Глава 21

Джим пытался удержать в поле зрения обеих женщин, но это плохо ему удавалось, и он начал нервничать. Неповоротливая Агнешка не сильно его беспокоила, а вот леди Джулиана заставила волноваться.

Он смерил дамочку подозрительным взглядом – с виду хрупкая, тоненькая, в чем душа держится, а вцепилась крепче, чем Толстая Берта!

Впрочем, стоит тихо, ухо не выкручивает, пахнет вкусно и предлагает поесть. А он нормальной еды уже пару дней не видел! Как сбежал из приюта и, прячась от констебля, угодил в угольный ларь. Просидел там полдня, ожидая, пока дворник придет за новой порцией топлива и поднимет тяжелую крышку. А потом просто шел по дороге куда глаза глядят и качался от слабости. До самой темноты. Пока не увидел вдалеке огонек.

Только тогда понял, что добрел до предместья. Здесь вдоль дороги, обсаженной исполинскими дубами, растянулись особняки богачей. Но у каждого к забору была подведена магическая защита. Она билась молниями, стоило только коснуться вычурной чугунной решетки или каменной кладки столбов.

Джим уже думал, что придется ночевать под деревом у дороги, когда вдруг удача ему улыбнулась. Один из особняков оказался незащищенным!

Мальчишка в два прыжка преодолел ограду – откуда только силы взялись. Пробрался через заросший парк и обошел дом по кругу, ища, как бы проникнуть внутрь. Но все окна и двери на первом этаже были закрыты, а залезть на второй не получилось. Плющ, увивающий стены особняка, оказался на редкость хилым.

Решив, что утро вечера мудренее, Джим залез в пустую конюшню, благо, там еще оставалась копна прелого сена. Там и переночевал, а утром не поверил своим глазам: кто-то открыл окно на первом этаже! И оно вело прямо в кухню, откуда доносился потрясающий аромат свежего хлеба.

Кто же знал, что это дом той самой леди, которую он пытался ограбить?!

Между тем служанка покосилась на госпожу, открыла рот и хотела высказать что-то про оборванцев, недостойных разделить пищу с леди, но Юля строго взглянула на нее и повторила:

– Агнешка, поставь пирог в печь, чтобы он согрелся, и налей чай нашему гостю.

– Гостю? – буркнула себе под нос горничная, но все же завернула подсохший пирог во влажное полотенце и положила в остывающую духовку.

– А если я откажусь? Что, опять Тень позовешь? – буркнул мальчишка, глядя на леди Гейбл исподлобья.

Юля сделала вид, что задумалась.

– Если обещаешь ничего не красть, то звать не буду.

Джим насупленно молчал, не желая давать таких обещаний. Глянул в сторону окна, примеряясь, понял, что не допрыгнет, и обреченно уставился на булки, которые все еще сжимал грязными пальцами.

– Накормлю и даже дам немного денег с собой, – продолжала леди, подбодренная его печальным вздохом. – Только сначала вымой лицо и руки. Разве можно такими руками брать хлеб?

Мальчик прижал булки к груди. Его ладони были черны от угольной пыли, и их действительно стоило бы помыть, но расставаться с уловом не хотелось.

– Тебе придется это сделать, если хочешь нормально поесть, – строго заметила Юля. – Или я могу позвать Тень, и тебя вернут в приют. Выбирай.

Судя по тону, эта дамочка не шутила.

Джим нехотя поднялся. Он заставил себя положить булки на стол, затем подошел к тазу для мытья посуды и слегка поплескался в остывшей, покрытой пленкой жира воде.

– Не так, – вздохнула Юля. – Сюда.

За недолгую карьеру педагога она видела разных детей, но ни один из них не вызывал у нее такого щемящего чувства, как этот оборванный тощий мальчишка.

Она подвела его к рукомойнику, выдала кусочек щелочного мыла и маленькую щетку.

– Намыливаешь руки и трешь щеткой. Под ногтями тоже должно быть чисто!

Показывая, Юля отмыла руки, которые испачкала об одежду и волосы бродяжки, а потом стояла у него над душой, следя, чтобы он хорошо вымыл все и снял верхнюю одежду, похожую на безразмерный пиджак без рукавов.

