Эпилог. ПОКА КРЫЛЬЯ НЕСУТ НАС. Часть 1.

Пятнадцать лет спустя

      – А так всегда будет?

     Это первое, что я смогла выговорить, очнувшись. Не было сил открыть глаза и шевельнуть даже пальцем. Всё, что я могла, это лежать, свернувшись клубочком в гнёздышке, которое своим телом сделал для меня муж, закутавшись в его крылья, и слушать биение его сердца.

     – Думаю, всегда, – в голосе мужа слышалась улыбка, он потёрся носом о мою макушку.

     – Знаешь, если бы это можно было делать не только для зачатия раз в пять лет, но и всегда, когда захочешь, мы, наверное, и в двуногую ипостась не переходили бы. Ты не думай, в постели мне тоже всё очень нравится, но это что-то… неземное, просто.

     – Я готов дарить тебе это «неземное» каждый раз, как появится возможность, – грудь дракона под моей щекой слегка затряслась – смеётся! – Королевский род нужно возрождать.

     – А я что делаю? – захихикала в ответ.

     – Отлыниваешь! – с шуточным укором ответил Эльрион.

     Наверное, можно и так сказать. К удивлению окружающих, я решила пропустить прошлые две возможности завести новое яйцо, хотя и лишалась при этом невероятного удовольствия. Обычно, после «обмена», драконицы заводили двух детей подряд, а когда те немного подрастут – третьего. Бывали и исключения – кто-то ограничивался двумя детьми, у кого-то все трое рождались подряд, но так бывало редко. Считалось, что мать может уделять достаточно внимания двоим малышам сразу, да и самим братьям и сёстрам лучше расти, когда они близки по возрасту.

     А у меня, после пятнадцати лет брака, была лишь Милана. Один ребёнок. Многие не понимали, почему я не стала сразу же заводить второго, не сознавая, что второй ребёнок у меня уже был.

     Когда я вышла замуж, Фаилану было одиннадцать календарных лет, но я своими «человеческими» глазами видела семилетнего малыша, которому ещё очень долго будет нужна материнская забота. Останься с нами Лиора, растившая его с самого вылупления – я, возможно, завела бы второго ребёнка сразу же после дочери. Но Лиора уехала, и именно мне пришлось заботиться о Фаилане.

     Я не была против, вовсе нет. За несколько месяцев мы с моим младшим пасынком очень привязались друг к другу, я постепенно взяла на себя заботу о нём, разве что за его одеждой Лиора следила до последнего. Но именно её отъезд поставил окончательную точку в осознании – Фаилан теперь мой ребёнок, отсюда и решение подождать с рождением следующего.

     Меня это особо не расстроило – я знала, что при желании смогу завести ребёнка хоть в четыреста лет, драконий женский век с человеческим не сравнить.

     Но теперь Фаилан уже совсем взрослый, даже невесту себе присмотрел, а Милана как-то вдруг перестала быть моей малышкой, на руки уже не возьмёшь – тяжёлая, на коленях тоже скоро умещаться перестанет. И я отчаянно захотела себе новую крошку. И лучше всё же мальчика. Я обожала свою дочь, но девочки вырастают, выходят замуж и покидают родительский род. А сын – он всегда рядом.

     Вот почему, впервые за пятнадцать лет, мы с мужем прилетели в долину с водопадом не просто так, отдохнуть и развлечься, а «по делу». И мой будущий кроха уже завёлся у меня в животе, а скоро окажется лежащим на новой светло-зелёной перинке, которую я сама для него вышила.

     И теперь я уж точно не стану бояться сесть в гнездо и не буду бить мужа по лапе или даже кусать. Так смешно вспоминать, какая я когда-то была глупенькая и наивная. Теперь я буду вести себя правильно и с достоинством, как и положено королеве драконов. Но это потом, а сейчас у меня есть ещё несколько часов, чтобы подурачиться в озере и всё же облить мужа водой из водопада.

     Но пока я ещё полежу в объятиях мужа, в них так уютно и приятно. Наплаваться успею, мы и так полдня в озере купались. Ведь сегодня долина на весь день в нашем распоряжении, вот и использовали это время максимально.

