Глава 20

Весь вечер Юля обдумывала свой план. Замуж за герцога Вандербильта не очень хотелось. Не нравился он ей. Но не из-за магии Смерти, а из-за зловредного характера. Она еще не простила ему ту безобразную сцену в театре и пошлую статейку.

Но логика подсказывала, что лучшего кандидата не найти. У них есть что предложить друг другу.

– Я заключу с ним сделку, от которой он не сможет отказаться! – заявила она, принимая решение.

– Ох, госпожа, это очень опасно! – причитала Агнешка. – Он же некромант! За него нельзя замуж!

– Ну да, этот тип та еще заноза в заднице, – вздохнула Юля. – Но ты демонизируешь его.

– Леди!

– Хватит. Я общалась с Дереком. Он, конечно, не эталон любезности, но это не повод делать из него монстра.

Но Агнешка не собиралась отступать. Она вдруг упала в ноги хозяйке и заревела во весь голос:

– Вы не понимаете! Вам придется заключить магический брак, это объединит ваши ауры!

– Это еще зачем? Разве обряда в храме недостаточно?

– Для обычных людей достаточно, но маги скрепляют союз особым ритуалом. Обычай такой. Пожалуйста, передумайте, госпожа!

– Что за ритуал? – пробормотала Юля. Истерика Агнешки ее слегка озадачила. – Где я могу о нем побольше узнать?

– У вашей тетушки есть настольная книга обычаев и традиций Альбиона. Там должно быть написано. Принести?

Юля кивнула.

Шмыгая носом, Агнешка вылетела из комнаты, но через пару минут вернулась, таща под мышкой увесистый фолиант.

– Вот! – она бухнула его на стол перед хозяйкой.

Вверх поднялось облачко пыли. Юля чихнула:

– Ты там совсем не прибираешься?

– Я одна не успеваю везде, – повинилась служанка. – Раньше в доме было двадцать горничных, прачка, садовник, истопник, повар, конюший, грумы и даже лакеи. А теперь я одна.

– Ничего, – Юля придвинула книгу к себе и открыла. – Скоро мы это исправим.

Статья о магических браках оказалась на редкость короткой и пространной. Но главное Юля поняла: маги это особая каста, у них все не как у людей, особенно если маг темный, как лорд Вандербильт. А брачный ритуал у каждого свой и зависит от типа магии. С некромантом венчает сама Тьма – изначальная Стихия.

– “Во время ритуала Стихия объединяет ауры брачующихся и замыкает их в неразрывное кольцо. Если Тьма благословила союз, то на теле супругов проявится ее знак, – читала Юля, а ее брови поднимались все выше и выше. – Обычно он проявляется в виде узора на левом запястье. Но были случаи, когда отметка проявлялась на ключице или плече…” О, так у меня еще и тату появится? Хм… “Чем сильнее чувства мага к своей половинке, тем ярче узор…”

Она захлопнула книгу и задумчиво произнесла:

– Вот, значит, как… брачный узор – лакмусовая бумажка для чувств своей половинки. Но наш-то брак будет фиктивным…

Откинувшись на спинку кресла, Юля несколько минут смотрела в потолок, надеясь там отыскать ответы. Магический брак – это навсегда. Разводы не предусмотрены. Предлагая себя в жены Вандербильту, она обречет его до конца дней жить с нелюбимой. А с другой стороны…

– Я же тоже буду страдать! – фыркнула попаданка, отгоняя тоскливые мысли. – Но страдать за правое дело! И вообще, вряд ли кто-то рискнет выйти замуж за Дерека. Он же всех девиц распугал одним своим мрачным видом!

***

На следующий день с самого утра Юля начала готовиться к встрече с Дереком Вандербильтом.

Она осознавала, что в этой реальности леди не проявляют инициативу в таких вопросах, это дурной тон, сами встречи не назначают и в гости к лордам не ходят. Но у нее не было выбора. Точнее, она его просто не видела.

