Глава 11

Али

Всю ночь мне снились кошмары. Я видела Рея, который метался по каким-то катакомбам. Он звал меня в розовом тумане, стонал и ждал помощи. А я ничего не могла поделать.

Проснулась я в тревожном состоянии. Еще вчера я ненавидела Тар Ренса, желала никогда его больше не встречать в своей жизни. Презирала почти так же сильно, как полюбила. А сейчас в душу закрались сомнения.

Я вспомнила, что рретане могли говорить что угодно, но их глаза и чешуйки не лгали. Рей был со мной счастлив, и уж этого он никак не мог бы подделать. Вдруг с ним и правда что-то случилось? А я вот так сразу отказалась от нашего брака. Объявила обо всем придворным. Почти отдала руку Ворнеру…

Черт! Я была не в себе от обиды, не соображала, что делаю!

Надо попытаться все выяснить. Вдруг Рей заболел или его ранили? Может, флагман на месте, а хозяин лежит в постели, еле дыша? А я тут его проклинаю!

Я встала, наскоро приняла душ, надела черные брюки и белую свободную блузку, собрала волосы в хвост и рванула к компьютеру.

Никаких новостей про рретанскую столицу не было. Я маниакально листала страницы в Сети, пытаясь найти что-нибудь нужное, важное. Но ничего такого не откопала.

Следующим я отправила гостям на помолвке с Реем сообщение, что моя помолвка с Ворнером откладывается на два дня.

Усмехнулась. Наверное, они решили, что я витающая в облаках девочка, которая сама не знает, чего хочет и какого мужчину выбрать. Дочь президента, избалованная и непостоянная. Придворная бабочка, которая летит к яркому источнику света и меняет направление, если заметила другой, поярче.

Пусть. Я никогда не верила в преданность президентской свиты. Сегодня они тебя обожают и боготворят, а завтра вознесут на пьедестал другого кумира. Сегодня задаешь моду, и все девушки одеваются как ты, красятся и причесываются, а завтра в спину кинжалами летят издевки о том какая ты несовременная и безвкусная.

Стоило письмам уйти, как в дверь постучались. Я знала, что это мама. Естественно, она волновалась. И конечно же промедление с решением насчет Ворнера встревожило маму, которая всегда хотела, чтобы я вышла замуж за этого абестанца.

– Я с завтраком, – с привычной отговоркой заявила мама. Вошла, как и вчера, поставила на стол поднос с блинчиками, смазанными прозрачным медом, розетками сливового джема и пухлым фарфоровым чайником, из которого пахло земляникой. – Ты в порядке? – издалека начала мама. – Смотрю, опять не выходишь из комнаты и снова за компьютером, отправляешь сообщения.

Я решила не ходить вокруг да около.

– Мама, я не верю, что Рей меня просто так бросил и даже не объяснился. Да, я знаю его недолго. Но ведь у рретан есть особенности. Их глаза и чешуйки светятся перламутром, если они счастливы и испытывают настоящие чувства. Я видела это сама, когда находилась рядом с Реем. Такие вещи не обманывают…

Мама налила мне чай в любимую розовую кружку с золотистой каймой и надписью «Абестанцы – короли Вселенной». Она в шутку подарила мне эту кружку на прошлый день рождения. Сказала, что я буду королевой… Хм… Даже поразительно. Я забыла об этом неловком мамином пророчестве.

Но тогда мы с рретанами жили в мире, и мама принимала Тар Ренса у себя с удовольствием.

– Дочка, – начала она издалека, – я понимаю твои чувства. Так нельзя поступать с женщиной. Но пойми одну вещь: если мужчина любит, он найдет способ послать весточку. Найдет возможность, хотя бы через своих подданных. У принца Тар Ренса множество слуг, и родственники есть тоже. Он легко мог попросить их. И если не сделал этого…

– А если он без сознания? В коме? – Грудь словно тисками сжали. Я представила, что Рей на грани жизни и смерти, пока я ругаю его и отвергаю.

Мама улыбнулась, внезапно достала свой браслет-компьютер и произнесла дрогнувшим голосом:

– Я не хотела тебе этого показывать. Думала, что слишком расстрою. Но ты уже очень большая девочка.

Из экрана выплыло сообщение: «Любимая моя. Прости, что бросаю. Ткенны разбили наш корабль, мы погибаем. Боюсь, что скоро меня не станет. Но помни, что я всегда любил тебя и нашу дочь».

Слезы закапали из глаз, сердце сжалось. Отец написал это маме перед смертью.

– Видишь? В тот момент он уже практически умер, но смог со мной попрощаться. Потому что любил по-настоящему…

Я замерла перед этим доказательством, не в силах ничего противопоставить. Не желая верить, но и не в состоянии придумать оправдание Рею. У него ведь и правда есть сестры. Есть подданные, слуги, в конце концов. Все военные Рретана присягнули принцу.

Внезапно молнией в голове пронеслось решение.

– Мама. Отправь Хортнера Мейси на Рретан. Мы уже не воюем, и адмирал вполне может там появиться. Пусть посмотрит, все ли в порядке. Может, на планете мятеж? Рей в кандалах и не может подать даже сигнал о помощи? Вспомни, как сместили прежнего короля! Мы ведь неделю ничего о нем не знали!

Последняя надежда теплым комочком застыла под сердцем. Я ожидала ответа мамы. Она задумалась, глотала чай, но не спешила меня успокоить.

– Хорошо, – наконец проронила она, – я готова пойти на это. Конечно, получается, что Хортнер – мальчик на побегушках, что выполняет приказы президентской семейки, не вполне адекватной и странной. Но я переживу это. Только давай договоримся.

Я знала, что мама потребует нечто взамен. Она еще никогда не избегала торга и всегда пользовалась случаем. Привычка правителя, что делать. Всегда и во всем находить свою выгоду, даже в общении с дочкой. Нет, я знала, что мама очень любит меня. Достаточно было увидеть выражение ее лица, когда мы с Реем вернулись на Неотерру. Мама одна меня воспитывала, и хотя часто отдавала няням, но и сама старалась общаться, играть, гулять. Она уделяла мне все свободное время. Я понимала, что мама далеко не ангел с крылышками, но в ее заботе и любви не сомневалась ни капли.

– Чего ты хочешь? – спросила я, чтобы не играть в прятки.

– Если окажется, что с Рейминаром Тар Ренсом ничего не случилось, он на своей планете, не свергнутый и не больной, ты выйдешь замуж за Ворнера и перестанешь думать о рретанском принце.

Я прищурилась и посмотрела на маму.

– Почему ты так хочешь этого брака?

– Девочка моя. – Теплая ладонь легла на плечо. Я уже забыла, когда мама так делала – поглаживала пальцами ласково и невесомо. – Я просто знаю рретанского принца. Знала его еще до твоего рождения. Он бросил не одну женщину. Не одну красавицу сделал несчастной. Рей знает, как подступиться к женщине, как заставить ее поверить, что она особенная. Единственная, любимая и желанная. Но он быстро остывает, как и многие долгоживущие. Он ведь наверняка наплел тебе про сплетение аур и родство душ?

Я моргнула, вспоминая слова Рея.

– Рассказал красивую легенду про любовников-спутников? – продолжила мама.

Я даже перестала дышать, дослушивая.