     – Ты уже придумала имя для нашей второй дочери? – поинтересовался Эльрион.

     – А ты для сына? – нашла силы приподнять голову и взглянуть на мужа.

     – Я его пятнадцать лет назад придумал, – усмехнулся он. – Но согласен и в этот раз тебе уступить.

     – Согласен он, – хихикнула я. – Как будто от твоего согласия что-то зависит!

     Ещё когда Милана была Камушком – кстати, я и сейчас её иногда так называю наедине, – мы с мужем договорились, что имя сыну даёт он, а дочери – я. И поэтому мой маленькой чёрный дракончик носит человеческое имя, в честь моей матушки. Никого это уже не удивляет, все давно привыкли.

     Я тоже потихоньку привыкаю к драконьим именам. Конечно, у жёлтых я ещё и четверти имён не запомнила, но в королевской семье давно никого не путаю. И хотя за это время род заметно увеличился – десять новых детей, плюс Геора, – для меня это уже не страшно. Когда новые члены семьи добавляются по одному, запомнить их легко.

     Но кроме прибавившихся, двоих членов семьи род потерял. Два года назад мы отдали замуж Элиду, она улетела к коричневым, а вот Лиора покинула нас, когда моя Милана ещё даже не вылупилась. Нашёлся добрый молодец, который уговорил-таки её выйти за него замуж. И его не смутило то, что он был младше неё на семьдесят пять лет и годился во внуки – любви все возрасты покорны. И вообще, Киадар чёрный, а Лиора – белая, так что эту разницу можно сократить ещё на полвека.

     В общем, Лиора сейчас живёт в соседнем городе, счастлива, обожаема мужем и уже подарила Эльриону и Баэдору сестру и братика. Я рада за свекровь, которую в своё время очень жалела – выданная замуж за старика, она рано овдовела и считала, что всю оставшуюся жизнь проживёт одна, посвятив себя заботам о королевском замке и семьях своих сыновей. Но чудеса случаются – я тому прямое подтверждение, – и Лиора нашла в итоге своё счастье.

     Правда, после её отъезда нам пришлось нелегко. Лиора держала в своих руках всё управление замком, утверждая, что ничего особого не делает. Как оказалось, делала, и очень много. Но мы с Таодой – которую она всё же обучала, считая, до моего появления, преемницей, – и Силдой справились. И до сих пор делим обязанности на троих, частенько подключая Истлу, Неару и Геору. В одиночку такое тянуть – сложно, а дружной компанией – без проблем.

     Из нас и правда получилась очень дружная, сплочённая семья. Может, потому, что королевский род был такой маленький, и нам, женщинам, в него пришедшим, волей-неволей пришлось сплотиться, да к тому же, если не считать Силду, мы все были почти ровесницами, потому легко подружились? Не знаю. Но в родах Риалора и Чиавира, насколько я успела узнать, такой сплочённости среди женщин никогда не было.

     Наверное, маленький род тоже имеет свои преимущества. Только мы всё равно усиленно старались этот род увеличить. У Таоды уже было трое ребятишек, у Истлы, Неары и Георы – по двое, плюс у Истлы ещё яйцо. К тому же Силда не просто так предлагала мужу навестит долину с водопадом – результатом стал ещё один сынишка.5da3b8

     Меньше всех только у меня – одна Милана. Но скоро – и я погладила лапой живот, – у меня тоже будет двое малышей. Надеюсь, это будет сын.

     – Мне жаль, что не удалось навестить твою человеческую семью, – сказал Эльрион, вырывая меня из воспоминаний о толпе ребятишек, которые носились по замку, наполняя его топотом, смехом и хаосом. Ведь из одиннадцати ребятишек – Фаилана я уже ребёнком не считала, – у нас родилось всего-навсего три девочки. Впрочем, хулиганят они порой ничуть не меньше мальчишек, Милана уж точно унаследовала моё «шило в попе».

     – Слетаем к ним в следующий раз, – пожала я плечами. – Что поделать, раз уж так совпало?

