Глава 24. Планы

Нина Понедельник – день тяжёлый. Я никак не соберусь с мыслями, усевшись за ноутбук, чтобы начать работать над проектом. А работы предстоит много. У Стёпы первый рабочий день после отпуска. Дети с ним. Я дома осталась за главную. Но никак не собрав мысли в работающую кучу, завариваю себе кофе в чашку и, взяв ноут с записной книжкой под подмышку, иду во двор в беседку. Может, свежий воздух поможет сообразить, с чего начать. Рядом на лавку усаживается кот. До слуха доносится звук подъехавшей машины. Чопа пару раз подаёт голос, словно предупреждая чужих, что здесь собака. Но это оказывается Алёна. Входит и, заметив меня, идёт к беседке. – Приветик, – чмокает меня по-дружески в щеку и садится рядом, заграбастав кота на руки, чешет его за ухом. Кот всё это смиренно выносит. И даже прикрывает от удовольствия глаза. – Привет, а ты чего? – Голова разболелась, – морщит нос. – Твой муженёк наводит порядки. Да так, что я решила оставить его с делами наедине. Сложно ему доказать, что то, что я делаю, будет удобнее, – отмахивается, надув губы. – Ясно-понятно, – усмехаюсь. – Почему Олег уехал так быстро, не знаешь? Говорил, что до понедельника будет. А уехал на следующий день к вечеру. – А мне откуда знать? – отворачивается. Так-так-так… – Ален, у вас что-то случилось? – решаю уточнить на всякий случай. Может, конечно, мне показалось, а может, нет? После того как мальчишек отправили спать, а мы уже все вдоволь наболтались и наелись, Алёнка засобиралась к себе. Потому что почему? Потому что захотелось ей танцевать. Но Стёпа зыркнул на нее так, что она показала ему язык, забрала остатки домашнего вина, припевая, зашагала в свою сторону. – Проводим? – спрашиваю Стёпу. – Я присмотрю, – вызывался Олег. И кто за кем присмотрел, я пока не понимаю. Олег свинтил раньше запланированного, а рыжая наша дамочка нос воротит и ничего не говорит. – С чего ты взяла? – резко повернувшись, смотрит на меня. Пожимаю плечами. – Просто кажется… – хочу сказать свои догадки. – Вот и не выдумывай, лучше давай, что там по расширению у нас? – переводит тему. Ну раз так, то не буду. – Да вот никак не начну, – жалуюсь вздыхая. – Я готова помочь, – улыбается, подсаживаясь ближе. Ну ладно, хоть немного повеселела, а то аж смотреть грустно на нее. – Давай, – открываю ноутбук и блокнот. – С чего лучше начать? И мы закапываемся в разработке плана до самого вечера. Поэтапно, по графикам, по расходам… Это работа не одного дня. Самое основное мы проработаем. Но для всего остального нам нужна помощь. И я даже знаю, где ее добыть. Но для этого мне нужно вернуться домой. Заодно по поводу вложений обговорить с отцом. А для того чтобы с ним разговаривать, нужно иметь на руках план и прогнозы. И это дело не одного дня. По-другому он даже разговаривать не будет. – Ой, время-то уже сколько? – подскакиваю. – Мужики скоро вернутся, есть запросят, – вздыхаю. – Сиди, я сейчас тесто быстро замучу на пиццу. Думаю, пацаны не откажутся. – И срывается с места. Кот недовольно мявкнул и все равно побежал за Аленой в дом. Шустрая, бойкая. Нравится она мне. Классная девчонка, мы смогли бы подружиться. Если только она поймет, что наш брак с ее братом – фикция, думаю, я стану для нее врагом номер один. Таких отношений братско-сестринских мало у кого можно встретить. Они реально очень друг друга любят и дорожат. Пока Алены нет, беру в руки телефон. Покрутив его немного, все-таки решаюсь на звонок. Есть у меня один претендент на вложения. – Нина? – быстрый ответ, даже гудок не успел пойти. – У тебя всё хорошо? Что-то случилось? – тараторит мама. – Привет, мам. Нет, всё хорошо. – Только сейчас поняла, как я соскучилась по ней. Давно мы с ней не разговаривали. – Слава богу, – выдыхает. – А то я уже успела себя накрутить, как увидела твое имя на экране. Как твои дела? – Да всё хорошо, – начинаю, – замуж вышла. Слышу, как у нее что-то падает. – Мам? – Да-да, извини, половник выпал из рук. Замуж? Серьезно или шутка такая? – Да, мама знает мое мнение по поводу брака и семейной жизни. – Кто таким шутит? – усмехаюсь. – Ты беременна? – Нет, что ты, – выпаливаю быстро. – Нет. Замуж не по залету, мам. – Жаль. – Слышу сожаление в голосе. – Что значит жаль? – не понимаю. – За папиного претендента, значит? Потому что будь ты влюблена по уши, то, думаю, в скором времени обрадовала бы меня новостью о беременности. А раз нет, значит… – Нет, мам. Я сама выбрала, за кого выходить. И