Глава 31
Снежана
«Скоро буду», – нехитрое сообщение от оборотня согрело, вызвав прилив сил. Будет… Представила прищур карих глаз Дана, чуть заметную полуулыбку. Захотелось как можно скорее увидеть его. А зная, что обед с Беловым-старшим отменяется, так и вовсе расслабилась. Хорошо, что вервольф уже на подходе. Наконец-то!
До обеда время тянулось медленно. Общаться с Фёдором и Марго не хотелось. Они звали меня на чай. Я не отказалась, принесла шоколадку. Но после чего сразу ушла в кабинет. Даже дело придумала на случай, если появится Сергей Вознесенский. Сбегу, под предлогом изучения ассортимента конкурентов. Вдруг мы торгуем не тем, чем надо.
Из приёмной донёсся голос Вознесенского. Явился. Мог бы спать до обеда, царёк местный. Я недовольно покачала головой, как же здесь хромает дисциплина.
Дверь с шумом распахнулась, и показался владелец кабинета. Я сразу отметила лихорадочный блеск глаз человека, злое выражение лица. И его агрессия была направлена не на кого-то ещё, а именно на меня.
Происходящее в дальнейшем можно было отслеживать с секундомером, настолько всё быстро пронеслось перед глазами.
– Сука! – сказал, словно выплюнул Сергей, прикрывая дверь. Не глядя, он щёлкнул кнопкой, замыкая контур, отсекая происходящее от ушей в приёмной.
Я осталась сидеть. Но прищурилась, догадавшись, в чём дело. О, это было нетрудно. В голове только и успела пронестись мысль о шефе, который меня сдал. Или был неаккуратен во время поисков врагов.
Вознесенский не стал скромничать. Бросился ко мне, вскидывая руки вперёд.
– Сука! Сдала-таки! Раскопала, ищейка паршивая!
Я подскочила, но ладони мужчины уже коснулись моей шеи в попытке придушить. Меня обдало запахом алкоголя и сигарет. Вонючая смесь для того, чей нос более чувствителен, чем у человека. Масса пьяного Вознесенского больше моей раза в два, если не больше. И я, как полукровка, была сильнее своих ровесников-людей. Но этот здоровяк оказался не просто сильным. Мощным!
– Тварь живучая, убью! Жизнь мне испортила! – выдавливал из себя человек, нависая надо мной. А я клонилась назад, едва не касаясь спиной стола. Глаза Вознесенского грозили вот-вот лопнуть от натуги, а желваки ходили ходуном.
– Трус! Ничтожество! – выплюнула я, пытаясь отцепить от своего горла руки обезумевшего мужчины. Дурной запах, а проще говоря – вонь, усиливала неприязнь.
– Я трус? Я?! – взбесился Вознесенский. – Знаешь ли ты, Райс, что такое зависеть от волков, рассчитывать только на себя, дожить до сорока лет, скитаясь по съёмным квартирам? Всё для вас, всё! И как только я начал строить собственную жизнь по моему плану, появляешься ты! Убью!
– Ничтожество! – Я безрезультатно пнула мужчину, стараясь хоть так его оттолкнуть, выторговав секунды свободы. Но трудно стоять, изогнувшись перед невменяемым человеком. Рухнули все его мечты. А кто виноват?!
Как мне хотелось расцарапать эту раскрасневшуюся рожу. Даже волчица скалилась, подбивая покусать эту мразь. Я бы рада! Но момент подходящий никак не подворачивался. А ещё вызывало глухое раздражение плотное мужское тело, что прикасалось ко мне даже через одежду! Фу!
– Наглая полукровка! Такая же заносчивая стерва, как и твоя тётка! Даже хуже!
Что?!
Допускаю, что мои действия не устроили Вознесенского. Но чтобы в моём присутствии какой-то дятел посмел задеть Глафиру?! Чувствуя нехватку воздуха из-за откинутой назад головы, с трудом превозмогая боль, я извернулась и со злостью сомкнула зубы на руке человека. На вкус крови постаралась не обращать внимания. Гадость! Ещё никогда не попадала в ситуацию, чтобы кто-то хотел меня убить. Глупо, неправильно, но… Я не знаю, что именно нарыл шеф, и отчего небольшая махинация оказалась столь важной для карьеры Сергея.
Взвывший от боли Вознесенский отшвырнул меня и тут же попытался ударить. Я дёрнулась, чтобы увернуться…
Отлетевшая наотмашь дверь громко стукнула. Возникший в проёме Даниил мгновенно оценил ситуацию. Смазанной тенью бросился к Вознесенскому и отшвырнул его подальше от меня. Затем снова кинулся на человека. Мгновения, отпущенные мне перепившим Сергеем, закончились. Началось другое время, где не я, а он боролся за собственное выживание.
