Глава 38

Марина не бросает слова на ветер. Она тут же включается в мою подготовку к званому вечеру, обзванивает лучшие магазины и выдает мне целый список контактов. В ней просыпается прирожденный гениальный менеджер.

— Стилист, визажист и парикмахер.

Марина проводит ногтем по строчкам расписания.

— Ты уже записала меня?

— Лучше, — она довольно улыбается. — Я поеду с тобой. Мне тоже нужно освежиться, там есть еще массаж и разные приятные процедуры. Ты давно была в спа?

— Эм…

— Вот и я, — Марина кивает с грустной усмешкой. — Один умный человек мне как-то сказал, что можно пренебрегать массажем, но тогда рано или поздно тобой заинтересуется невролог.

— А можно сделать какой-нибудь приятный массаж? А не антицеллюлитный?

— Нам можно всё, — Марина смотрит на наручные часы на тонком браслете, а потом уверенно подхватывает меня за руку. — И машина уже ждет.

И не просто машина, а с Игорем в роли водителя. Я замечаю его в темно-сером пижонском костюме еще из вестибюля и мысленно благодаря Макара, что он отходчивый. Он же уволил его в сердцах, а я так закрутилась, что забыла попросить вернуть хорошего охранника. Даже совестно перед ним.

— Тебя вернули, — я киваю Игорю, когда он вежливо склоняет голову и открывает дверцу машины. — Я рада тебя видеть, Игорь.

— А я рада, что за нами нет трех машин сопровождения, — замечает Марина, когда садится на заднее рядом со мной. — Я уже мысленно приготовилась, что Когсворт пошлет усиление.

— Ког доверяет Игорю…, — я осекаюсь, оглядываясь через плечо. — Поэтому обойдется одной машиной сопровождения.

Мы переглядываемся с Мариной, устало выдыхаем, но вообще-то прекрасно понимаем беспокойство наших мужчин. Вроде сейчас действует перемирие и всё идет к счастливому финалу, но жизнь — вещь непредсказуемая, да и невозможно за пару дней забыть старые привычки.

— Их отпустит, — произносит Марина, словно прочитав мои мысли. — Может, не сегодня и не завтра, но мы будем жить нормально.

— Звучит как самовнушение, — подшучиваю.

— Я всегда верю в хорошее и тебе советую.

— А я что? Я тебе с первого дня поверила, почувствовала хорошего человека и поверила.

Нас с Мариной перестает заботить количество охранников и прочие меры предострожности Когсворта. Тем более мы не собираемся покидать центр столицы.

Я чувствую себя уверенно рядом с Мариной и спокойно смотрю на пафосные фасады заведений, которые обычно навевают на меня застенчивый трепет провинциала. Это нужно просто-напросто переступить. Макар тоже не родился в норковых пеленках, он добивался всего сам и когда-то был простым парнем.

Интересно, как он чувствовал себя в первые дни, когда добился настоящего успеха? Первого миллиона долларов, например. Надо будет у него спросить. Хотя с его врожденным уровнем наглости, любой социальный лифт можно принять за простую стремянку.

— О, нас встречают, — произносит Марина, когда машина делает плавный круг на парковке.

Рядом с гранитными ступенями действительно стоят две высокие женщины. Они выглядят как сестры, которым достался диаметрально противоположный вкус в одежде. Пацанка и леди. Но обе модницы и красавицы.

— Мариночка, — пропевает Леди с искренней счастливой интонацией. — Неужели, этот день настал! Мой любимый клиент вернулся ко мне!

— Наш и к нам, — поправляет ее Пацанка.

— Это Саша, — Марина указывает на меня после объятий и приобнимает за плечи, утягивая ближе в круг знакомства. — Эта красотка невеста моего брата и моя любимая подруга.

— Оу, Макар взялся за ум? Поправил зрение? Или случилось чудо и он научился ценить красоту, а не работу пластического хирурга? — язвит Пацанка.

— Подруга? Любимая? — картинно оскорбляется Леди. — Вот так, Марина, да? Год тебя не видела, а ты уже мне изменяешь?

— Никогда, — Марина качает головой с обворожительной улыбкой. — Нам нужны два вечерних платья. Что-то жутко лимитированное и привезенное контрабандой.

Мы проходим через двойные черные двери бутика, фасад которого копирует лоск Пятой Авеню. Внутри же оказывается небольшая авторская мастерская с богемной атмосферой. Чарующе пахнет кофе с нотками корицы и восточным пряным парфюмом.

Но среди всей красоты невозможно оторвать взгляд от Марины. Я вдруг понимаю, что она жила другой жизнью до трагедии брата. Может быть, она была модницей или эстетом с тягой к красивым тканям. Или даже писала колонки для модного журнала. Да что угодно! Я же видела только ее заботу о брате. А теперь вижу, как она попадает в свою среду и словно вбирает воздух полной грудью. Пробуждается ото сна, вспоминая свои увлечения, страсти, краски, которые делают жизнь полной и уникальной для каждого.

Словно черная тень сошла с Макара, позволив ему второй шанс, и следом отпустила Марину.

Я с интересом заглядываю в мир Марины. Словно открываются потайные двери, причем в прямом смысле тоже. Хозяйки бутика проводят нас по зеркальному коридору и показывают отдельную гардеробную. Она напоминает роскошный свадебный салон, только с тем отличием, что стены обиты бархатной синей тканью, и вообще преобладают темные оттенки, а не светлые.

