Глава 5

Глава 5

Прошел месяц после того, как Залим окончательно исчез из моей жизни, оставив после себя лишь горькое воспоминание и боль. Я старалась жить дальше, хотя каждое утро начиналось с мучительного головокружения и тошноты, которые не проходили и становились все сильнее с каждым днем. Изначально я списывала это на стресс и усталость, полагая, что моё состояние – следствие пережитого эмоционального потрясения. Но когда симптомы стали слишком явными, я больше не могла игнорировать их.

Однажды утром, когда головокружение было особенно сильным, я решилась и купила в аптеке тест на беременность. Моё сердце отчаянно билось, пока я ждала результата, и когда две отчетливые полоски проявились на тесте, мир вокруг меня замер. Я долго смотрела на них, пытаясь осознать произошедшее, пока слезы сами собой не полились по щекам. Я не могла в это поверить, надеялась, что тест ошибается.

В тот же день я отправилась к врачу, чтобы окончательно подтвердить или опровергнуть свои опасения. Осмотр и анализы подтвердили мою беременность, и доктор, глядя на результаты моих анализов, сообщила, что из-за моей редкой группы крови и особого резус-фактора аборт делать крайне нежелательно. Это могло привести к серьезным осложнениям и даже сделать меня бесплодной в будущем.

Я покинула клинику в полном отчаянии, чувствуя себя потерянной и разбитой. Каждая мысль была о том, что теперь мне предстоит воспитывать ребенка одной, без поддержки и помощи. Я вспоминала Залима, понимая, что дата его свадьбы прошла уже две недели назад. Теперь он был женат, официально принадлежал другой женщине. Я не хотела думать об этом, но мысли сами собой проникали в голову, заставляя сердце болезненно сжиматься. Представляла, как он счастлив, как живет своей лучшей жизнью рядом с новой женой, а обо мне даже не вспоминает, словно я была всего лишь временным эпизодом, который легко стереть из памяти. Эта мысль причиняла невероятную боль, усиливая ощущение собственной ненужности и одиночества.

Сегодняшний вечер был особенно тяжелым. Я сидела на диване, обхватив руками колени, и слезы катились по моим щекам, не давая дышать. Я никогда не хотела такой жизни для себя, никогда не мечтала стать матерью-одиночкой. Я всегда представляла, что мой ребенок родится в любящей семье, окруженный заботой и вниманием обоих родителей. Но судьба жестоко распорядилась иначе.

Неожиданный резкий стук в дверь заставил меня вздрогнуть и мгновенно выйти из своих мыслей. Я посмотрела на часы — было уже поздно. Кто мог прийти в такое время? Сердце застучало учащенно, предчувствуя беду. Медленно поднявшись, я подошла к двери и заглянула в глазок. Моё сердце на мгновение замерло — там стоял Залим.

Я застыла, не зная, что делать дальше. Стук повторился, теперь более настойчиво.

— Тася, открой. Я знаю, что ты там, — его голос звучал холодно и резко, как всегда.

Вздохнув, я открыла дверь. Его взгляд сразу же впился в мое лицо, будто ища ответы на вопросы, которые его мучили.

— Ты беременна? — спросил он прямо, не тратя времени на приветствия.

У меня подкосились ноги. Я не могла выговорить ни слова, чувствуя, как по телу пробегает холодная дрожь.

— Откуда ты знаешь? — прошептала я едва слышно.

Он шагнул в квартиру, закрывая за собой дверь. Его взгляд был жестоким и одновременно каким-то встревоженным.

— Это сейчас неважно, Тася, — голос Залима звучал холодно и жестко, в нем не было и намека на сочувствие. Он смотрел на меня сверху вниз, властно и сурово. — Если это случилось, значит, надо как-то решать. Мы не можем просто сделать вид, что ничего нет.

— Мы? — горькая усмешка сама собой сорвалась с моих губ, хотя в душе бушевала настоящая буря эмоций. — Ты уже женился, Залим. Иди к своей жене, меня оставь в покое!

Он резко приблизился ко мне, сжал мои плечи в своих руках, заставляя смотреть в его суровые глаза.

— Послушай меня внимательно, — каждое его слово звучало твердо и бескомпромиссно. — Я не собираюсь бросать тебя на произвол судьбы. Ребёнок мой, и значит, будет под моей защитой. Это даже не обсуждается.

Моё сердце бешено заколотилось, на глаза навернулись слёзы от безысходности и ярости одновременно.

— Что ты вообще такое говоришь? Ты в своем уме, Залим? У тебя уже есть жена! Ты понимаешь, что говоришь?!

Он отпустил меня и резко выпрямился, глядя сверху вниз с тем же непреклонным спокойствием.

— Понимаю. Именно поэтому ты и станешь моей второй женой.

— Второй женой?! — я буквально задохнулась от возмущения и шока. — Ты вообще в своём уме, Залим?! Ты хоть понимаешь, что говоришь?!

— Тася, перестань устраивать сцену, — его голос звучал раздражённо и холодно, словно он разговаривал с непослушным ребёнком. — Это единственный правильный выход, и ты это прекрасно понимаешь.

— Нет! — мой голос сорвался на истеричный крик, слёзы жгли глаза от гнева и унижения. — Я ничего не понимаю и понимать не хочу! Ты заявляешься сюда после того, как женился на другой, и спокойно предлагаешь мне быть твоей второй женой? Это ты называешь решением?!

Он приблизился, пытаясь взять меня за плечи, но я резко вырвалась и отступила назад, яростно глядя ему в глаза.

— Убирайся, Залим! Немедленно убирайся из моего дома и из моей жизни! Ты думаешь, я настолько ничтожна, что соглашусь на твою жалкую подачку? Мне не нужна твоя защита, не нужна твоя жалость!

Его взгляд потемнел, челюсти сжались так сильно, что заходили желваки. Он сделал шаг ко мне, в его глазах вспыхнул гнев, от которого я невольно содрогнулась.

— Ты беременна от меня, Тася, — каждое слово звучало резко, как удар плетью. — И я не позволю своему ребёнку расти без отца. Твои капризы здесь неуместны. Ты слишком эмоциональна сейчас, и не понимаешь, что говоришь.

— Я прекрасно понимаю, что говорю! — закричала я, чувствуя, как дрожит всё тело. — Уйди отсюда сейчас же! Я не желаю тебя видеть, не желаю иметь с тобой ничего общего!

Я подбежала к двери, широко распахнув её, и с вызовом уставилась на него.

— Вон! — голос сорвался на хрип. — Убирайся!

Залим сжал кулаки, молча смотря на меня. Между нами повисла тяжёлая, душащая тишина. Он шагнул к двери, остановился у самого порога и развернулся ко мне.

— Я вернусь, когда ты успокоишься и сможешь рассуждать здраво, — его голос прозвучал ледяным приговором. — И тогда мы спокойно обсудим всё, что нужно сделать.

С этими словами он вышел, громко хлопнув дверью, от чего я вздрогнула, как от выстрела. Я медленно сползла на пол, закрывая лицо руками, и дала волю слезам, которые не могла больше сдерживать. От отчаяния, боли и бессильной ярости меня трясло так, что казалось, я больше никогда не смогу подняться с этого холодного пола.