В первую секунду я обрадовалась. Всё, спасена от пьяного придурка. Вторая оказалась куда тревожнее. Дан сейчас убьёт это ничтожество, после чего моего вервольфа посадят! Третья и вовсе принесла новое ощущение. Ещё никогда в жизни я не слышала, как ломается человеческая конечность. Та самая, которой Вознесенский пытался меня ударить.
Появление второго Белова и группы поддержки из перекаченных морд я восприняла исключительно с позиции наблюдателя. Шею, кожу и пальцы рук саднило, но самочувствие оставалось сносным. Даниил оторвался от Сергея. Сейчас братья решали, стоит ли Вознесенского самим везти в полицию или вызвать органы правопорядка сюда.
Я же села на стул и отвернулась. Ненависть человека казалась осязаемой. Неужели это всё из-за махинаций с одеждой? Мелко. Или шеф всегда так обходился с теми, кто пытался его обворовать? Но что грозило Вознесенскому? Максимум – увольнение. Минимум – выговор. Отчего такая агрессия? Я явно знала не всё. И тем скорее мне хотелось пообщаться с руководством.
Приближение вервольфа почувствовала за долю секунды, как он оказался рядом, присел передо мной на корточки.
– Снеж? – осторожно поинтересовался мужчина, разворачивая меня к себе. Дан так придирчиво осматривал шею, так хмурился, что воображение нарисовало страшную картину, подкреплённую саднящим и ноющим ощущением.
– Всё так плохо, да? – На удивление я не хрипела. Слегка закашлялась, но это больше от волнения. Нервное.
– К врачу! – мрачно заявил Белов, протягивая ко мне руки. Мне нравится, когда мужчина правильно применяет свою силу. Но не в этот раз.
– Не стоит. Я в порядке.
Как удалось отстоять своё мнение, сама не знаю. Волк так злился на человека, что был готов свернуть ему шею прямо здесь. Мы с волчицей чувствовали это! Маленькая плутовка млела от властного самца и настойчиво намекала уступить ей оборот. Я проигнорировала. Не время и не место красоваться.
Вознесенского увели, а мы остались вдвоём.
– А ты вовремя, – произнесла я, беря Дана за руку, отвлекая вервольфа от намерения прямо сейчас поквитаться с человеком.
– Зашёл за тобой, но не успел, – глухо произнёс оборотень. Он смотрел на меня безотрывно. В его глазах я видела столько боли и мрачной решимости, что захотелось прижаться к мужчине, обнять и пообещать, что всё будет хорошо.
– Успел, – глубокомысленно возразила я. Не выдержав, протянула руку и коснулась пальцем залёгшей морщинки между бровей. – Я сильно страшная?
Поймала возмущённый взгляд вервольфа, после чего оказалась на руках Даниила. Попыталась вырваться, но всё бесполезно. Волк стиснул зубы, да так и шёл со мной до тех пор, пока мы не оказались на стоянке. При этом не было сказано ни слова! Усадив меня на переднее сиденье, Белов лично зафиксировал ремень безопасности. Сам сел на место водителя. И всё это Дан проделал молча и с мрачной решимостью.
***
Даниил Белов
– Ты меня бросаешь? – неверяще произнесла Вика.
– Нет. Мы расстаёмся. Хочешь, брось меня сама. И если так будет легче, то при всех.
Разговор с девушкой давался ему нелегко. По-людски было немного жалко оборотницу. Но он не был человеком на сто процентов. И на расставание смотрел проще. Да мало ли пар разошлись?! Даже на пороге свадьбы, перед загсом!
Более того, до их «праздничной» даты оставалось года три-четыре, не меньше, а то и больше. И Перова об этом знала. Белов в этом плане избегал какой-либо конкретики. Как подобное возможно при желании отцов усилить обе стаи, Дан не задумывался. Его вполне устраивала перспектива в ближайшем будущем возглавить клан, предварительно сместив отца. Всё согласно традиций. Бой, во главе которого встаёт победитель.
Пока же сам оборотень не торопил события по всем фронтам. И не зря. В его жизнь, наплевав на всё и вся, врезалась Снежана. Точнее, промчалась мимо, не пожелав с ним знакомиться. Пришлось постараться! И как уже убедился вервольф, девушка – ходячая катастрофа, нуждающаяся исключительно в его, беловской опеке. И пусть сама она так не считала, но он-то видел! Даже Виктор среагировал на полукровку. Пришлось вразумлять брата при помощи клыков и кулаков. Помогло.
– Мне сказали, у тебя появилась другая. Это правда? – Удивлённые ноты быстро пропали из голоса Виктории. Словно она обсуждала неудачную покупку машины, а не отставку бывшим женихом.