– Он всем это рассказывал. И не обольщайся свечением чешуек и глаз. Они еще и при возбуждении, сильном желании сверкают перламутром. Рейминар хотел тебя, но не любил. Сильно хотел, и это очевидно, если верить твоему рассказу.

Я дернулась, собиралась куда-то уйти, чтобы больше ничего не слушать. По крайней мере, пока не вернется Хортнер. Мама улыбнулась, сделала знак, словно застегивала молнией губы, и закончила:

– Я не буду больше говорить о Тар Ренсе. Давай дождемся информации от адмирала Мейси. Я потребую снимки и голографические фильмы – свидетельство того, что принц на планете и никто его смещать не планирует.

Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться.

Рей

Мы шли по мрачным разветвлениям огромного логова ткеннов. Бежать сил не оставалось. Да и стоило поберечь их на случай серьезного боя с противником, здорово превосходящим нас мощью на своей территории.

Изъеденные полосами и царапинами стены гигантской постройки местами покрывались фосфоресцирующей плесенью, и коридор освещался зеленоватым светом. Пахло, как в сыром подвале. По стенам и потолку стекали капли воды, но я не был уверен, что она пригодна для питья – скорее всего, представляла собой смесь местных ядов.

Индикатор биостимулятора находился в браслете, и я точно не мог знать, сколько мне осталось. Ориентировался по браслетам-компьютерам Рриса Вэна и Дэй Нира, ведь рретане находились на этой планете столько же, сколько и я.

Заметив движение в конце коридора, мы на миг остановились, а затем направились туда. Кажется, то, что нужно, – одинокий ткенн, которого можно захватить и узнать, где находится склад со скафандрами-телепортами.

Это был элитный Ангел, один из командиров. Я понял это сразу – мундиры офицеров отличались зеленовато-золотистыми полосами. Как же они хотели быть похожими на землян и абестанцев! Вот только это подражание больше напоминало неудачную пародию.

Я тут же дал знак своему лейтенанту, и мы ускорились.

Ткенн не слышал нас. Кажется, слух насекомых улавливал другие частоты. Кроме того, Ангелы не всегда замечали движение. У них было нарушено восприятие пространства. Видимо, как результат смешения все тех же генов, которые работали в организме насекомых неожиданным образом.

Ангел не успел опомниться, как я бросился на него, пытаясь скрутить лапы. Враг оказался сильнее, чем я предполагал. Плюс сказались усталость и четырехдневный голод. Конечности с шипами полоснули меня по груди, но я вовремя успел выбросить свои шипы и вонзил их в живот ткенна, прорвав мундир. Из раны брызнула зеленоватая жидкость вроде сукровицы, но Ангела это не остановило. Я успел удачно вывернуться и зафиксировал руки врага хвостом.

Ториан и Ортрес не вмешивались, опасаясь спутать все карты. Ткенн мог начать беспорядочно отбиваться и поранить нас всех. В критической ситуации рретане бросились бы на помощь, но этого не потребовалось. Я смог обезвредить Ангела, и теперь он лежал на полу. Фасетчатые глаза ткенна смотрели, казалось, в никуда. Сказывалась одна из особенностей насекомых. Думаю, Ангел одновременно рассматривал меня и моих рретан, оценивал окружающую обстановку.

Я тут же активировал переводчик.

– Где находится склад? – спросил, восстанавливая дыхание.

Ангел резко дернулся, но понял, что сопротивление бесполезно. На него уже смотрело дуло бластера. Удивительно, но даже у таких тварей есть инстинкт самосохранения.

– Мне нужен скафандр с телепортом, – повторил я и дождался, пока устройство протрещит фразу на языке ткеннов.

– Склад в другом секторе, тремя уровнями выше, – ответил наконец ткенн.

– Веди. И не думай, что тебе удастся нас перехитрить. Я убью тебя гораздо раньше, чем ты успеешь прокукарекать сигнал о помощи, – резко произнес я, позволив пленнику подняться на ноги.

Мы двинулись вперед, миновали несколько переходов и вскоре попали в замаскированный лифт, который не увидели бы без посторонней помощи. Стена и стена, покрытая привычной слизью и мхом.

Лифт перенес нас на другой уровень лабиринта, отличающийся от предыдущего хотя бы тем, что здесь было гораздо светлее, теплее и даже чище. Стены из природного материала сменили перегородки из какого-то полимера. Нам пришлось миновать огромный зал, где я остановился, не поверив своим глазам.

За стеклянными перегородками в полупрозрачных пузырях находились тысячи яиц, в которых были зародыши. Личинки ткеннов шевелились в природной «упаковке», и выглядело это омерзительно. Сами яйца крепились друг к другу тягучей слизью и гроздьями свисали под потолком зала-яслей. Внизу копошились рабочие-ткенны, одетые в специальные жилетки. Они очищали коконы от загрязнений. Готовые вот-вот раскрыться яйца снимали и переносили в другой зал. Там находился настоящий детский сад. Из белых контейнеров протягивали лапы многочисленные детеныши, из которых предстояло вырастить взрослых ткеннов.

– Айтах! Сколько же их там? – не выдержал Дэй Нир.

Устройство автоматически перевело это на язык насекомых. Наш спутник оглянулся.

– Это последнее поколение. Но новые особи, которые только должны родиться, будут еще сильнее. Теперь для взросления нам не требуются годы, как раньше. Новые технологии позволяют за пять лет создать полноценную армию из таких вот личинок.

С какой же скоростью они плодятся! Эдакими темпами через пару десятков лет на планетах нашей галактики не останется живого места. Если королеве, конечно, удастся воплотить свой план в жизнь.

Ну уж нет! Этому не бывать! Вот только выберусь отсюда – и быстро найду решение проблемы с перенаселением галактики ткеннами. Устрою им неестественный отбор!

– Как же хочется все взорвать, – послышался голос Ррис Вэна, который с презрением смотрел на ткеннов за стеклом.

– У тебя будет такая возможность, – съязвил я, подумав, что стоит вернуть капитана в командный сектор флагмана, как только мы прибудем на корабль.

После рассказа Дэй Нира я начал уважать рретанина, который мог бы меня ненавидеть за понижение в должности, но остался верен своему коммодору, несмотря ни на что. Это в характере рретан – мы очень отходчивы. Быстро вспыхиваем, порой можем наговорить лишнее, сделать глупость. Но остываем почти сразу же. Я всегда ценил доблесть и отвагу своих подчиненных.

Я заставил себя отвернуться от отвратительного зрелища и продолжить путь по лабиринту. Мы миновали еще несколько яслей, снова переместились на лифте и оказались в большом помещении-складе. Наш невольный провожатый явно знал, что здесь засада. Не успели мы опомниться, как сверху спрыгнули несколько вооруженных Ангелов. Но реакция сработала безотказно – через пару минут схватки враги оказались разбросанными силовыми гранатами. В живых оставался лишь один – тот, кто и привел нас сюда. Теперь он не пытался оказывать сопротивление. Понял, что ничего не добьется своими действиями.

Я быстро отыскал контейнер со скафандрами-телепортами. Мы были с ткеннами примерно одного роста, по ширине же костюмы регулировались автоматически. Но в тот момент, когда я уже намеревался устроить пробное испытание, сообразил, что резерв энергии телепорта не бесконечен, нужно приберечь его для побега.