– Я должна заставить его жениться на мне, но на моих условиях, – бормотала Юля, сидя в ванне с остатками тетушкиных эфирных масел. – Здесь все средства хороши.

Леди Бронсон была большой любительницей восточных благовоний и оставила после себя целую коллекцию ароматов, притираний и масел. Джулиана убрала шкатулку подальше, потому что та напоминала о потере. Но Юля по-хозяйски переселила ее в ванную.

– Хоть что-то приятное в этом мире! – заявила она и заставила Агнешку нагреть воду в большой бронзовой лохани на львиных ножках.

Правда, для этого пришлось потратить драгоценный уголь, оставленный для отопления спальни.

Но Юля сознательно решила рискнуть. Если ее план выгорит, ей больше не придется переживать о деньгах или угле.

Тетушкины масла сделали кожу Джулианы мягкой и нежной, а волосы – блестящими. Девушка вышла из ванной, чувствуя на себе тонкий цветочный аромат. Она села на пуфик у зеркала и придвинула шкатулку с косметикой.

– Так, посмотрим, что тут у нас…

Джулиана никогда не красилась. Она носила гладкий шиньон, строгие платья с высоким воротничком и вела себя очень скромно, как и подобает старой деве без надежды на брак. Но Юля была из другого теста. И уж точно не считала, что двадцать семь для женщины это старость.

Коротко усмехнувшись, она взялась за кисточку и сурьму. Слегка подвела глаза, слегка подчеркнула брови. Тронула губы кармином, нанесла пуховкой румяна на область скул – совсем немного, чтобы придать лицу свежести. Затем зачесала волосы наверх, оставив на висках игривые пряди – и бледный образ Джулианы заиграл новыми красками.

– Ох, леди, вы такая красавица! – выдохнула Агнешка, которая все это время наблюдала за ней с замиранием сердца.

Верная горничная уже привыкла к чудачествам госпожи.

– Осталось выбрать подходящее платье. Срок траура ведь прошел? – нахмурилась Юля. – Мне больше не нужно ходить в черном?

Темные цвета в одежде никогда не были ее любимыми. А тут еще пришлось носить траур по чужой родственнице. Это действовало угнетающе.

– Конечно, леди. Прикажете подготовить прогулочный костюм или платье для визитов?

– Сначала я посмотрю, что у нас есть.

Память Джулианы подсказала: тетушка позаботилась, чтобы у единственной племянницы был неплохой гардероб. Забрав Джулиану из деревни, где та провела несколько лет после смерти жениха, леди Бронсон первым делом ввела ее в общество. А для этого потребовалось немало денег и услуги модистки.

Конечно, все наряды уже устарели, мода меняется каждый сезон. Но шить новые нет ни денег, ни времени. Придется включать смекалку и выкручиваться в духе Скарлетт О’Хара.

– Шить платье из занавесок не буду! – отрезала Юля и, решительно поднявшись, направилась в гардеробную.

Стоило ей выйти из спальни, как уха коснулся подозрительный шум. Попаданка замедлила шаг.

– Ты слышишь? – прошептала, обернулась к Агнешке.

– Что, госпожа?

– Тише! – Юля схватила ее за руку и скосила глаза вниз, в сторону лестницы. – Прислушайся!

Теперь уже обе девушки замерли, вслушиваясь в тишину.

Было слышно, как тикают ходики, как за окном шумит ветер, качая ветви персиковых деревьев и миндаля. А еще… еле слышное позвякивание горшков, доносящееся из кухни.

Девушки переглянулись и, не сговариваясь, кивнули друг другу. Агнешка скользнула обратно в спальню госпожи. Через секунду она появилась оттуда, сжимая в руках кочергу и совок для угля. Юля тут же забрала совок себе – он был довольно увесистым и на длинной ручке. Отличный инструмент, если надо огреть по макушке непрошеного гостя.

– Это все из-за того, что вы приказали отключить магическую защиту, – шепотом всхлипнула горничная.

