Глава 25

Я сидела в красивом голубом платье на лужайке около леса. Легкий теплый летний ветерок ласкал мои светлые кудряшки – то поднимая, то опуская их. Родители сидели на кухне с гостями, периодически выходя на задний двор, чтобы проверить меня. Я играла с красивой и новой куклой с шикарными рыжими волосами, которые красиво отливали золотом на солнце. Внезапно хрустнула ветка, я подняла свои голубые как небо глаза, поджала маленькие пухлые губки и напряженно посмотрела на то место, откуда исходил звук. Из-за зеленых кустов показался белый как снег волк с пушистой шерстью, которую так хотелось потрогать.

Я замерла. Зверь тоже. Он поднял нос и понюхал воздух. Я улыбнулась, явив миру свой беззубый рот. Волк подошел ко мне на расстоянии руки, и я вытянула ладонь, кончиками пальцев касаясь красивой морды.

- Красивый, - сказала я, и волк подошел еще ближе, позволяя мне погладить себя.

Он заурчал и лег у моих ног, окутывая теплом. Я закрыла глаза, наслаждаясь мягкой шерстью и солнцем. Какое-то время мы так и провели, греясь на солнце, когда внезапно черные тучи закрыли голубое небо, громыхая и грозясь вылиться в проливной дождь. Я распахнула глаза и оказалась на кровати, а надо мной с наслаждением двигался Данджи. Я заорала и попыталась выбраться из-под него, но ничего не получалось. Страх завладел моим сознанием, и я почувствовала влагу на моей щеке и под носом. Кончиком пальца я дотронулась до жидкости и посмотрела на окрашенный красным палец – кровь.

Я резко открыла глаза, чувствуя дрожь от ужаса, сковывающего мое тело, которое было покрыто бисеринами пота. Я повернула голову и сглотнула сухость в горле. Семь часов. Пора уже было и встать – все равно уснуть я больше не смогу, только не сейчас.

Я быстро привела себя в порядок и спустилась вниз. В доме было тихо, лишь запах кофе говорил о том, что Мередит, скорее всего, уже встала и направилась по своим делам. Я сделала себе чай и достала уже было себе вишневый джем, но, увидев ярко-красный цвет, вспомнила сон и решила пока просто выпить горячего чая.

Послышался звук захлопывающейся двери

- Ты что это так рано, Мишель? – спросила Мередит, заходя в дом с корзиной ароматных ягод.

Она встала передо мной, напряженно рассматривая своими мудрыми темными глазами.

- У тебя темные круги под глазами. Тебе снились кошмары? – проницательно спросила она.

Я опустила глаза, обхватила ладонями чашку с горячим напитком и сделала глоток.

- Нет, все нормально, просто стресс от пребывания в новом месте.

Было видно, что она ни на грамм не поверила мне, но сделала вид, что проглотила мой кусок лжи.

- Ладно, сейчас мы с тобой отправимся в лазарет, там начнем лечение особо тяжелых больных.

Шли мы через уютные семейные домики. Оборотней по пути встречалось мало, но те, кому мы попадались на глаза, заинтересованно и уважительно приветствовали нас кивком головы. И мне стало даже легче осознавать, что всё не так уж и плохо – по крайней мере здесь, среди медведей. Они источали исполинское спокойствие, которым сложно было не заразиться. Даже в лазарете никто не смотрел на меня с подозрением или излишним любопытством.

- А почему мы не дома у вас принимаем больных? – поинтересовалась я, проходя за первую ширму. В нос сразу ударил запах крови, боли и смерти.

- Потому что я хотела, чтобы ты чувствовала себя комфортно в доме – чтобы он стал для тебя крепостью. А бесконечная вереница больных не добавила бы спокойствия и уюта в твою беспокойную душу.

Я кивнула и ближе подошла к больному. Это был молодой оборотень-тигр, судя по запаху. Я скривилась и отшатнулась, не желая даже смотреть на него.

- Скажи мне, Мишель, - начала Мередит, надевая халат и ставя перед кроватью на стол емкость с водой и лоскуты ткани. – Как ты думаешь, стоит ли нам лечить этого молодого тигра?

Она осмотрела его лицо и тело, пальпируя отдельные раны на предмет каких-то инородных тел. Тигр застонал и открыл глаза, сверкая своими серыми хищными глазами на меня. Я сглотнула, погружаясь в неприятные воспоминания.

- Как скажете, Мередит, - как можно более безразлично сказала я, ощущая на себе заинтересованные взгляды тигра

И меня это раздражало. Хотелось развернуться и сбежать, но гордость не позволяла. Я не хотела ударить лицом в грязь перед этой сильной и мудрой женщиной, которая помогла мне в тот момент, когда я уже этого не ожидала.

- Нет, милая, - начала она и вышла за ширму, - тебе решать, выживет ли этот молодой лидер или нет. Если надумаешь его убить, то никто тебе не скажет и слова, а если соизволишь вылечить, то сначала раствором промой раны, а потом уже исцеляй.

