Глава 25. ПОДАРКИ. Часть 1

День девятый

     – Нет, неправда, не может быть! – взвыла Боэрина. – Неправда, неправда!

     Словно не слыша её воплей, Эльрион опустил на меня глаза и чуть улыбнулся.

     – Прости, моя золотая девочка, не так я хотел это сказать, но твоя тётушка вывела меня из себя. – Потом уже Чиавиру. – Думаю, мы всё выяснили, пора заканчивать. Надеюсь, ты сможешь оградить мою жену от… этого. Ей и так было непросто к вам прилететь.

     – Понимаю, – вздохнул тот, уже не знаю, в который раз. Потом повернулся к Боэрине, рыдающей на плече у своей матери – и, получается, моей бабушки, – и жёстким голосом, в котором сразу чувствовался глава семьи и всего герцогства, обратился к последней. – Герна, твоя сестра ведь замужем за серым, если я не ошибаюсь?

     – Да, – кивнула та.

     – Думаю, она будет рада, если вы с Боэриной погостите у неё?

     – Да, конечно, – женщина и не подумала возразить, потому что, это был приказ, хотя и облачённый в форму вопроса.

     – Тогда не стоит откладывать. Таумир отправится следом за вами, с вещами. Он засвидетельствует помолвку Боэрины – у серых немало холостяков, надеюсь, за оставшийся год она найдёт себе пару, – вставая, и этим показывая, что разговор окончен, сказал Чиавир. – Отправляйтесь немедленно.

     – Но дедушка!.. – вскочив, Боэрина кинулась к нему, но замерла, словно наткнувшись на стену. Уж не знаю, что она увидела на лице герцога, я видела лишь его спину, но, похоже, с подобным она столкнулась впервые.

     – Ты хотя бы осознаёшь, что натворила? – голос герцога был чуть слышен, но даже меня проняло до дрожи. – Понимаешь, кого оскорбила? И какое наказание за это полагается? Надеюсь, твоя мать объяснит тебе прописные истины, она слишком избаловала тебя, своего младшего ребёнка и единственную дочь, слишком потакала твоим глупым фантазиям – и вот к чему это привело. Летите, и без помолвочного браслета я тебя здесь видеть не желаю.

     Больше Боэрина возражать не решалась, покорно поплелась к креслу, которое вынесли неизвестно откуда и неизвестно как узнавшие, что это нужно, слуги. Моя бабушка шла за ней, не оглядываясь, лишь иногда легонько подталкивая дочь, которая порой совсем замедляла шаги, словно ожидая, что её окликнут, скажут, что это была шутка, и наказание отменяется.

     Не окликнули. Мы смотрели на эту пару – я в объятиях мужа на лавке, Чиавир – стоя рядом, – пока жёлтая драконица не унесла свою опальную дочь куда-то в сторону пролива. Так ни разу на меня и не взглянув. Родная бабушка не захотела на меня смотреть, потому что из-за меня прогнали её дочь? Я не удивилась и не расстроилась, прекрасно понимая, что я для неё чужая, внучек у неё ещё как минимум две, а может и больше, если у Куидора есть брат, а дочь – единственная и любимая.

     Я вообще не почувствовала ничего. Чужие мне люди, то есть, драконы, и я им чужая. Какой смысл обижаться?

     – Ну, вот и разобрались, – покачал головой Чиавир. – И как я упустил такое? Слышал краем уха, что мечтает девочка о короле, так о короле и принцах все девочки мечтают. Кто же знал, что так далеко всё зайдёт. Надеюсь, теперь успокоится и нормального жениха себе найдёт, а не выдуманного.

     – Не такой уж я и выдуманный, – усмехнулся король. – Просто – не её.

     – Пойдёмте, обед скоро, проголодались, наверное?

     – Мы ели по дороге, – подала я голос.

     – Это был лишь лёгкий перекус, если сейчас не поесть, вскоре проголодаешься, да и я тоже, – и муж повёл меня следом за Чиавиром.

     Мы пошли в дом, в столовую, где за столами разместилась вся семья жёлтого герцога. Моя семья. Интересно, сколько ещё среди них тех, кого моё воскрешение не обрадует? И кто улыбается лишь потому, что я королева? После того, что устроила Боэрина, можно ожидать чего угодно.

     – Я хочу домой, – шепнула мужу, надеясь, что Чиавир не слышит.

