Глава 32

— Я безраздельно предана тебе, Эм, но всему есть предел.

Энже сжимает губы, быстро разрезая на не дышащей Диане одежду.

— Твою мать, ты можешь просто сделать так, чтобы она задышала!

— И кто в этом виноват?! — Энже орет на него так, что он даже слегка напрягается.

Впервые слышит от нее подобное. Даже когда он приказывал ей рисковать своей жизнью, она не позволяла себе такого тона.

И здесь… Эта маленькая девушка сумела вызвать любовь даже черствой, прагматичной Энже.

И он опускается на пол, обессиленный, обхватывая голову руками.

Шепчет:

— Просто вытащи, бл*** ее с того света… Умоляю… Я сдохну, если она умрет…

— Сдохнет он, — ворчит Энже, носясь с какими-то склянками, — я тебе говорила, что сыворотка твоей крови даже в малых дозах опасна. Ты — яд для другого организма. И только в малых дозах он позволяет нам выживать.

— Энже…

— Я делаю все, что могу! — взрывается она. — Я даже не сомневаюсь, что это ты ее туда скинул! А она тебя спасла! Шкурой своей рисковала! Сама к Константину пошла, чтобы тебя, идиота вытащить! Чего тебе еще нужно?! Душу ее хочешь?! Так она и ее отдала!

— Сама… Пошла?.. — произносит, а голос срывается.

Какого черта с ним вообще происходит? В горле сухо, как в долбаной пустыне Колдора, а в теле словно каждая кость ломается.

— Сама пошла, — Энже смотрит на него хмуро, — Диана все тебе отдала, Мулцибер. И если ты не… Не… Не способен дать ей то, что она хочет, так просто отпусти ее. Спрячь, чтобы враги не нашли, но отпусти. Она сдохнет здесь.

— Да мне плевать! — орет, вскакивая на ноги, заставляя Энже разбить склянку в руке. — Пусть сдохнет! Срать я хотел на это!

Энже смотрит на него теперь по-новому, чуть щурясь и делая шаг вперед.

— Что они с тобой там сделали? — глухо произносит она.

А он не может говорить. Звон вновь разрывает голову, сжимая спазмом все тело. И он остается собой только нечеловеческим усилием воли.

— Просто заставь ее жить, — хрипит он, чувствуя, как приступ отпускает.

Устало смотрит в глаза Энже, и она больше не задает вопросов, только хмуро кивает, возвращаясь к еле дышащей девушке на столе.

— Если она выживет, — уже спокойно произносит Энже, — то прежней уже не будет. Такая доза твоей плазмы навсегда ее изменит.

— Мне все равно, — тихо произносит он, подходя ближе и небрежно проводя по влажным волосам Дианы. — Пусть просто откроет глаза.

И словно отвечая на его просьбу, тело Дианы вдруг проходит дрожью, и они с Энже вместе пытаются удержать ее на столе. Резкие, нечеловечески-сильные рывки заставляют их хмуро переглянуться. Девушка заходится в немом крике, широко распахивая глаза, и Мулцибер с Энже синхронно вздрагивают, видя в ее глазах неоново-зеленое пламя.

***

— Скучала, детка?

Лив вздрагивает, роняя чайник на пол. Он разливается кипятком, ожигая ступни, но она не чувствует этого, глядя на демона, появившегося черт знает откуда в ее доме.

— Мулцибер, — выдает она, невольно пятясь, что не укрывается от насмешливого взгляда демона, — какой сюрприз.

Архитектор Ада оглядывает обстановку вокруг, притворно-заинтересованно произнося:

— А у тебя тут ничего, миленько.

— С-спасибо, — произносит Лив, приказывая себе успокоиться. — Неожиданный визит.

Он двигается, как хищник, прямо смотря на нее. Растягивает слова, произнося:

— Тебе нравится твой дом? — Мулцибер делает шаг, а Лив наблюдает за ним с замирающим сердцем.

— Да.

— Нравится твоя жизнь? — еще один шаг.

— Д-да…

— Такого, бл*** дьявола ты решила предать меня?! — он орет так, что посуда в шкафах дрожит, подпрыгивая.

Оказывается рядом молниеносно, хватая Лив за горло и сжимая ее до хрипа.

— П-прости… Меня… — рыдает девушка, болтая ногами в воздухе.

