Глава 7 Опасности приготовления успокаивающего зелья

– Ладно, я все поняла! – на следующий день Норра ходила кругами по саду, а мы с немного помятым Теодором сидели на лавочке и наблюдали за ней. – Надо менять тактику! Вот я вчера понаблюдала за тобой, Лина… – прожгла она меня подозрительным взглядом, – и мне показалось, что ты… флиртовала!

– Что? Я? Нет! – замахала я руками, в ужасе оглядываясь на друзей. – Как ты могла такое подумать вообще? Чтобы я, дочь лорда, и…

– Ага, было, было, – закивал братец, потирая поцарапанную скулу. – Лине только дай волю – она сразу начнёт головы всем окружающим мужикам кружить. Уж я-то её знаю.

– Да что ты знаешь! – взвилась я, вскакивая с лавки. – Ты только и делал, что всю жизнь меня в неприятности втягивал! Я же говорила – не стоило вчера никуда идти!

Назревающей драке помешала Норра, впихнувшись между нами и выставив ладони:

– Нет-нет-нет! На самом деле вчера был совсем не бесполезный день!

– Да? – спросила я, снова присаживаясь обратно.

– Да? – поинтересовался кузен.

– Да! – уверенно кивнула она. – По крайней мере, мы поняли, чем можно зацепить такого мужчину, как… – тут она мечтательно вздохнула, – Брайан Крайн.

Я поджала губы и раздражённо вздохнула. Вот почему Норре так он сдался? Он вообще жену не ищет. Точнее, ищет, но явно не среди таких, как Норра!

Своё возмущение выразить мне не удалось, но это не помешало недовольно пыхтеть. А разговор тем временем шёл своим чередом.

– Итак, я очень внимательно смотрела на его реакцию… ну, до того как мы начали бежать, – уточнила соседка, снова начиная ходить туда-сюда. – Так вот, Брайан явно любит естественный подход, более прямой. Я, конечно, не слышала всё, о чём вы говорили, Лина, но сам факт того, что ему хотелось общаться, говорит о том, что он принадлежит к редкой породе мужчин. Их называют «мужчина говорящий».

– А я тогда кто? – возмутился брат.

– А ты – магнит для неприятностей, – огрызнулась я, покусывая губу и с крайним неудовольствием смотря на виновника своих бед.

– Теперь понятно, почему у тебя нет парня, – хрюкнул братец, поглядывая на меня с превосходством.

Я задохнулась от возмущения, но была перебита.

– В общем! – Норра вся светилась энтузиазмом. – Я думаю, что мне нужно попробовать с ним поговорить, попросить помощи, ещё что-то… Как это сделала вчера Лина.

– Мне снова пойти за тебя? – спросила с надеждой.

Признаюсь, в глубине души теплилась идея опять перетянуть внимание мужчины на себя. Я, конечно, понимала, насколько это плохо, эгоистично, и мне было стыдно, но… не очень.

– Нет, – спустили меня с небес на землю. – Это я раньше думала, что не справлюсь, Лина. А теперь считаю, что всё будет в порядке. Так что я сама к нему подойду, не переживай. И не пугайся. Для вас с Тео самое главное – просто дать нам возможность пообщаться.

– И… как ты думаешь, мы должны это сделать?

– Ты просто не пускай никого в аудиторию, и всё, – пожала она плечами и перекинула толстую густую косу светлых волос с одного плеча на другое. Передернула худенькими плечами и подмигнула, – А уж я как-нибудь сама разберусь, дорогая.

В этот момент ко мне наклонился Теодор и тихо прошептал:

– Слушай, Лин, сделай лицо попроще, пожалуйста.

– А? Что?

– У тебя сейчас такой вид, как будто ты хочешь её задушить, – доверительно сообщил он, изучая мою реакцию глазами-щёлочками. – Скажи честно, тебе точно не нужен этот новый магистр?

– Не неси чушь! – отрезала я, подскакивая с лавки и разворачиваясь в сторону входа в академию. – Тогда скажете, когда нужна будет помощь, а сейчас я иду заниматься! Потому что из-за ваших побегов я ничего нормально не смогла подготовить. А у нас завтра, Норра, если ты забыла, – доклад по зельеварению! Мне нужно составить и сварить обезболивающий отвар! А тебе… А что тебе?

– Вот, вечно она обломает весь азарт, – пожаловалась соседка моему брату. – Лина, я профессору сразу сказала, что на его дикие эксперименты не подписывалась. Пусть ищет других дураков.

Теодор посмотрел на соседку обескураженно, а потом на румяном лице промелькнуло чуть хищное выражение. Предвкушающее такое… Если бы я не знала характер братца, как облупленный, то решила бы, что он восхитился дерзостью Норры.

Я же лишь закатила глаза.

– Глупость – получить неуд и вылететь с академии!

– Ой, не нагнетай! Мне сейчас куда важнее план действий составить.

Дальше я уже не слушала, потому как развернулась и внеслась в здание. В груди разгорался недовольный огонёк, который вот-вот готов был перерасти в пламя. Но я до сих пор всеми силами пыталась его погасить и не хотела, чтобы кто-либо видел мои метания.