     Всё же, как удобно, что драконицы с точностью до часа знают тот момент, начиная с которого им уже нельзя обращаться возле чужих самцов. Этой ночью, только пятнадцать лет назад, у меня произошёл «обмен», поэтому уже сегодня – а чего ждать-то? – муж усадил меня в кресло, от которого я успела отвыкнуть, и мы устремились в долину с озером, заняв этот день едва ли не за полгода. И хотя я очень ждала этого момента, он всё же немного нарушил привычное течение жизни.

     Дело в том, что за долгие годы я выработала маршрут, по которому летала регулярно, раз в три месяца, навещая всю свою родню. Сначала, на пару дней, к жёлтым, потом к людям, от них к красным, а потом домой. Конечно, если случались какие-то особые события, вроде свадеб, например, мы с Эльрионом летали «вне графика».

     С Эльрионом, потому что мой муж никуда не отпускал меня одну, всегда был рядом, и хотя за эти годы я набралась сил и опыта, а мои крылья окрепли, он всё равно время от времени нёс меня в лапах. Ему так было спокойнее, поэтому я не возражала. И хотя мне шёл уже сорок второй год, что по меркам людей уже очень солидный возраст, для него я так и осталась его маленькой золотой девочкой, которую нужно опекать, холить и лелеять. Наверное, и в пятьсот лет он будет носить меня на руках или в лапах.

     Но так уж вышло, что очередное путешествие по родным и близким, которое должно было состояться примерно полмесяца назад – и мы бы успели побывать у всех, спокойно вернуться и сделать нашего нового малыша, – пришлось немного перенести и сократить. Потому что пару дней назад старший из моих братьев, Боинав, тот, которого я первое время мысленно называла «Болеслав», женился. И мы летали на свадьбу – сначала к коричневым, откуда забирали невесту, потом к жёлтым, и лишь вчера вернулись домой.

     Жёлтую родню, а так же Риалора с Криной – совсем стареньких, но ещё бодрых, они даже летали всё ещё сами, – я повидала на свадьбе, а вот к людям лететь времени уже не было.

     – Мы можем слетать попозже, – предложил Эльрион. – Кажется, у кого-то из твоих племянников намечается свадьба?

     – У племянницы, – поправила я. – Борислава замуж выходит. Через месяц. Да, тогда и слетаем, так даже лучше.

     Племянниц и племянников за это время у меня появилось множество. У Любавы ещё четверо родилось, всего теперь девять. У Богдана с Миронегой – семеро. У Мечислава, Божены и Радогора – на троих одиннадцать детей. Род батюшки на глазах растёт, все малыши в его род входят, даже дети Божены, у неё, как и Любавы, муж в примаках. Да что там племянники, я уже бабушка пять раз, спасибо старшим Любавиным ребятишкам.

     В общем, что королевский род, что дедушкин – оба растут, словно на дрожжах. А ведь когда-то оба чуть не перестали существовать. Не успей отец Эльриона жениться второй раз или если бы у него родились только дочери – его род бы прервался. Не возьми батюшка нас с Любавой в дети – Богдана забрали бы в заложники. Но этого не случилось, и теперь уже обе семьи настолько разрослись всего за пару поколений, что никакое вырождение им уже не страшно.

     Жаль, дедушка этого не видит, умер двенадцать лет назад. Первый из моей человеческой родни, кого я потеряла. Я знаю, что мне предстоит пережить всех близких мне людей, и меня это очень печалит, но я стараюсь об этом не думать. Такова жизнь. Я – дракон, и живу долго. А дедушка прожил большую, хорошую жизнь. И успел порадоваться внукам и правнукам.

     Та стена, что встала между нами, когда я призналась людям, кем являюсь, никуда не делась, но я научилась с ней жить. Моим прилётам радуются, особенно дети, потому что без подарков я не прилетаю, а так же разрешаю на себе кататься – теперь-то могу зачаровывать одежду, и амбар для переодевания мне не нужен. Я приняла как данность то, что теперь я в когда-то родной семье лишь гость, и уже не реагирую так болезненно, как в первый раз.