— Мы были на Неделе Моды в Нью-Йорке и кое-что приглядели из твоих любимчиков, — Леди переходит на таинственный шепот.

Она лукаво смотрит на Марину, которая выглядит как ребенок на рождество. Пацанка же подкатывает напольную вешалку на колесиках и поправляет фирменные чехлы. Я узнаю золотые буквы известного на весь мир французского дома моды — LV.

Вокруг полно известных брендов. Я завороженно оглядываюсь по сторонам, ловя то свое отражение в зеркалах, то красивые витрины. Не удерживаюсь и провожу ладонью по ажурной ткани с невесомым утонченным узором. Она буквально ласкает пальцы. Ох! В этот момент я прекрасно понимаю Марину, тут можно потеряться и очароваться навеки. Даже я проникаюсь, а я очень далека от высокого стиля.

— Готова к волшебству? — Леди хитро улыбается и вытягивает один из чехлов в центр вешалки. — Я привезла всего один размер этой модели. Твой.

— А если я поправилась за год?

— Ты не могла, — Леди строго качает головой, будто услышала несусветную глупость. — Я его специально для тебя везла, охотилась за ним как сумасшедшая! Ты сперва выйдешь в нем в свет, а потом можешь полнеть!

— Ладно, хватит томить. Дерни уже молнию!

Я подхожу к ним ближе и вижу, как мягко распускается молния. Леди ловко извлекает платье из чехла и кладет его на стеклянный столик. Я ахаю от восторга, смотря на струящийся черный шелк. Он ложится изящными волнами и очаровывает королевским минимализмом. Ни одной лишней детали, только идеальный покрой и лучшая ткань.

— Есть похожее, с короткой юбкой. Но я не советую.

Марина соглашается с подругой кивком.

— А для Саши, — Леди задумывается, прикладывая указательный палец к губам, после чего поворачивается ко мне.

— Я знаю, — вмешивается Марина. — Нужно снять мерки, я хочу сделать Саше сюрприз.

После этих слов она поворачивается ко мне.

— Ты же доверяешь мне?

Ох, она еще спрашивает!

— Если ты обещаешь, что у твоего брата участится пульс, когда он увидит меня в платье, то да.

Марина обещает, а я отдаюсь умелым рукам Пацанки. Она оплетает сантиметром мою фигуру и делает пометки в планшете. Потом на столике появляется бутылка шампанского и примерка бесповоротно превращается в встречу лучших подруг.

Я возвращаюсь в квартиру Макара после пяти, получив массу впечатлений и впервые попробовав массаж горячими камнями. Из гостиной мне навстречу выходит тренер Макара. Через его плечо переброшена спортивная сумка, а на губах вежливая улыбка.

— Мы закончили.

— Да? Хорошо, — я показываю ладонью, что провожу его. — Всего доброго.

Я возвращаюсь в гостиную, поворачиваю в сторону кабинета, который переоборудовали для тренировок, и зависаю на пороге. В первое мгновение не могу протолкнуть наружу ни один звук, а потом не знаю выкрикнуть проклятие или расплакаться от счастья.

— Макар…

Он стоит над стенкой, придерживаясь за горизонтальный поручень и балансируя, чтобы сделать шаг.

— Всё по графику, не паникуй, — произносит от сдавленно. — Я чувствую в себе силы…

Он делает глубокий вдох. Я вижу, что ему трудно и, скорее всего, больно. Часть меня хочет остановить его, но я лишь подхожу вплотную и кладу ладонь на его плеча. Чувствую, как зверски напряжены его мышцы. Под кожей горячая пульсирующая сталь.

— Не стой так близко, — бурчит он. — Я придавлю тебя, если упаду.

— А ты не падай.

Я провожу пальцами по его коже, добираясь до запястья, а потом забрасываю его руку себе через голову. Я не пытаюсь наклонить его на себя, он и не дастся, а скорее символично помогаю. Так я слышу его дыхание и чувствую кожей, как много усилий он прикладывает.

— Давай вместе?

Я запрокидываю голову и смотрю в глубокие глаза Макара. Он выглядит хмурым и сосредоточенным. Усталость ложится на волевые черты и делает из него грозное изваяние из камня. Но это легко поправить. Я становлюсь на носочки и целую его в правую скулу. Улавливаю момент, когда он резковато поворачивается, чтобы мои губы коснулись его здоровой стороны.

Макар прикрывает глаза на мгновение, понимая, как по-идиотски это выглядит.

— Это рефлекс, — я говорю за него. — Ну и глупость, да.

Я целую его, куда собиралась, со второй попытки и медленно провожу губами по его щеке. Заодно прижимаюсь теснее, чтобы хоть немного дать опору.

— Мы и на аукцион так пойдем? — иронизирует Макар, скривившись. — Будешь таскать меня на хрупких женских плечах?

— Так ты готовишься к аукциону?

— Да, хочу быть выше своей девушки на нем.

— Божечки, а ты у нас сексист, — я недовольно качаю головой. — Сколько еще дурацких стереотипов в твоей голове?

Макар покачивается, и я тут же выбрасываю ладонь за его спиной. Я тоже цепляюсь за поручень, встречаясь с горячими пальцами Макара. Но он не сдается и, скрипя зубами, выбрасывает бедро вперед. Делает неровный шаг, после которого почти оседает на меня всем весом.

— Держу, — произношу хрипло.

Макар быстро приходит в себя, перенося усилие на поручень. Он снова тяжело выдыхает и делает еще один рывок.

