Глава 9

– И что потом? – Оля на ходу доедала сэндвич, запивая его чаем из кружки-термоса, пока мы с ней шли в направлении одной из кондитерских, расположенных недалеко от центра. – Поцеловались?

– Ты в своем уме? – Я резко затормозила, из-за чего подруга едва не врезалась в меня. – Это было не свидание! И он мне не нравится даже! Просто из-за кого-то пересеклись в одном месте, а потом он меня подвез.

– Ага, а еще завез в ресторан и по городу покататься. – Оля рассмеялась, но одного моего строгого взгляда хватило, чтобы стереть улыбку с ее лица.

Конечно, я рассказала обо всем подруге. Сил терпеть просто не было, язык чесался так, что я едва удержалась, чтобы не позвонить кому-нибудь прямо вчера в двенадцатом часу ночи.

А сегодня сразу после моей работы мы встретились с Олей, которая работала мастером ногтевого сервиса в салоне неподалеку, и пошли на обед. Ну как на обед… На дегустацию образцов свадебного торта.

– Ну прости! – жуя, сказала подруга. – Вчера ну никак не могла поехать в эту типографию.

– Что у тебя хоть случилось? Дай откушу бутерброд.

– Кусай с этой стороны, тут с рыбкой.

Наверное, две взрослые солидные девушки, стоящие на регулируемом перекрестке, выглядели странно в попытках перекусить одним бутербродом на двоих. Но нам было все равно.

В тот момент мы ощущали себя по меньшей мере героинями сериала «Секс в большом городе», которые идут на бранч, чтобы встретиться с еще двумя своими подружками.

– В общем, я пока никому не говорила, чтобы не сглазить… Мы с Сеней планируем ребенка.

– Да ладно?! – Мой восторг, наверное, слышала вся улица.

Я так визжала и радовалась, как будто подруга мне уже о своей беременности объявила.

И как бы Оля ни смущалась и ни пыталась меня успокоить, я прыгала вокруг нее и крепко обнимала, едва не пытаясь задушить.

– Лёля, я так за вас рада, честное слово! У вас обязательно получится, и вы будете самыми лучшими на свете родителями.

– Спасибо. Я очень волнуюсь. Мы сдали все анализы, вроде бы все хорошо. И вчера как раз был подходящий вечер…

– Да я все понимаю. – Мой гнев быстро сменился на милость, и я махнула рукой. – Но если будет девочка, назовете Евой.

– А если мальчик, Иваном?

– Не дай бог!

Я открестилась и схватила подругу за рукав пальто, чтобы потащить за собой через дорогу.

Оля всегда отличалась от нас особенной любовью к семье и семейным ценностям.

Воспитанная в патриархальной семье, она нашла себе мужа точь-в-точь как ее отец: верного, честного, ответственного и мечтающего о трех детях с глазами как у Оли.

Их семья была образцово-показательной по меркам людей с консервативными взглядами. Арсений был главным в доме, обеспечивал все их потребности и Олины хотелки. А она работала в свое удовольствие, поддерживала уют в доме и планировала осчастливить их парочкой малышей.

Всецело позицию подруги я никогда не разделяла, но и осуждать ее, конечно, не планировала. В глазах Оли читалось искреннее неподдельное счастье, когда с любовью она рассказывала об Арсении или готовила для него домашний ужин.

Эти двое точно созданы друг для друга и для того, чтобы подарить этому миру чудесных малышей, воспитанных в крепкой любящей семье.

– И что теперь с Ваней?

– Да ничего, – совершенно искренне ответила я. – Может быть, буду считать его засранцем чуть меньше, но не более того.

– Да и у него же невеста есть, я совсем забыла.

Я хотела было открыть рот и поделиться новостью о том, что никакой невесты уже как пару лет и в помине нет, но вовремя закусила губу.

Если Ваня сказал никому не говорить, значит, от меня об этой тайне не узнает никто и никогда.