     – Мы улетим завтра, – пообещал Эльрион. – Сегодня тебе нужно отдохнуть, познакомиться с остальными членами семьи, – я тихонько застонала. – Да, я понимаю, но не стоит обижать тех, кто этого не заслужил. К тому же, ты ведь хотела купить подарки своим близким.

     – Да, подарки! – спохватилась я, и это слегка примирило меня с необходимостью остаться. За подарками со мной точно вся семья ходить не будет. А обед с кучей незнакомого народа для меня не в новинку уже.

     Обед я высидела. Помогло то, что рядом был муж. Правда, с другой стороны сидела Иллана, но хотя бы хорошо то, что она не пыталась вести со мной какие-то личные разговоры, так, спрашивала иногда, люблю ли я то или иное блюдо, не больше. Видимо, поняла, что сблизимся мы не в один миг. Ладно, жизнь у драконов длинная, может, потом я смогу увидеть в ней близкого человека… то есть, дракона, но не сейчас. Точно не сейчас.

     После обеда мне пришлось пережить знакомство с остальной своей роднёй. Но я стойко выдержала и это испытание. Интересно, ста лет мне хватит, чтобы их всех всё же запомнить? Может, живи я здесь – получилось бы, а так – не знаю.

     Краем глаза заметила, что Чиавир в сторонке о чём-то разговаривает с одним из молодых мужчин, кажется, именно он не хотел уходить в дом после выходки Боэрины. Тот слушал, понурив голову, кивал, соглашаясь со словами пращура. А потом куда-то ушёл, а вскоре со двора взлетел жёлтый дракон, держащий в лапах немаленький сундук. Наверное, это и есть отец Боэрины, а значит, мой дед. Мысленно пожала плечами – дедушкой для меня был Велиград, а потом стал и Риалор, мне достаточно.

     Узнав, что я хочу купить подарки для своей человеческой семьи, Иллана вызвалась пойти со мной, обещая показать лучшие лавки, и я не сумела отказаться – это было бы уже откровенной грубостью. То, что мы улетаем уже завтра, её очень расстроило, но она не стала настаивать на том, чтобы мы задержались. Не после того, что устроила Боэрина.

     Ещё с нами пошла Риона – и это меня порадовало, – и Мерена, дочь моего дяди по отцу, чьё имя я не запомнила. Девочки были ровесницами и отстояли право идти со мной у кучки девушек постарше, на основании нашего самого близкого родства. Я не возражала. Почему-то мне казалось, что девочки-подростки уж точно не станут заваливать меня смущающими вопросами о семейной жизни с королём, а вот насчёт девушек на выданье я не была уверена – пример Неары стоял перед глазами, и ещё одну такую же любопытную родственницу я бы не пережила.

     Сам Эльрион с нами не пошёл – решил, раз уж мы прилетели, обсудить с Чиавиром какие-то их, королевско-герцогские дела, мне не интересные. А может, просто хотел дать мне возможность свободно пообщаться с новоявленными родственницами. Вручил большой кошель и отправил с нами Третьего, но тот шёл сзади, чтобы видеть нас, но не слышать, поэтому совсем не мешал мне болтать с сёстрами.

     Как я и надеялась, девочки выбрали для разговора безопасную тему – мою человеческую семью и всё, что касалось людского быта. О людях они знали очень мало, для них это были какие-то бабайки, ворующие детей. И я рассказывала, что люди, на самом деле, очень мало отличаются от драконов, иначе меня бы не принимали так долго за человека. Растут и старятся гораздо быстрее, живут меньше, магией не владеют и, конечно же, не обращаются. А в остальном – так же живут, работают и отдыхают, смеются, когда весело, и печалятся, когда грустно, заводят семьи и детей, любят их, заботятся. Хотят быть счастливыми. В этом разницы между людьми и драконами нет никакой.

     Иллана держалась рядом, но в разговор не вмешивалась, кажется, ей было достаточно просто смотреть на меня. Иногда подсказывала, в какую лавку лучше зайти, какой товар посмотреть, но вопросов не задавала, лишь слушала очень внимательно, когда я рассказывала о своём детстве, сестре и брате, играх и уроках, что я умела, а чему научилась, лишь попав к драконам. Девочкам было интересно всё, они слушали мой рассказ, как волшебную сказку.

     Вспомнила, как в своё время думала, что драконы в пещерах живут, сырым мясом питаются и двуногой формы не имеют, и поняла, что не так уж удивительно такое любопытство юных дракониц. Изоляция сделала своё дело.