У стены находился компьютер, надписей на мониторе которого мы не понимали. Но здесь имелась ценная информация, и мне хотелось ее заполучить во что бы то ни стало для того, чтобы бороться с ткеннами их же способами и завладеть мощью на случай новых противостояний с КОР. Мало ли что на уме у Хортнера Мейси и Мирайны Дэйл.

Али… Как она там? Что с нашей помолвкой? Надеюсь, она еще ждет и не думает, что я ее бросил? Я никогда бы с ней так не поступил. Прежние мимолетные романы не в счет – я не любил по-настоящему, и женщины об этом знали, видели по цвету чешуек. Теперь же я был готов бороться со всей Вселенной, только бы защитить мою маленькую абестанку.

Айтах! А если она уже беременна? Я ведь раньше ничего не знал про особенность Али! Мы не предохранялись. Да это и не принято у рретан. Мы способны зачать ребенка только с любимой женщиной, и каждая беременность – как праздник.

Как бы я хотел услышать от Али про малыша. Как бы хотел, чтобы так оно и случилось! Даже если погибну в Черной туманности, если не смогу вырваться из этого пекла, пусть у нее останется от меня хотя бы ребенок. Уверен, из Али выйдет любящая мать…

Да о чем это я?! Я выберусь из этой космической задницы, потому что обещал Али вернуться и официально попросить ее руки. Даже если мне придется пройти испытания, я прилечу к своей зеленоглазой девочке. Потому как в ней заключена моя жизнь.

– Коммодор, мы смогли распознать код доступа. Сейчас я сброшу данные на свой браслет-компьютер, позже займемся дешифровкой, – раздался голос Ортреса.

Я тут же повернулся, понял, что капитан смог проникнуть в компьютерную сеть ткеннов и скопировать ценную информацию.

– Молодец, капитан! – улыбнулся я впервые за все эти часы. – Нам пора искать корабль и сваливать отсюда.

– Я достал план этого муравейника. Вот, – выплыла из браслета капитана сияющая голограмма. – И еще…

– Что еще? – поднял я взгляд.

– Не-эт… Это нереально… Но я попробую… – Ррис Вэн задержался еще на пару минут у компьютера, что-то скачивая и настраивая в своем браслете.

Пленный Ангел нам больше не требовался. Я хотел было закрыть его на складе, но вдруг подумал, что он может предупредить остальных, поэтому просто подал знак Дэй Ниру. Лейтенант поднял руку с бластером и выстрелил. В воздухе запахло корнем оррошки. Но я не испытал ни малейшего угрызения совести. На войне как на войне, как любил выражаться старый адмирал КОР, предшественник Хортнера Мейси.

Путь занял около часа. Наконец мы вышли наружу и оказались под серым небом планеты на поверхности огромного термитника, спрятанного в грунте, где находилась главная угроза нашей галактики. Мы не пользовались основным входом, а нашли один из технических, поэтому видели, как в отдалении то и дело снуют группки насекомых. Они что-то переносили на звездолеты-пауки. Наверняка – оружие и боеприпасы. Недаром так основательно готовились захватить наши планеты.

Под нашими планетами я подразумевал не только Рретан, переживал за всех жителей Файролы, находятся они в составе КОР или нет. Понятно, что нападение неминуемо, раз королева велела похитить меня и предлагала сомнительную сделку.

Мы присмотрели один из кораблей – звездолет среднего класса, большой истребитель, который стоял чуть в отдалении. Оттуда как раз вышел отряд Ангелов и направился в центр космопорта.

То, что нужно! Пора!

Я вдруг почувствовал слабое головокружение, но так и не понял, чем оно вызвано. Возможно, мне просто требовались отдых и еда. Я постарался не думать об этом. Все пройдет.

Лейтенант Ториан Дэй Нир тревожно посмотрел на меня, но ничего не сказал.

– Давайте, парни! Скоро мы вырвемся из этой дыры, – хрипло прошептал я, сжимая в руках бластер.

Мы окружили корабль с двух сторон, дождались, пока откроется шлюз и из него выйдет Ангел. Луч бластера пронзил воздух голубой линией. Ткенн упал на покрытие дока. Мы же бросились внутрь, расстреливая всех насекомых, что попадались на пути.

Рубка управления оказалась просторной, под потолком горели нити ламп. Компьютер не включался. Мы не знали, что делать, поскольку не понимали надписей. Айтах, почему я раньше не изучил язык ткеннов? Чтобы бороться с врагом, надо знать его лучше.

Ортрес Ррис Вэн еще пытался что-то сделать, используя схемы, записанные в браслет. Казалось, счет идет на секунды и скоро сюда нагрянут отряды военных, присланных королевой нам вдогонку. Не может быть, чтобы она упустила меня из вида.

Громкие ругательства Дэй Нира… Учащенное биение сердец… Черные точки, что внезапно возникали перед глазами, и слабость, которая накатывала волнами.

Мне становилось все хуже. Но я пытался терпеть и не показывать недомогания офицерам.

Вспышка – это включилась панель управления. Кажется, все. Теперь бы только взлететь…

Али

До самого вечера я не находила себе места. Не помнила, что ела и что делала. Бродила по просторным коридорам президентского дворца, боясь выйти наружу, словно только здесь, в родных стенах еще сохранялись наши с Реем чувства. Он привел меня сюда пять дней назад. Обещал вернуться. И я ждала, ждала, как принцесса из сказки ждет своего рыцаря, что найдет, спасет, расколдует.

Я ежеминутно проверяла сообщения. Но приходили лишь послания от Ворнера. Что он подождет, сколько потребуется, что всегда любил меня и надеялся, что никогда не переставал верить… И прочее, прочее, прочее. Я написала, чтобы пришел завтра. Завтра я решу вопрос с нашей помолвкой. Ворнер просил о встрече, но я сказала, что еще больна. Он посетовал, поругал Рея, и на этом мы остановились.

Время сегодня текло медленно и неспешно, будто издевалось надо мной. Когда мы с Реем были вместе на Рретане, казалось, что дни пролетают как мгновения. А теперь время словно бы и не двигалось, планета замедлила свой ход, и в сутках стало часов пятьдесят, не меньше.

К вечеру мама вернулась. С таким лицом, словно собиралась сказать мне нечто страшное. Я мысленно приготовилась ко всему. Либо он болен, либо пленен и свергнут, либо бросил меня и не любит. Ничто из этого не утешало. Но первые варианты хотя бы давали надежду. Я собиралась умолять маму помочь рретанскому принцу.

Хортнер вошел вслед за мамой. В форме адмирала, которую, видимо, не снимал даже ночью в постели. Боялся, что отнимут более достойные воины. Молча зашел в мой компьютер, подключил трансляцию со своего браслета, что служил сейчас передатчиком с большого компьютера крейсера, отправленного на планету Рея.

Сам Мейси не полетел. Или мама потребовала как можно быстрее предоставить доказательства?

Мне показывали планету Рея в онлайн-режиме. Это не были старые съемки. Все, что я видела, происходило именно сейчас, разве что с поправкой в несколько секунд на достижение сигналами передатчиков. Мама ничего не доказывала, молча ставила перед фактом.

Изображение приблизилось. Я увидела дворец Тар Ренса, казавшийся хрустальным. Сотни декоративных «стеклянных деревьев», освещенных так, что сияли, прямо как несколько дней назад, когда мы танцевали вместе с Реем.

Внутренний дворик замка был полон рретан. Они плавно двигались, а на небе загоралось радужное сияние – снова встретились легендарные спутники.