– Хотя слабо я в это верю. Мы о ней ни слухом ни духом, хотя он в городе уже сколько? Пару недель? Машка тоже в курсе только в общих чертах. Да и странно это приглашать в ресторан девушку, когда ты помолвлен.

– Это был дружеский ужин, – упиралась я.

– И счет он за тебя закрыл чисто по-дружески. А потом по городу повез кататься тоже по-дружески.

– Уже пожалела, что тебе рассказала, – буркнула я, прибавляя шагу.

В кондитерскую мы с Олей пришли с пятиминутным опозданием, когда Маша и Ксюша уже сидели за большим круглым столом и жадно облизывались, глядя на тарелки с образцами бисквитов.

Я мысленно припомнила себе неделю отсутствия тренеров и клятвенно пообещала устроить завтра разгрузочный день, после чего без зазрения совести зацепила ложкой увесистый кусок шоколадного бисквита с бананово-ликерной прослойкой.

Понадобилось полчаса, чтобы мы сполна наелись сладким и набили животы до такого состояния, при котором даже шевелиться сложно.

Мы с Олей сидели на диванчике, раскинувшись на спинке, а девчонки развалились в креслах, едва ли не расстегнув пуговицы на джинсах.

– Теперь главный вопрос, волнующий общественность, – сказала Маша, допивая остатки чая. – Какой торт-то выбрать?

– Да какая разница? – Оля притянула к себе тарелку, на которой еще осталось полкуска муссового торта с фисташковым кремом. – После салатов, горячего, закусок и алкоголя гостям что красный бархат, что бисквиты из «Пятерочки», пропитанные сметаной. Бери тот, который дешевле.

– Мы пришли на эту дегустацию, чтобы выбрать вкусный торт! А по итогу? Просто пожрали?

– Почему бы нет? – я согласилась с Машей. – Но вообще вот тот с тремя видами шоколада очень неплох.

– А мне понравился с клубничным конфитюром… Но он какой-то специфичный. Что думаете?

Мы с Олей ничего не думали, а только отпыхивались после трапезы, параллельно деля на двоих последний кусок оставшегося торта.

Хорошо, что среди нас был хоть один адекватный человек, не падкий на еду. Ксюша, в отличие от меня и Оли, на сладкое смотрела равнодушно и действительно только попробовала все образцы тортов, чтобы вынести вердикт.

– Я бы отталкивалась от алкоголя, который ты хочешь выбрать. Если будет шампанское, хорошо подойдет миндальный бисквит с карамельно-ореховой начинкой. А если на столах будет вино, бери три шоколада. Еще вкусные муссовые тортики, но на большое количество гостей выйдет не очень бюджетно.

– Ксюня, ты просто чудо! – Маша чмокнула подругу и с презрением посмотрела в нашу сторону. – А вам двоим лишь бы пожрать!

Поскольку пятничным вечером никто никуда не торопился, мы приняли решение задержаться в кондитерской, чтобы просто поболтать и обсудить свежие новости.

Из зоны для дегустации десертов и их последующего заказа мы перебрались в общий уютный зал с приятной классической музыкой и атмосферой Прованса.

Официантка принесла для нас литровый заварочный чайник зеленого чая и эклеры для Оли, которая удивляла всех своим аппетитом. Я только улыбалась, предполагая, почему у подруги может быть такая тяга к сладкому.

– Ну что, девочки, кто начнет? У меня столько новостей с этой свадьбой!

– Я пас. – Ксюша откинулась на спинку стула и безапелляционно подняла руки ладонями вверх. – Никита уехал, у меня вся неделя как день сурка. Маникюр вон только новый сделала.

– Ага, ага, классный. – Маша сказала это как будто больше из приличия, чтобы поскорее перенять инициативу разговора.

– У меня вроде тоже ничего нового. Сене вот зарплату повысили, думаем машину менять.

