Глава 9

Перевод в логистический департамент бортпроводницы Бишоп Уилсона не удивил, наоборот, директор по персоналу сердечно поздравил меня, пожав руку.

— Очень, очень рад за вас. Сам хотел предложить, но миссис Лурье меня опередила. — Уилсон махнул рукой предлагая сесть. — И что же вы на борту сделали, что вас сама Роберта Лурье заметила?!

Вопрос был произнесен с добродушной улыбкой, поэтому я быстро смекнула, что отвечать не нужно. А про себя недобро ухмыльнулась, вспоминая какими талантами действительно блеснула перед ассистентом Экарта.

— Приступите с первого октября, смену закрою сегодняшним днем. Замену мы уже нашли, поэтому смогу вам дать три выходных, чтобы отдохнуть и гардероб обновить. — Уилсон начал щелкать мышкой, листая какие-то таблицы на компьютере. — Теперь будете носить костюмы.

Щелчки закончились, и принтер жадно захватил бумагу. Я решила поддержать ничего не значащий, но добрый разговор. На самом деле, я была благодарна мужчине за то, что тот отвлекал меня легкой беседой, настраивал на позитивный лад, потому что за привычным спокойным фасадом бурлили нервы, как яйца в кипятке.

— Спасибо за напоминание, а то я уже отвыкла от офисного дресс-кода.

— Зайди в Mark, у них в последний викенд всегда хорошие скидки.

Мужчина поставил свою резолюцию на документах, сложил все в плотный файл и передал мне папку.

— И не забудь получить расчет. Спасибо за отличную работу, миссс Бишоп! Желаю вам карьерного роста в нашей компании!

Я взяла папку левой рукой, а правой пожала на прощание руку, рассыпаясь в ответных благодарностях. Настроение было отличное, поэтому через час стеклянные двери торгового центра встретили очень счастливую меня. Я предвкушала, как побалую себя обновками. Такие радости у меня были крайне редки, семья никогда не была богатой, даже хорошо обеспеченной, но это не напрягало: все, что было необходимо, я имела. Маленькая квартира досталась в наследство от дальней родни папы, работа была, телефон подарили на день рождения, скинувшись всей семьей. Сейчас я ощущала, что у меня впереди множество дорог и я вольна выбирать любую.

Боевой настрой ощутила и продавец, умело показывая костюмы, потихоньку прощупывая платежеспособность клиента. Я чувствовала уловки, но сегодня это не задевало. С радостью взяла три костюма: два брючных и один с юбкой-карандаш, и ушла в примерочную. На втором костюме я почувствовала неладное — ужасно раздражал запах ткани. Я понюхала свою одежду и с удивлением почувствовал, что и собственная одежда издает раздражающий аромат. Я села на скамью в примерочной и замерла. У меня никогда не было проблем со здоровьем, никаких аллергией, никаких сбоев в цикле, поэтому вывод напрашивался один — нервы.

— Это просто нервное перенапряжение. Столько стрессовых ситуаций за пару недель кого угодно выведут из строя, — успокаивала себя. Похлопала по коленям, подбадривая, и принялась надевать третий костюм.

На кассе я старалась не кривить рот от удушливого запаха духов молодого продавца. Тот улыбался натянуто, но отпустил меня быстро, вручив фирменный пакет с покупкой. Я попробовала растянуть губы в улыбке и рванула из магазина, пробежала по холлу центра и была остановлена мощной спиной мужчины. Сильный, резкий аромат ударил в ноздри, и я поняла, что меня сейчас стошнит. Спас, что поразительно, запах мятного мороженого. Я даже смогла сделать несколько глубоких вздохов.

— С тобой все в порядке? — поинтересовался человек-скала.

— Извините, голова закружилась, — промямлила в ответ и села на лавку около фонтанчика.

Взгляд забегал по ярким вывескам в поисках ответа и замер на аптеке. На большом плакате со счастливым беременной красоткой зеленым винтажным шрифтом было написано — «Легкая беременность».

Сердце зачистило, напевая в голове имперский марш.

Блокаторы, которые не остановили волну возбуждения.

Незащищенный секс.

Истинные.

Надо было срочно снять все эти пункты с повестки дня одним махом. Точнее тестом. Накупив нужных тест-полосок, я поехала домой уже не в таком счастливом настроении.

