Глава 16

Знал ли Аррион, что, размещая ненавистную ведьму в клетушке под крышей, оказывает ей услугу? Вряд ли. Скорее хотел меня оскорбить, поставить на место. Что ж, у него отлично получилось. Он буквально вручил мне ключи от бегства.

Эта мысль немного повеселила меня. Поэтому, когда я достигла двери, ведущей на крышу, на моих губах плясала улыбка, а настроение поднялось.

Немного магии – и тяжелая, окованная металлом дверь распахнулась без единого звука. Меня обдало ночной прохладой, наполненной гарью костров, перекличкой охранников и необычайно тонким, сладким, кажущимся здесь чужим ароматом петуний.

Это был запах свободы. Я дала себе пару мгновений, чтобы им надышаться.

Теперь, без цепей на руках и ногах, я могла спрыгнуть с крыши и не разбиться. Но зачем прыгать вниз, прямо к даргам? Мой взгляд обратился к небу, которое как на заказ было затянуто тучами. Ни звезд, ни луны – идеально!

Раскинув руки, призвала духов воздуха. Они тут же откликнулись, совершенно не помня, что минуту назад я их разогнала. Щебеча, налетели, обдали сквозняком, обвили все тело, и сильный воздушный поток оторвал меня от земли.

Я поднялась над крышей. Глянула вниз. Ни один дарг из тех, кто находился на площади, не смотрел в небо. Ни один из них не почувствовал всплеска магии – слишком далеко, да и привыкли, поди, что я весь день магичу по-мелочи.

Путь был свободен.

Поток воздуха понес меня прочь от замка и от Разлома. Мимо крепостных стен и башен, мимо заступившего в ночь гарнизона, мимо наполненного острыми кольями рва…

И мимо огромного сторожевого анкра, замершего на верхушке одной из башен.

Анкр сидел неподвижно, устремив взор на равнину перед защитной стеной. Но ощутив мое приближение, встрепенулся. Я молниеносно поднялась еще выше – туда, где холодно и трудно дышать, а замок кажется игрушкой, способной уместиться в детской руке.

Долго быть на такой высоте – опасно для жизни. Чем дальше ты от земли, тем сильнее и непослушнее сильфы, тем труднее ими управлять. Между ведьм ходили слухи о несчастных сестрах, которые потеряли власть над духами воздуха, и те унесли их в мертвые слои неба, туда, где кровь в жилах превращается в лед. Однако мой риск был оправдан.

Незримой и неслышимой тенью я пронеслась высоко над анкром и не опускалась, пока впереди не увидела лес.

Это стоило мне почти всех магических сил. Все же в Аррионе, как в дополнительном источнике магии, была своя прелесть. А на таком расстоянии от него я могла полагаться лишь на собственные силы, которые быстро таяли.

Замерзшая, задыхающаяся от слабости и холодного встречного ветра, я рухнула между деревьев. Полетела вниз, ломая ветки и отчаянно пытаясь смягчить падение. В последний момент успела воззвать к кобольдам, духам земли – и лесная подстилка подо мной стала рыхлой.

Я упала на спину, раскинув руки и ноги. Да так и замерла, глядя на темные кроны деревьев, едва различимые на фоне ночного неба, и бессвязно шепча слова благодарности.

Было чувство, будто лежу на упругой перине. Но эта перина постепенно твердела, пока мне в бок не уперся то ли камень, то ли сучок. Стало больно.

Налетел свежий ветер, погладил меня по щекам, будто извиняясь за быстрое приземление. Ветви деревьев зашелестели, делясь последними сплетнями. Рядом застрекотала цикада. Сначала одна, но спустя минуту к ней присоединилась целая сотня. Им вторил хор лягушек – значит, неподалеку была вода.

Стоило подумать о воде – и я поняла, что умираю от жажды.

Вставать не хотелось, но пришлось. Усилием воли я заставила себя подняться и побрела в сторону лягушачьего хора, почесывая синяк на боку.

***

Чтобы добраться до Лабранда, пришлось украсть лошадь в деревушке за лесом.

Я гнала во весь опор, чтобы успеть к утру. Но крестьянская лошадка, не привычная ходить под седлом, оказалась не очень-то прыткой. Так что день был в самом разгаре, когда я наконец достигла гостиницы, расположенной у стен городка.

Там крикнула мальчишку, вручила ему поводья и сказала, что дарю лошадь, если он позаботится о несчастном взмыленном животном и не даст ему помереть. Напоследок пошептала лошадке, увеличивая ее шансы на долгую жизнь. Это все, что я могла сделать.