С этими словами она закрыла ширму и пошла осматривать остальных пациентов, оставляя меня с моим выбором наедине. Тигр, к сожалению, всё так же изучающе смотрел на меня, не источая ни злости, ни ярости или желания убивать. Он был спокоен, хотя слышал каждое слово Мередит, но не попытался защититься.

Я закрыла глаза и мысленно представила, как подхожу и перерезаю ему глотку, как отрываю голову и говорю Мередит, что тигр мертв, а она молча кивает головой, и мы просто продолжаем работать с остальными. Из моих глаз потекли слезы, дыхание стало тяжелым, а воздух слишком вязким. Я же не монстр, не так ли? Если этот тигр здесь, значит, что он не враг мне. Мередит бы никогда не стала лечить убийцу.

Я взяла емкость с раствором, намочила тряпку и подошла к тигру, присаживаясь стул и смотря куда угодно, но только не в глаза хищнику. Я винила себя за то, что он стал свидетелем моих слез, но поделать с этим ничего не могла.

- Спасибо, - прохрипел он, все также внимательно разглядывая меня.

Я ничего не ответила, лишь продолжила тщательно промывать каждую рану поджарого тела. А затем поставила руки на его грудь, закрыла глаза и, выдохнув, начала посылать яркие потоки лечебного тепла в израненную плоть. Через какое-то время закружилась голова, а в горле стоял тошнотворный ком. И в какой-то момент я поняла, что моя голова лежит на упругом животе, а я тяжело дышу от бессилия и головокружения. Тело накренилось начало соскальзывать со стула, я застонала и готова уже была принять удар от твердого пола, но сильные руки поймали меня и положили на кровать рядом с собой. Я хотела открыть рот и позвать Мередит на помощь, но язык окаменел и перестал слушаться, глаза мутно улавливали всё происходящее как в замедленной съемке. Вот я видела золотистые кудри на красивом лице прямо над собой, серые глаза обеспокоенно рассматривали меня, а полные губы забавно шевелились, но я ничего не слышала.

Внезапно что-то холодное коснулось моего лба -  и я облегченно застонала, наслаждаясь минутной прохладой. Мои губы приоткрылись из-за протиснутой через них края кружки или стакана, и я глотнула, почувствовав себя лучше.

- Мишель, - послышался голос Мередит, - сейчас тебя тигр отнесет к нам домой. Будь добра, не убей его по пути – он не сделает тебе ничего плохого.

Я хотела было возразить, привести тысячу аргументов, но сил хватило только кивнуть – и сильные руки подняли меня и прижали к груди. Я вдохнула запах лимона и мяты и открыла глаза.

- Что со мной? – вяло пробормотала я, рассматривая тигра, который уверенно направлялся в сторону нашего дома, бережно прижимая меня к груди.

- Наверное, ты потратила весь свой резерв на мое лечение, а так обычно не делают, - и тут он опустил серые глаза на меня, и я задрожала, настолько проницательным был этот взгляд. – Но безмерно благодарен тебе за мое спасение. Ты помогла мне, несмотря на всё, что произошло с тобой. А это требует больше мужества, чем тем, кто идет на войну убивать или быть убитым.

Мы вошли в дом, тигр поднялся ко мне в комнату и положил на кровать.

- Спасибо, - поблагодарила я, расслабляясь и прикрывая глаза. Я действительно забыла о том, что нужно дозировать лечебные потоки, а поддалась эмоциям и истощила себя до полуобморочного состояния.

- Я побуду рядом, пока не придет Мередит, если ты не против, - перед моим лицом промелькнула ладонь парня, бережно укрывающая меня одеялом. И вскоре я почувствовала, как матрас прогнулся под тяжестью тела оборотня.

- Мне уже получше, поэтому нечего беспокоиться, - прошептала я, проваливаясь в сон.

- Я теперь обязан тебе жизнью, поэтому пока спишь, подумай, чего бы ты хотела получить от меня взамен это бесценной услуги.

- Ничего, если честно, - ответила я и провалилась в крепкий сон без сновидений.

***

Я проснулась через несколько часов одна в комнате. Было время обеда, и мой желудок жалобно заурчал, требуя свою порцию того вкусного рагу. Я встала, собрала волосы в хвост и уже собралась спуститься вниз, как дверь моей комнаты открылась, и в нее вошел Этан: волосы заплетены в длинную косу, грудь тяжело ходит ходуном, губы приоткрыты, а глаза с неверием впились в меня, осматривая каждый сантиметр. Он был похож на варвара больше, чем на серьезного декана.

- Никогда. Больше. Так. Не. Делай, - отрезал он, направляясь прямиком на меня. – Я день и ночь искал тебя, представляя в голове самые ужасные развязки. Я перегрызал горло всем и вся на моем пути. И да, если не хочешь, чтобы твои друзья страдали – не заставляй их скрывать твое прекрасное тельце.

