Глава 14

Я медленно выдохнула.

– Значит… значит, дело не во мне?

– О, я уверен, что дело в вас, – его губы дрогнули в усмешке. – Но не только. В конце концов, почему они не успокоились, когда вы отошли? Почему их бешенство прекратилось именно тогда, когда ушли генерал и его избранница?

Я посмотрела в сторону башни, куда Аррион унес Элесту.

И будто воочию увидела, как он поднимается по лестнице, держа ее на руках. Как входит в ее покои, осторожно опускает свою шиа-ми на кровать и сам ложится рядом. Как перины прогибаются под его весом, а он, опираясь на локоть, нависает над Элестой, взволнованно разглядывает ее обескровленное лицо, целует приоткрытые губы, пытается уловить дыхание. Как поцелуи становятся все неистовее, и как наконец тонкие руки Элесты оплетают его шею неразрывными путами, а губы отвечают на поцелуй…

Боль была внезапной и сильной. Вскрикнув, я согнулась пополам и схватилась за сердце.

Руки эш-дара не дали упасть.

– Держитесь, льера, – прозвучал надо мной его голос. – Брачная связь иногда вытворяет… всякое…

Сквозь жгучую боль я различила в его тоне сочувствующие нотки.

– Что… что это со мной? – произнесла, задыхаясь.

В груди пекло. В том месте, где серебристо-черный узор расползся безобразной кляксой поверх моей ведьминской метки.

Эрден помог дойти до ближайшей скамейки и усадил. А после встал рядом, наблюдая, как я растираю ладонью больное место. В тот миг я была несказанно рада, что не надела корсет. Иначе бы уже задохнулась.

– Вы заключили брак с драконом, Серафина. По драконьим законам.

Вздрогнув, я подняла голову.

На лице моего спутника не было ни тени улыбки. Глаза смотрели пристально и серьезно, даже оценивающе. А между бровей залегла складка, которая мне не понравилась.

– Я это знаю, – процедила, отводя взгляд.

Боль понемногу отпускала. Но я была ей даже благодарна за то, что она выбила из моей головы глупые мысли об Аррионе.

– А вы знаете, почему брачный узор появляется только у женщины?

Эрден не двигался, не пытался меня коснуться. Я сама, похолодев от внезапной догадки, задрала рукав.

– Это важно?

– Очень. Она позволяет даргу чувствовать свою жену, даже если они не истинные суженые. Прежде такое было возможно только в паре драконов, без всяких ухищрений вроде этого, – он указал взглядом на мою руку.

– То есть… Аррион чувствует меня? – вот так сюрприз… неприятный. – И Элесту тоже?

– Конечно, госпожа Элеста – его шиа-ми, как же иначе. Едва он коснулся ее – и между ними возникла незримая связь. Правда, односторонняя, но вам же это известно.

Я кивнула.

Эрден с тяжелой усмешкой продолжил:

– Теперь он чувствует и вас благодаря брачной вязи. Но вот почему вы чувствуете Арриона… – он сделал паузу, все так же сверля меня изучающим взглядом. – А вы же его почувствовали только что, не так ли?

Взгляд Эрдена стал пронзительным. Казалось, он хочет пробить мой лоб и посмотреть, что там у меня внутри.

– Почему… – я запнулась. – Почему вы так решили?

– Скажем так, я уже видел подобное.

В воздухе повисла недосказанность. Эрден будто давал мне возможность додумать самой. Однако я не понимала, в какую сторону размышлять, чтобы найти ответ.

Я чувствую Арриона? То есть картины, которые минуту назад захватили мой разум, это не фантазии, а реальность? Он сейчас с ней… на кровати… целует ее…

И почему мне так больно? Почему мне не все равно?

Ревность…

Да откуда у меня к нему ревность? Кто он такой? Крылатый убийца, лишивший меня единственного близкого человека!

Эрден молча наблюдал, как на моем лице меняются эмоции. Удивление, недоверие, понимание, гнев…

– И что, – зло процедила я, глядя под ноги, – теперь я всегда буду его чувствовать? Это можно как-то исправить?

– Если и можно, то такой способ мне неизвестен. Кроме…

Он вновь замолчал.

