Глава 20

Алёна

– Оденься поприличнее, Алёна Пална, и ребенка собери, отвезем ее к бабушке с дедушкой, – заявил с раннего утра за завтраком Драконов.

Я чуть ложку из рук не выронила, опешив от его решительного тона. Что он такое задумал?

– Это зачем? Для чего? – недоумевала я, засыпав его вопросами. Сперва показалось, что он выяснил обо мне правду и хочет без лишних глаз разобраться со мной или даже отвести в полицейский участок. Но что-то подсказывало, что дело не в этом. Возможно, особый блеск в глазах мужа, который не вязался с угрозой расправы.

Он по-другому смотрел – как мужчина смотрит на женщину, которую хочет себе присвоить.

– Много вопросов, Алён, просто сделай, как велено, – осек он меня грубовато, но, увидев, что нужной реакции не добился, добавил: – Вот так и захочешь свою женщину на свидание свозить…

– Я не твоя женщина, Егор, – захорохорилась я, мгновенно выпрямляясь и слушая в ушах стук вмиг разогнавшегося до большой скорости сердца. Когда он заявлял на меня права, оно не могло оставаться равнодушным, да и губы всё еще помнили вкус наших поцелуев, моментально будто стали зудеть, так и хотелось к ним прикоснуться.

– Так это пора исправить, – сказал он таким жарким тоном, что по мне прокатилась горячая волна, а щеки заалели румянцем.

Ничего себе заявления, Егор Романович! И я бы даже начала с ним спорить, но не в присутствии же ребенка выяснять такие вещи.

– Катюш, ты поела? – наклонилась я к дочке, которая уже почти доела свой завтрак и теперь безучастно сидела и смотрела мультик на телефоне.

Но оказалось, что Катя всё слышала. Она кивнула в ответ на мой вопрос и посмотрела на Егора.

– Хотю к бабуське, там сталый пень.

Егор удивленно поднял брови и, видимо, некоторое время потратил на то, чтобы перевести Катин лепет на нормальный взрослый язык.

– Да, кнопка, – подвинулся он к ней и шустрым движением перетянул ее к себе на колени, – есть там и пень, и еще много чего. Там тебе понравится.

– А сто там есть? – уцепилась за его слова Катя, но Драконов был кремень.

– Вот приедешь туда – и увидишь. Идите с мамой собирайтесь. Алён, я на час по делам отъеду, потом буду внизу ждать. Справитесь?

Пришлось согласиться, иного выхода я не видела. Быстро убрала со стола тарелки и повела Катюшку собираться. Она без конца болтала и расспрашивала о поездке, а я думала о том, какое же платье надеть и как успеть собраться за час. Слова Драконова о том, что он хочет сделать меня своей женщиной, так и звенели в ушах. Возможно, именно поэтому я напрочь забыла о том, что именно сегодня должна была встретиться с теткой. Вспомнила об этом только тогда, когда мы с Егором отвезли Катю за город к его родителям, а потом выехали на трассу. Тут-то я и поняла, что настолько забылась, что мысли о предстоящей ночи заслонили нечто очень важное. От чего зависели наши с Катей жизни.

Паника захлестнула с головой, в ушах даже появился гул, который бывает при взлете самолета. Я не представляла, что сейчас попрошу Егора отпустить меня по делам. По каким? Придумать какой-то нормальный и весомый повод не вышло бы. Может, притвориться больной? Сказать, что скрутило живот? Тогда муж повезет меня в больницу, и там меня быстро разоблачат, а под бдительным оком прокурора я точно не смогу сбежать. Но что делать? Что?

Так и сидела, нервно кусая губы, пока не поняла, что готова рискнуть и просто не прийти на встречу с теткой. Это ей я навру про больницу и живот. Пусть ругается, всё равно она хочет получить от меня наживу. Так что побурчит и успокоится.

А я пока проведу время с Егором. Вдруг это наши с ним последние дни, часы? Как говорится, перед смертью не надышишься. Но я хотела попробовать надышаться вдоволь. Его вниманием, его обаянием, нашим притяжением.

Да давно ли меня звали на свидание? А такие мужчины, как Егор Драконов, не звали никогда. Стало интересно, куда он меня все-таки привезет и подойдет ли к тому месту выбранное платье. Пока возились с Катюшкой, Егор особо не успел меня рассмотреть, и теперь, когда подъехали к какому-то ресторану, вышел из машины и подал мне руку. Помог выбраться на улицу.

– Покрутись, Алён, хочу на тебя посмотреть, – попросил он, давая мне пространство.

– Покрутиться? – засмущалась я, комкая атласную юбку-колокол, потом поняла, что Егор от меня хочет, и сделала пару кругов, поддерживая края юбки.

Обернулась и замерла напротив Егора. Его восхищенный взгляд скользил по моим ногам.

– А я думала, ты платье оценить хочешь, – уличила я его со смешком.