– Да. – Скрывать не было смысла. Не сегодня, так завтра узнает.
– Я её убью! Прикопаю! – С мрачной решимостью сообщила Вика и сжала кулаки. Карие глаза девушки метали молнии, а на скулах и висках показалась шерсть. В своей ярости оборотница была прекрасна. Но волк никак на это не реагировал.
Напрасно она это сказала.
В ту же секунду Перова болтала ногами, одновременно силясь достать до пола и стараясь оторвать мужские пальцы от своей шеи. Девушка извивалась как змея, хрипела…Вервольф убрал руку, наблюдая, как та, что ещё недавно звала себя его невестой, с грохотом упала на пол.
– Ты…ты....ты её любишь?! – возмущение, удивление и проблески страха в глазах Виктории могли сказать о многом.
Дан не собирался никого пугать, он ведь честно предупредил. Чего ещё нужно истеричной волчице? А любовь…это личная территория, закрытая для посторонних.
– Ты пожалеешь об этом, – защипела Виктория, видя, что её никто не останавливает. Она смотрела в глаза вервольфа с вызовом. Делала это нарочно, прекрасно осознавая, что волк должен принять вызов. Иначе его могут обвинить в трусости.
– Провоцируешь? – недобро ухмыльнулся Белов, делая шаг навстречу. – Я предупредил. Если не прислушаешься, вини себя.
Дан не осознавал, как угрожающе блеснули его глаза. Он контролировал себя, чего не скажешь о девушке. Кроткой Перова никогда не была. Скорее дерзкой, эгоистичной, способной вскружить любому голову. Как оказалось, у него иммунитет. Стойкий. Личный, по имени Снежана. И только Мухина сейчас интересовала вервольфа. Да какая там Мухина, самая настоящая Райс, такая же, как её родственница, что до нутра прогрызла душу Климу.
Вика встала с гордо поднятой головой, ни на миг не забывая, кто она. Такая быстро оправится. А насколько хватит разума не лезть к Снежане, время покажет.
– Подарки не возвращай, они твои, – отмахнулся Дан, видя, как волчица принялась остервенело расстёгивать подаренный золотой браслет. Витая цепь порвалась и, скользнув между дрожащих пальцев девушки, змейкой упала на пол.
– Ненавижу! – взревела Виктория, занеся ладонь для пощёчины.
Рука Перовой была тут же перехвачена и угрожающе сжата. Ногтями второй руки оборотница полоснула по кисти бывшего жениха… Выступила кровь, но она была меньшей из зол. Зверь требовал наказать обидчика. Угрожающий рык вырвался из горла мужчины. Девица, до которой только сейчас дошло, что едва не спровоцировала собственное избиение, дёрнулась и отступила.
– Последнее предупреждение, – серьёзно, без тени неудобства произнёс вервольф. – И к ней даже не смей приближаться сама или кого-то подсылать. Не прощу.
Вот, в общем-то, и весь разговор.
Белов обернулся и быстрым шагом направился прочь из дома Перовых. Дома, который Даниил даже в шутку никогда не мог назвать своим.
Без приключений до машины он так и не добрался. На пути его уже поджидал глава клана Перовых. Сам. Не иначе Богдан пришёл защищать честь дочери или сорванные планы. Разборки с отцом Виктории закончились победным разгромом скамейки, битьём стёкол беседки и зелёной от травы рубашки. Синяки и ссадины у обоих не в счёт.
После общения с бывшей невестой, волк как никогда хотел видеть Снежану, почувствовать её запах, вкус губ, обнять. Совместная ночь на многое приоткрыла глаза. И если раньше Белов лишь догадывался о причине столь сильного влечения, то теперь всё встало на свои места. Девушка, несмотря на то что полукровка, оказалась его парой. Человек и зверь признали это безоговорочно. И чем дольше Дан не видел Снежку, тем сильнее к ней тянуло. Всё его существо рвалось туда, где должна была находиться неугомонная Райс.
Быстро переодевшись, волк поспешил к любимой. Оказалось, не зря. Зашёл за ней, чтобы позвать на обед. Знакомый пёс указал на дверь, из-за которой не доносилось ни звука, ни шороха. Хищник поднял голову, уже заранее подписав приговор тому, кто находился рядом со Снежаной, вдыхал её запах.
Но почему тишина?! Чем они там занимаются?!
Распахнул дверь без предупреждения и понял, конец человеку. От убийства Вознесенского удалось удержать себя с трудом.
И вот теперь, когда всё почти что закончилось, а они со Снежаной ехали по улицам родного города, волк злился. На себя, едва не опоздавшего на помощь, на человека, посмевшего поднять руку на избранную, на отца, с которым ещё утром поссорился из-за приглашения Снежки на обед.
