Глава 4

Глава 4

Проснувшись утром, я долго не мог прийти в себя. Мысли путались в голове, вспоминая ночной визит к Тасе. Я резко поднялся с кровати и раздражённо прошёл на кухню, наливая себе крепкий кофе, пытаясь успокоиться. Но чем больше я думал о том, что произошло ночью, тем сильнее меня охватывала злость.

Я прекрасно помнил, как вчера вечером листал телефон, пытаясь отвлечься от бесконечно раздражающих мыслей, когда случайно увидел сторис Олеси. Тася. Она была там, на вечеринке, ярко и открыто улыбаясь какому-то незнакомому парню. Его рука почти касалась её плеча, и это мгновенно задело что-то внутри меня, словно горячая волна ревности ударила прямо в грудь.

Я не ожидал от себя такой реакции. Тася всегда была просто ещё одной девушкой, приятной, удобной, но временной. Почему же я почувствовал такой гнев, увидев её рядом с другим? Почему вдруг осознание того, что она может так легко заменить меня кем-то другим, задело меня так глубоко?

Эти мысли терзали меня всю ночь, и я не выдержал. Я попытался дозвониться до неё, убедить себя, что просто хочу объяснений, но звонок не прошёл. Я попробовал снова. И снова. И тогда понял — она заблокировала меня везде. Эта девчонка, которая ещё вчера смотрела на меня влюблёнными глазами, вдруг решила, что может так просто вычеркнуть меня из своей жизни?

Я сжал кулаки от раздражения и резко поставил кружку на стол так, что кофе выплеснулся на столешницу. Это была не просто ревность — это была злость на самого себя за эту нелепую реакцию, за то, что позволил ей вывести меня из равновесия.

Как она посмела так легко забыть меня и уже улыбаться другому? Она, которая ещё недавно была полностью в моей власти, теперь строила из себя независимую и свободную?

Я ходил по комнате, пытаясь подавить ревность и гнев, но это было бесполезно. Чем сильнее я старался успокоиться, тем отчётливее видел перед собой её улыбку, обращённую не ко мне, и это сводило меня с ума.

Я сел на край кровати, чувствуя себя растерянным и злым одновременно. Эта реакция пугала меня больше всего. Я никогда не испытывал подобных чувств к женщинам. Тася должна была быть лишь развлечением, ничего больше. Но сейчас я понимал, что упустил контроль над ситуацией, и это бесило меня до невозможности.

В голове мелькнула мысль: я должен немедленно встретиться с ней и выяснить всё раз и навсегда. Она должна понять, что такие игры со мной недопустимы. Она должна осознать, что я не потерплю её демонстративного безразличия и лёгкого поведения. Эта мысль принесла некоторое облегчение и вернула мне чувство уверенности и контроля.

Я резко поднялся, схватил телефон и решил, что больше не допущу подобных ситуаций. Тася должна понять своё место. И я заставлю её это сделать, чего бы мне это ни стоило.

***

Встретившись с Русланом в кафе, я сел за столик, едва сдерживая раздражение. Руслан сразу заметил моё настроение и с лёгкой усмешкой спросил:

— Что с тобой, Залим? Снова проблемы на работе?

Я раздражённо махнул рукой, заказывая кофе, и взглянул на друга холодным взглядом.

— Дело не в работе. Эта Тася доводит меня до бешенства. Вчера я увидел её на вечеринке с каким-то парнем. Улыбается, смеётся, будто меня и не было никогда в её жизни. Я вообще не понимаю, что происходит.

Руслан внимательно смотрел на меня несколько секунд, затем медленно произнёс:

— Ты серьёзно сейчас, Залим? Ты так взбешён просто из-за того, что девушка, которую ты сам решил держать на расстоянии, решила расслабиться и пообщаться с другими людьми?

— Ты не понимаешь, — отрезал я, чувствуя, как снова начинает закипать гнев. — Она должна была понимать, кто она для меня и как себя вести.

Руслан слегка прищурился, наклоняясь ко мне чуть ближе.

— Слушай, друг, тебе не кажется, что ты слишком много хочешь от девушки, с которой не собираешься строить серьёзные отношения? Если она просто развлечение, почему тебя так волнует, с кем она общается?

Я резко выдохнул, раздражённый тем, что Руслан пытается разложить всё по полочкам.

— Я не ревную её, если ты об этом. Это вопрос уважения. Она не должна вести себя так демонстративно, будто я для неё ничего не значил.

Руслан покачал головой, с лёгким удивлением глядя на меня.