– Так оно короткое, Алён Пална, точно не перепутала полки и не взяла Катино платье? – поглядел он на меня с хитрым прищуром.

– Ты же сказал брать самое модное и современное, так кто ж виноват, что в моде такие фасоны? – уперла я руки в бока, разглядывая самого Егора.

Это платье мне в последний момент сунула в руки консультантша, подмигнув и заверив, что мой мужчина будет от него в восторге. Мне оно было не по душе, всё черное, но я доверилась ее вкусу и даже мерить его не стала. А сегодня оно оказалось мне впору.

Егор же, словно под стать мне по цвету и одновременно в противовес по стилю, оделся в строгие брюки черного цвета и тонкий белый блейзер, который ему невероятно шел. Выглядел он очень представительно и вместе с тем мужественно. Рукава немного задрал, и были видны мускулистые предплечья, на запястье красовались золотые часы. К его внешнему виду я не могла при всем желании придраться и только давала себе обещание не пялиться, чтобы тут же его нарушить.

– Смотри у меня, Алёна, – наконец шагнул ко мне Егор, приобнял за талию и повел в сторону ресторана, – я очень ревнивый муж.

– Кому и нужно ревновать, так это мне, – парировала я, вспоминая непрекращающиеся поползновения Аллы к моему мужу. Неуемная же баба!

– Если ты не будешь ходить в таких коротких платьицах и на этих каблучищах, – стрельнул он глазами на мои туфли телесного цвета на высокой шпильке и платформе, – ревновать не придется.

Мы завершили пререкания, когда вошли в ресторан. На входе нас встретила вежливая хостес и провела к заранее забронированному столику. Небольшой круглый столик, накрытый белой скатертью, располагался в отдалении от основного зала, что мне понравилось. Да и вообще, ресторан выглядел ужасно дорогим, но в то же время не пафосным, не по-царски помпезным.

Я предвкушала приятный вечер и, когда мне в руки дали меню, сразу же почувствовала зверский голод. Захотелось заказать всё и сразу. Цены здесь, конечно, были кусачие, но я старалась не обращать на них внимания. Не хотела, чтобы хотя бы что-то портило мне настроение. Это же наше с Егором первое свидание.

Всё обязано быть идеальным.

Спустя минут пятнадцать Драконов взирал на меня с ласковой усмешкой. Подняла глаза и глянула на него с набитым ртом.

– Чего? – спросила, дожевав кусок стейка.

– Я настолько неинтересный собеседник?

Его вопрос поставил меня в тупик.

– М?

Слегка закашлялась, когда гарнир попал не в то горло, и потянулась за бокалом, но, сделав глоток, раскраснелась, ощущая, как заслезились глаза и лавой обожгло пищевод.

– Тише, Алёна Пална, еще рано так сильно налегать на вино.

Драконов встал, подошел ко мне и похлопал меня по спине, еще больше вгоняя в краску.

– Всё-всё, – махнула рукой, когда пришла в норму, и потянулась за стаканом воды, который он мне успел налить.

Совсем забыла про вино, которым он, не слушая моих возражений, наполнил мой бокал. Голова слегка закружилась, ведь я не привыкла даже к маленьким градусам, и я вдруг взяла и просто улыбнулась, ощущая легкость во всем теле.

– Вкусно? – спросил вновь, когда мы продолжили есть.

Кивнула и активно заработала вилкой, чувствуя на языке приятный кисло-сладкий соус.

– Так что насчет собеседника? Я настолько плох?

Замерла, надеялась ведь, что после моего конфуза он забыл о своем вопросе, но не тут-то было. Это ведь Егор, не просто мужчина с улицы, а целый прокурор, который не может забыть о таких мелочах, как заданный невзначай вопрос.

– С чего ты взял? – вздернула бровь, а сама еле сдерживала себя, чтобы не улыбнуться. Так и хотелось растянуть губы, а затем я вдруг сделала то, что не решалась раньше. Положила локти на стол, сложила ладони лодочкой и оперлась о них подбородком.

– Забудь, – вдруг качнул мужчина головой, заставив меня удивленно воззриться на него, а затем наклонил голову набок. – Вкусно? Заказать еще?

И тут до меня дошло, почему он решил, что он для меня неинтересный собеседник. Я так разнервничалась, что назаказывала кучу всего и первым делом принялась забивать едой рот, словно оттягивая разговор между нами.

Стало стыдно, но я ничего не могла поделать с неловкостью, которую ощущала в его присутствии. Казалось, что наше свидание и для него было особенным, настоящим, и от этого чувствовала себя непривычно, чуть ли не Золушкой в карете вместо тыквы.

– Прости, – извинение далось мне без усилий, выпорхнуло птичкой, и это удивило даже меня саму. – Я просто нервничаю.

– Я заметил, пигалица, мне это даже льстит. Неужели не ходила раньше на свидания?