– Вот теперь можно и за стол, – похвалила она, отмечая на шее, ключицах и впалой груди найденыша подзажившие синяки. – Настоящий джентльмен никогда не позволит себе есть грязными руками!

Мальчишка фыркнул, но тут Агнешка достала из печи благоухающий пирог, и разговоры были оставлены.

Юля только вздыхала, наблюдая, как беглец слопал целый пирог, которого женщинам хватило бы на два дня, а потом заел это лакомство хлебом и сыром. Опустошив тарелку, мальчишка сыто икнул, поставил локти на стол, подпер отяжелевшую голову и задремал.

Разговаривать с ним в таком состоянии было бесполезно. А поговорить нужно, но позже. Сначала ей необходимо увидеть герцога Вандербильта!

– Вы обещали дать мне денег, – мальчик внезапно поднял голову и взглянул на нее ясными синими глазами. – Но лучше дайте еды, деньги все равно отберут.

– Тебе необязательно уходить, – улыбнулась Юля. – Можешь просто остаться у меня и тогда каждый день будешь сытым.

Он отвел взгляд и глухо пробормотал:

– Не могу… я должен вернуться…

– Зачем? Тебя кто-то ждет?

Мальчик опустил голову так низко, что челка закрыла его лицо, и сгорбился.

– Говори же, не бойся, – подбодрила Юля таким тоном, каким обычно утешала перепуганных первоклашек.

Джим шмыгнул носом, вытерся рукавом и неохотно признался:

– У меня есть три сестры.

Юля пораженно уставилась на него. Она как-то не подумала, что у городского воришки может быть семья.

– О… и где они?

– В приюте. Я должен вернуться и накормить их.

– Так ты просишь еду для них? – сообразила она.

Мальчик кивнул.

– И этот хлеб хотел украсть тоже для них? – попаданка кивнула на стол.

Снова кивок.

– Но разве кроме воровства нет другого способа заработать на еду? Ты же большой мальчик, мог бы работать. Сколько тебе?

– Тринадцать. Меня никто не берет на работу, говорят, что я ничего не умею и слишком слаб, чтобы таскать тяжести.

– А где же ваши родители?

– Отца повесили за разбой, мать умерла от холеры.

Он произнес это безразлично, как если бы говорил о чужих, ничего не значащих людях. Но Юля заметила, как дрогнули его губы, словно мальчик собирался расплакаться.

Не расплакался. Отвел взгляд и насупился.

– Ладно, – произнесла она, постукивая пальцами по столу. – Агнешка, собери корзинку с едой и не жадничай.

Пока Джим ел, Юля наблюдала за ним и думала, что это благородное дело – открыть школу для таких вот детей. Она спасет их от улицы, поможет встать на ноги. Главное, достать деньги.

Глядя на притихшего мальчика, она задумчиво проговорила:

– Если хочешь, я возьму тебя на работу. Тогда тебе не придется воровать. Правда, платить деньгами пока не смогу, но смогу накормить досыта тебя и твоих сестер.

Агнешка едва не упала ей в ноги, услышав такие слова.

– Смилуйтесь, госпожа, – взвыла она, с грохотом ставя корзину. – Вам самой есть нечего! Если бы не те шиллинги, которые давал мне лорд Десмонд, у вас на столе не было бы ни мяса, ни зелени!

Юля ждала, что мальчик откажется, но он вдруг посмотрел на нее с интересом:

– А что делать-то надо?

Попаданка пожала плечами:

– Ну… для начала помочь Агнешке убраться в доме. Она одна не успевает. И в саду нужны крепкие руки. Работа найдется.

– Госпожа! – Агнешка всплеснула руками. – Да вы посмотрите на него, он же только и ждет момента, чтобы стянуть что плохо лежит!

Юля строго взглянула на пацана:

– В доме много дорогих вещей. Конечно, ты можешь украсть их, продать за бесценок и пару дней чувствовать себя богачом. Но деньги быстро закончатся, и ты поймешь, что вот здесь, – она коснулась области сердца, – вдруг стало пусто. Если не хочешь стать преступником, как твой отец, и не желаешь своим сестрам судьбу их матери, то я помогу тебе начать новую жизнь. Не отвечай сейчас ничего. Бери корзину и уходи. Но если захочешь принять мое предложение… Я буду ждать тебя. Вместе с сестрами.

