Глава 1

Глава 1

Я осталась одна. Дверь за Залимом закрылась тихо, но этот звук прогремел в моей душе как гром. Я сжала руки в кулаки, дрожа и пытаясь понять, что произошло. Тихо, почти незаметно я села на пол у кровати, и мой взгляд застыл на алом пятне на простыне. Моя невинность. Самое чистое и ценное, что у меня было, то, что я доверила именно ему.

Мне было тошно от мысли, что я сама позволила ему это сделать. Что я сама доверилась, сама поверила, сама отдала ему самое сокровенное и дорогое. Какая же я была глупая и наивная. Как я могла поверить в то, что этот сильный, властный и безжалостный мужчина любит меня так же сильно, как я его?

В голове крутились его слова: «Я женюсь». Он сказал это так легко, так просто. Словно не видел во мне живого человека с чувствами и сердцем. Словно я была просто эпизодом, временным развлечением.

Слёзы потекли сами собой, беззвучно, безудержно. Мне было больно до удушья. Я доверилась ему, отдала себя целиком, думая, что для него я особенная, важная, любимая. А он… он выбрал другую, оставив мне место любовницы. Женщины, к которой можно прийти, когда захочется. Женщины, чья гордость не стоит ничего.

Я чувствовала себя униженной, сломанной и потерянной. Стыд и боль переполняли меня. Я была обманута, использована, раздавлена. И самое страшное – я всё ещё любила его. Любила вопреки здравому смыслу, вопреки унижению, вопреки предательству.

И сейчас я не знала, как жить дальше, когда тот, кого я любила больше жизни, оказался жестоким и безразличным человеком, который растоптал меня и ушёл, не оглянувшись.

***

Я сидела долго, пытаясь успокоиться и взять себя в руки, но одиночество становилось невыносимым. Мне было необходимо выговориться, услышать чей-то голос, почувствовать поддержку. Не выдержав, я схватила телефон и набрала номер Олеси.

— Алло, Тася? — удивлённо спросила Олеся, услышав мой голос. — Ты почему звонишь? Ты же сказала, что весь день проведёшь со своим мужчиной.

Я с трудом вздохнула, чувствуя, как горло перехватывает от очередного приступа боли.

— Лесь… он женится, — мой голос сорвался, слова вышли тихими и сдавленными.

Несколько секунд она молчала, потом ошеломлённо произнесла:

— Что? Ты шутишь, да? Это какой-то бред, Тася!

Я крепко сжала телефон, пытаясь не дать эмоциям захлестнуть меня полностью.

— Нет, Лесь, это правда. Он сказал, что на таких, как я, не женятся. Просто объявил: «Ты моя женщина, но не жена». Как будто я какая-то вещь…

Олеся резко выдохнула, её голос стал злым и напряжённым:

— Я же предупреждала тебя! Говорила, не связывайся ты с этим кавказцем! У них там свои законы, свои дикие традиции! Ты для него всего лишь игрушка, понимаешь?

Я закрыла глаза, изо всех сил стараясь подавить новый поток слёз.

— Я знаю, я слышала тебя, Лесь. Но я поверила ему, я была уверена, что он любит меня по-настоящему…

Голос Олеси смягчился, в нём появилось сочувствие и нежность:

— Тася, я понимаю, тебе больно. Но нельзя позволять себя так унижать. Уходи от него немедленно. Ты не должна терпеть это.

Я замолчала, пытаясь найти силы признаться ей в том, что сама ненавидела в себе больше всего.

— Я не могу уйти, — прошептала я. — Я всё ещё люблю его, Лесь. Люблю и ненавижу себя за эту слабость.

Она тяжело вздохнула, её слова прозвучали очень мягко, почти шёпотом:

— Я понимаю, милая, понимаю. Но тебе нужно быть сильной. Поверь, ты заслуживаешь большего, Тася. Заслуживаешь настоящей любви и уважения.

— Я знаю, — тихо ответила я, стараясь успокоиться и почувствовать хотя бы небольшое облегчение от её поддержки. — Спасибо, что ты есть, Лесь.

— Я всегда буду рядом, — твёрдо сказала Олеся. — Ты не одна. Вместе мы справимся, обещаю.