***

Весь день настроение было настолько паршивое, что сразу после занятий я отправилась в библиотеку – просто не в силах была видеть довольное лицо соседки.

Там я попыталась сосредоточиться на поиске рецепта зелья, а именно – составить список нужных к нему ингредиентов. Почему-то наш магистр зельеварения искренне считал, что когда ученик сам лично ищет информацию, то он обязательно намного лучше усвоит материал. Поэтому вместо того чтобы предаваться разгульной студенческой жизни или вообще хотя бы иногда отдыхать, приходилось проводить вечера в библиотеке. Потому что он, к тому же, очень любил задавать максимально витиеватые и сложные зелья.

Да еще и каждому студенту разное. Чтобы не списывали, да.

Проходил час, второй, третий… Все мои знакомые уже нашли нужные рецепты и удалились варить само зелье. Лишь я одна продолжала сидеть в темноте библиотеки, все больше и больше зверея. Нам с Норрой сегодня ещё отрабатывать у госпожи Мейсон, а я застряла здесь и пока ничего, кроме упоминания создателя рецепта, не нашла.

В конце концов, психанув, я выбросила очередную книгу через плечо.

– Это совершенно невозможно! Почему я такая неудачница?!

Книга со свистом пролетела несколько метров, а потом… ничего… Не услышав звука падения, я резко развернулась и покрылась красными пятнами от неожиданности.

– Брайан? Что ты здесь делаешь?

Мужчина стоял в проходе, держа в руках отправленный в полет томик по лесным отварам. Он с интересом оглядел корешок, а потом стол, заваленный другими книгами.

– Лина, у тебя всё в порядке? Я хотел предложить прогуляться вечером.

– Прогуляться? – переспросила я, растерянно оглядывая объем недоделанной работы. – А ты разве.?

– Разве что?

– Нет, ничего, – не стала ничего спрашивать про Норру, хотя признаю честно, я думала, что она к нему уже подошла. Но нет так нет. – Слушай, Брайан, я бы не против, но, как видишь, немножко занята. – А потом не выдержала и горько усмехнулась: – Почему у вас, магистров, есть такая страсть к издевательству, а?

– Даже не знаю, – поднял брови мужчина, подходя ближе и кладя книгу на стол. Он присел на стул рядом со мной и мельком посмотрел в исчерканные записи. – Никогда не замечал за собой подобного. Хотя, думаю, студентам виднее. Что это у тебя? А, задание магистра Фиопля… Да, согласен, я их тоже терпеть не мог. Все пять лет учёбы… – он усмехнулся и почесал затылок. – У вас-то, наверное, пар по зельеварению не меньше, чем у нас, магов земли. Наверное, даже больше…

– Да, даже больше.

– Но есть хорошая новость, – Брайан хитро посмотрел на меня. – Представь, каково приходится его ученикам. Будущие зельевары выходят из нашей академии недаром самыми востребованными на рынке труда – их разбирают ещё на уровне третьего курса. Но…

– Но ещё и самыми уставшими и задёрганными, – проворчала я, снова утыкаясь в один из учебников.

Сейчас мне не хотелось романтики, да и вообще ничего не хотелось. Я просто хотела, чтобы это всё закончилось.

Лениво перелистывая страницы, не заметила, как на пальцы легла мужская ладонь.

– Лина, прости, – покаянно сказал мужчина, осторожно заглядывая мне в глаза. – Я не подумал, что ты очень устала. Моя шутка была неуместна.

– Да нет, всё в порядке.

– Тем не менее, – он покачал головой, – давай я помогу тебе искать?

Я прищурилась:

– Это не будет считаться мухлежом? Ты – магистр, а сейчас хочешь мне помочь с домашней работой.

– Ну, если говорить уж совсем откровенно, то мой рабочий день закончен, – подмигнул бывший сосед. – Так что я вполне могу себе позволить делать то, что считаю нужным. И, в дополнение, я же не на свои уроки тебе предлагаю сделать домашку. Но, если ты сильно против, то могу просто подождать тебя. Или принести кофе или чай.

Я задумалась. С одной стороны, меня грызла совесть, которая требовала поступить правильно. С другой – жутко не хотелось снова делать всё одной. А ведь я никогда… НИКОГДА не прибегала к помощи посторонних для своей домашней работы. Но сейчас я была настолько уставшей, рассерженной, и расстроенной, что в итоге вздохнула и, сделав просящие глаза, проговорила:

– Только никому не говори.

– Ни в коем разе, – улыбнулся он все тридцать два зуба, беря в руки целую стопку книг. – Только покажи мне, пожалуйста, что именно мы ищем. Не волнуйся, твоя репутация никак не пострадает.

И как-то это так двусмысленно прозвучало, что я смутилась и, вновь покраснев – что со мной постоянно происходило рядом с Брайном – уткнулась носом в записи, тыча пальцем в нужную строчку.

– А… успокаивающее зелье? Медленного действия и. ооо, испаряющееся на солнце…

Брайан присвистнул, а я проворчала:

– Зачем успокаивающему зелью испаряться на солнце?