я сейчас в деревне. Он занимается фермерством, – говорю быстро, чтобы она не успела меня перебить. На том конце провода повисает тишина. Пока я рассказываю о Степане и его ферме, детях, бывшей жене, она молчит. Уже начинаю думать, что связь прервалась, и я болтаю в пустоту. – Мам, ты тут? – Да, Нин, тут. Я просто в шоке от того, как у тебя забила ключом жизнь. Это так здорово. Я рада, что ты встретила того самого мужчину. И это прекрасно, что ты на природе, детям нужна экология. А не асфальт и химия. – Погоди, мам, каким детям? А, ты про мальчишек? – Нет, про ваших будущих. – В общем, мам, я хотела поговорить с твоим мужем, – решаю перейти к делу. А то она сейчас нафантазирует, потом переубеждай ее. – Ой, – выдает. – А что такое? – Мам, он у тебя аграрий. У него связи. И нам нужна будет помощь. Я помогаю Степе в расширении. У нас грандиозные планы. Я подготовлю план, проект. И хотела бы показать Аркадию всё для его профессиональной оценки. Ну и, может, что-то посоветует. – Хорошо, дорогая, я ему передам. Вы со Степаном, может, к нам приедете? Познакомишь нас, да поговорят мужчины. – Обязательно, но чуть позже. Я хочу к отцу заехать, есть у меня к нему предложение вложиться в бизнес Степы. – Не делай этого, – строго выдает мать. – Поверь мне на слово. Не нужно. Ты идешь против его желания. Он не даст вам покоя. – Мам, – поджимаю губы. Этого я и боюсь. Но у меня нет других связей, чтобы сейчас и быстро. – Я попробую. – Дело твое. У него на днях день рождения, попробуй, может, под хорошее настроение попадешь, – подсказывает. – А я и забыла совсем. – Хлопаю себя по лбу ладонью. – Значит, влюбилась, – смеется родительница. – Держи меня в курсе, пожалуйста. Я переговорю с Аркашей, и тебе передам, что он скажет. – Спасибо, мам, – благодарю ее. – Ты главное не пропадай, Нин. Я люблю тебя. – И я тебя, мам, пока. – Отбиваю звонок первой, и на душе становится как-то легче. Степан Вернувшись вечером домой, понимаю, что Нина что-то задумала. Но сама говорить не торопится. И меня это порядком начинает напрягать. Но пока ничего не могу выяснить. Аленка тут. Помогает накрыть на стол. На весь дом пахнет пиццей. Мальчишки как унюхали, так глаза заблестели. Проголодались, работая на свежем воздухе. Эмоции бьют через край. Бегают, помогают, расставляют чашки с тарелками. Как только сестра усаживает пацанов есть и сама наливает себе чай, я перехватываю за локоть Нину и утягиваю ее за собой в ванную. Закрываю за нами плотно дверь. – Степ! – возмущенно. Обхватываю затылок пятерней и притягиваю к себе, впиваясь в губы. Скучал очень. – М-м… – мычит в губы и руками упирается мне в грудь. Подхватываю ее под бедра, усаживаю на стиралку, вклиниваясь между ног. Целую, пока не прекращает сопротивление, и как только сдается, обнимает в ответ, прерываю поцелуй. – Эй! – возмущается. Глаза блестят, губы чуть припухли. Хочется прямо здесь… – А теперь рассказывай, – тяжело дышу. В штанах пожар, хочу ее. Но сначала нужно узнать, что к чему. И я бы ее прямо здесь взял. Но, мать его, я отец двоих детей. И никаких излишеств по углам. Всё строго на территории спальни. Хотя есть банька. И… – Что рассказывать? – Змурит бровки. – То, что у тебя вот тут? – Упираюсь пальцем в ее висок. – Я жопой чувствую, что намечается какая-то провокация, – натягиваю улыбку. Вздыхает тяжело. Так! Значит, я был прав. – И что это значит? – Я поеду в Москву. – Я с тобой. – Даже не обсуждается. Только пусть попробует сказать что-то против. – Завтра, – выдает. Черт! – К концу недели, – корректирую под себя. – Нет, Степ, завтра. – Почему завтра? – Нет, не могу я завтра. – Потому что у отца послезавтра день рождения. И это прекрасный повод раскрутить его на… – Тогда ты вообще никуда не поедешь. – Это еще почему? – Отстраняется от меня, заглядывая в глаза. Ну и как сказать? Как сказать, что я боюсь, что ее там отговорят, и она подаст на развод. Ведь ее отец недоволен выбором. И тысячу раз да, что всё это фиктивно. Но для меня с каждым днем этот брак становится настоящим, важным. И никакого развода ей давать я не планирую. – Потому что, – хмыкаю отступая. Зря не склонил ее к сексу. Пусть и быстрому, спонтанному, зато была бы более сговорчива. А теперь вон смотрит как на врага. – Нет, Степ, объясни, почему я должна остаться? Хороший вопрос. Почему? Молчу. Потому что сказать нечего. – Вот когда будешь знать, что говорить, скажешь, – натягивает улыбку и, подойдя, чмокает