– Вы уже второй год об этом думаете, – отмахнулась Маша. – Ев, есть что рассказать?

Я нарочито долго пила чай из фарфоровой чашки, но он, увы, закончился. Еще на секунду получилось оттянуть время, когда я промакивала губы бумажной салфеткой. Но и это не спало меня от трех пытливых взглядов.

– Я в среду была на свидании со Стёпой, а вчера по чьей-то вине провела вечер с Ваней.

– Мои свадебные истории подождут! – Маша перекинула ногу на ногу и заинтересованно подалась вперед. – Рассказывай. Рассказывай все. Нам нужны подробности.

Я немного смущенно улыбнулась, но все-таки выложила девчонкам всю подноготную двух моих странных вечеров в компании совершенно разных мужчин.

Подруги ахали, вздыхали, удивлялись и едва ли не падали в обморок от шока. Маша с Ксюшей так смеялись, что в нашу сторону стали косо поглядывать посетители кафе.

В конце концов в красках и всех подробностях я погрузила девчонок в свою личную жизнь за эти несколько дней.

Была благодарна им за то, что не прозвучало вопроса, почему я вдруг решила приударить по свиданиям. Наверное, они сами понимали, что в их семейном обществе волей-неволей я думаю об отношениях, свадьбе и прочем.

– И что теперь? Вы со Стёпой столько лет дружили…

– И продолжим, – тут же отрубила я. – Ничего не зажглось, не загорелось. Мы разные люди, и я воспринимаю его исключительно как друга.

– Я тоже считаю, что он не твоя партия, – поддакнула Маша, которую история этого моего свидания ничуть не проняла. – Во-первых, он старый! Сколько ему? Тридцать три? Ксюнь, не в обиду.

Девушка отрицательно качнула головой и улыбнулась. Она давно научилась не обращать внимание на реакцию людей на их с Никитой разницу в двадцать с лишним лет.

– Тридцать два, – поправила я.

– Я и говорю, старый! К тому же у него дети. Нет, дети, конечно, это цветы жизни и все в этом духе. Но это еще и вечное общение с бывшей женой и оплата алиментов из вашего общего бюджета.

– Маша, я не собираюсь с ним даже встречаться, – напомнила разошедшейся подруге.

– Да, да. А у Вани вообще-то есть невеста! Так что ваш вечер – не более чем дружеский.

– Я тоже так считаю, – согласно кивнула.

Но вот Оля и Ксюша, кажется, в этом споре были по другую сторону баррикад. Девчонки посмотрели на нас как на умалишенных и едва не покрутили пальцем у виска.

Я искренне хотела услышать их мнение хотя бы потому, что всю правду знала только я одна. И оценить ситуацию здраво тоже могла только я.

Нет, само собой, никаких иллюзий и надежд касательно Вани я не питала и питать не собиралась. Однако мотивы, предпосылки и последствия его поведения были крайне интересны.

– Девочки, вы извините, конечно, но, по-моему, такое поведение не норма. Если бы Никита, будучи помолвленным со мной, катал какую-то бабу по городу и платил за нее в ресторане… Не знаю. Не нормально это!

– Во-во, я так же говорю. Где вообще гарантия, что он помолвлен и верен своей невесте? Кольца не носит, об этой девице мы ничего не слышали. Может, оставил ее в своей Италии, а тут по бабам скачет.

– Речь вообще-то о моем будущем родственнике, – напомнила Маша строго.

– И обо мне, а не о какой-то абстрактной бабе!

– Да ты тут при чем, – отмахнулась Оля. – Ты вообще ни при чем! Он предложил подвезти, ты согласилась. Предложил оплатить, ты не воспротивилась. Ну в самом деле, не счет же из его рук вырывать и не пешком идти домой? А вот к нему, как к человеку, связанному с кем-то обязательствами, у меня много вопросов.

Я промолчала, недовольно хмуря брови.