     Выбирая для матушки и сестры зеркальца в серебряной оправе, упомянула, что такого у людей нет, потому что в Пригорном княжестве вообще ни зеркал, ни даже просто стёкол не делают – для этого драконий огонь нужен. Может, у князя в доме и есть, но не у простого старосты в не самой богатой деревне. И особенно в последнее время, когда даже будь деньги на разные излишества – купить у драконов ничего нельзя было.

     – Как же вы без стёкол? – удивилась Мерена. – Холодно же зимой!

     – И без зеркал тоже неудобно, – подхватила Риона.

     И я объясняла, что для окон используют слюду, а кто победнее – бычий пузырь. А зеркальце у нас дома тоже было – из полированного серебра. А можно просто в тазик с водой смотреться. Чего не знаешь – о том не страдаешь, я про стёкла в окнах и не слышала прежде, но мне было и со слюдяными нормально.

     В итоге я всё же купила большое зеркало в полный рост – пусть будет. Вот Третий и пригодился – такое зеркало в корзину, которую я взяла для покупок, не положишь. Вскоре зеркало куда-то исчезло, наверное, Третий велел кому-то его в дом Чиавира отнести, не знаю, главное – не мне его таскать.

     Накупив матушке с Любавой украшений, платков и поясов, а мужчинам, включая зятя – ремней, кошелей и кинжалов, украшенных каменьями, а Яромирке – ещё и сапоги красные, на вырост, я зашла в лавку с игрушками и растерялась – если со взрослыми всё ясно, то сколько у меня теперь племянников, какого возраста и пола, я просто не знала.

     – Тебя же всего восемь лет не было, – удивилась Риона. – Неужели за это время можно много детей завести?

     – Можно. И троих, и пятерых, и даже десятерых, если двойняшки будут, – пожала я плечами.

     – Десятерых? – ахнули девочки хором.

     – У людей много детей рождается, потому что и умирает тоже много. И в детстве, и потом, взрослыми. У нас же нет «обмена», а значит, всегда есть опасность умереть от болезни или погибнуть.

     – У них, – поправила Риона.

     – Да, конечно, у них. Никак не привыкну.

     – А «обмен» – он какой? – вдруг спросила Мерена, и мне захотелось взвыть. А я-то думала, что такие юные девочки этим ещё не интересуются. Но мне снова не повезло.

     За спиной едва слышно застонала Иллана. Оглянувшись, встретилась с ней глазами, и в этот момент между нами проскочила искра чего-то, похожего на взаимопонимание. Мы обе – замужние женщины, против юных и любопытных девочек, от которых традиционно скрывается, с чем именно связан пресловутый «обмен». В том, что им известно о происходящем в супружеской постели, я не сомневалась, мне было меньше, когда Крина мне всё рассказала, а до этого – Любава, но «обмен» для юных дракониц всегда оставался тайной.

     – Он разный, – вовремя вспомнила разговор с Лиорой. – Каждый чувствует по-своему, у всех бывает по-разному. И словами это не описать.

     – И ты туда же! – надулась Мерена. – Все одно и то же говорят.

     – Да, и мне так говорили, – улыбнулась, видя в этой девочке Неару лет десять назад. – Придёт твоё время – и сама всё узнаешь. Лучше помоги придумать, что мне с подарками делать?

     – А возьми всего сразу, много разного. Если детишек много будет, всем хватит. А если мало – по два подарка будет, или по три, это тоже хорошо. (21638)

     – Действительно. И как я сама не догадалась! – и довольная сменой темы, вместе с сёстрами стала выбирать тряпичные куколки и деревянные фигурки животных.

     Повертела в руках дракончика, хотела отложить – слишком долго для людей драконы пугалом были, не стоит такое дарить, – а потом всё же взяла. Фаилану. Меня ведь не только у людей дети встречать будут, нужно и про младшего пасынка не забыть. Потом и для Элиды куколку выбрала – тоже ребёнок ещё. Положу эти игрушки отдельно, чтобы не перепутать.

     Последней лавкой, в которую мы зашли, оказалась пекарня, где я набрала множество пряников и сладких булочек – вот малышам радость будет. Стоявшая за прилавком хозяйка лавки упаковала покупки в специальный полотняный мешок, пообещав, что в нём булочки несколько дней не зачерствеют – магия.