Глава 38. Пауза на размышление

Амир отстраняется и разматывает бинт на моих обессиленных руках. Мне даже на секунду кажется, что он гладит следы на запястьях немного виновато, но это не способно меня тронуть. Не после того, как Сафаров снова обернул моё тело против моей гордости.

Плевать, что это лучше, чем терпеть полноценное насилие.

Я этого ему не прощу.

Смотрю ему в лицо и не понимаю: у меня внутри бушует буря, я с трудом сдерживаюсь, чтобы не вцепиться ему в волосы, а он выглядит омерзительно спокойным. Этакий сытый хищник. Что с ним не так?

Ровно три раза я видела, как над ним брали верх эмоции: когда Амир узнал, кто я, потом там в бане на заднем кордоне, когда я сравнила его с отцом, и когда он брал меня в первый раз.

А сейчас Сафаров брал меня и отчитывал, воспитывал, как я должна вести себя, хотя сам всего лишь прикрывал поучениями банальную похоть.

– Убери от меня лапы, – шиплю я, отталкиваю я его руки.

Выбравшись из кресла, я, прихрамывая и пошатываясь, иду в ванную, дверь которой захлопываю перед носом Амира, явно вознамерившегося снова оказать мне непрошеную помощь.

Хрен тебе!

Ненавижу!

Его.

И на себя злюсь.

Ну не должно быть такого, что жертва так покорно кончает от своего мучителя. Не понимаю, что за девиация. Женщина же должна доверять, чтобы расслабиться, а я?

В чём я могу довериться этому чудовищу?

Внутренне беснуясь, привожу себя в порядок. Вот специально не тороплюсь. Ну а что? Его в гости никто не звал, идти я с ним никуда не хочу. Будем надеяться, двери в квартире жены своего друга он ломать не будет. Потерпит.

А то, наверное, ему и ждать никогда не приходилось девушку!

Свидание? Нет, не слышал!

Можно её спереть и трахнуть. Чего тянуть?

Нет, вы только послушайте этого мудака!

Если я не окончательно свихнулась и правильно поняла, что он там нёс, насаживая меня на свой член, то план такой: Какое-то время Амир ещё будет в городе, и пока он не уехал, этот тип собирается меня трахать, а я должна радостно раздвигать перед ним ноги! Может, мне ещё постараться ему угодить? Курсы там интимные пройти? И сколько Сафаров ещё собирается топтать землю области? День? Два? Неделю? Месяц?

А потом он свалит в закат, а я так же радостно должна буду утереться?

Охренеть!

Губа не дура!

Он вообще понимает, что я видеть его не хочу? Или ему и на это плевать? Если Сафарову достаточно того, что дырка в меру влажная, не проще ли эскортницу нанять? С ними и проблем меньше, девочки всегда готовы, не надо время тратить на разогрев.

Сволочь!

Чихать, что там Света говорит. Прислушиваться к людям стоит в тех вопросах, где у них самих всё хорошо. А судя по тому, что она купила себе пистолет, в личной жизни у неё не так чтобы все супер.

В конце концов, если Амир говорит, что всё закончилось, значит, мне ничего не угрожает, и заставить меня остаться с ним можно только силой. Тут уж никакие прелюдии дело не спасут. Так что я послушаю, что Сафаров расскажет, и только меня и видели.

Я вожусь в ванной не меньше часа, что удивительно, ко мне никто не ломится.

А как же: «У тебя десять минут?».

Солдафон.

Вот я и мою волосы с чувством, с толком, с расстановкой, потом сижу на бортике ванной, чтобы дать уставшей ноге отдых.

И, разумеется, одеваюсь.

Трусишки высохли, джинсы и так тут куковали на стиральной машинке, так что, выходя за дверь, я чувствую себя немного более защищённой, чем с голой задницей.

А в квартире темнота и тишина.

Неужели ушёл?

Угу, как же.

Сафаров обнаруживается в комнате. Он лежит на разложенном диване по диагонали, потому что в длину не умещается, и спит, заслонившись рукой от тусклого света бра.

Сначала я думаю, что Амир просто лежит, но он никак не реагирует на моё шуршание.

Ну начинается.

Мы поговорим, я всё расскажу, а по факту вынул и спит.

Козёл.

А мне что делать?

В кресло я под дулом пистолета не сяду. Мне кажется, там вся обивка пропахла сексом и моим стыдом.

Склоняюсь над ним. Видно щетину, красивые мужские губы и складку, залёгшую возле уголка. Даже во сне не разгладилась.

На пробу вожу ладонью перед лицом, вдруг всё-таки не спит, и тут же охаю.

Не просыпаясь, Амир выбрасывает руку вперёд, хватает меня за горло и роняет рядом с собой. Наваливается, хватка сильная, но вдруг Сафаров шумно втягивает носом воздух, и моё горло получает свободу.

Я хватаю ртом воздух, а Амир открывает мутные глаза, в которых усталость всего мира.

– Прости, мне надо немного поспать. Чужое место, – бормочет он, уткнувшись своим лбом в мой. Его пальцы меняют дислокацию и запутываются в моих волосах.

Вместо того чтобы скатиться с меня, Сафаров обнимает меня крепче и снова отрубается. Его глубокое дыхание знаменует, что предел его выносливости достигнут.

Идиот.

Он ещё в таком состоянии сексом занимался. Как у него только вышло?

И меня поднимал.

И спит на мне.

Кретин.

Я даже пошевелиться не могу.

Пыхчу, стараясь вылезти из-под этой туши килограммов на сто, но Амир только стискивает меня сильнее, и после нескольких безуспешных попыток достучаться до него голосом, я сдаюсь.

Кажется, после тяжёлого дня меня ждёт тяжёлая в прямом смысле слова ночь. Матрасом я ещё не работала.

Прислушиваясь к мерным вдохам-выдохам, чтобы понять, когда можно будет освободиться, я и сама постепенно засыпаю, попав под гипнотический ритм, только вот так самозабвенно заснуть у меня не получается. Сон поверхностный, отрывочный, наверное, поэтому я слышу под утро бормотание проснувшегося Сафарова:

– Она меня доконает. Мозг сожрёт, – он немного смещается в сторону, подтягивая моё неподатливое тело к подушке. Без его тепла мне сразу становится зябко, про одеяло никто и не вспомнил. Спать хочется сильнее, а он возится, ещё и вздыхает. – Буду жить без мозга.