***
Снежана
– Где мы? – поинтересовалась я, стоило машине свернуть к современной многоэтажке, выросшей в новом микрорайоне.
– Я здесь живу. Один, – сообщил Белов, выходя из машины. Я выбраться не успела. Волк подхватил меня на руки, захлопнул ногой дверцу, да так и понёс в сторону дома.
– Отпусти! Там бабули сидят, ваш местный десант, – хихикнула я. – Неудобно.
– Ты их знаешь? – поинтересовался Дан, не поворачивая головы.
– Я? Откуда?!
– Я тоже. Значит, никакого неудобства быть не может.
– Что они о нас подумают?! – Я продолжила тихо шипеть. На самом деле, мне было очень приятно на руках вервольфа. Словно давно привыкла к этому. Только мозг работал по разным направлениям, а потому смолчать не смогла. – С Перовой тоже тут встречался?
Ожидала чего угодно, даже того, что меня сейчас резко отпустят. На всякий случай уцепилась за шею мужчины. Она у него крепкая, перегрузку в виде небольшой языкастой полукровки выдержит. Волк остановился и с показным безразличием засопел мне в ухо:
– Я не спрашиваю, с кем и где ты встречалась до приезда сюда. Но если это важно, знай, так (меня слегка подбросили и снова поймали) я ещё ни одну не носил. И не буду.
Польщена!
Я поджала губы и промолчала. В принципе он прав. Но только в принципе! И вопрос ещё не закрыт. Есть у меня ещё пара обязательных пунктов.
Любопытные старушки как одна, изобразили вежливость. Мы с Даном поздоровались очень сдержанно, стараясь поскорее преодолеть этот людской барьер.
– Лифтом? – поинтересовался волк.
В карих глазах мелькнула смешинка. Долго дуться я не умею, да и нет в этом смысла. Уткнулась носом в шею вервольфа, сожалея, что не сделала этого раньше. Кожа Даниила пахла изумительно! Осторожно прикоснулась языком, пробуя её на вкус. От удовольствия я была готова замурлыкать, словно кошка. Хотелось прихватить зубами, но я сдержалась.
– Понял, – чуть хрипло произнёс вервольф. И, шагая через ступеньку, помчался наверх. Видя, что рядом никого нет, я запустила пальцы в короткие волосы оборотня, с наслаждением помассировала его затылок…
В квартире мы оказались не просто быстро, а очень быстро. Дверь захлопнулась с шумом, отсекая нас от случайных и нежелательных наблюдателей. Это был знак, равносильный стартовому сигналу для спринтера. Мы сорвались. Я, успевшая погладить, поцеловать и принюхаться к любимому мужчине. И он, до этого момента лишённый возможности распустить руки.
Не обращая внимания на всякие мелочи под ногами в виде обуви, одежды, мы двигались в сторону спальни. Не то чтобы я была против, просто там нас ждал один из моих пунктиков…Спать на постели, что могла хранить запах Виктории, помнила изгибы её тела, было неприятно. А ещё я полдня пробыла на работе и нужно срочно в душ!
– Что это? – Моя ладонь коснулась лба Даниила, обнаружив на нём шишку. Слегка отстранилась, уже более придирчиво осматривая вервольфа. Мужчина постарался отвести мою руку…На внешней стороне кисти заметила некрасивые глубокие полосы. Свежие, несмотря на порядочную регенерацию.– Кто?! – возмутилась я, игнорируя в данный момент факт отсутствия на себе одежды. Кто посмел тронуть моё?!
– У меня больше нет невесты…точнее, пока нет. Но я очень надеюсь, что ты не откажешься быть ей, – произнёс своё слово хитрый волчара.
Я всё поняла и промолчала насчёт невесты. Сделала вид, что не расслышала. Но не удержалась от шпильки в адрес соперницы. Аккуратной такой, неприметной.
– Надеюсь, ты обработал перекисью?
– Снежана! – рассмеялся довольный оборотень. – Ты обо мне волнуешься? Не переживай. И не такое встречалось.
– Да мало ли что там под ногтями было?! Заразы, знаешь, сколько сейчас развелось! Пошли в ванную, надо промыть.
– Пошли, – многозначительно оскалился хищник, горящим взглядом осматривая меня с ног до головы.
Взвизгнула и умчалась, подгоняемая волком. Думаете, я так просто сдалась? Как бы не так! Сначала мы обработали все ссадины и синяки. И только потом награда, а с нею и медаль, а также орден нашли своего героя. Как оказалось, новое постельное бельё у волка имелось. Позаботилась мама, за что её большое заочное спасибо. Только после этого я позволила себя укутать, прижать к себе… Уснула не сразу. Кое-кто воспользовался своим преимуществом по соблазнению меня.