Не оглядываясь, покинула гостиничный двор, чтобы никто из случайных зевак меня не запомнил. Особенно тот, с кем я случайно столкнулась в воротах и чей кошелек теперь крепко сжимала в руке.

Оставалось самое трудное: войти в город, минуя стражников на воротах. Но и тут мне повезло.

Я прибыла туда ближе к полудню, когда разморенные жарким солнцем охранники не слишком внимательно проверяли входящих. Улыбнулась самому молодому из них, делая взгляд с поволокой, и вложила в его ладонь лишнюю золотую монету.

А что, чужого добра мне не жалко.

Стражник зарделся. Или, может, он был красным от солнца. Молодцевато подкрутил ус, выпрямился и… пропустил, даже не спросив, есть ли у меня охранная грамота или поручная запись.

Вот так я вернулась в то место, откуда все началось. Но теперь мне следовало быть осторожнее, ведь я собиралась проникнуть во владения Гарлана.

В украденном кошельке оказалось достаточно денег. Я купила подходящую по размеру мужскую одежду, сняла комнату в дешевом трактире на окраине, переоделась там и поела. А когда стемнело, отправилась в квартал Красных Крыш, обходя центр по широкой дуге.

После отдыха я набралась сил, но применять магию в городе, кишащем драконами, было опасно и глупо. Так что я могла полагаться только на ловкость рук, остроту глаз и знание улиц.

Лабранд за время моего отсутствия не изменился: те же кривые переулки, пахнущие помоями и жареным луком, те же покосившиеся дома с нависающими вторыми этажами, словно старухи, шепчущиеся друг с другом.

Квартал Красных Крыш встретил меня знакомым хаосом. Здесь не горели фонари, и только отсветы из окон да редкие факелы бандитских дозоров освещали дорогу. Я прижалась к стене, когда мимо, громко переругиваясь, прошла тройка подвыпивших головорезов. Один из них пнул пустую бочку, та с грохотом покатилась по мостовой.

– Тише, ублюдки! – рявкнул кто-то из темноты. – Гарлан прибьет, если сорвем сделку!

Сердце екнуло при этом имени, но я заставила себя двигаться дальше. Вот и дом, где был спрятан нож – полуразрушенный, с провалившейся кровлей. Судя по темноте в окнах, он все еще пустовал.

Я обошла знакомую груду мусора, перешагнула дыру в заборе и, оказавшись в заросшем дворе, затаила дыхание.

Здесь пахло гарью – кто-то недавно разводил костер. Сухие листья и камушки скрипели под ногами, выдавая каждый шаг, пока я на ощупь пробиралась к нужному окну. Вот пальцы наткнулись на расшатанный подоконник. Я сунула ладонь под него и осторожно пошарила.

Пусто.

Кровь ударила в голову. Ножа не было. Кто-то его забрал…

Внезапно за моей спиной выросла тень. Я обернулась, но слишком поздно – знакомая жилистая рука схватила меня за горло и прижала к стене.

– Ну-ка, посмотрим, кто у нас тут шныряет… – прошипел мужской голос, в котором я безошибочно опознала Штыря.

В темноте блеснуло лезвие.

Грязные пальцы впились мне в шею, перекрывая дыхание.

Похоже, Штырь меня не узнал. Это и к лучшему.

Я царапнула его руку ногтями, но он лишь глухо рассмеялся – крепкий, привыкший к сопротивлению. В глазах от недостатка воздуха уже начали мелькать черные точки, когда я нащупала на его поясе другой нож и рванула к себе.

Лезвие скользнуло по ребрам, Штырь ахнул и ослабил хватку. Я вдохнула полной грудью и ударила его головой в переносицу – с хрустом. Он рухнул наземь, но через дыру в стене уже кто-то лез.

– Эй, Штырь, ты там как? – это был голос Гарлана.

Я метнулась обратно к окну, но оно было заколочено. Оставался только черный провал неподалеку от рассохшегося крыльца – вход в погреб.

Не раздумывая, прыгнула вниз, едва успев схватиться за гнилую лестницу. Забилась в дальний угол и замерла, чутко ловя каждый звук.

В заброшенном погребе пахло сыростью и чем-то кислым.

Раздались шаги, и вниз посыпался мусор. Над входом, закрывая звезды, мелькнула тень, за ней – еще одна. Двое мужчин, одним из которых был Гарлан, склонились над упавшим Штырем.

– Ты жив? – услышала я.

В ответ раздался стон:

– Жив, кажется.

– Кто тебя так?

– Я не видел. Но зуб даю, это девка. У меня на них нюх.

– Что девке тут делать, да еще ночью?

Голоса резко смолкли, будто мужчин наверху одновременно накрыло озарение.