     С тех пор, как поняла, что родной дом и любящая семья, принимающая меня любой, у меня всё же есть, такое отношение меня уже не ранит. Гостья – значит, гостья. Не о чем переживать.

     Кстати, Любава всё же нашла свою семью, только для неё мало что изменилось. Её родители и дед с бабушкой погибли на той ярмарке. Спасся лишь старший брат Ратмир, тогда трёхлетний. Кузнец из другой деревни, здоровенный, сильный мужик, случайно оказавшийся рядом, спас малыша, вынес из обезумевшей толпы. В родной деревне у Любавы осталось несколько дядей и тётей, да только когда её брат нашёлся, никто из них его брать к себе не захотел – своих, мол, детей поднимать нужно, пусть кто другой берёт, а мы не можем. В итоге он так и остался в семье кузнеца, там привязались к мальчонке, пока искали его родных.

     В общем, съездила Любава в деревню, в которой родилась, познакомилась с роднёй и, насколько мне известно, больше с ними не встречалась – не смогла простить, что от сироты отказались. А с братом видится регулярно, в основном на свадьбы друг к другу приезжают. У Ратмира тоже детей много, да и у кузнеца того семья большая, так что, чуть ли не каждый год свадьбы играют, поэтому видятся брат с сестрой регулярно.

     Оказалось, что настоящее имя Любавы – Забава. Матушка сказала, что когда нам имена придумывала, сестрёнка на имя Любава заулыбалась, словно узнала его. Ну а я тогда стала Дарёной, как говорится, уж что осталось.

     Муж зашевелился, ласково поглаживая меня носом и лапами. В этом не было ничего, ведущего к супружеским удовольствиям, нет, всего лишь простая нежность. Да, теперь, когда я зачала яйцо и перестала пахнуть, в крылатой ипостаси муж меня уже не хочет. Просто не может хотеть, такова уж природа драконов. А жаль, так жаль…

     Я вспомнила разговор пятнадцатилетней давности и, потянувшись, ощупала низ живота дракона. За эти годы тело мужа перестало быть для меня чем-то неприкасаемым, меня не смущали любые, даже самые смелые ласки, как принимаемые, так и отдаваемые. Да, приласкать здесь было нечего, только сам живот, и всё.

     – Дарёна, что ты делаешь?

     – Вот куда всё девается, а? И зачем?

     – Не знаю. Такими уж нас создали боги.

     – Жа-аль, – протянула я, потом, понимая, что за время моих размышлений силы потихоньку вернулись, и лежать безвольной тряпочкой в объятиях мужа уже не хочется, решила немного пошалить. Резко вскочив, помчалась к озеру, крича на ходу: – Кто последний, тот…

     Придумать я не успела. А если бы и успела, это бы ничем не помогло, потому что, говоря «тот», я уже прыгала в воду, радуясь маленькой победе, пусть и добытой хитростью, но в полёте врезалась в крепкую грудь мужа, который обхватил меня лапами и, хохоча, рухнул вместе со мной в озеро, подняв тучу брызг.

     – Кто последний, тот самый любимый, – меня вытащили из-под воды и потёрлись носом о мой нос.

     – Как? Ну вот ка-ак?! – выплюнув попавшую в пасть воду и отфыркавшись, расстроенно протянула я. – Ты не должен был успеть! Я же была так близко! И я тебя тоже очень люблю, кстати, но ка-ак?!

     – Дарёна, я старше, сильнее, я самец, и я чёрный. Хватило бы даже чего-то одного, чтобы обогнать тебя. Смирись, моя маленькая золотая девочка.

     Да, муж сильнее и быстрее, что постоянно мне доказывает, таская на руках и в лапах, словно величайшую драгоценность. И мне это нравится, очень нравится, но хотелось бы хоть разок его в чём-то опередить. Но получается лишь тогда, когда Эльрион откровенно поддаётся, как в играх в озере, например, но это уже не интересно.

     Вволю наплававшись и наплескавшись под водопадом – мне всё же удалось облить мужа холодной водой, хотя, подозреваю, здесь он мне всё же подыграл, – мы расслабленно лежали на мелководье – тела в воде, головы на берегу, – и болтали обо всём и ни о чём.