Заданный вопрос не заставил меня напрячься, но на секунду стало стыдно, что я девушка без особого опыта, а он – знатный мастодонт, который наверняка смеется над моей неопытностью.

– Некогда было, – буркнула, углубившись в воспоминания, и не вспомнила ни одного стоящего свидания в своей жизни. Не считать ведь неловкий чмок за гаражами около школы в третьем классе за настоящую свиданку.

– У красивых девушек всегда есть время на личную жизнь, а ты, Алёна Пална, весьма недурна собой.

От комплимента шею опалило жаром, и я еле сдержалась, чтобы не похлопать себя ладонью. И как мне реагировать на это?

– Ты не видел мои школьные фото, – усмехнулась. – Та еще страшила.

– Не верю. Естественную красоту ничем нельзя испортить.

– А стрижка под мальчика и прыщи? – подалась вперед, с азартом отслеживая его эмоции, которые не заставили себя ждать.

Первым на его лице проскользнуло недоумение, словно он пытался представить меня в подростковом возрасте, затем недоверие, но я не шутила. До сих пор помнила, как плакала, когда тетя отстригала мою шикарную копну ржавыми ножницами, но ничего не могла сделать или противопоставить. Благо волосы отросли, а прыщи сошли на нет.

– Серьезно? – всё понял по моим глазам. – Туше, Алёна Пална, ты меня уделала.

– Даже не пыталась. Это обычная горькая правда. Подростковая непопулярность, низкая самооценка, удивительно, как из меня выросла такая красавица, – пропела и похлопала себя по обеим щекам, закатывая при этом глаза и быстро-быстро моргая глазками.

Драконов рассмеялся довольно, откинулся на спинку стула и сделал ленивый глоток из своего бокала. Смотрел на меня при этом странным взглядом, каким смотрят на красивую статуэтку, которую хотят себе присвоить. Стало неловко, но отводить глаза я не стала.

Не знаю, откуда взялась эта храбрость, но себя я и правда любила. Этому меня научила сестра, и я была безмерно ей благодарна, ведь именно благодаря ей я обрела гармонию с собой.

– Это прозвучит жестоко, но я этому безумно рад.

– Почему это? Всегда знала, что ты жестокий мужчина, Егор Романович, мог бы и посочувствовать для приличия.

– Чему это? И почему бы мне не быть довольным от осознания того, что благодаря твоей генетике я буду у тебя первым?

В этот момент я пила воду, так что поперхнулась и снова закашлялась, ставя стакан обратно на стол.

– Ты…

– Всё еще удивляешься? Я думал, ясно выразил свои намерения.

– Мы ведь заключили договор.

Не знала, чего хотела сейчас на самом деле, но мне так хотелось услышать из его уст четкие намерения, а не намеки, что я подливала масла в огонь, окольными путями пытаясь вызнать правду.

– Правда? Когда? И где он?

Открыла и закрыла рот, потеряв дар речи.

– Обманщик, – прошипела.

– Успешный делец, – подмигнул.

Он выглядел таким непохожим на себя и озорным, что я не нашлась с ответом, так что ничего не сказала и потупила глаза.

Воцарилась тишина, пока он вдруг ее снова не прервал. Но на этот раз одним удивлением с моей стороны не обошлось.

– Будешь моей настоящей женой?

Подняла взгляд и молча воззрилась на собеседника. В этот момент заиграла медленная музыка, несколько пар вышли в центр и стали танцевать. Я продолжала молчать, будучи в шоке, а затем наблюдала, как Егор встал, подошел ко мне и протянул мне ладонь.

– Потанцуем? – задал вопрос, не дождавшись ответа на предыдущий.

И почему мне казалось, что, согласись я на танец, дам согласие и на всё остальное, включая настоящий брак? Сглотнула, переводя взгляд с его лица на руку, затем обратно.

Секунда, две. А что ты, собственно говоря, теряешь, Алёна Пална? Перед тобой стоит мужчина, который нравится тебе до безумия, так нужна ли эта гордость, которая встала тебе поперек горла?

– Да, – улыбнулась и вложила свою ладонь в его.

Встала, а затем позволила ему вести себя в танце. Глаза в глаза, тело к телу, жар к жару. “Да” я сказала лишь раз, но ответила на самый главный вопрос. Была не была.

Он не спрашивал меня о прошлом, я его тоже. В этот вечер это было неважно. Вкусная еда, приятная и тихая атмосфера, безудержные комплименты, о которых раньше мне приходилось только мечтать, а после… А после было то, о чем в школе девочки говорили шепотом и хихикая по углам.

Горячий жар нашего сбитого дыхания, смятые влажные простыни, взгляды в темноте ночи, поцелуи во все места, вспоминать о которых после мне будет стыдно, и стоны, смущавшие меня даже в моменты экстаза.

А затем наступило утро.