В городе царили спокойствие и умиротворение. Еще какую-то секунду я не хотела верить. Мало ли, может, все уже успокоилось. Но камера показала флаг над замком. Животное, похожее на дракона, с крыльями, покрытыми жестким оперением, в переплетении трех стеблей вьюнов. Флаг дома Тар Ренс.

Рейминар по-прежнему у власти. И он не болен, иначе флаг приспускали, показывая, что у правителя неприятности. Даже если тот просто устал или ранен.

Потом мне еще раз показали флагман Рея – махину длиной с километр, способную вместить множество небольших истребителей. Корабль стоял на большой площадке, целехонький и на вид не тронутый каким-либо оружием. Если бы он побывал в серьезном бою, его бы не отремонтировали так быстро. Изображение еще приблизилось, и я увидела снующих в рабочем режиме механиков-рретан, но никаких признаков экстренной ситуации или срочного ремонта. Все тихо и мирно.

Я даже не села – упала на постель. Хортнер попрощался и ушел, не закрывая мне доступ, позволяя вдоволь налюбоваться, как радуются рретане тому, что их принц меня бросил.

Я возненавидела Тар Ренса так, что кулаки сжались. Бессильная ярость кислотой разлилась по венам. Слезы высохли, так и не пролившись. Я встала, миновала маму и села за компьютер.

Минута – и приглашения летят к придворным. Вторая – и Ворнер объявлен моим официальным женихом. Третья – и я согласилась завтра встретиться, прогуляться, как он просил. Что же… Так, наверное, даже лучше. Я останусь на Неотерре, с мамой.

Ворнера я знала с самого детства, и он никогда меня не обманывал. Мы разошлись по обоюдному согласию, но он всегда оказывался рядом. Утешал и приходил на помощь.

Да, это была мимолетная влюбленность, роман, которому не суждено перерасти в нечто большее. Я получила от Рея несколько дней счастья, а он от меня, видимо, – часы удовольствия. Ладно. На том и закроем тему.

Мама принесла мне ужин. Мы снова поели вместе. Эти дни с мамой напоминали мне детство, тогда она точно так же приходила и говорила со мной, потом наше близкое общение вытеснили другие заботы. Мы поговорили о папе и их романе. Папа всегда находил возможность отправить весточку с любого конца галактики.

Наверное, это и есть настоящее чувство, а не буйство гормонов. Будем надеяться, я забуду Тар Ренса. В конце концов, я мало его знаю. Мы нормально общались пару недель от силы. Да, он умеет произвести впечатление. Красивый, заботливый любовник. Мы получали удовольствие друг от друга. А теперь я воспылала искренней ненавистью.

Нет, я понимала, что Тар Ренс мог передумать, после нашего расставания ощутить похмелье и понять, что чувства были не настоящими. Возможно, он даже когда-то верил, что любит меня, и искренне просил стать его женой. Ведь я могла согласиться и улететь с Неотерры вместе с Тар Ренсом. И тогда никаких отступных путей у него не оставалось бы.

Что же… Хорошо, что коммодор вовремя опомнился. Жить в браке без любви столько, сколько живут рретане и абестанцы, – то еще наказание за вожделение и гормональную бурю. Но мог же он сразу признаться? Написать, сообщить, предупредить, наконец? Как мог отважный воин, коммодор, который смело бросался в гущу битвы, трусливо сбежать с собственной помолвки?

Такой поступок недостоин воина, а уже правителя и принца – подавно. Это подло и малодушно. Впрочем, это уже его дело. Все в душе выгорело дотла. Любовь превратилась в пепел. Я хотела лишь покоя.

И я найду его с Ворнером, в этом сомневаться не приходится. Он не забыл меня, даже когда предпочла другого, любил меня все это время и готов занять место сбежавшего принца.

Я начну жизнь с чистого листа и никогда больше не вспомню Рейминара Тар Ренса, рретан и прекрасную сказку о правителе и его пленнице. Сказки – для маленьких глупых девочек. Пора повзрослеть, Алианна, жить реальностью, а не иллюзиями… Только в сказках принцы всегда благородные и на белом коне. Мой хвостатый монстр на ящере остался в прошлом. Впереди – будущее, и я не стану сетовать, жаловаться, впадать в депрессию. Я Алианна Дэйл, дочь президента КОР, абестанка, которая умеет быть сильной и независимой.

Рей

Двигатели корабля заработали, в рубке управления раздавался равномерный гул. Мы быстро настраивали компьютер, пытаясь задать курс в сторону родной галактики. Конечно, придется управлять и вручную. Но нам не впервой. Однажды я уже бывал на корабле ткеннов – в день, когда спасал отца Алианны, Эрмира Дэйла. И не спас.

Кто мог знать, что моя жизнь повернется таким образом и мне придется похитить дочь боевого товарища? Полюбить больше этой самой жизни. Спасаться от ткеннов, чтобы спасти ее.

Конечно, с того дня прошло почти двадцать лет, многое изменилось. Тогда я являлся лишь одним из наследных принцев Рретана и даже не думал о власти. Моей жизнью был космос. Да и корабли ткеннов сейчас были немного другими. Их цивилизация развивалась быстрее, чем хотелось бы. Все из-за внедрения генов уников – абестанцев с особыми способностями и повышенным интеллектом, как пояснил по пути захваченный в плен Ангел.

Дело не только в возможности подстраивать код ДНК под партнера и рожать детей от представителей других рас. Уники обладали особенной памятью, запоминали длинные комбинации цифр, делали в уме сложнейшие расчеты. Так вот как Алианна смогла узнать пароль от моего кабинета на Тэо и вошла в бортовой компьютер, чтобы на время отключить силовое поле! Я догадался о ее других способностях, вспомнив, что такими же обладал Эрмир Дэйл. Мы всегда удивлялись, как он воспроизводил сложные шифры, как управлялся с компьютерами. Как же я сразу не понял?.. Да что уж… Теперь главное – улететь.

– Коммодор Тар Ренс! Мы не сможем покинуть космопорт, – раздался сдавленный голос Дэй Нира.

– Силовое поле? – на автомате произнес я.

– Да… И не только. Кажется, все корабли заблокировали. Никто не сможет улететь с базы!

– Айтах! Это сделала она… Королева! – вспомнил я про центр командования, куда меня приводили конвоиры. – Нам придется вернуться. Отключить поле, чтобы вылететь из дока.

Конечно, жаль упущенного времени. Нужно было сразу отправиться к королеве и разобраться со всем.

Мы снова вышли наружу. Но теперь космопорт наполнился ткеннами, которые рыскали между кораблями. Они искали нас. Или меня… Интересно, знали ли насекомые, что здесь еще два рретанина, или просто королева-матка отдала приказ вернуть меня обратно во что бы то ни стало?

Да какая разница?!

Вот только мне становилось все хуже.

– Ваше высочество! Кажется, это яд того ткенна, который вас ранил, – произнес Ррис Вэн. – Нужно раздобыть противоядие.

Я стиснул зубы. Уже и сам догадался. На землян яды ткеннов действовали быстро. Рретане могли выдержать дольше. Распространение яда сдерживал и биостимулятор, частично очищая мне кровь. Нужно поскорее добраться до своих, где мне введут антидот.

Мы сделали в скафандрах прорези для хвостов. Все же они – наше дополнительное природное оружие. Вышли из корабля.