– Цыц! На нее уходила половина моего содержания, – шикнула Юля.

Но совок сжала покрепче.

В словах Агнешки был резон: особняк слишком лакомый кусочек, чтобы оставлять его без охраны. Маг-бытовик каждый месяц заряжал защитные кристаллы, вмурованные по периметру дома. Но Юля отказалась от его услуг, когда он повысил цены. А теперь в дом забрался воришка. Может, и не один…

– Идем, только тихо! – приказала Юля и первой начала спускаться по лестнице.

Она старалась держаться ближе к стене и, почти не дыша, прислушивалась к тому, что происходит на кухне. Перед глазами мелькнули кадры из хорроров, которые так любили смотреть в интернате. Многие из них начинались с того, как в чей-то дом забрался маньяк.

Юлия Петровна такие фильмы не любила, считала их глупыми. И всегда говорила: “Зачем заводить такую огромную домину? Где логика у этих людей? Вот представьте, сидите вы у себя в спальне на втором этаже и даже не слышите, что кто-то у вас по первому бродит! Так весь дом вынести можно, а хозяева и не заметят!”

Сейчас же она чувствовала себя героиней подобного хоррора. Правда, мысль о том, что все героини кончают там плохо, храбрости не придавала.

Девушки осторожно спустились в холл. Крадучись приблизились к приоткрытым дверям кухни и заглянули в щель.

Юля увидела чью-то узкую спину в драном жилете и копну нечесаных волос. Воришка был худ и мал ростом. И совсем не походил на маньяка.

– Ребенок? – оторопела девушка. – Откуда он здесь?

Она толкнула дверь, собираясь войти.

Воришка в мгновение ока отпрыгнул вглубь помещения и развернулся.

Это был тот самый мальчишка, который на ярмарке срезал у нее кошелек. Но сейчас он выглядел еще хуже, чем прежде: из рваного ворота торчала тощая шея, щеки ввалились, а глаза сверкали из-под грязной челки как у дикого зверя. В каждой руке мальчишка сжимал по булке, а изо рта у него торчал кусок вчерашней отбивной, которую Агнешка оставила госпоже на обед.

Юля застыла в прострации с поднятым совком.

– Ты-ы-ы?! – вырвалось у нее. – Как ты сюда попал?!

Мальчишка гулко сглотнул, пытаясь проглотить кусок мяса. И вдруг поперхнулся. Его худое тело сотряс хриплый кашель.

– Вот до чего жадность доводит! – пробурчала Юля, опуская совок и спеша к парнишке на помощь. – Тебя что, мать не учила, что нельзя глотать не жуя?

– Госпожа! Осторожнее! – рядом запричитала Агнешка.

Но Юля уже подхватила воришку под мышки и хорошенько встряхнула. Тот дернулся, издал странный звук и выплюнул недожеванный кусок служанке под ноги.

– Такой худой, а тяжелый! – выдохнула Юля, медленно опуская обмякшее тело.

Мальчишка сполз на пол, обхватил колени руками и теперь смотрел исподлобья.

Она встала напротив него, уперев руки в бока.

– Ну, давай знакомиться, раз уж ты здесь. Можешь обращаться ко мне Ю…. э-э-э… леди Джулиана. А тебя как зовут?

Ее до сих пор грызла совесть за этого мальчика. Не надо было слушаться Вандербильта и отправлять беднягу в приют! Тогда она смалодушничала, побоялась выдать себя. И вот результат – мальчик снова сбежал. Разве стал бы он убегать, если бы ему хорошо жилось в том приюте?

– Джим… – хрипло произнес воришка, вытирая нос рукавом. – Веслонос.

Прозвище ему подходило. У него и в самом деле нос был похож на весло: кончик расширялся книзу.

– Очень приятно, Джим. Может, позавтракаешь с нами? – Юля склонила голову набок. – Агнешка, что у нас есть?

– Госпожа, только пирог и сыр. Остальное он уже слопал!

– Накрывай. Нам всем не мешает подкрепиться.