– Меня радует, что ты задаёшь этот вопрос, – хмыкнул он.

– Почему? – я нахмурилась.

– Потому что это значит, что ты честный человек, – он улыбнулся и, отодвинув часть книг с края стола, развернулся ко мне лицом. – Вот представь: есть весьма богатый господин, возможно, даже аристократ. И всё у него хорошо, кроме того, что нет на старости лет наследника. Что же он делает?

– Что?

– Возможно, что ничего. А возможно, что берёт в жены довольно молодую девушку, которая ещё может выносить и родить ребёнка. Только представь себе ситуацию: вот незадача – молодая девушка хочет заполучить имение господина, но при этом не жить всю свою жизнь со старым дряхлым стариком. И что же она будет делать?

– На самом деле, – призналась я, – мне не очень нравится, куда поворачивает твоя мысль.

– Вот, видишь, ты уже начала немножко понимать, – усмехнулся Брайан и продолжил объяснение. – Допустим, у них всё получилось, и новая госпожа ждёт наследника. И вот в этот самый момент её супруг, ну, например, в какой-то день пожаловался на сердце, или нервы, или глаза, или что угодно… И тогда на помощь приходит успокоительное зелье! Ведь его же можно давать и для нервов, и для сердца, и для всего остального. Оно всегда кажется безобидным. Только вот если правильно подобрать дозу… то нет ничего безобидного в нашем мире.

– Ой, ли?

– Поверь мне. Человек может отравиться и орешками, если будет глотать их со скорлупой, целиком и не жуя. А тут – лекарственный препарат. Если подливать это успокоительное своему стареющему супругу в кофе утром, в чай днём, в настойку лекарств вечером и делать это много-много-много раз, то можно, с одной стороны, не делать ничего плохого – ведь это абсолютно разрешённый препарат, а с другой стороны, при многократном увеличении дозы можно мужа не успокоить, а упокоить. А вот когда будет разбирательство, то желательно, чтобы все следы, даже самого простого успокоительного, были стёрты. Что же тогда можно сделать? А можно выставить флакон зелья на солнечный свет – и тогда содержимое испарится раньше, чем проверка доберётся до верхних этажей дома.

Я немного обескураженно моргнула, перевела взгляд обратно на стопку бумаг.

– А зачем же мы его тогда делаем?

– Потому что я сейчас привёл пример плохого и неправильного использования подобного зелья. Но, как любой лекарь, ты должна уметь использовать его во благо. Ситуации, при которых можно уничтожить запасы зелья, могут быть абсолютно разными. Например, лекаря взяли в плен, и он не хочет отдавать врагам собственные запасы. Ведь исчезание на солнечном свете относится не только к успокоительному зелью. Это дополнительное свойство, которое можно придать практически любому отвару. Или вот представь: у изобретателя решили украсть его разработку, а он поместил свой отвар не в ёмкость из тёмного стекла, не пропускающую солнечный свет, а в прозрачную колбу. Тогда до того момента, когда зелье будет доставлено конкуренту, там, скорее всего, останется обыкновенная водичка или неперевариваемая бурда. Так что это, в какой-то мере, также способ обезопасить разработку, потому как исчезающий эффект невозможно отследить никаким способом, кроме практического.

Я лишь покачала головой.

– Всё равно это сложно.

– Да, согласен. Но знаешь что? – хитро прищурился Брайан. – У меня есть хорошая новость лично для тебя. Я это зелье уже делал.

Я встрепенулась и широко раскрытыми глазами посмотрела на мужчину.

– Ты что, прямо… вот такой же?

– Именно. Пусть магистр даёт всем разные варианты, но не так чтобы абсолютно всем ученикам за все года не попалось ни одного похожего. И, как видишь, на нас задания совпали. Так что я помню, как его делать, потому что мучился не меньше твоего.

– Отлично! – вскочила я. – С чего начнём?

– Для начала приберёмся здесь. Я постараюсь найти нужную книгу – так как она находилась до этого не в отделе с травами, а в секции «Заговоры».

– Заговоры?! – ужаснулась я. – Теперь понятно, почему я её найти не могла.

– Именно. Попробую её отыскать, чтобы уж точно все грамовки правильно расписать. Ну, а если не получится, то попробуем по памяти…

Я кивнула и с радостным возбуждением начала быстро-быстро соскребать книги в кучу.

Ожидаемо, что книгу мы не нашли. Ни в секции «Заговоры», ни в картотеке духа библиотеки. Ничегошеньки.

– Так… – мужчина нервно потер шею и посмотрел на меня с опаской. – Пойдём в оранжерею?

– Пойдём.

– Нам сегодня придётся собрать очень много трав. Приготовь перчатки. И… ты точно хочешь мне довериться?

Я вспомнила про отработку, что ждала меня в общежитии. Её никак нельзя было пропустить, даже если придётся разбирать эти пыльные фолианты под утро. Госпожа Мэйсон всегда славилась своей беспощадностью к проштрафившимся.

– Я тебе полностью доверяю, барон Крайн.