Гонг прозвучал слишком громко. Все три полоски показывали одно и то же — две ровненькие, идеально прокрашенные пигментом лакмусовые полоски. Никаких полутонов — четкий окрас, который кричал светофором о моей беременности.

Я сидела на полу, подтянув колени и уткнувшись в руки. Апатия неподъемной плитой придавила мой идеальный газончик с белыми розами, которые только с утра рисовала себе я, мечтая о своем будущем. Как там я вчера жестко припечатала — Ройс Экарт в прошлом? Именно так! В прошлом, настоящем и будущем! Вечное напоминание моей глупости будет расти в мне девять месяцев, а потом всю последующую жизнь будет ненавидеть маму за несдержанность. И повезет, если будет это делать про себя.

Но зато я на собственной шкуре узнала, что истинные пары существуют.

Правда, как всегда, оказалась слишком жестокой.

— Первое правило я не нарушу, Ройс Экарт! Ребенок родится и у него будет любящий родитель. В конце концов, не я первая и уж точно не последняя.

Решение далось легко, как и понимание того, что времена, когда я могла жевать сопли прошли аккурат с результатом теста, поэтому надо было взять себя в руки и начать думать головой.

Первой умной мыслью было — сходить к врачу, что я с утра и сделала, не пожалев денег на осмотр и анализы. Все подтвердилось, а подробное заключение не оставляло шансов трусливой мыслишке, что тесты бракованные, даже развиться. Второй умной мыслью я посчитала звонок Роберте, в котором снова договорилась встретиться в том же кафе. Она, конечно, удивилась, но согласилась на встречу в этот же день.

— Не переживай ты так. Все будет хорошо, — начала диалог Роберта, расценив приглашение, как просьбу о моральной поддержке. Я ее такой и видела, но несколько в ином аспекте.

— Я беременна.

Роберта чашку с латте так и не донесла до рта, зависнув с ней надолго. Я молчала, от напряжения, каменея лицом.

— Боюсь дальше продолжить логическую линию, — Роберта поставила чашку на стол, чтобы не уронить. — Экарт?

Я тяжело вздохнула и кивнула. Я не обиделась на вопрос. Лурье спрашивала не потому, что сомневалась, а потому, что ситуация вышла из-под контроля и нужна была устойчивая почва в ответах.

И не давая задать следующий вопрос, быстро проговорила:

— И никаких абортов.

— Другого я не ждала. Но, — слова Роберте давались непросто, — ты должна сказать Ройсу.

Я снова кивнула, придавая убедительности своим словам:

— Скажу, но позже. Не хочу никакого давления на себя. Я знаю, что он заставит сделать аборт, — с каждым новым предложением мой голос становился тише. Меня неожиданно накрыло осознанием, с кем я говорю. Роберта Лурье не была мне другом, наперсницей или еще кем-то, кого себе сама я придумала. Разоткровенничалась, излила душу. Внутри все замерло, как перед прыжком в бездну, и я подскочила со стула.

— Простите, миссис Лурье. Я перешла все границы. Простите! Я напишу заявление по собственному…

Роберта проворно схватила паникующую меня за запястье и отработанным тоном сказал:

— Сядь и успокойся. Никто никого не уволит. И что еще за «миссис Лурье»?!

— Я…я, — заикалась я.

— Успокойся, для паники нет никаких причин, — она стал медленно поглаживать мою руку, успокаивая. — Сейчас мы продолжим разговор, а ты перестанешь накручивать свои нервы. Что так тебя напугало?

Я пыталась дышать равномерно и одновременно анализировать свои эмоции — получалось, что боюсь стать обузой. Это я и озвучила.

— Твои родители ругались с тобой?

— Я еще не говорила, но думаю, в восторге не будут. Учитывая, что я буду матерью-одиночкой.

— Ты можешь изменить эту ситуацию.

Я поджала губы и покачала головой.

— Это все будет похоже на шантаж. И ни к чему хорошему не приведет, даже если мы свадьбу закатим по залету. — Япосмотрела на Роберту и упрямо проговорила: — Если нам суждено быть вместе, то не должно быть никакого морального давления.

— Хорошо, — примирительно подтвердила Лурье. — Но от моей помощи ты не отвертишься. И никаких заявлений! Спокойно будешь работать до декрета, а ближе к сроку обсудим дальнейшие шаги. Может, ты и передумаешь на счет Экарта.

— Не передумаю.