Он подошел вплотную, вытесняя меня к кровати и разрывая на мне вещи, которые лоскутами опадали на пол. Я вскрикнула и попыталась прикрыть руками хотя бы грудь, но он не дал мне этого сделать, опрокидывая на матрас и наваливаясь сверху, рукой расстегнув ширинку на брюках.

- Что ты сделал с медведем? – испугано спросила я, заглядывая в темные глаза Этана.

Он скривился.

- Он жив, но только из-за того, что это его первый и последний раз, когда он попытался обмануть меня! – зарычал он и ворвался в меня на всю мощь своего члена. Я вскрикнула от боли и чувства наполненности, по которому скучала всё это время. Мое тело мгновенно увлажнилось, как будто оно тоже скучало по Этану, по его мощным толчкам и непоколебимой властности, подчиняющей и окутывающей любого.

Этан замер и прислонился своим лбом к моему, выходя из меня и опускаясь немного ниже, чтобы было удобнее смотреть мне в глаза.

- Я впервые в жизни испугался так, что хотелось взвыть от боли и неопределенности. Когда я увидел на месте пустого лагеря красный снег от крови и понял, что она не твоя, то загорелся в надежде найти свою любимую девочку живой – в любом состоянии, но живой, - прохрипел он, и я обхватила его лицо ладонями и поцеловала, обводя языком любимые губы.

- Я люблю тебя, - прошептала я ему в губы и поцеловала, обнимая руками широкие плечи и сцепляя ноги у него на спине. – Я хочу тебя в себе, пожалуйста, - сказала я, расцепляя руки и ложась на спину, призывно раздвигая бедра.

Этан стал медленно опускаться на меня, обхватывая свой член рукой и направляя крупную головку в меня. Он одним жестким толчком вошел в меня – и я выгнулась на кровати, открывая рот в немом крике.

- Скажи еще, - потребовал он, вколачиваясь в меня снова и снова. Он стоял около высокой кровати и насаживал на свой член мое тело, держа меня за бедра и двигая ими так, как ему было нужно, пока я громко, наплевав на всех возможных посетителей дома, стонала «люблю», наполняя комнату жаром и наслаждением.

Ножки кровати постукивали, наши крики и стоны наслаждения слились в единую песню любви.  Внезапно мое тело выгнулось над кроватью, и я задрожала, ощущая горячее наслаждение, волнами накрывающее меня. Это было быстро, без прелюдий и остро – настолько, что хотелось плакать от счастья. Член внутри меня запульсировал, затвердел сильнее – и Этан со стоном кончил, заставляя меня закусить нижнюю губу от чувства наполненности.

Мы смотрели друг на друга, запыхавшиеся, потные, но невероятно довольные. Я любила его, черт возьми. И как же я скучала по нему. Этан быстро подхватил меня под попу, заставляя обхватить ногами его спину, прижал к стене рядом с кроватью и вошел с новой силой, как будто только что и не было этого шикарного секса.

- Я сегодня вечером должен уйти обратно на линию фронта, но перед этим я покажу тебе, насколько сильно я скучал по тебе, - прохрипел он, хлопая меня ладонью по заднице, ударяя членом внутри меня и даря новый угол проникновения. Было тесно как в первый раз.

- Господи, да! – простонала я, дотягиваясь до соска на его груди и прикусывая темную чувствительную горошину.

Этан зарычал – и следующие три часа я как озабоченная в разных позах снова и снова выкрикивала имя любимого, который снова и снова наполнял меня наслаждением.

Уже стемнело, когда Этан поцеловал меня, укрыл одеялом и исчез опять на неделю, оставляя меня в доме Мередит. Проснулась я следующим утром и увидела на столе записку от Этана.

«Любовь моя, вентум,

Я ухожу снова на неделю – эту мучительно сложную неделю вдали от тебя. Ты должна оставаться там, где и находишься, слушайся Мередит, она научит тебя многому по твоему профилю. И да, я приставил к тебе лучшую охрану, которую только можно иметь в нашем случае. Он отдаст жизнь за тебя, если это будет нужно.»

Я собралась уже идти, когда меня прижали лицом к стене.

- Привет, малышка,  - пропел позади меня знакомый голос. – Вот мы снова и встретились.

Сноу. Ну, конечно, кто же еще это мог быть.

- Тебе же нужно вести занятия, - прошипела я, когда он стал носом водить вокруг меня.

- Меня заменят, не переживай, - сказал он и опустился передо мной на колени, утыкаясь носом мне в пах и придерживая меня за талию, чтобы не убежала.

Я попыталась вырваться.

- Ты что, дикарь? Ты еще лизни, - возмутилась я и, когда он отпустил меня, отступила к двери.

Сноу поднял бровь.

- Ты не бери меня на слабо этим, я ведь дикарь, могу и не сдержаться, - ухмыльнулся он и стал серьезным. – Вы делаете детей, как я посмотрю?