в сливочном масле.

Он же это не серьезно, да?

– Что же вы, льера, окажите честь старику…

Стальные нотки усилились.

Я поняла, что этому даргу не стоит отказывать ни при каких обстоятельствах. Нет, он не император, он кое-кто пострашнее. Если император Элларион – сильнейший из драконов, то этот дарг – сильнейший из магов. В его глазах плескалась суть бытия.

Мне пришлось принять его руку. Но то, что произошло дальше – удивило меня еще больше.

Друид повел меня не к Арриону. Хотя место супруги было именно там. А преспокойно развернулся в другую сторону и усадил меня рядом с собой.

Возражать я не стала. Понимала: есть время показывать норов и время быть мягкой как воск. Сейчас был второй вариант.

Одарив друида улыбкой, я грациозно опустилась за стол. Причем постаралась, чтобы улыбка вышла невинной. Даже румянец на щеки напустила и затрепетала ресничками не хуже Элесты.

И только потом обнаружила, что друид-то сидит слева от представителя императора!

Светловолосый дарг с голубой лентой на груди был молод, красив и смотрел на меня пронизывающими голубыми глазами, в которых, казалось, застыли осколки льда.

Удовлетворившись осмотром, он обменялся с друидом быстрыми взглядами, вновь посмотрел на меня и вдруг произнес, обращаясь к Арриону:

– Генерал, вы не представите вашу супругу?

Это была не просьба и не вопрос.

– Конечно, эш-дар, – произнес Аррион напряженным, но ровным голосом. – Позвольте представить мою супругу…

Здесь он запнулся и перевел взгляд на меня. В холодном серебристом глазу бушевали злость и отчаяние.

Бедняга, он силился вспомнить мое имя! Но за все это время он так и не удосужился узнать его у меня.

Я послала ему улыбку. Такую, которой кобра могла бы одарить свою жертву перед броском. Не пожалела сладкого яда, от которого зрачок муженька резко сузился. А потом пропела сахарным голоском:

– Серафину, достопочтенные льеры. Меня зовут Серафина де Корт, точнее, уже Серафина д’Рейтарр.

И да, я не стала скрывать настоящее имя. Зачем? Они и так видят, кто я.

Друид и дарг с лентой снова переглянулись.

– Та самая де Корт… – задумчиво произнес последний. – Любопытно… Позвольте представиться, льера. Я Эрден Ларрейн – эш-дар, по-вашему – поверенный его императорского величества Эллариона Баргранда из клана Алмазных, Владыки Сумеречной Гряды и Повелителя Ветров.

– Приветствую вас в Кир-ла-Астре, достопочтенный эш-дар, – я снова затрепетала ресничками, опуская взгляд перед высокопоставленным даргом.

То, что он полностью произнес имя и титул императора, говорило лишь об одном: он здесь с официальным визитом.

– А это – Лохан Тиралион, – эш-дар указал на друида. – Наш маг, старейший из ныне живущих.

А ведь и правда, несмотря на то, что дарги до двухсот лет выглядят как люди под тридцать, у этого Лохана уже есть морщины! Будь он человеком, я бы решила, что он перешагнул пятидесятилетний рубеж. Сколько же ему на самом деле?

В ответ друид лишь улыбнулся.

Следом эш-дар назвал имена остальных.

Каждый дарг со мной уважительно поздоровался, но в голосах звучало плохо скрытое недоумение. Они не понимали, почему один из них женился на ведьме, а другой усадил ее рядом с собой, и почему их глава так любезно со мной разговаривает. Но задавать вопросы дарги не смели. Просто разглядывали меня и строили версии.

А я в свою очередь сделала вид, что занята блюдом. Но украдкой поглядывала то на эш-дара, то на друида и тоже пыталась понять, что вообще происходит?

На другом конце стола сидел Аррион. Он был мрачнее тучи, и ничто, даже жалкие попытки Элесты разрядить обстановку, не могли заставить его отвести потемневший взгляд от нашей части стола. Его пальцы все еще сжимали бокал. Он будто забыл про него. Я даже подумала, не сомнет ли он серебро как бумагу?