Мы снова отстреливались. Прятались за черными корпусами кораблей. Приближались к главному входу базы. Хорошо, что набрали достаточно боеприпасов на складе. Двигаться в скафандре было не слишком удобно, но зато он защищал от поверхностных ранений, отражал поля силовых гранат.

Потратив полчаса, мы достигли центра управления. Ториан хотел взорвать люк, но я предложил воспользоваться телепортом, чтобы проникнуть внутрь.

Мы материализовались прямо в центре зала. На нас обернулись Ангелы, которые сидели за компьютером. Я же оглянулся и увидел матку.

– Решил играть по-своему, Тар Ренс? – проскрипела королева, резво переваливая грузное тело и двигаясь в моем направлении. – Я ведь предлагала тебе союз. Думаешь, сможешь перехитрить великую Криокриссу, которой уже тысяча лет?

– Да хоть кого! Думаю, всяким Кракозябрам не стоит лезть туда, куда их не просят, – бросил я, одновременно стреляя в матку из бластера. Но лучи словно растеклись по телу королевы, не причиняя ей никакого вреда. Щитки нижней части тела работали как отражатель!

Айтах! Я увидел в руках Криокриссы оружие. Она тоже выстрелила, но я успел броситься под массивную тушу, рискуя быть раздавленным. Меня защищал скафандр, но не от прицельного выстрела с близкого расстояния. Теперь матка не видела меня, ведь я скрывался под ее первым телом, уворачиваясь от резких выпадов. Но королева оказалась более ловкой, чем мне думалось.

– Вы, гуманоиды, такие единоличники. Ты желаешь эту девушку только для себя. А я – для выживания своего народа.

– Нет, ты хочешь получить ее для того чтобы сделать несчастной галактику, а я – чтобы сделать счастливой Алианну, – проговорил я. И в этот момент изловчился и запрыгнул на саму королеву, балансируя на ней, как на батуте озера Файтра.

Матка повернула второе тело почти на сто восемьдесят градусов, и лицо ее оказалось напротив моего. Вот только бластер я выронил. Но и оружие королевы успел выбить, и оно с глухим звуком упало на пол.

Слабость растекалась по телу вместе с ядом ткеннов, мышцы неприятно потряхивало, зрение то и дело теряло четкость. Я видел, что товарищи сражаются с Ангелами и не в силах прийти на помощь. Мы с маткой остались один на один. Либо она меня, либо я ее. Образ Алианны помогал вернуть силы. Я думал о том, что, если сейчас проиграю, моя абестанка окажется перед лицом смертельной угрозы. Победа же над маткой означала для Али спокойную и безмятежную жизнь, пусть даже без меня, если все же не выживу.

Я собрал последние силы и вложил их в атаки шипованным хвостом. Но удары попадали в нижнюю часть тела и были тщетными – шкура матки оказалась прочнее стали. Королеву до талии покрывала естественная броня из панцирных пластин, а до верхней, женской части тела я никак не мог добраться. Слабыми местами мне виделись грудь, шея и голова матки ткеннов.

Я вспомнил, как сражался с монстром на планете Тарилион. Тогда я тоже не мог победить его, пока не отсек голову чудища. Я издал рык, прыгнул и атаковал матку в последний раз. Выпустил шипы-кастеты, вцепился в шею чудовища, оттолкнулся ногами и хвостом. В глазах некстати разлилась темнота, в голове помутилось. Я почти ничего не видел и не воспринимал.

Истошный крик прорвался сквозь пелену беспамятства. И все стихло.

Я упал на пол, еще не понимая, что сделал. Распластался в жиже зеленой крови, а неподалеку покачивалась мячиком оторванная голова королевы ткеннов.

– Вы победили ее, коммодор! – послышался обрадованный крик лейтенанта.

– Как же… – поднялся я и сел, приходя в себя.

– Мы перестреляли Ангелов и сняли защитное поле станции. Хотели помочь, но вы уже сами справились. Я настроил браслет на склад боеприпасов. Устроим им на прощание большой фейерверк! – прокомментировал Ррис Вэн.

Я посмотрел на мертвых ткеннов, разбросанных по всему помещению. Запах стоял отвратительный. В двери-люк кто-то ломился. Камеры транслировали толпы воинов: Ангелов и низших солдат. Они рвались на помощь своей королеве, еще не зная, что спасать уже некого.

Мои офицеры не теряли времени даром. Пока я сражался с маткой, они уничтожили всех командиров Ангелов в командном центре и сняли щит. Теперь мы могли улетать беспрепятственно. Главное – убраться отсюда.

От запаха крови ткеннов и действия яда меня подташнивало. Казалось, сейчас вывернет наизнанку.

– Полетели домой, – громко выдохнул я, понимая, что все самое страшное уже позади. – В нашу галактику.

Али… Скоро я прилечу к тебе, моя маленькая! Даже не сомневайся. Я вернусь на Неотерру и попрошу руки своей женщины, как ты того и хотела. Вот только полет на Рретан займет время, а я так не хочу его терять. Хочу побыстрее увидеть тебя и прижать, понять, что все было не зря и я обрел главное счастье в жизни! И пусть Мирайна даже не думает, что сможет помешать мне забрать тебя на Рретан!

Я открыл телепорт, обернулся напоследок, глядя на последствия боя. И тут в голову пришла хорошая идея…

Али

Не знаю почему, но на душе было муторно. Сны снились странные, сюрреалистичные. Словно я в каком-то муравейнике, бегу, стреляю в ткеннов. Снова убегаю и почему-то ищу корабль. Привидится же подобное!

Время от времени словно из ниоткуда появлялась гигантская полуженщина-полунасекомое. Она мне кого-то очень напоминала. Но кого, понять не удавалось. Монструозная незнакомка пыталась схватить меня, пленить и приковать силовыми оковами.

К утру я проснулась совсем нервная. Наскоро привела себя в порядок и собиралась надеть, как прежде, что-нибудь бесформенно-удобное. Но вовремя себя одернула!

Хватит, Алианна! Ты решила жить без Рейминара Тар Ренса! Так живи, а не делай вид, что живешь!

Словно специально, в эту минуту прилетело сообщение от Ворнера. Он предлагал вместе позавтракать в нашем любимом парке неподалеку от дворца. Мы часто сбегали туда еще детьми со всяких торжественных мероприятий, пили фруктовые соки, ели мороженое и мечтали о будущем. О том, как вырастем и вместе облетим всю галактику.

Я подумала и согласилась. Тщательно расчесала волосы, надела обтягивающее алое платье и демонстративно застегнула на шее колье рретанина. Словно бросала вызов. Вот, в твоем подарке, Тар Ренс, я иду на свидание с другим.

Красные лодочки, немного косметики – и я повертелась перед зеркалом, довольная отражением. Почти прежняя Али, которую наперебой приглашали на танцы на любом мероприятии и мечтали назвать своей девушкой многие вельможи.

Я покинула дворец с личного выхода, чтобы не встречаться ни со слугами, ни с возможными послами-гостями, которые в это время могли направляться к маме. Вышла к замковой аллее, по обеим сторонам которой возвышались стройные лиственницы, сосны и кипарисы. Я обожала хвойный запах: сильный, насыщенный, не то что слабый и сладковатый, как у рретанских «стеклянных деревьев».

Каблучки задорно стучали по розовой брусчатке, над головой пели птицы, в траве под деревьями стрекотали кузнечики. Внезапно мне на плечо села бабочка. Белая, перламутровая, как глаза рретанина. Он словно напоминал о себе. Черт! Это все глупости!