Я ждала, разглядывая ползущего к моей туфле муравья. Смотрела на него с таким вниманием, будто от этого зависела моя жизнь. Да я и сама была муравьем. Жалким насекомым, посмевшим бросить вызов дракону.

Только сейчас пришло понимание, что Аррион мог не жениться на мне. Даже ради Элесты. Он ведь знал о проклятье, знал, что однажды она умрет, и – смирился. У него не было способа сохранить ее для себя. Однако я дала надежду – и он за нее ухватился. А теперь ненавидит меня за это.

– …кроме развода, – тихо закончила я.

Вздохнув, поднялась со скамейки. Глянула в сторону башни, где сейчас мой муж и его шиа-ми отдавались друг другу, и как можно спокойнее произнесла:

– Спасибо за прогулку, эш-дар, она была весьма познавательной.

Его взгляд скользнул по моему лицу и тоже обратился в сторону башни.

– Позвольте, я вас провожу. Вы очень бледная.

Я не стала отказываться.

Эрден Ларрейн был даргом из правящего клана, да еще поверенным императора. Как бы я ни ненавидела крылатых захватчиков, с этим нужно было дружить. Хотя бы создать видимость дружбы, ведь никто не знает, когда мне понадобится его помощь.

– Спасибо, дальше я сама, – произнесла, убирая ладонь с его локтя, когда мы вышли из сада.

Мельком бросила взгляд ему в лицо и ощутила, как у меня самой от щек отхлынула кровь.

Он все понимал. Все время, пока мы шли, он чувствовал мою неприязнь и притворство. Он знал, что я ненавижу драконов. И Арриона д’Рейтарра тоже ненавижу всей душой.

Сейчас он задаст вопрос, как же мы поженились?

Но он промолчал. Лишь по губам скользнула понимающая улыбка.

Я отвернулась и почти бегом бросилась к башне.

***

Сердце колотилось, как у зайца, пойманного в силок. Мне хотелось исчезнуть из этого мира. Или хотя бы спрятаться от него за дверями своей комнаты.

Не видеть, не чувствовать, не помнить и не страдать. Стереть из памяти все, что случилось за последнее время, начиная с ареста мамы. Вновь оказаться в нашем домике на Яблоневой улице, с высоким палисадом, прохладными стенами, которые мы белили известью каждую весну, и остроконечной зеленой крышей с просторной мансардой…

Слезы застилали глаза, когда я распахнула дверь башни и нырнула в спасительный полумрак. Откуда они взялись – я не знала. Просто хлынули сами собой.

Я даже не стала их вытирать, просто помчалась вверх по ступенькам. Один этаж, второй, третий…

На четвертом этаже, где находились личные покои Арриона, дверь была распахнута. Я бросила в ее сторону ненавидящий взгляд и… споткнулась. На ровном месте! Полетела вперед, не успевая даже вытянуть руки. И со всего размаха впечаталась в чью-то грудь.

Дернулась, ощущая, как чужие руки обхватывают меня железным кольцом. Вскинула голову и встретилась с серебристым взглядом генерала д’Рейтарра.

– Элесте стало лучше, – сказал он прохладным тоном, разглядывая дорожки слез на моем лице. – Она отдыхает.

– Замечательно, – процедила, пытаясь освободиться.

Но объятия генерала стали крепче.

– И не спросишь, как я? – он поднял бровь над серебристым глазом.

Второй прикрывала повязка.

– Меня не волнует, «как вы», – я уперла ладони ему в грудь и толкнула: – Пусти!

Аррион гортанно рассмеялся, как будто услышал шутку. Но даже не думал меня отпускать.

– Как мило! Ну что ж, дорогая женушка, ты так рвалась связать нас узами брака, а теперь даже не поинтересуешься моим самочувствием?

– У тебя для этого есть шиа-ми, генерал.

Хотела сказать это равнодушно, но не смогла. Глупая ревность прорвалась наружу, выдавая эмоции. И я, злясь на себя, повернула голову в сторону.

Тело дарга рядом со мной напряглось, руки будто окаменели, превращаясь в ловушку, из которой не выбраться.

– Да, – произнес он медленно, – у меня есть шиа-ми.

Затем взял меня за подбородок и заставил посмотреть на него.

