9. С другой стороны

После этого разговора Найрин и сама больше не горела желанием общаться с мужем. Она все так же продолжала жить на заставе, запретив себе думать о будущем до свадьбы Магнуса. Известие о последней как раз прибыло на границу к концу недели. Бракосочетание с какой-то леди, имя которой Нарин не запомнила, было назначено на середину месяца. Значит, до того, как она станет неинтересной князю, остается всего двадцать дней. Потом она сможет быть свободной. Почему-то эта мысль вызывала необъяснимую грусть.

Найрин изъявила желание поехать в город. Эйнар согласился без вопросов, лишь сказал взять сопровождение. Джон, Скар и Кано были свободны от дозоров на следующий день, и друзья договорились встретиться за воротами.

К тому времени Найрин уже каталась верхом едва ли не как профессиональная наездница. Рано утром она вскочила на лошадь и выехала за ворота, но тут ее ждал неприятный сюрприз. Вламей улыбнулся одними губами:

— Утречко, Нари.

— Но… — девушка придержала лошадь, оглядываясь назад.

— У братьев возникли дела, — пояснил Йен. — Мы тебя сопроводим.

Глод, как всегда, лишь хмуро кивнул.

Найрин пришлось смириться и отправиться в город в сопровождении этих воинов. По дороге на все вопросы она отвечала односложно и неохотно, погруженная в свои мысли.

Эбби встретила подругу радостно. Она отпросилась у отца, чтоб прогуляться с гостьей на рынок.

— Слушай, — решилась спросить Найрин, заламывая руки, когда Эбби выбирала петрушку. — А ты охотников на драконов когда-то встречала?

— Конечно, — буднично ответила девушка, рассчитываясь с торговкой. — Они каждый сезон приезжают. По пути в горы останавливаются, а вот обратно уже обычно в обход городов идут.

— Почему?

— А кто их знает. Может, боятся, что украдут их трофеи, может ещё чего. Я никогда не спрашивала. А что, приезжал на заставу кто?

— Угу. Бардос.

— Одноглазый, — понятливо кивнула Эбби, медленно шагая мимо прилавков. — Неприятный мужик. Вид у него такой, будто какую-то пакость задумывает постоянно. И взгляд словно насквозь видит. Колдун он, точно тебе говорю.

— А ты не знаешь, что можно предложить охотникам на драконов?

— Предложить? — удивилась и одновременно задумалась Эбби. — А тебе зачем? Хочешь у них язык дракона купить?

— Фу, — скривилась Найрин. А ее спутница обиженно фыркнула:

— Ничего ты не понимаешь. Это самое классное средство для гладкой кожи. Слизистая драконов целебными свойствами обладает.

— Да-да, — поскорее согласилась княжна, желая прекратить противную лекцию о пользе частей тела рептилий. — Хорошо, допустим, я хочу купить этот язык. Что я могу предложить?

— Деньги.

— А если он от денег отказался? Сказал, что хочет чего-то эдакого.

— Хммм, — девушка задумалась, а потом окинула Найрин многозначительным взглядом с головы до ног и обратно. — Может, он тебе на что-то нематериальное намекал.

— Нет, конечно, — запротестовала Найрин, вскидывая руки, словно пыталась прикрыться. Эбби пошла на попятную:

— Ну нет, так нет. Вообще не знаю, сложные ты вопросы задаешь. Все золотом рассчитываются. Знаю, правда, что егеря иногда указывают предполагаемые места гнёзд. И если информация верная, то им причитается награда. Можешь по горам побегать, поискать драконов.

— Ну да, мне только их и искать, — раздосадовано кивнула Найрин, осматриваясь.

— Да спросила бы в лоб у охотников “чего надо”, - не понимала ее беду Эбби, потом присмотрелась внимательнее: — Чего ты такая смурная сегодня? Случилось что?

— И да, и нет, — вздохнула Найрин, потом оглянулась на отставших от них сопровождающих, взяла подругу под руку и спросила: — А у тебя жених есть?

— Есть, — зарделась девушка, отводя глаза. — Но он ещё официально руки моей не просил.

— А чего ждёт?

— Денег хочет подкопить, — вздохнула Эбби. — Он плотник, по стопам отца пошел, а заказов сейчас мало.

— Ты чувствуешь, что он тебя любит и хочет с тобой быть?

— Конечно, — все больше удивлялась вопросам подруги Эбби.

— А как?

После этого девушка задумалась, глянув на голубое небо:

— Чувствую… тепло в груди. Знаешь, он ведь у меня замечательный, — на ее лице появилась мечтательная улыбка. Подруги остановились в тени, рядом с кондитерской лавкой. Найрин с легкой завистью смотрела на собеседницу, а та пыталась описать свои ощущения: — Он внимателен ко мне, предлагает мне свой плащ, когда холодно или обнимает сам. Ему важно, чтоб я была веселой и счастливой. Он покупает мне орешки в шоколаде и мы тайком бегаем на речку. Он готов ради меня построить домик и хочет большую семью. А как нежно он меня целует.

На щеках Эбби появился румянец от приятных воспоминаний, и, смутившись, она скорее сменила тему:

— У тебя там на заставе кто-то появился что ли?

— Вроде того, — неопределенно пожала плечами Найрин, отводя глаза.