Хотел бы – напомнил бы лично. Я все пытаюсь оправдать мерзавца, а на самом деле он меня просто бросил. Просто бросил… в день помолвки, опозорив перед всеми, заставив испытать осуждение и услышать смешки. И этого я ему не забуду!

Как ни старалась, но мысли упорно возвращались к Рею. Я прошла вдоль аллеи и свернула в парк. Здесь, на полянке, среди кряжистых столетних дубов, яблонь и кустов малины стояли передвижной столик и два кресла. Ворнер явно не сам их сюда принес. Но мне плевать. На Рретане тоже были слуги.

На столе дымился мягкий омлет, лежали еще теплые трубочки с кремом, булочки с маком и джемом. Кажется, абрикосовым. Пахло ванилью, свежестью и чаем с бергамотом.

Я оглянулась. Ворнер выскочил из-за куста в синих сорочке и брюках. Сапоги его были начищены до блеска, а волосы слишком приглажены. Ну и ладно! Мужчина любит выглядеть ухоженно. Могут быть у него маленькие недостатки? Зато он не бросал меня перед гостями и даже готов был объявить о нашей помолвке вместо помолвки с рретанином.

Я снова мысленно возвращалась к Тар Ренсу, и это ужасно раздражало.

Ворнер отодвинул стул, я села, и рядом очутилась чашка, наполненная чаем, блюдце с пирожными и булочками.

Некоторое время мы ели молча, в воздухе повисла неловкая пауза. Затем понемногу разговор начал налаживаться. Ворнер рассказывал, как идет бизнес. Он занимался переработкой ценных минералов, в том числе и эрития, владел самой крупной компанией. Я снова вспомнила Тар Ренса… Ну да, он добился своего, и больше я ему неинтересна. Я тряхнула головой и вернулась к реальности.

После завтрака мы прогулялись по парку, вспоминая детство, свои шалости и минувшие дни. Ворнер вел себя безупречно. Ни разу не напомнил о том, что случилось на несостоявшейся помолвке, и старался меня развлекать. Мало-помалу я прониклась к спутнику благодарностью.

Мы провели вместе почти полдня. Меня накормили сытным обедом: пока мы гуляли, слуги поменяли сервировку стола, и там появилась солянка с кусочками ветчины и мои любимые голубцы. Ворнер не забыл, что я люблю, или мама подсказала? Да какая в общем-то разница?

Когда обед закончился, спутник вдруг поднялся и торжественно вручил мне красную бархатную коробочку. Я знала, что она означает, но все равно вздрогнула. Вздохнула, словно ныряла в воду, в последний раз распрощалась с иллюзиями и заглянула внутрь.

Кольцо выглядело безупречно. В стебельке из белого золота цвели розы с рубинами и бриллиантами. По листикам рассыпалась бриллиантовая роса. Я надела кольцо на палец, и Ворнер кивнул.

Он проводил меня до комнаты и ушел, галантно поцеловав руку. А я начала выбирать платье. Остановилась на лиловом. Оно контрастировало с глазами, а не оттеняло, как нравилось Рею. Черт! Опять, опять я о нем думаю!

Ладно, пока прошло немного времени. Я еще успею выбросить рретанина из головы и вырвать из сердца. Завтра состоится моя помолвка с Ворнером, и он явится на нее, я знаю. И этого для меня уже более чем достаточно. Страсти я нахлебалась сполна и хочу просто уверенности, что мужчина больше не подведет и не бросит. Ворнер никогда подобного не делал. И я была бесконечно признательна ему за это.

Платье доставляли несколько дольше, чем прежнее. Я примерила его. Расклешенные рукава спускались с рук, узкий лиф венчался ромбиком, вышитым бисером, подчеркивая ложбинку между грудей. Длинная юбка раскрывалась в высоких разрезах.

Я показалась себе более взрослой… Женщиной, что ли… Уже не девушкой.

Когда снимала наряд, он зацепился за колье и едва не порвался. Будто подарок рретанина жил своей жизнью и подпевал хозяину. И плевать! Я все равно надену ожерелье на помолвку.

Я не успела снять наряд, как пришла мама.

– Дорогая, я только на минутку! – довольная, защебетала она. – Хотела сказать, что о вашей помолвке расскажут завтра во всех новостях. И все желающие смогут приехать посмотреть на фейерверк в честь праздника.

Мама очень старалась. Объявлять в новостях о моей помолвке с Реем не стоило – все же Рретан вышел из состава КОР. А вот с Ворнером – самое то. Я не осуждала маму за ее суету вокруг нового события. Она давно хотела нашего брака с Ворнером, считая, что лучшей пары мне не найти. Теперь я и сама в этом убедилась.

– Спасибо, – только и обронила на радостное щебетание мамы.

Комок застрял в горле. Почему-то вспомнились другие новости – те, с которых началось мое приключение. Лицо Тар Ренса во весь экран визора в торговом центре. Рассказ о его предательстве. Что же, предатель он и есть. Меня коммодор предал. И мне плевать, сделал он это ради своего народа или еще какой-то высокой благой миссии.

Мама вышла, вернулась с подносом, и мы, как уже повелось в эти дни, вместе поели. Мама поддерживала меня, как могла. Я же морально готовилась к завтрашнему событию. Страх испарился, опустошение разливалось внутри. Боль притупилась. Я больше не злилась на Рея, скорее, прощалась с глупыми иллюзиями в его лице и шла навстречу новой жизни с Ворнером и мамой, на Неотерре.

Рей

Пока мы бежали обратно в космопорт, в лабиринте поднялся настоящий переполох. Новость о том, что королева мертва, а офицеры убиты, пронеслась по планете в мгновение ока. Насекомые впали в истерию, не знали, что делать. Рабочие вереницами устремлялись на нижние ярусы, воины почти не оказывали сопротивления. С потерей матки их жизнь словно потеряла смысл. Возможно, одна из личинок могла бы развиться в новую матку, да и на других планетах ткеннов могли быть самки, но в любом случае они не будут такими, как Криокрисса, женщина-ткенн с набором генов уников и чрезмерными амбициями. Да и теперь уже все равно. Скоро мы просто уничтожим их главную военную базу.

Мы захватили корабль без особого труда. Я без сил упал в кресло перед компьютером, взялся за рычаги, чтобы страховать Дэй Нира. Ррис Вэн занимался настройками. Все мы хоть и находились в штате управления флотом, умели лично пилотировать звездолеты – с этого все начинали.

Последние приготовления – и корабль-паук оторвался от поверхности, взлетел в серое марево. Мы стремительно отдалялись от планеты-муравейника, выходили в Черную туманность – огромное скопление звездной пыли.

– А теперь – последний сюрприз, – пробормотал я и активировал код на браслете капитана.

– Верно, покажем им, кто настоящие короли Вселенной, коммодор, – обрадовался Ррис Вэн.

Миг – и станция ткеннов взорвалась. Оружие на складе сдетонировало, пошла цепная реакция. Сначала на поверхности планеты возник огненный смерч, а через пару секунд появился столб дыма, напоминающий гриб. Ошметки базы выбросило в космос, и теперь они медленно двигались в вакууме. Все то оружие, которое ткенны хотели использовать против нас, уничтожило их самих. Последовала ударная волна, но мы уже удалились от места катастрофы.

