Глава 18

***

— Здесь чудесно, Ев. Самое то для первой брачной ночи, — произносит Ника, когда заходит в нашу с Русланом спальню, чтобы помочь мне снять свадебное платье. — Знаешь, мой первый раз прошёл ужасно — на тусовке у одноклассника с парнем, которого я никогда до этого не знала. Он был грубым и делал мне больно. А я была слишком напугана, чтобы противостоять обдолбанному незнакомцу и попросить его остановиться.

— О, чёрт, Ник, ты никогда об этом не рассказывала… — поворачиваюсь к подруге спиной и она помогает расстегнуть мне платье.

— Это не те события о которых стоит вспоминать, — грустно улыбается Вероника. — Так что, в чем-то я даже завидую тебе. Ты отдаешься собственному мужу, к которому испытываешь чувства. А это дорогого стоит.

Я не берусь её разубеждать. Провожаю на выход, крепко обнимаю на прощание и закрываю за ней дверь. Вероника была достойной подружкой невесты — тщательно следила за моим внешним видом и практически ни на шаг не отходила. Если у меня ещё когда-нибудь будет свадьба, то обязательно попрошу её повторить.

Платье безвольно опадает мне под ноги. Я переступаю белоснежную ткань, оставшись в одном нижнем белье и смотрю на себя в высокое зеркало. На мне комплект из Victoria’s Secret, который я нашла у себя в шкафу. В меру кружевной и не слишком откровенный. Подчёркивает небольшую грудь и делает женственными угловатые бёдра. Я надела его потому что посчитала, что именно это и должна дать Руслану сегодняшней ночью.

Вернувшись из душа в спальню, замечаю, что в комнате я больше не одна. В массивном кресле из чёрной кожи, откинувшись на спинку и широко расставив ноги, сидит Руслан и пристально на меня смотрит. Рукава его белоснежной рубашки закатаны до локтя, а две верхние пуговицы расстегнуты и оголяют участок смуглой кожи.

Несмотря на то, что я по-прежнему нахожусь в одном белье он смотрит безэмоционально и долго. Не стесняясь проходится по моему лицу, груди, животе и бедрах, словно оценивает то, за что наверняка заплатил немалую цену, вытащив из-за решётки. Руслан заканчивает рассматривать мои ноги и едва заметно кивает. Наверное, в его понимании это и был комплимент.

— Я в душ, — нарушает молчание Куратов и поднимается с места. — Можешь заказать пока вино, если хочешь.

Он не дожидается моего ответа, проходит мимо и открывает дверь в ванную комнату. Как только слышу щелчок, то тут же подхожу к большой двуспальной кровати и сажусь на самый край. Алкоголь в этом случае не лучший советчик, хотя не спорю, помог бы мне расслабиться.

Включаю телевизор, только бы не слушать убивающую меня тишину. Нервно листаю каналы, останавливаюсь на музыкальном и делаю звук немного громче.

Проходит не больше, чем пять минут, прежде чем слышится щелчок открываемой двери из ванной комнаты. Я замираю на месте и смотрю перед собой, делая вид, что мне интересно происходящее на экране телевизора.

Слышу шаги слева, которые направляются в мою сторону. Меня пробивает озноб от осознания того, что меня ждёт дальше.

Никогда не считала свою девственность чем-то особенным. Тем, чем стоит гордиться и задирать нос. Просто я искреннее верила, что подарю её человеку, которого по-настоящему полюблю. Человеку, которого на интуитивном уровне почувствую среди толпы и пойму, что он — моя судьба.

Руслан преграждает собой экран телевизора и мой взгляд упирается в его бёдра, обмотанные полотенцем. Я нервно сглатываю, понимая, что под ним он полностью обнаженный. Поднимаю глаза и встречаюсь с темным взглядом Куратова. Он, как обычно, спокоен и невозмутим. Это я придаю слишком большого значения всему происходящему.

— Мне раздеться? — зачем-то спрашиваю.

Виной всему моё волнение. Когда меня накрывает паника, я начинаю болтать много лишнего. Куратов протягивает ко мне свою руку, кладёт большой палец на нижнюю губу и слегка оттягивает вниз, таким образом приоткрывая мой рот.

— Не надо, Ева. Я сам, — произносит негромко.

В этот же момент его большой палец слегка проталкивается вперёд, задевая кончик моего языка. Его кожа солоноватая и терпкая на вкус и то, что меня радует — никакого отвращения от этого действия я не испытываю. Секундой спустя понимаю, что перестаю так сильно дрожать. По венам проходится тепло, и я интуитивно обхватываю его палец губами.

— Красивая, — произносит Руслан чуть хрипловатым голосом. — Ты очень красивая, Ева. Продолжай так делать.

Я прикрываю веки, опять обхватываю его палец губами и поддаюсь немного вперед. Чувство неловкости то исчезает, то появляется вновь.

— Достаточно. Ляг на кровать, — приказывает Руслан.

Киваю и отползаю немного назад, опустившись телом на шёлковые простыни. Устремляю свой взгляд к потолку и мысленно молюсь, чтобы всё это поскорее закончилось.

