Глава 5

* * * – Джон Морган – – Джайс, Эмилия, познакомьтесь. Это мой муж и наш с вами спаситель – Джон Морган, – с гордостью и восхищение представила меня Элизабет своим друзьям. Одежда, чистое тело и невозмутимость всегда кардинально меняют любого человека. А ведь совсем недавно маленькая белокурая леди готова была своими пальчиками вырвать сердце из моей груди, что дал ей свою фамилию. Сейчас же светится от гордости. – Рад знакомству и не менее рад, что моё послание не опоздало с противоядием, и вы полностью оправились от отравления, – сказал ровным тоном. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем молодой человек позволил улыбке медленно расплыться по лицу. Его глаза зажглись подозрительным огоньком, и он с опаской в голосе произнёс: – Бог мой, Элизабет, он говорит об отравлении, будто ведёт светскую беседу, но за его словами чувствуется сила. Опасный-опасный… – Джайс! – возмущённо прошипела Элизабет и сжала мою ладонь. – Говорить о человеке, который находится рядом и всё слышит, но будто его нет, очень некрасиво, брат, – заговорила молодая леди, глядя при этом на меня. – Простите его, господин Морган. Я немного нахмурился, глядя на молодого мужчину. Это ведь он должен был стать супругом Элизабет. Среднего роста, худощавый, я бы даже сказал, что он был хрупкого телосложения, утончённые черты лица, изящные руки и весь он был какой-то торжественный и всем своим видом напоминал ангела. Темноволосые кудри, капризные губы и большие серые глаза придавали ему некую ранимость. Девушки любят таких «сладких» красавчиков. Молодой человек был одет изысканно и безупречно. Одним словом, избалованный, капризный и изнеженный молодой мужчина. Но не ощущалось в нём зла, подлости и дурных помыслов. – Думаю, молодой человек своей маленькой провокацией просто проверял меня на прочность. Всё же, вы не знаете меня, тем более, вы ведь помните, а если нет, то, наверное, уже просвещены, как мы с Элизабет стали супругами, – улыбнулся молодой троице и погладил мягкую ладонь супруги. – Я вот прекрасно помню это яркое и эпичное событие. – Да уж… – криво усмехнулась девушка с красивым именем Эмилия. – Должно быть, вы совсем не ожидали спасательной миссии, опоенной ядом весёлой компании. – Поверьте, леди, никто этого не ожидал, – усмехнулся я. – Но что будет дальше? – задал вполне резонный вопрос Джайс. – Вы ведь понимаете, что по закону, спасённый навсегда остаётся под присмотром того, кто его спас. И развод невозможен. Тем самым, вы губите мою подругу. Элизабет тут же расправила плечи, напряглась и резким тоном заговорила, опередив меня: – А дальше, мой дорогой бывший жених, мы найдём нашего отравителя и накажем эту сволочь! Но сначала поедем в мой дом, я переоденусь в свадебное платье, зря, что ли шила? И сразу же помчимся в церковь, чтобы обрадовать всё светское змеиное общество о моей уже состоявшейся свадьбе. А до этого нам срочно нужно успеть хотя бы в банк, чтобы забрать фамильные драгоценности! Поэтому хватит тратить драгоценное время и помчались навстречу моему скорейшему падению! Я приблизился к Элизабет, мягко сжал её запястья и, глядя в ясные голубые глаза, сказал: – Не переживай. Наступит день, и я обязательно верну свой титул, очищу имя от лживой грязи и ты, Элизабет, станешь герцогиней. Я ощутил, как её тело расслабилось, а глаза радостно засверкали. На губах заиграла хитрая улыбка, и она прошептала, чтобы услышал только я: – Это было бы чудесно, Джон. Но у меня тогда возникает вполне резонный вопрос… – Какой же? Она поспешно провела языком по губам, и мой взгляд невольно упал на её рот. Элизабет потянула руки, и я её отпустил. Она положила ладони мне на грудь, вздохнула и, прежде чем пригвоздить меня к месту суровым взглядом, сказала: – А на какие средства ты собираешься организовывать столь дорогое удовольствие, как доказывание своей невиновности, а? Я не дура и понимаю, что вернуть титул и обелить имя будет непросто и очень дорого. Она тут же жаждала услышать мой ответ, тихонько барабаня пальцами по моей груди. Я же коротко рассмеялся: – Какая же меркантильная мне досталась супруга! Бог свидетель, Элизабет, я ведь уже сказал тебе, что не претендую на твои деньги. Поверь, у меня имеются свои источники и связи, чтобы не прибегать к твоей очень дорогой помощи. Разберёмся с твоими гостями, и с завтрашнего дня я начну заниматься твоим и своим вопросом. Надеюсь, я тебя окончательно успокоил и финансовый вопрос больше не будет подниматься? Она закусила губу, обдумывая мои слова и глядя мне в глаза, наконец, ответила: – Да, меня устраивает этот ответ. Надеюсь, Джон Морган, ты – человек слова. Я лишь хмыкнул. Слова – это только слова. Верить и судить нужно только по делам. – Так мы едем или