— Ты уверен, что не ревнуешь? Потому что со стороны это выглядит именно так. Если тебе всё равно на неё, отпусти ситуацию. Перестань контролировать каждый её шаг. Дай ей жить своей жизнью.

Я резко ударил кулаком по столу, привлекая внимание других посетителей.

— Дело не в чувствах, Руслан! Я не позволю никому вести себя со мной так, будто я ничего не значу. Это вопрос принципа. Тася перешла черту, и я заставлю её понять, что так вести себя нельзя.

Руслан молчал несколько секунд, внимательно наблюдая за мной.

— Понимаешь, Залим, чем больше ты будешь так реагировать, тем больше это выглядит, как будто она тебе не безразлична.

Я отрицательно покачал головой, убеждая больше себя, чем его.

— Это не так. Она просто задела мою гордость. Я не допущу, чтобы кто-то играл со мной в подобные игры.

Руслан вздохнул, разводя руками:

— Хорошо, друг. Как скажешь. Но тебе стоит задуматься, почему тебя так задевает поведение этой девушки. Возможно, причина не только в твоей гордости.

Я не ответил, глядя в окно и стараясь подавить раздражение. В глубине души я понимал, что он прав, но не собирался признавать этого даже перед собой.

***

Вернувшись домой после встречи с Русланом, я чувствовал, как меня разрывает изнутри. Я ходил по комнате, пытаясь справиться с беспокойством и внутренним раздражением. Почему всё должно быть так сложно? Впервые за долгое время я допустил мысль, что было бы гораздо проще, если бы не было этих бесконечных семейных традиций и устоев, которые постоянно диктовали, как мне жить и как поступать.

Я невольно задумался, как могла бы сложиться моя жизнь, если бы я мог свободно принимать решения, если бы не был обязан постоянно думать о семье и её чести. Возможно, тогда я смог бы позволить себе нечто большее с Тасей. Эти мысли были неожиданными и настолько непривычными, что я резко остановился, будто ударившись о невидимую стену.

“Прекрати думать об этом!” — строго приказал я сам себе. Я не мог позволить себе подобной слабости. Моё положение обязывало меня тщательно взвешивать каждое решение, потому что мои поступки касались не только меня, но и всей семьи. Каждый мой шаг был частью чего-то большего, чем мои личные желания и чувства.

Но мысли о Тасе упорно возвращались, вызывая странное чувство тоски и сожаления, которое я изо всех сил пытался игнорировать. Если бы я был свободен от этих рамок, возможно, я бы рискнул построить с ней что-то серьёзное. Но я тут же отогнал эту мысль, понимая, насколько абсурдной она была в моей ситуации.

Я резко вздохнул, чувствуя, как нарастает решимость. Мне нужно было разобраться с ситуацией окончательно. Я не мог позволить себе подобных сомнений и колебаний. Тася должна понять своё место в моей жизни, и я ясно донесу до неё, что не потерплю никакого непослушания и попыток игры со мной.

Внутри меня кипела борьба, но я оттолкнул любые эмоции и снова сосредоточился на главном. Моё решение было принято, и оно должно было быть исполнено. Я был готов вернуть себе контроль и ясно обозначить для Таси все границы, через которые ей нельзя было переступать. Я взял ключи от машины и направился к двери, полон решимости окончательно разрешить эту ситуацию.

***

Наутро после ночного визита Залима я чувствовала себя совершенно разбитой и униженной. Воспоминания о его словах и жестоких взглядах заставляли меня съёживаться от стыда и боли. Я сидела на кухне, сжимая в руках чашку с остывшим чаем, глядя в одну точку и пытаясь собрать мысли в кучу.

«Ты принадлежишь мне». Эти его слова звучали в моей голове снова и снова, словно мучительная запись, не позволяя мне успокоиться. Я понимала, что дело было вовсе не в простой ревности. Залим не просто не хотел видеть меня рядом с другим — он стремился полностью контролировать мою жизнь, каждый мой шаг, каждое моё решение.

Я содрогнулась от мысли, что он видел во мне лишь свою собственность, с которой можно обращаться так, как ему заблагорассудится. Эта мысль вызывала горькое чувство отчаяния и бессилия. Как я могла допустить, чтобы кто-то так со мной обращался?

В этот момент раздался звонок в дверь, и я, вздрогнув, поднялась и медленно подошла к двери, заглянув в глазок. Это была Олеся. Я облегчённо вздохнула и открыла дверь.

Увидев меня, подруга тут же встревоженно нахмурилась:

— Боже, Тася, что случилось? Ты выглядишь ужасно!

Я не смогла сдержать слёзы, которые тут же полились по моим щекам. Олеся тут же обняла меня, осторожно заводя внутрь квартиры.