— Так спроси у него прямо, — выдвинула гениальное предложение девушка. Княжна решила, что ей проще согласиться, чем объяснить все, потому она просто кивнула и потащила девушку дальше.

Вскоре княжна с сопровождением уже возвращались на заставу. Йен и Глод ехали впереди. Задумавшаяся Найрин отстала, листая новую книгу, купленную, чтоб коротать бессонные ночи. В последнее время она стала плохо спать, и часто видела кошмары.

— Нари, ты чем-то опечалена? — спросил Вламей, равняясь с девушкой. Она вынырнула из размышлений и придала лицу радостный вид:

— Нет, все порядке.

— А по тебе не скажешь.

Девушка упрямо улыбалась, смотря по сторонам, словно разглядывала красоты пейзажей, которые покорили ее, когда она впервые попала сюда. Возвышающиеся над хвойным лесом горы и раскинувшееся бескрайнее небо неустанно радовали взгляд. Вламей хмыкнул, но обрывать разговор не спешил:

— Я подумываю перевестись на другую службу. Поближе к столице. Не в такой глуши, а в одном из городов. Сниму себе квартиру или небольшой домик.

— Это хорошо, — кивнула Найрин. — Поздравляю. Думаю, сослуживцам будет тебя не хватать.

— Возможно. А ты будешь скучать?

— Да, — беспечно отозвалась княжна, все еще не улавливая подвоха в словах мужчины. Он поспешил исправить ее оплошность:

— Может тогда поедешь со мной?

— Что? — от удивления девушка чуть не свалилась с лошади, уставившись на наглеца.

— У меня есть сбережения, я не связан приказом служить всю жизнь на заставе, — стал перечислять плюсы своей кандидатуры десятник, пока Найрин приходила в себя от потрясения. — Смогу обеспечить свою жену и устроить ей достойную жизнь. Ей не придется прозябать в лесу на границе.

— Я буду очень счастлива за твою будущую жену, — отрезала Найрин. — Надеюсь когда-нибудь с ней познакомиться. Но если не повезёт, то передашь ей от меня и моего мужа Эйнара пожелания всего наилучшего.

— Не злись, Нари, — неуместно развеселился Вламей. У его собеседницы настроение было абсолютно противоположным. Она смотрела на мужчину с вызовом, а он пояснил: — Мне по вкусу твой нрав. И я знаю, что у вас с Эйнаром.

— И что же? — едва ли не с отвращением спросила княжна.

— Воевода оформил с тобой фиктивный брак из-за нежелания жениться на тебе брата. Но не думаю, что ты хотела такой судьбы. Просто не повезло попасться на глаза князю. Вообще он расчетливый и хитрый человек, который ничего не делает просто так, не знаешь что он в тебе нашёл?

— Не знаю, — резко ответила Найрин, отворачиваясь. Ее начинали раздражать люди, которые лучше неё понимали все, что происходило в ее жизни. Она не отрицала, что поначалу Эйнар пожалел ее, но то, что происходило в пути… неужели ей показалось, что она нравится княжичу? И ей с ним было так хорошо и легко, как ни с одним человеком. Даже сейчас, находясь под охраной троих солдат, она не ощущала себя в безопасности. Но стоило появиться рядом Энайру, как ей вдруг казалось, что она и на дракона может голыми руками пойти, а муж прикроет.

Но воин не догадывался о настроениях и ходе мыслей княжны, продолжая говорить:

— Теперь Эйн всего лишь ждёт, когда Магнус женится, и ты больше не будешь интересовать князя. Тогда можно будет расторгнуть брак и ты вольна будешь принять решение с кем быть сама, а не по принуждению или от безысходности. Потому я и предлагаю тебе присмотреться ко мне.

Найрин уже обернулась к Вламею, чтоб сказать ему несколько не совсем лестных слов, но они застряли у нее в горле.

Фразу о свадьбе Магнуса она слышала в последнее время не раз. Именно после этого события вынужденные супруги договорились обсудить собственный брак. Но почему-то Найрин ни разу не взглянула на это с другой стороны.

«…вольна будешь принять решение с кем быть сама, а не от безысходности…».

Девушка вдруг рассмеялась и пришпорила лошадь, обгоняя едущих впереди солдат. Они окликнули княжну, не понимая, что на нее нашло, и кинулись догонять.

А Найрин вдруг поняла: Эйнар хочет, чтоб она выбрала его не из-за страха перед угрозами Магнуса ее отравить, а сама, по доброй воле.

Что ж, ещё два десятка дней она подождёт. Ларки как раз придумал им новое развлечение — учил ее метать ножи. Ну и любовные романы сами себя не прочитают. Настроение стремительно взмыло вверх.

— Стой, Нари!

Испуганный окрик раздался одновременно с шумом ломающихся вдалеке деревьев и громким ревом. Лошадь под княжной взбрыкнула, чуть не скинув наездницу с седла, но девушка смогла усидеть и замерла с открытым ртом, смотря как над лесом воспарил дракон. Его темная чешуя сверкала под солнцем. Рогатая голова обернулась к тем, кто стрелял в него из леса, и изрыгнула клуб пламени. Взмах огромных крыльев и ящер понесся прочь. Судя по всему, эта добыча ушла от охотников.