Нас еще преследовали самые отчаянные ткенны – те, которые находились вне планеты, местный патруль, больше промышлявший пиратством. Но мы успешно лавировали среди камней космического облака туманности, отбивались и уходили от атаки. И скоро должны были выйти в свободную от пылегазовых облаков зону, чтобы уйти в гиперпространство.

Мои мысли растворялись в бесконечности космоса. Я все еще сжимал в руках браслет, набирая сообщение для Али, но пальцы не слушались. Я успел ввести лишь пару слов: «Любимая. Я возвращаюсь», – когда ладонь сама разжалась, и я выронил устройство на пол рубки. Я так и не успел отправить послание Али, ведь надо было ввести длинный код синхронизации. Яд ткенна сделал свое дело, и я отключался. Время замедлило свой ход.

Уже теряя сознание, я услышал голос Ториана Дэй Нира:

– Мы в гиперпространстве, коммодор! Потерпите немного, скоро доберемся до наших…

Наступила тьма. Я видел лишь галлюцинации – Али, которая искала меня и пыталась спасти. Это ведь я должен ее спасать! Меня держала в плену королева ткеннов, прижимала к себе уродливыми клешнями и требовала, чтобы я ее оплодотворил… Какая гадость! Потом видения сменились на бесконечный бег по лабиринту, где меня преследовали толпы личинок ткеннов. Они заполняли помещения, и я просто не мог пройти. На мундир налипла слизь, мерзкие лапки насекомых тянулись со всех сторон…

– Коммодор Тар Ренс! Как вы? – раздался вдруг незнакомый голос.

Я открыл глаза и понял, что нахожусь в медотсеке. Надо мной склонился штатный врач-рретанин, тревожно всматриваясь в лицо. Вокруг мигала цветными лампочками медицинская аппаратура. На мне больше не было скафандра-телепорта, только нательный комбинезон из тонкой эластичной ткани.

– Мы ввели противоядие. Оно уже действует.

– Айтах! Сколько я пролежал без сознания? – До меня дошло, что случилось.

– Почти сутки. Наш корабль засек сигнал тревоги между галактикой и Черной туманностью. Но мы успели вовремя. Мы находимся неподалеку от планеты Евразия.

– Коммодор, думаю, вам надо это услышать! – Ториан Дэй Нир вбежал в каюту, словно за ним гнались, включил свой браслет-компьютер на трансляцию новостей и увеличил изображение так, чтобы даже со своего места я видел худощавую абестанку в сером платье, зачитывающую текст:

«Сегодня ровно в тринадцать часов по времени Неотерры состоится помолвка Алианны Дэйл, дочери президента Мирайны Дэйл, с лордом Алеардом Ворнером Уиллсом…»

Девушка говорила что-то еще. А у меня, кажется, сердца остановились. Слова доносились гулким эхом. Али… меня бросила? Я должен все выяснить!

Я вскочил так, что врач начал причитать по поводу моего здоровья и возможных последствий. Но я уже не слушал. Браслет-компьютер показывал, что до указанного времени осталось около четырех часов!

– Летим на Неотерру! Срочно! – скомандовал я Дэй Ниру. – Мы должны успеть!

– Но… – даже как-то растерялся лейтенант. – Нам придется менять маршрут. Наш флагман на Рретане, мы летим туда. Вас там все ждут, коммодор.

В голове роились страхи, сомнения и предположения. Может, она поняла, что ошиблась, не любила меня по-настоящему? Может, Мирайна промыла мозги дочери? Я это уже наблюдал, когда мы только встретились.

Может, Али решила, что я ее бросил, и никто не попытался связаться, чтобы объяснить, что это не так? Айтах! Я не знал, как буду жить без своей женщины, а она, кажется, уже знала, как жить без меня.

Все внутри меня сосредоточилось на одном: добраться до Али, поговорить и объясниться. Сказать, как она мне дорога, что я не представляю остальные столетия без своей половинки. О другом я не хотел даже думать.

Как она могла за такой короткий срок изменить решение? Или она всегда любила этого Ворнера, а со мной испытала лишь кратковременную страсть? Удовольствие крутить роман и заниматься сексом с инопланетянином, экзотическим самцом? Или они с Мирайной специально спровадили меня с Неотерры, чтобы избавиться от хвостатой занозы?! Пока не поговорю с Али, не узнаю, как обстоят дела на самом деле.

Она поймет, что совершает ошибку. Ведь никто не сможет любить абестанку так же сильно, как люблю ее я. Это просто невозможно! Наша с ней связь – тому доказательство!

Я собирался было написать Али, но передумал. Скоро мы сядем на Неотерре. На этом крейсере есть небольшой челнок, на котором я смогу пробраться в президентскую резиденцию тем же путем, каким мы похищали девушку. Ториан Дэр Нир уже знает, как это сделать.

Мы используем технологии ткеннов, чтобы проникнуть во дворец, минуя охрану, наденем шлемы, чтобы нас не узнали. Личные телохранители президента часто надевают их на службе.

И пусть Алианна скажет мне в лицо, что разлюбила. Тогда я подумаю, что делать дальше. Вот только жить без нее все равно не смогу. Если Али откажет, придется пойти на крайние меры. Я могу попробовать снова похитить ее, завоевать, как в прошлый раз, или… На большее у меня идей пока не хватало. Но отказаться от любимой я не мог. Ни за что!

Я вдруг понял, что все это время сражался у ткеннов, бежал и стремился победить только ради нее, ради встречи с Али, ради одной ее улыбки. Ради нее я убил королеву, и все, что я делал, было только для того, чтобы снова увидеть абестанку.

Али

Я полночи не могла сомкнуть глаз. Снова видела странные сны про гигантскую женщину-насекомое и то, как бегаю от нее по сотам, пытаясь спастись.

Затем внезапно появляются Ангелы в шлемах. Я срываю маску с одного из них и… вижу лицо Рея. Он улыбается. Странно так… как будто мы опять вместе, обнимаемся и думаем о совместном будущем.

Затем я убегаю по туннелям, похожим на коридоры дворца, натыкаюсь на стены, сбиваю слуг с ног и… оказываюсь в комнате с Ворнером. Он наступает, как будто собирается схватить. Я вжимаюсь в угол и почему-то зову Рея.

На этом сон прерывался. Всякий раз – на одном и том же месте.

Рано утром по уже традиции зашла мама, довольная настолько, что буквально светилась. Я вдруг почувствовала себя в западне. Сегодня я объявлю себя невестой Ворнера – и все, конец.

Даже странно, что я так думала. Ведь помолвку можно разорвать. Но казалось, стоит мне согласиться сегодня – и все, это безвозвратно. Когда мама ушла, в комнату постучали. Я думала, что пришел Ворнер или опять мама забежала с какой-нибудь миссией: перекусом, брошкой, диадемой. Мама очень любила, когда я надевала диадему с бриллиантами. Мне же нравилось, когда волосы свободными волнами падали на плечи, не стесненные драгоценным металлом.

Дверь приоткрылась, и я увидела Совелла. Вот уж удивительно! Он очень редко вмешивался в наши дела, но всегда поддерживал маму, с самой гибели отца. Подставлял плечо, и только мама не видела в помощнике влюбленного мужчину. Но я с ним очень редко общалась.