– Милый, – услышала я дрожащий голос Элесты, – может, хотя бы выпьешь?

Но д’Рейтарр лишь покачал головой и остался сидеть в той же позе. Его взгляд блуждал между мной и гостями. А меня, словно нарочно, увлекли в разговор.

– Полагаю, вам не по вкусу это превосходное рагу из фазана? – заметил эш-дар, глядя, как я ковыряюсь в тарелке. – Лично я тоже предпочитаю что-то… менее претенциозное.

Я глянула на него, пытаясь понять подвох.

– Носители Белой силы не едят мяса, рийке, – заметил друид, пряча усмешку. – Неужели ты забыл мои уроки?

– Нет, энейре, – тот склонил голову, – просто никогда не думал, что это правда. Разве можно выжить без мяса? Откуда силы возьмутся?

– Нас кормит земля, – ответила я любезно.

Но в груди что-то давило. Нет, не ведьмина метка. Она-то как раз молчала, хотя я сидела в окружении даргов. Скорее это было проклятье.

– Погода сегодня удивительно мягкая для этих мест, – продолжал эш-дар, наливая мне вина. Его пальцы не дрогнули, хотя я видела – на одном из них обвился тонкий шрам, похожий на след от когтя мантикоры. – Вы не находите?

– Я не слежу за погодой, – ответила сквозь зубы.

Он рассмеялся. Его смех был беспечным, как летний ветер, но глаза… Глаза оставались холодными и изучающими, как у змеи. Дарги не умеют смотреть иначе.

– Как жаль. Погода – это отражение души мира. Игнорировать ее – значит игнорировать самого себя.

Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Казалось, этот Эрден Ларрейн видит меня насквозь. Что ему нужно? Что нужно друиду? Зачем вообще этот спектакль?

За столом внезапно стало тише. Аррион больше не смотрел на Элесту – его взгляд, тяжелый и темный, впился в эш-дара. Затем – в меня. Челюсть моего супруга напряглась, и он с громким стуком поставил бокал.

Элеста, кажется, тоже нервничала. Ее губы кривились в натянутой улыбке, но глаза… В глазах блестели то ли слезы, то ли злость.

– Приятно было побеседовать с вами, льера, – как ни в чем не бывало сказал Ларрейн и вдруг отложил салфетку. – Теперь побеседуем с вами, генерал. Надеюсь, у вас есть что мне рассказать.

Аррион поднялся вслед за эш-даром. Но Элеста тут же ухватилась за его руку:

– Милый, я пойду с тобой.

– Наш разговор не для женских ушей, – отрезал высокий гость, даже не взглянув на нее.

Я воспользовалась моментом, чтобы улизнуть из трапезной, когда мужчины начали покидать стол один за другим. Но не успела сделать и шага, как передо мной возник Лохан Тиралион.

– Эрден прав насчет погоды. Она сегодня просто чудесная, – его голос звучал мягко, но я насторожилась. – Будьте добры к старику, любезная льера, прогуляйтесь со мной.

Я понимала, что это завуалированный приказ. Отказать этому «старику» – себе же дороже. Тем более он точно что-то знал про меня. Его глаза, холодные, как у всех даргов, смотрели так пронизывающе, что я ощутила нарастающий холодок.

– Конечно, – прошептала, прочистив горло, которое вдруг пересохло.

Он подал локоть, а мне захотелось для храбрости выпить бокал вина. Но лучше пусть голова остается ясной. Ведь неизвестно, что меня ждет. А вдруг придется защищать свою жизнь или бежать из крепости?

Мы вышли из трапезной в галерею. Эш-дар и хозяин замка стояли там у портретов, о чем-то негромко споря. Рядом крутилась Элеста. Когда мы прошли мимо, я почувствовала на себе взгляды: яростный – Арриона, полный ненависти – Элесты, и задумчивый – Эрдена Ларрейна.

А драконий друид… Он вел меня под руку, как благородную даму, и шептал что-то о цветах, распустившихся на Сумеречной гряде вопреки времени года. Я делала вид, что внимательно слушаю его болтовню. А сама незаметно бросала взгляды по сторонам и искала пути к отступлению.