нет? – поторопила нас Эмилия. – Время не стоит на месте, – добавил Джайс. – Скорее едем, я очень хочу увидеть лица наших родителей и остальных. Представляешь, Лиз, ты первая леди, которая своим поступком вызовет шок всего нашего общества! Ты войдёшь в историю, дорогуша! – Своим поступком ты обеспечишь местных сплетниц сочной новостью на очень долгое время, – хихикнула Эмилия. Я лишь покачал головой. Никакой серьёзности в головах молодёжи. – Едем, – сказал, предлагая своей супруге локоть. И мы отправились в путь. * * * – Леди Элизабет Морган, в девичестве Ловли – У себя дома при помощи горничных и Эмлии я переоделась в свадебный наряд в рекордные сроки. Причёска и макияж – простые. Зато украшения – фамильные и чудовищно дорогие. Любимый перстень дяди, винтажные запонки и хищный зажим для галстука в виде кинжала с рубином, словно капля крови на лезвии, были уже на Джоне – тоже из фамильной сокровищницы. И к моему удивлению, магические артефакты без каких-либо проблем подчинились моему супругу, хотя новых владельцев артефакты не сразу признавали. Честно, я думала, что Джону придётся обойтись без драгоценностей, так как в ювелирные магазины мы уже никак не успевали. Но спрашивать, в чём дело, почему артефакты так себя спокойно повели, не стала – не до этого сейчас. Потом вытрясу из мужчины всю информацию. Когда я вышла к супругу полностью готовая, до церемонии в церкви оставалось целых пятнадцать минут. Правда, добираться нужно минут двадцать, но невестам свойственно опаздывать, а уж замужней леди и подавно. – Леди, милорды, свадебный экипаж ждёт, – оповестил нас слуга. Улыбнулась наёмному слуге и с теплотой сказала: – Спасибо вам за службу, Гаррет. Рассчитайте, будьте добры, остальных слуг, отдайте им мои рекомендации и распустите. Сегодня я уже вряд ли вернусь в этот чудный съёмный дом. Теперь мой дом – поместье, что оставил мне дядя… – Рад за вас, – поклонился мужчина. – И поздравляю со свадьбой. В воздухе пахло сыростью, очевидно, будет дождь, а экипаж с открытым верхом. Надеюсь, магический купол от непогоды установлен? – Что ж, пока есть немного времени, расскажите мне о гостях. И что за особняк тебе достался, Элизабет? Не праздный вопрос, поверь, – спросил меня и моих друзей Джон. – Ох, Джон, это не просто особняк, – поспешил ответить за меня Джайс. – Дом больше похож на миниатюрную копию замка, который построили свыше двухсот пятидесяти лет назад дедом дядюшки Элизабет. Джон кивнул, принимая его ответ. – Но ты не сказал, что дом круглогодично увит плющом, – добавила Эмилия, игнорируя мои раздражённые взгляды точно также как и её несносный брат! – Дядя Бет нравилось, что дом похож на зелёный замок, словно из сказки, хотя по мне, он выглядит жутковато. – Магия? – уточнил Джон. – Я про плющ. – Да! – рявкнула я. – На плющ наложено магическое плетение, чтобы он комфортно себя чувствовал и в засуху и лютую зиму. Но если честно, большего дядя для особняка не сделал. Он с лёгким сердцем позволял дому разрушаться, хотя денег у него всегда была тьма. – Хорошо, по дому я понял. Что насчёт гостей, с какими очаровательными личностями мне предстоит познакомиться через несколько минут? Друзья сделали страшные глаза и расхохотались. Я же фыркнула и сказала: – Поверь, подобного разнообразия ты ещё не встречал. – Чего стоит только пара женатых любителей отбивать чужих жён, – хохотнул Джайс. – Граф Ланест и барон Дрофт. – Потом достопочтенный судья, у которого недавно отозвали лицензию, – добавила Эмилия. – Несравненные сплетницы, которым я бы с удовольствием удалила мозг. Всё равно никто бы не заметил разницы, – продолжила я. – Золотая молодёжь, среди которой было много претендентов на мою руку. – Наши родители, – скривился Джайс. – Джон, наша мама́ подражает королеве – всегда говорит о себе во множественном числе «мы». Папа́ ей потакает во всём и мне кажется, порой, боится высказать собственное мнение. – Ты забыл про нашу дальнюю родственницу – тётушку Офелию! Она тоже приехала по случаю твоей женитьбы… Ой, её наверное удар хватит. Джайс скривился, высунул язык, потом сказал: – От неё невкусно пахнет нафталином и вид всегда такой, будто она села на раскалённые угли. – А ещё всегда спрашивает, помыли ли мы руки? – проворчала Эмилия. – С моей стороны немного гостей, – усмехнулась я, – но даже их присутствие уже «оскорбляет» аристократов. А уж когда я сообщу новость! Я рассмеялась. – Это и правда, будет весело и незабываемо. Джон покачал головой и сказал: – Будет лучше, если все переговоры лягут на меня. Хорошо? Я переглянулась с друзьями и пожала плечами. – Хорошо. Добравшись до церкви, вокруг которой стояло бесчисленное количество карет, я ощутила мандраж и сказала: – Кажется, у меня начинается предсвадебная истерика.