Я отключила телефон, чувствуя себя чуть лучше, хотя боль внутри была всё ещё огромной. Но теперь я знала, что есть человек, на которого я могу положиться.

***

Вечером зазвонил телефон, и в комнате тут же стало невыносимо тихо. Я даже не сразу поняла, что это был мой рингтон. Сердце сжалось, когда я увидела имя на экране. Залим. Конечно, это он. Кто же ещё?

Я уставилась на экран, не в силах дышать. Не брать. Заблокировать. Навсегда. Но пальцы дрогнули, и, словно в тумане, я всё-таки ответила.

— Алло… — мой голос был хриплым, будто я говорила из какой-то глубины.

— Собирайся, через час приеду. Ужинать будем в ресторане, — сказал он спокойно. Словно сегодня утром он не вырвал из меня душу.

Я не поверила. Я сидела и молчала, тупо глядя в одну точку. А он говорил это так, будто не произошло ничего особенного. Ни извинений, ни капли сожаления.

— Ты… Ты с ума сошёл?.. — прошептала я, еле дыша. — Ты сказал, что женишься на другой женщине. А теперь зовёшь меня в ресторан? Ты вообще слышишь себя?

Он помолчал. Спокойно. Холодно.

— Я сказал тебе с самого начала: твоя жизнь не изменится. Я женюсь — да. Это нужно для семьи. Но ты — моя женщина. И это не обсуждается.

Я вскочила. Горло сжалось, а грудь как будто опалили раскалённым железом.

— Я не твоя подстилка, Залим! — вырвалось у меня. — Я человек! Я отдала тебе всё! Свою душу! Тело! Свою чистоту!.. А ты... Ты женишься и говоришь мне, что всё останется, как было?!

Он выдохнул. Так, будто я просто перегибаю.

— Тася, истерики ни к чему. Я был честен. Ты знала, с кем связываешься. Знала, какие у нас законы. Ты выбрала это сама.

— Я выбрала тебя, а не позор, Залим! — закричала я. — Я думала, ты любишь меня! Ты держал меня в своих руках так, будто я тебе дорога! Ты говорил, что не можешь без меня…

— И я не могу, — спокойно сказал он. — Поэтому я и говорю тебе — ты останешься со мной. Ты будешь рядом. Всё остальное — формальность.

— Формальность?! — я не выдержала, задыхаясь от ярости. — Женитьба — формальность?! А я, по-твоему, что? Декорация? Приложение к твоей жизни? Развлечение, которое можно спрятать в тени, пока ты на людях с женой?!

— Не перегибай, Тася, — голос его стал чуть строже, но не громче. — Ты не какая-то девка с улицы. Я уважаю тебя. Ты — моя. И это навсегда. Мне не нужно твоё согласие, чтобы держать тебя рядом. Это моё решение.

— А мне плевать на твоё решение! — выкрикнула я. — У меня есть право выбора! И я больше не хочу быть с тобой! Я не принадлежу тебе!

— Ты принадлежишь, — отрезал он. — Ты уже моя. И ты это знаешь. Я сделал тебя своей, и назад пути нет.

— Ты не имеешь права решать за меня!

— Я и не спрашиваю, — его голос был как камень. — Потому что ты не уйдёшь. Ты не способна уйти. Ты будешь злиться, кричать, плакать… Но потом сама позвонишь. Я жду.

— Нет! — выдохнула я. — Ты ошибаешься, Залим. Я не такая. Я никогда не позвоню тебе снова. Не жди.

Он замолчал. Я слышала его дыхание. Тихое, ровное. А потом:

— Посмотрим.

Гудки. Он повесил трубку. Просто повесил. Как будто мы обсудили что-то обыденное. Как будто я не кричала ему, что между нами всё кончено. Как будто он знал наперёд, что всё, что я сейчас сказала — пыль.

Я уронила телефон на пол, сжалась, обняв себя за плечи. Слёзы потекли по щекам сами собой, без предупреждения. Не истерично. Тихо. Беззвучно. Просто капали, как будто изнутри выливалась боль.

Он даже не допустил мысли, что я могу уйти. В его мире это невозможно. Он уверен во мне, как в своей тени. Уверен, что я останусь. Что я не найду в себе силы исчезнуть.

И страшнее всего было то, что, возможно, он прав. Я не знала, где найти ту себя, которая способна встать и уйти навсегда.