– А теперь у меня есть и супруга.

Взгляд Арриона встретился с моим.

Я стиснула зубы, чувствуя, как его пальцы впиваются в мой подбородок. Дыхание дарга обжигало кожу, а серебристый взгляд будто проникал под самые ребра, выворачивая душу наизнанку.

– Пусти, – прошипела, но голос дрогнул.

Он не отпускал. Напротив, его рука скользнула ниже, обхватывая мою шею. Не сжимая – просто касаясь, будто проверяя, как бьется под пальцами жилка.

– Ты дрожишь, – произнес он все тем же прохладным тоном.

Однако в этот раз я уловила в нем странные нотки. Не насмешка, не злость. Почти удивление.

Я ненавидела его. Ненавидела за то, что он смеет трогать меня. За то, что его прикосновения заставляют тело предательски отзываться. За то, что сейчас, когда он так близко, я не могу отвести взгляд от его губ.

Это все проклятая брачная связь. Меня никто не предупредил, что так будет. Я этого не ожидала, не подготовилась и не знала, как скрыть желание, которое сейчас разгоралось внутри меня.

– Это от отвращения, – соврала, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

Аррион усмехнулся.

– Врешь.

Его рука сжалась чуть сильнее, и я невольно приоткрыла рот, ловя воздух. В глазах потемнело, но не от страха. От тяги к этому даргу – жгучей, невыносимой.

Я ненавидела себя за то, что мне хочется прижаться к нему сильнее.

– Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, – прошептал он, наклоняясь ближе. – Твой взгляд, твой запах, учащенное дыхание, бешеный пульс… От дракона такое не скроешь.

– А ты ведешь себя как пес, который не может выбрать между двумя костями, – огрызнулась я, но голос звучал слишком тихо, слишком… прерывисто.

Его серебристый глаз похолодел, подернулся инеем.

– Скажи, чего ты хочешь? На самом деле.

– Я хочу, чтобы ты сдох.

Он вновь рассмеялся. На этот раз смех был злым. Его рука внезапно двинулась вверх, пальцы впились в волосы у затылка.

Я вскрикнула, но не от боли. От неожиданности. От того, что он притянул меня так близко, что наши губы почти соприкоснулись.

– Врешь, – повторил, пожирая меня единственным глазом.

Я не дышала. Он тоже.

Проклятая связь тянула меня к нему, как веревка, впиваясь в ребра. Я ненавидела это – будто мое тело больше не принадлежало мне

Его взгляд метнулся к моим губам, прожигая, потом снова к глазам. Зрачок сузился в вертикальную щель, дыхание стало жарче, словно внутри разгоралось пламя.

А я вдруг поняла, что им движет.

Он ведь тоже чувствует это! Ту же борьбу против себя самого, то же бешеное желание и ту же ярость – от того, что не может себя контролировать.

Мы оба замерли, как в дурном сне. Напряжение между нами достигло точки кипения.

Я знала, что стоит мне шевельнуться – и он или оттолкнет меня, или прижмет так, что я не смогу дышать. И хуже всего было то, что я боялась вовсе не первого.

Не осознавая собственных действий, встала на цыпочки и потянулась. Он подался ко мне и…

Тихое, нарочито вежливое покашливание прозвучало ниже по лестнице, заставляя очнуться.

Наваждение спало. Мы отпрянули друг от друга как ошпаренные.

Я рванула прочь с такой силой, что едва не упала. Но в последний момент вцепилась в перила. Подняла взгляд на Арриона и замерла.

Тот с застывшим лицом смотрел мимо меня. Его руки медленно сжались в кулаки, возникшие черные когти прошли сквозь ладони, и вниз потекла серебристая кровь.

Сглотнув, я проследила за его взглядом.

Внизу, на повороте лестницы, стоял Эрден Ларрейн.

Эш-дар разглядывал нас с нескрываемым интересом. Но внезапно смутился, будто только заметив, что помешал, и снова прочистил горло. Затем произнес светским тоном:

– Прошу прощения, генерал, но мои дела здесь закончены. Если желаете что-то передать императору…

Я не стала дожидаться ответа Арриона. Развернулась и бросилась вверх по ступеням, ничего не видя перед собой.