Мы шли по тенистой аллее.

Дорожка под ногами была выложена светлым, слегка мерцающим камнем, похожим на кварц. Сверху нависали цветущие ветви фруктовых деревьев. На пути то и дело попадались изящные скамейки, фонтаны, бьющие в воздух веселыми струями, цветастые клумбы, над которыми носились насекомые и раздавалось пение птиц.

Сад находился в самой защищенной части крепости, и здесь ничто не напоминало о недавнем нападении. Видимо, сюда не долетел ни яд исчадий Хаоса, ни огонь драконов. Но, несмотря на царящий покой, мое сердце тревожно сжималось.

Казалось, я иду прямо на эшафот. Тесный воротничок платья душил, по спине то и дело пробегали мурашки, а каждый шаг по дорожке отдавался в висках навязчивым стуком: «Сейчас он заговорит. Сейчас спросит. Сейчас потребует ответа…»

Но Лохан Тиралион лишь лениво отводил в сторону цветущие ветви, будто и вправду наслаждался прогулкой.

– В столице теперь носят шелк с золотыми нитями, – произнес он, с видимым удовольствием вдыхая аромат яблоневого цвета. – Говорят, это в честь будущей императрицы. Бал Невест уже через месяц – событие, которое определит судьбу империи на долгие годы.

– Бал Невест? – я наивно затрепетала ресничками.

– Да, вы разве не слышали? Наш император решил проводить его раз в двадцать лет. Теперь любая девушка с искрой может приехать в драконью столицу, принять в нем участие и встретить своего дракона. Разумеется, молодая и невинная девушка. А в этот раз сам император Элларион будет выбирать невесту.

Я стиснула зубы.

– Зачем вы рассказываете мне это? Как видите, я уже встретила «своего дракона», – не удержалась от легкой издевки.

Вспомнив, с кем говорю, нервно спрятала дрожь в пальцах за складками платья.

– Рассказываю, чтобы вы осознали, милая льера, – мир изменился. Как прежде уже не будет. Не стоит жить старыми правилами.

– Я вас не понимаю.

– Поймете. Вас не удивило, что драконьи боги приняли брачную клятву дарга и ведьмы? – он повернулся ко мне, и я невольно отступила, наткнувшись на пронзительный, нечеловечески древний взгляд. – И наградили вас брачной татуировкой? Дайте-ка я взгляну на нее.

Моя рука инстинктивно прижалась к груди, где под тканью скрывался черный узор – печать проклятого союза.

– Зачем? – голос сорвался на хрип.

Тиралион улыбнулся мягко, как дед внучке, но в этой мягкости таилась опасность.

– Не бойтесь, дитя мое. Возможно, я смогу помочь – и ваш брак перестанет быть цепями, превратившись в… желанный.

Желанный?

Я отшатнулась, как от удара.

– Упаси меня Сила! Да я лучше сама прыгну к дэймарам в Разлом!

Его лицо вдруг окаменело. Воздух сгустился, сдавив грудь, – и я поняла, что не могу пошевелиться.

Друид применил ко мне первозданную магию! Истинную силу, против которой мои чары – детские пузыри.

Пока я беспомощно металась в собственном теле, пытаясь сбросить оцепенение, он бережно взял мою руку и задрал рукав. Черные и серебристые линии, переплетаясь, ползли от запястья к локтю и дальше, будто ядовитые корни, высасывающие жизнь. Кажется, черных там стало больше…

Пальцы Тиралиона погладили кожу – и та заныла, будто проклятый рисунок откликнулся на его прикосновение.

– Интересно… – прошептал он. – Мать Арриона наградила его черным венцом.

Я не могла ответить ни слова, не могла шевельнуться, лишь в изумлении распахнула глаза: он знал? Знал, что мать Арриона д’Рейтарра – ведьма? А кто еще знает?

Друид продолжал:

– Ты сняла проклятие с его шиа-ми и забрала себе. Думаешь, это было твое решение? Нет. Ваши судьбы с Аррионом связаны куда крепче, чем кажется.