Я слышала, что в свой первый раз девушки испытывают дискомфорт и боль, но пока не представляю насколько сильную. Зажмуриваю глаза и ощущаю, как Куратов разводит мои ноги, поддевает кружевные трусики и с легкостью снимает их с меня, откинув в сторону.

Слышу, как глубоко он втягивает в себя воздух, как негромко матерится и опускает свои пальцы на мою промежность. Выгибаюсь словно натянутая струна, потому что его касания между складок вызывают лёгкий электрический разряд. По телу проходится жар, щёки вспыхивают от стыда, и я радуюсь тому, что в этот момент не смотрю ему в глаза.

Пытаюсь свести ноги вместе, но Руслан грубо сдерживает их и не даёт мне этого сделать, продолжая меня трогать. Его пальцы с лёгкостью скользят то вверх, то вниз и проникают неглубоко внутрь. Сама того не замечаю, но моё тело расслабляется, и я больше не пытаюсь противостоять его ласкам, полностью в них растворившись. В конце концов, это он ведёт, а мне требуется ему подчиниться.

Когда его горячее тело опускается на меня, я широко распахиваю глаза и встречаюсь с полыхающим адским пламенем взглядом. Его твёрдость упирается мне в промежность, я закусываю нижнюю губу и цепляюсь пальцами в шёлковые простыни.

— Не бойся, — произносит Куратов, склонившись к моему виску.

От его голоса мурашки ползут по коже, но смелости это, увы, не прибавляет. Я по-прежнему готовлюсь к боли, хотя и успокаиваю себя тем, что в тюрьме сейчас было бы гораздо хуже.

— У меня ещё не было мужчины, — считаю нужным сказать ему до того, как всё случится.

— Знаю, Ева, — слегка ухмыляется Руслан. — Ты сможешь меня остановить, если тебе будет больно. А я попытаюсь сегодня сдерживаться.

Киваю и зачем-то опускаю руки на его спину. Его кожа горячая и я впиваюсь в неё ногтями, когда он проникает в меня внутрь. Сдержать болезненный стон не получается, хотя я пытаюсь и терзаю зубами свои губы. Он растягивает меня изнутри, хотя двигается медленно и осторожно. Я дышу в такт каждому его толчку и пытаюсь отстраниться назад, двигая бёдрами.

Не веду счёт времени, но уже достаточно скоро боль растворяется и постепенно уходит, сменившись новыми давящими изнутри ощущениями. Руслан ставит ладони по обе стороны от моей головы и подтягивается так, чтобы смотреть на меня. Его мощное тело находится надо мной, и я отвлекаю себя тем, что разглядываю его руки с крупными венами.

Сейчас Куратов впервые выглядит дезориентированным и мне приятно, что это я впервые выбила его из колеи. Его губы слегка приоткрыты, глаза, будто охмелевшие и немного дикие, смотрят прямо в мои. Наверное, по моему лицу становится понятно, что кричать от боли и закатываться в истерике я не буду, поэтому его движения становятся чаще и мощнее. Он таранит меня изнутри и поедает глазами.

Опустившись на локти, Руслан касается губами моей ключицы. Теперь я буду знать, что это место моё эрогенное, потому что из груди вырывается несдержанный стон, а тело неистово требует продолжения.

Спустя несколько секунд ладонь Руслана скользит между нашими телами и опускается на мою промежность, продолжая движения внутри меня членом. Его пальцы находят мой клитор и в несколько резких движений доводят меня до исступления. В ушах начинает шуметь, тело сначала немеет, а затем обволакивается приятной негой. Изображение перед глазами искажается и вовсе темнеет.

Я испытываю первый в своей жизни оргазм от рук мужчины, который не стесняясь трогает меня там, где только хочет. Сквозь шум в ушах не сразу понимаю, что стоны на заднем фоне — мои. Не сразу осознаю, что я царапаю спину Руслану, а он наращивает темп и учащённо во мне двигается, издавая влажные шлепки, эхом звучащие в нашем номере для новобрачных.

— Умница, девочка. Умница, — произносит он, вдавливая моё тело в матрас своим и спустя несколько коротких рывков замедляет темп.

Судя по тому, как между ног становится мокро и горячо, он излился прямо в меня. Я тяжело дышу, он тоже и несколько секунд мы даже не двигаемся с места.

— Как ты? — слышу его голос, находясь будто в вакууме.

— В норме. Если ты не против, я приму душ.

Руслан кивает и перекатывается на пустующую половину кровати. Своё бельё я даже не пытаюсь искать, всё ещё ощущая тяжесть внизу живота и стекающее по ногам семя. Пулей залетаю в душ и встаю под теплые струи воды, замечая на внутренней стороне бедра собственные ручейки крови, перемешанные с его спермой.

Ничего сверхъестественного не произошло. Мир не раскололся надвое и не наступил апокалипсис. Я всего лишь лишилась девственности со своим мужем. Но отчего-то в груди с каждой секундой ноет давящее чувство тоски, и я сильнее включаю напор воды, чтобы он не услышал мои слёзы.