— Тася, расскажи мне всё, — тихо попросила она, усаживая меня на диван и внимательно заглядывая в глаза.

Я попыталась успокоиться и, всхлипывая, начала рассказывать подруге обо всём, что произошло ночью. Слова вырывались с трудом, прерываемые слезами и вздохами, но я всё же смогла донести до Олеси весь ужас ночи.

Олеся слушала меня молча, её лицо постепенно наполнялось гневом и возмущением. Когда я закончила рассказ, она крепко сжала мою руку и твёрдо сказала:

— Тася, ты не должна это терпеть. Никто не имеет права так с тобой обращаться. Ты не его собственность, и он не может диктовать тебе, как жить. Ты должна остановить это немедленно.

— Я не знаю, смогу ли я, — прошептала я, чувствуя себя абсолютно опустошённой.

— Сможешь. Я буду рядом, — уверенно сказала Олеся. — Мы вместе найдём выход. Ты сильнее, чем думаешь, поверь мне.

Её слова подарили мне небольшую надежду, и я почувствовала, что больше не одна. Впервые за долгое время я поверила, что смогу выбраться из-под контроля Залима и начать жить свободно, без страха и унижений.

После долгого разговора с Олесей я почувствовала в себе новую силу и решимость. Подруга не только выслушала, но и вселила в меня уверенность, что я больше не должна терпеть подобное отношение со стороны Залима. Её поддержка дала мне силы принять окончательное решение.

Сидя в одиночестве в своей квартире, я размышляла обо всём, что произошло за последнее время. Я ясно понимала, что эти отношения были токсичными и разрушительными для меня. Я устала от бесконечных унижений, контроля и манипуляций. Пришло время сказать «хватит».

Я решительно встала, подошла к столу и взяла телефон. Сердце бешено забилось, пальцы слегка задрожали, но я заставила себя успокоиться. Я знала, что должна сделать это прямо сейчас, иначе моя уверенность может исчезнуть так же быстро, как появилась.

Глубоко вдохнув, я набрала номер Залима, чувствуя, как волна тревоги и решимости одновременно охватывает меня. Каждый гудок звучал оглушительно, наполняя меня нервозностью, но я не собиралась отступать. Пришло время окончательно расставить все точки над «и». Я больше не позволю ему разрушать мою жизнь.

— Алло, — спокойно и даже слегка равнодушно произнёс Залим.

— Нам нужно поговорить, Залим, — начала я максимально твёрдо, пытаясь не выдать своего волнения.

— О чём тут ещё говорить, Тася? — в его голосе звучало раздражение и пренебрежение. — Ты снова собираешься устраивать сцену из-за того, что я женюсь? Я тебе уже говорил, что это ничего не изменит.

От его слов я на мгновение потеряла дар речи.

— Ничего не изменит? Ты сейчас серьёзно, Залим? Ты собираешься жениться, но думаешь, что всё останется по-прежнему? Ты вообще слышишь, как это звучит? — я уже едва сдерживала себя.

— Именно так и будет, — спокойно и холодно ответил он. — Моя свадьба — всего лишь семейная обязанность. Это не должно влиять на то, что происходит между нами.

Я почувствовала, как внутри поднимается волна гнева и возмущения.

— А твоя будущая жена? Ты собираешься жить с ней? Спать с ней? И это тоже ничего не изменит? Я должна спокойно это принять и ждать тебя, когда тебе захочется снова мной развлечься? — мой голос звучал всё громче и увереннее.

— Она будет моей женой, естественно, я буду спать с ней, — без тени смущения произнёс он. — Но это ничего не значит для наших с тобой отношений.

Эти слова были последней каплей, и я уже не могла сдерживаться.

— Ты бесчестный, избалованный, зажравшийся мажор! Ты приходишь ко мне ночью, устраиваешь истерику только потому, что я с кем-то пообщалась в клубе, а сам собираешься спокойно спать с другой женщиной и ожидаешь, что я буду относиться к этому спокойно? Ты мерзкий лицемер, Залим! — я практически кричала в трубку, чувствуя, как слёзы гнева и обиды текут по моим щекам.

— Тася, прекрати эту истерику, — попытался он вмешаться, но я не дала ему продолжить.

— Нет, это ты прекрати! Больше никогда не звони мне, не приходи, не появляйся в моей жизни! Я вычеркнула тебя полностью и начну новую жизнь без твоих манипуляций и унижений. Прощай, Залим!

Не дожидаясь ответа, я резко завершила звонок и бросила телефон на диван, чувствуя, как освобождаюсь от тяжёлого груза прошлого.