Глава 11 Госпожа Мейсон негодует

Правда, завтра подумать особо не получилось, потому что пришлось у нас появились проблемы в виде госпожи Мейсон, в отместку за вчерашний пропущенный день, потому как вернулись мы с крыши лишь под утро и малодушно заползли в свою комнату через окно, в которое нас обеих подсадил на ветках ближайшей ели магистр. Ему, конечно, было немного стыдно, что он помогает девушкам нарушать комендантский час, но он наивно убеждал себя, что следил за порядком, как любой благонамеренный работник академии. Естественно, мы не стали его в этом разубеждать и помахали ручками провожающим нас мужчинам, после чего улеглись в постельки и проспали остаток утра.

Теперь же женщина была оскорблена до глубины души. Удивительно, как она всё помнит! Она ругалась на чём свет стоит и обещала вот прямо сейчас пойти к ректору!

– Нет, мадам, не надо ректора! – взмолилась Норра. – Честное слово, мы уберём ваш подвал… то есть архив. Даже не сомневайтесь в этом!

– Я вам, студентка, вообще не верю! Ишь, чего это выдумали, голову мне кружить! Я к вам со всей душой, со всем принятием, вошла в положение молодых, а вы пользуетесь добротой!

– Ну давайте мы чуть дольше будем там убираться, – предложила компромисс я, совершенно не желая, чтобы моё имя и имя моей семьи полоскали на дисциплинарных собраниях, а ещё, не дай Бог, это куда-нибудь в прессу просочится! Так что приходилось заминать скандал любыми способами.

– И сколько же? – тут же присоединилась к торгу комендантша.

Я прикусила язык и переглянулась с соседкой.

– Ну… раз у нас осталось ещё пять дней, то тогда, может быть… семь? Семь дней. Получится два штрафных.

– Месяц! И не днём меньше!

– Месяц?! – возмутилась Норра. – Да вы совсем что ли…

Я с силой наступила на ногу соседки, отчего та взвыла и посмотрела на меня злобно.

– Вы всегда можете отказаться, студентки.

На лице госпожи Мейсон застыло торжествующее выражение, а я скрипнула зубами от досады.

В этот момент к стеклянным дверям общежития подошёл Теодор. Увидев его, Норра оживилась и, прежде чем я успела хоть слово сказать, выскочила на улицу, схватила его за руку и буквально втянула обратно в помещение.

– Вот, он нам поможет! – заявила она. – И срок скосим!

– Норра! – воскликнула я.

– Что за дела?! – возмутился кузен, пряча за спину подтаявшее мороженое.

– Мужчина в моём общежитии! – выпучила глаза госпожа Мейсон, после чего вооружилась шваброй и воинственно ткнула ею в нос несчастного.

Братец икнул, оступился и, наступив на загнувшийся край дверного коврика, зашатался. Пытаясь восстановить равновесие, он замахал руками и мазнул шариком мороженого женщину по плечу.

Мы все застыли, не дыша. Тео испуганно охнул и прижал остатки рожка к сердцу. А госпожа Мейсон ме-е-едленно наклонила голову и скосила глаза на своё плечо.

Её глаза опасно налились красным, а широкие ноздри свирепо раздулись.

– Я всё исправлю! – вскрикнул брат, прежде чем разгневанная женщина успела взорваться. – Честное слово!

– Ах так… – тихо проговорила она, а потом брезгливо кивнула в нашу сторону. – Тогда с этими блудницами работать весь месяц будешь! И не днём меньше!

Теодор испуганно икнул, а мы с Норрой обречённо застонали.

– И хоть одну жалобу я услышу! – пригрозила она, но продолжать не стала, а вместо этого обвела нас внимательным взглядом, потом закинула швабру на плечо и величественно удалилась в один из коридоров.

Мы переглянулись между собой, когда парень спросил:

– Всё плохо, да?

Я тяжело вздохнула и первой пошла к выходу.

– Лина! – окликнула меня Норра. – А ты куда?

– Куда-куда… В столовую. Завтракать-то нам всё равно нужно.

– Ты что?! – возмутилась соседка. – Не будешь бороться с этим беспределом?

– Нет.

– Но это же несправедливо!

– Тогда попробуй высказать свои претензии госпоже Мейсон, – безразлично пожелала я, открывая дверь. – Потом расскажешь, как получилось.

Ожидаемо, что за мной вышли и все ребята.

– Столовая, так столовая… – пробормотал Теодор, утаскивая Норру за руку за собой.