в щеку. – Да и что говорить, мы же с тобой договорились изначально, да? – Заглядывает в глаза. Киваю. Договорились же. Какие претензии могут быть, да, Степа? Тем более, она едет туда, чтобы попросить за тебя. Что в этом такого? – Я хочу помочь, вот и всё. Ты мне, я тебе, – и выходит из ванной, оставляя меня одного. Да ведь даже поспорить не с чем. Вечер испорчен. Хотя я сам стараюсь держать себя в руках. Потому что не понимаю, что происходит со мной. Ей что-то втирать бессмысленно. Хочу предъявить свои какие-то загоны. Так она скажет: «Дядя, але, был уговор. А ты чего исполняешь?» И она будет права. А я жопой чую, что сейчас уедет, и всё, с концами. Да, скорее всего, поможет моей ферме. Но как-то нахрен оно мне становится не нужным. – Ты чего, Степа? – перед уходом спрашивает Алена. – Ты прям в себя уходишь. – Нина уехать хочет. – И? Мне бы ее непонимание. – Может ведь и не вернуться? – Вернется, – улыбается. – Вернется она. У нас планов громадье. Ты чего? Вдох-выдох-вдох. – Да, ты права, – соглашаюсь. Хотя нихрена не согласен. – Выдыхай. Она твоя. Только ты ей скажи об этом. А то нам, девочкам, надо слышать, а не только видеть, понимаешь? – И поцеловав меня в щеку, уходит. Нина отвернулась и, кажется, притворяется, что спит. У меня сна тоже ни в одном глазу. Аленкины слова все крутятся в голове. Может, она и права. Но мне от этого нифига не легче. Сказать что? Что влюбился? Что для меня всё серьезно? А оно ей надо? Скажу, будет чувствовать, что должна ответить тем же. Или, может, мне страшнее услышать от нее обратное? Что я ей не нужен. Ведь она сама сказала, что я ей помог, она мне в ответ хочет помочь с делами. Как вырубаюсь, не помню. Лишь просыпаюсь оттого, что, повернувшись на бок, как обычно, хочу сгрести Нину к себе под бок, но рядом никого нет. Просыпаюсь мгновенно. Открыв глаза, понимаю, что я тут действительно один. Сердце сумасшедше подпрыгивает к горлу. Уехала? Не успел? Слетаю с кровати, натягиваю брюки на ходу и тороплюсь вниз. Притормозив в гостиной, до слуха доносятся звуки из кухни. Усмехаюсь сам себе и, не торопясь, тихо подхожу к кухне. Застываю в дверях. Нина что-то колдует у плиты. И это удивительно красиво – наблюдать такую картину. Она что-то смотрит в телефоне. Подхожу к ней со спины и обхватываю за талию, обнимаю. Целую в светлую макушку волос, вдыхая ее запах. Вкусная. Замирает. Касается пальцами моих рук, поглаживая. – Доброе утро, – говорю тихо. – Доброе. Я тут импровизирую с панкейками. По мне, так больше вышли оладушки, – хихикает. Смеюсь в ответ. Потому что на душе становится чуть спокойнее. То напряжение, что возникло вчера между нами, немного сдулось. – У меня там как раз баночка клубничного варенья завалялась. – Ты варил варенье? – улыбается, развернувшись в моих руках. – Угостили, – отвечаю уклончиво. – М-м, – тянет, – я, кажется, даже догадываюсь кто. И есть его я тебе запрещаю, – отвечает игриво. – Это еще почему? – Потому что там может быть что-то такое, что тебе срочно понадобится женщина. – Она у меня есть. Прямо вот в моих руках. – Целую в нос. – Нам и без этого варенья хорошо, – стоит на своем. И я больше не спорю. Завтракаем. Нина собирается. – Все-таки поедешь? – Да, и не отговаривай, пожалуйста, – просит. Мальчишки еще спят. На часах начало восьмого. Сижу, наблюдаю за ее беготнёй по дому. Одевается красиво. И меня немного цепляет это. Немного, самую малость. Там Витя, там столица, там возможностей больше. Тут я и ферма. Перевес явно не в мою сторону. И это бесит. – Поможешь выехать с участка? Киваю. Открыв ворота на соседнем участке, Нина выезжает. Проверяю бензин, заглядываю под капот. Больше, скорее всего, для своего спокойствия, что она доедет без проблем. Доливаю антифриз. Беру на заметку, что машинку бы надо загнать в автосервис, проверить. Но это уже потом. Если вернется. Еще я старательно торможу ее отъезд. Хотя он все равно состоится. Сейчас или через пару минут, десять. – Степ? – Подходит ко мне, обнимает, утыкаясь носом мне в шею. Мурашки табуном под кожей. – Ты только возвращайся, хорошо? – говорю осипшим вдруг голосом. – Даже без помощи твоего отца. Полевать. Сами справимся. – Хорошо, – смотрит на меня. – Ты мне нужна, – выдавливаю из себя. Как же сложно, черт возьми, навязывать себя. Встает на носочки и целует в губы. – Пока. – И садится в машину. Машет мне рукой, отъезжая. Стою, смотрю ей вслед, провожая взглядом до поворота. И всё. Отпустил.