***

Мальчик ушел, не давая никаких обещаний. Только пыхтел, прижимая к себе корзину, в которую недовольная Агнешка положила несколько вареных яиц, пучок зелени, остатки сыра и вымазанные в угле булки. Он даже не оглянулся, хотя Юля наблюдала за ним в окно.

– Вот видите! – с досадой заявила горничная. – Это просто неблагодарный змееныш! Вы не сможете всех согреть и накормить, госпожа, оставьте эту затею.

– Не попробую – не узнаю, – усмехнулась Юля, отходя от окна. – Но что-то подсказывает, он вернется. А к тому времени, как это случится, я должна стать женой Дерека Вандербильта. Так что прекрати ныть, лучше помоги привести себя в порядок. Что мылась – что нет. Вся в угле вымазалась! Мне еще к герцогу ехать с визитом.

Агнешка прикусила язык, испуганная внезапной сменой настроения госпожи. Через минуту она явилась в хозяйскую спальню с тазом теплой душистой воды и целой коробкой гребней и заколок.

– Вот, у тетушки вашей взяла, у нее и гребни черепаховые есть, и шпильки с жемчужными головками!

Юля не возражала. Быстро обтерла руки влажным полотенцем, уничтожая черные полосы, затем указала на простое, но элегантное платье из бежевой кисеи:

– Помоги надеть.

– Госпожа, но оно ведь уже устарело!

– Да? – попаданка равнодушно хмыкнула. – А по мне, так очень миленькое. Не хочу больше в темных тряпках ходить. Они пессимизм навевают.

– Ну давайте я вам хоть плащ сверху накину? – предложила Агнешка. – А то ж такой позор – леди в старом платье.

– Да я и сама не новая, – Юля скрыла грустную улыбку. – Тем более иду сейчас просить малознакомого мужчину жениться на мне.

– Ох, горюшко! Страх-то какой вы задумали, госпожа! А вдруг он откажется?

– Сделаю так, чтобы не отказался!

– А если у него есть невеста?

– Докажу, что брак со мной выгоднее!

Пока они переговаривались, горничная помогла снять утреннее платье и сменить сорочку. Юля подождала, пока Агнешка затянет корсет, и скользнула в ворох бежевых юбок.

Конечно, у герцога может быть на примете какая-то девушка из хорошей семьи. Но Юля в этом сомневалась. Всех отпугивает его темная аура, значит, у нее есть шанс занять вакантное место герцогской супруги. Их брак будет фиктивным, но взаимовыгодным. Она получит доступ к своим деньгам, он – доступ к особняку.

Осталось только узнать, зачем ему вообще нужен дом.

С такими мыслями Юля приколола к прическе шляпку и расправила невесомую вуаль. Все же она собиралась явиться в дом мужчины без сопровождения, а это для Лондиниума слишком вольный поступок, позволительный лишь вдовам и пожилым матронам.

***

На улице было пасмурно. Юля прошла вниз по улице к остановке кэбов и села в наемный экипаж. Вскоре она уже ехала к особняку Вандербильтов.

Всю дорогу Юля переживала, что не застанет герцога дома. Недаром его прозвали Тень королевы. Наверняка он важный придворный и проводит большую часть времени при Дворе или в своей полиции.

Но даже если и так, она сможет оставить записку. Назначит Дереку встречу на нейтральной территории, например, в том милом кафе на набережной, куда ее возила Софи. Главное, сделать это до того, как пропадет решимость!

Экипаж остановился. Громкий голос кучера вывел Юлю из задумчивости:

– Приехали, дамочка!

Девушка выбралась под моросящий дождь и, придерживая шляпку, уставилась на строение.

Особняк Вандербильтов… впечатлял! Огромный фасад из серого, почти черного камня. Колонны, поддерживающие портики с двух сторон от церемониального балкона. Широкое крыльцо из гранита и мраморная балюстрада.

Несмотря на внешне строгий и мрачный облик здания, Юля заметила немало декоративных элементов: каменные вазоны на крыльце и на крыше, горгульи, прикрывающие водостоки, и бронзовые грифоны в натуральную величину по обе стороны от парадного входа.

Выдохнув, как перед очередным показательным боем, леди Гейбл расплатилась с возницей и поднялась к двери.