Слезы начинают катиться по ее щекам, а хрипы сотрясают уже всю комнату. Она проклинает про себя Константина, нарушившего слово. Он клялся ей, что убьет демона и все его ближайшее окружение. Клялся, что никто не узнает о том, что это она устроила подрыв.

И сейчас в лице Мулцибера нет ни единой черты сожаления. Только черное бешенство дьявола.

— Мало, — внезапно произносит он, отпуская ее, а Лив валится на пол, жадно хватая губами воздух. — Мало унижаешься. Я хочу еще, — произносит он, заглядывая ей в глаза.

— Ч-что я должна сделать? — отчаянно шипит девушка.

Мулцибер неторопливо разворачивается, идя в гостиную и усаживаясь в кресло. Жестом руки манит Лив, и она было встает на ноги, но он железным тоном произносит:

— Ползи.

— П-ползти? — нервно произносит она.

— Да.

И Лив встает на четвереньки, начиная двигаться.

— Ниже! Еще ниже! Еще, я сказал!

И Лив ложится на пол, начиная ползти к нему на животе. В ней просыпается надежда, что Мулцибер не убьет ее, а ради этого она готова сделать все, что угодно.

— Там и оставайся, — усмехается демон, когда она головой оказывается возле его военных ботинок.

— Я могу… — она поднимает глаза, неуверенно кладя руку на его колено и выгибая тело. — Я могу тебя порадовать… Ты же знаешь… Я многое умею…

— Правда? — усмехается Мулцибер, но руку ее не сбрасывает, вызывая новый поток надежды.

— Да, — оживляется Лив, — это было ошибкой. Ты же знаешь, какая я ревнивая. Я просто с ума сходила из-за этой твоей Дианы. — лицо Мулцибера становится чернее ночи, но Лив этого не замечает. Первый страх прошел, и она вновь вернулась к своему привычному, нахальному состоянию. В мир, где мужчина был готов на все ради утех в ее постели. А Лив умела это, и умела хорошо. Знала на какие кнопочки на теле мужчины нажимать, чтобы вызвать мощнейший оргазм.

— Но сейчас, — лицо Лив разглаживается, и она, осмелев, садится перед ним колени, — я понимаю, как глупа была!

— То есть, это все из-за Дианы? — усмехается демон, и челюсти крепко сжимаются.

— Из-за того, как ты поступал со мной, после того как она появилась в Адских Землях. — Лив проводит рукой по его бедру. — Сейчас я понимаю, что она просто шлюха, и я…

— И ты предала меня, отправив на гибель сотни солдат, — заканчивает Мулцибер. Лив вздрагивает, сталкиваясь со сталью в его глазах. — Из-за долбаной бабьей ревности?

Надежда начинает таять, как снег.

— Диана, — Мулцибер наклоняется ниже, и каждая его черта пропитывается ненавистью, — никогда не будет стоять на коленях ни перед кем, как это сейчас делаешь ты. Она на столько чиста, что ты даже имени ее не смеешь произносить своими бл***кими губами, — рычит, обдавая ее своим черным гневом, и Лив понимает, что просто играл с ней. Поселил надежду, а сам и не планировал в живых оставлять.

И вся оседает, скукоживается, чувствуя мучительные спазмы страха в животе.

— Пощади! Умоляю! — визжит она, уже догадываясь, что произойдет дальше.

— Нееет… — Мулцибер наслаждается ее страхом. Глаза горят адреналином чужой боли. — Зверь! — на его зов, дверь распахивается, и в проходе появляется тот, кого боятся даже самые отчаянные шлюхи. Лицо Фетара искажено гневом. Лив с ужасом понимает, что он тоже знает, что она сделала. — Зверь, на сегодняшний вечер это мой подарок тебе.

Мулцибер поднимается на ноги и грубо отбрасывает от себя Лив, когда она, истошно визжа, пытается найти у него помощи.

— Будь с ней погрубее, — подмигивает Мулцибер на выходе, и Зверь скалится, вызывая потоки ужаса и новые крики Лив.

— Я могу оставить себе частичку ее? — глаза Зверя загораются похотью, а Лив даже кричать не может. Ужас сковал ее тело полностью.

— Все что пожелаешь, друг мой, — Мулцибер хлопает его по плечу, а затем резко покидает комнату.

И уже через несколько минут дом наполняется прерывистыми визгами женщины.