– Это она, Гарлан! – первым выдохнул Штырь. – Точно она, больше некому! Наверное, нож свой искала!

По спине скользнул холод.

– Ну что ж, значит, ждем ее в гости, – хмыкнул Гарлан. И, повысив голос, добавил: – Эй, ведьма! Я знаю, что ты где-то здесь. Твой нож у меня. Хочешь его забрать – приходи!

Он заржал, как необъезженный жеребец. Видимо, весьма довольный шуткой.

Я могла только скрипнуть зубами.

Но бандиты – не дарги, с ними справиться легче. И пусть на столбах все еще оставались объявления с наградой за мою голову, теперь любой дарг обязан прийти мне на помощь. Ведь я – супруга одного из них, и моя брачная вязь не что иное, как защитная грамота!

Но этот способ я собиралась оставить на крайний случай. Чтобы меня не вернули «страдающему» супругу, пока я не верну свою собственность.

Я пряталась в погребе, слушая, как бандиты уводят Штыря. В кармане лежал чужой нож, но мне нужен был мой – кинжал из когтя дракона с душой моей мамы.

Когда все стихло, я осторожно выбралась наружу и прислушалась.

Неподалеку кто-то был. Явно ждал моего появления. Значит, Гарлан приставил охрану, хоть и уверен, что я приду.

Что ж, я приду, тут он прав. Только не так, как он думает.

С этой мыслью я направилась в противоположную сторону. Перелезла дыру в стене, метнулась к соседнему дому, затем пересекла двор и нырнула в старый тоннель.

Квартал Красных Крыш стоял на песчанике. Когда-то это был поселок рудокопов, и под ним до сих пор сохранились штольни. Они пронизывали эту часть города, словно клубок разорванных вен.

Спускаться в них было опасно – песчаник порода ненадежная, склонная к обрушениям, а деревянные крепления давно превратились в пепел. Люди сюда не совались, но для меня это был единственный путь.

***

Оказавшись в штольне, я помчалась вперед. Камни скрипели под ногами, за спиной, шурша, оседала порода. Хорошо, что я знала, куда бегу, и прекрасно видела в темноте.

Один поворот, второй, третий. Новая штольня, новый тоннель. Наконец ветер донес запах капающего на уголья жира, пряных женских духов, алкоголя и черных спор – так пахло логово Гарлана.

Я пробежала немного дальше, свернула и выбралась на поверхность в узком дворике, заваленном бочками.

Рядом послышались голоса. Похоже, Гарлан предусмотрел, что я могу пройти по тоннелю. Но у меня все еще оставался туз в рукаве.

Над головой нависали остатки крыши. Я подпрыгнула, цепляясь за край карниза, подтянулась и закинула ногу. Рывком забросила все тело. Полежала, прижимаясь к покрытой мхом черепице и чувствуя, как дрожат руки.

Успокоив дыхание, перевернулась на живот и поползла, стараясь слиться с крышей.

Впереди уже виднелся нужный мне дом. Единственный с целой оградой и сохранившимися стеклами в окнах.

Сейчас в окнах было темно. Во дворе полыхал костер, на вертеле жарился кабанчик, а вокруг, кто на чем, сидели члены банды. Только сегодня они сжимали в руках не красоток тетушки Брю, а оружие. И ждали меня.

Но я не привыкла сдаваться.

Осторожно ощупала черепицу рядом с собой. Нашла отколовшийся кусок и, слегка приподнявшись, швырнула его со всей силы.

Он улетел в темноту. Затем упал с глухим стуком.

Стоило этому стуку раздаться, как бандиты вскочили. Их глаза, ясные, не затуманенные дурманом, зашарили по окрестностям.

– Она где-то здесь! – услышала я голос Гарлана. – Обыщите двор, живо!

Прижавшись к черепице, я наблюдала, как бандиты метнулись к месту падения осколка.

«Слишком просто», – пронеслось в голове. Я отбросила эту мысль, скользнула по крыше, как тень, и прыгнула на балкон.

Старое дерево скрипнуло под моим весом. Сердце бешено колотилось, когда я потянулась к окну. И в этот момент стальная петля ударила по ногам…

Удара я не ждала. Захлебнувшись криком, рухнула плашмя на балкон и тут же почувствовала грубые руки, схватившие за волосы и одежду.

– Ага, попалась! – раздался злорадный смех.

Меня рванули вниз. Стащили с балкона. Скрутили и втолкнули в дом, где уже горел свет.

От толчка я упала лицом в пол. Кто-то схватил меня за волосы, дернул, заставляя поднять голову.

Мой затуманенный болью взгляд наткнулся на Гарлана.