Совелл прошел в комнату, огляделся и кивком предложил сесть. Я расположилась в кресле рядом со столом. Абестанец устроился напротив. Я знала его как прямолинейного и откровенного мужчину, поэтому не удивилась вопросу:

– Али? А ты уверена, что адмирал Хортнер Мейси сказал тебе всю правду?

Я застыла, остекленела. Сколько раз за двое суток я думала об этом, прикидывала, как Хортнер мог обмануть, но не находила ответа. Совелл забросил ногу на ногу и добавил:

– Я не знаю ничего наверняка. Твоя мама не хотела бы брака с принцем Рретана. А Хортнер всегда недолюбливал Рейминара. Считал, что тот его подсиживает, хотя у Тар Ренса был свой флот и свои планы, и он никогда не метил выше, чем уже находился.

Я ощутила, как сердце екает, где-то в душе просыпается надежда… и откуда-то вновь появляется та романтичная девушка, что танцевала с хвостатым принцем на Рретане под чудесную музыку и дивное сияние с неба.

Но я себя тут же одернула.

– Я видела съемки с Рретана. Королевский дворец и поднятый флаг династии Тар Ренс! Видела своими глазами флагман Рея в космопорте. Он целый и без малейших повреждений. – Я развела руками и тяжко вздохнула.

Совелл подался вперед, облокотился о стол и сказал:

– Все это признаки. Понимаю. Но они косвенные. Никто ведь не видел Рейминара и не говорил с ним.

Я пожала плечами и ответила то, что говорила мама:

– Если мужчина любит, он найдет способ дать о себе знать. Я не хочу больше переживать из-за этой ситуации. Не хочу больше надеяться на чудо…

– А зря! – Совелл подмигнул. – Чудеса случаются. Но не всегда так, как мы думаем.

Он внезапно набрал на браслете-компьютере чьи-то позывные. Я замерла, боясь узнать адресата. А вдруг это Рей? Он не отвечал мне, но ответит Совеллу. Это будет оглушительным крахом моего самоуважения. Вобьет гвоздь в его гроб окончательно. Но и отказаться от звонка почему-то не возникало желания.

– Слушаю вас. – Я узнала голос Нейры, старшей сестры Тар Ренса. Он звучал слегка взволнованно, но твердо.

– Добрый день, принцесса Тар Ренс. Подскажите, пожалуйста, могу ли я обсудить с принцем Рейминаром Тар Ренсом кое-какие детали по поводу передачи ваших технологий? Я не могу до него дозвониться, а в штабе правительства мне не дают информацию о его местонахождении.

Сердце ухнуло в пропасть. Я перестала дышать и судорожно схватилась за край стола.

В воздухе повисла пауза.

– Простите, советник Вейн, но брат пока в разъездах. Срочные дела в провинциях. Я передам ему, что вы звонили. И уверена, он с вами свяжется, как только сможет.

– До свидания, принцесса Тар Ренс, – попрощался Совелл, дождался вежливого ответа и посмотрел на меня.

– Он там. Просто не хочет разговаривать, – произнесла я не своим голосом, раздавленная столь отчетливым доказательством предательства и пренебрежения. Куда уж более отчетливо. Разве что прямолинейное «нет» на церемонии, в лицо, в присутствии всех гостей.

Совелл прищурился.

– А тебя не смущает, что она волнуется, а мы не поговорили с принцем? Тем более о ситуации, которая так тревожила Тар Ренса, стала его наваждением в последние годы?

– Естественно, она волнуется! – выдавила я, закипая от ярости. – Знает, что Рейминар меня предал! Наверняка он сообщил сестре, может, и сам попросил ее говорить так любому гражданину Неотерры, пока волна нашего возмущения не уляжется. Трусливо спрятался за спиной женщины!

Абестанец пожал плечами, посмотрел внимательно и вдруг выдал:

– А как, по-твоему, должна себя вести сестра принца, если тот неожиданно исчез, а на планете только что случится переворот? Опустить флаг и дать понять врагам, что самое время для новой революции?

– Он должен был дать мне знать! – непроизвольно вырвалось у меня. – Он мог, даже она могла!

Советник Вейл собирался что-то сказать, но в комнату заглянула мама.

– Совелл! Я везде ищу тебя! – заявила таким тоном, будто слышала нашу беседу. – О чем вы тут разговариваете? Дочке надо еще подготовиться к церемонии! А ты ее отвлекаешь и расстраиваешь.

Абестанец промолчал, поклонился и вышел следом за мамой.

Я села на кровать и задумалась. Нет, я не должна верить в несбыточное. Я снова загоняю себя в угол. Что угодно могло случиться. Но если Рей жив, даже если куда-то улетел не по своей воле, он должен был предупредить. Должен! И точка.

Я встала и принялась собираться. Самой себе я казалась воином, который готовится к бою. Я надевала платье как кольчугу, а колье – как смертельное оружие. Я словно собиралась дать отпор Тар Ренсу и своим чувствам к нему. Они где-то еще жили в глубине души, выползали на свет божий странными снами, непонятными предзнаменованиями.

Я поправила платье. Оно село идеально. Внезапно порывом ветра окно распахнулось, и ко мне влетела перламутровая бабочка.

Заметив меня, она вначале приблизилась, а затем двинулась наружу. Я попыталась поймать бабочку, чтобы выпустить. Но глупое насекомое билось о стекло, оставляя на нем следы серой пыльцы. Наконец бабочка упала вниз, я осторожно взяла ее в ладони, чувствуя, как крылья трепещут и щекочут пальцы. Было и приятно и непривычно… Прямо как с Реем. Я одернула себя, локтем распахнула окно и выпустила бабочку наружу. Я ожидала, что она улетит, но неосторожное насекомое рвануло назад. Прошмыгнуло в щель между окном и ставней и село на белокаменный подоконник с ажурными металлическими кружевами.

Я попыталась снова поймать бабочку. Но она взвилась в воздух и опустилась на потолочный светильник. В светлое время суток они не горели, и глупое существо застыло, время от времени помахивая мне сверху крыльями.

Словно кто-то не хотел, чтобы я забывала Рея. Не желал, чтобы я избавлялась от мыслей и чувств к рретанину!

Впрочем, вполне возможно, жизнь просто дает мне понять, что следует твердо стоять на ногах и больше не предаваться несбыточным иллюзиям. Напоминает, что они хрупкие, как эта бабочка, что оставила половину пыльцы на прозрачном пластике окна.

Я выдохнула и собиралась выйти, когда обнаружила на платье пятна от пыльцы бабочки. Вот же дурочка!

Я попыталась стряхнуть пыльцу, но ничего не вышло. Серебристая субстанция просто сильнее впиталась в ткань и размазалась по нему. На лиловом фоне серо-перламутровые пятна смотрелись странно.

Черт! Ну, что за невезение?! Ни одна помолвка не обходится без неприятных сюрпризов! Я будто заколдованная!

Я посмотрела на себя в зеркало, вздохнула и достала из гардероба зеленое платье, которое надевала в прошлый раз.

Ладно, деваться некуда. У меня осталась пара минут. Казалось, все вокруг возвращает меня к несостоявшейся помолвке с Тар Ренсом.

Я увидела себя в зеркале и даже вздрогнула. Из серебристой глади овального стекла смотрела та самая девушка, что с замиранием сердца ждала хвостатого принца. В платье под цвет глаз и колье, подаренном рретанином… Я встряхнула головой, чтобы избавиться от наваждения, и уверенно вышла из комнаты.