Может быть, знай девочки правду, они бы сказали мне совсем другие вещи? Я бы очень хотела услышать их трезвый взгляд на ситуацию, но не могла раскрыть чужого секрета, так что просто молчала.

– Спрошу сегодня у Сёмы, что у них там за ситуация. – Маша тоже была недовольна разговором, в особенности контекстом обсуждения Вани.

И хоть к мужчине она пока не прониклась какими-то теплыми родственными чувствами, у нее была установка, что они с ним уже почти что семья. А членов своей семьи в обиду давать нельзя, даже если обидеть его хотят три твои подруги в разговоре за чашкой чая.

– Сначала Стёпа, потом Ваня… Когда ждать свидания с Костей? – в кулачок рассмеялась Ксюша, и девчонки почему-то засмеялись следом за ней.

Я смотрела на них во все глаза, не понимая, почему эта мысль вызывает у них такую улыбку. Намека на какое-то романтическое общение с Костей никогда не было и сейчас нет. С чего вдруг они вздумали смеяться?

– Вы о чем вообще?.. – осторожно спросила я.

– Как о чем? По всем знакомым прошлась, когда Костика вниманием порадуешь? Он, бедняга, девятый год все-таки ждет.

– Какой еще девятый год? – Я хоть и улыбалась, но всерьез не понимала, о чем говорят девочки.

– Ой, брось строить из себя дуру. То ты не замечала, что он в тебя влюблен по уши с самого первого курса.

Я даже прыснула от смеха, потому что ну никак не ожидала услышать такой глупости.

Но вот мой искренний хохот почему-то никто не поддержал. Девчонки смотрели на меня и качали головой, как будто я была ребенком, ничего не смыслящим в жизни.

– Девочки, какая влюбленность? Мы с ним друзья. Да какие друзья! Уже как брат и сестра!

– Это ты с ним друзья, а он как верный пес ждет, пока ты разглядишь в нем мужчину.

– Было бы кого разглядывать, – саркастично заметила Ксюша.

– Слушайте, ну это уже чересчур! Ни о каких чувствах и речи быть не может. Мы друзья, и точка!

Подруги бессловесно переглядывались между собой, общаясь только жестами и взглядами. Как будто решали, кому из них достанется почетная роль открыть мне глаза на происходящее и снять с меня розовые очки.

Наконец заговорила Маша, упершись грудью в деревянную столешницу.

– Он по-дружески тебе на дни рождения подарки дарит стоимостью больше, чем его зарплата? По-дружески выслуживает все твое бабское нытье? По-дружески пьяную забирал с наших тусовок? По-дружески ремонт помогал делать?

– Да! – в сердцах выпалила я, потому что для меня это было совершенно очевидно. – Это и есть дружба – взаимопомощь. Мы тоже помогаем друг другу, но не влюблены же все поголовно между собой.

– Мы девочки, – пожала плечами Ксюша. – У мужиков это иначе устроено.

– Но я же тоже ему помогаю! И подарки хорошие дарю, и на ужины к себе приглашаю, и нытье его слушаю с завидной регулярностью. Но я не влюблена!

– Потому что ты девочка, – протянула Маша. – А он вообще хоть когда-то с кем-то встречался? Кто-то помнит? – Девчонки пожимали плечами, переглядываясь между собой. – По-моему, он вообще девственник.

– Это не означает, что он в меня влюблен!

Маша тяжело вздохнула и откинулась в кресле.

Я отказывалась принимать то, что говорили девочки. С Костей мы были знакомы восемь лет, и для меня он действительно был больше чем другом. Братом, которого никогда не было.

Я могла доверять ему, могла надеяться на помощь и давала ему то же самое в ответ. За все время он ни разу не попытался подкатить ко мне, не делал намеков и комплиментов. Это была дружба.

Дружба между мужчиной и женщиной, в которую многие не верят. И мои подруги, судя по всему, тоже!

– Ева, ты в каких-то розовых очках сидишь. Сними их! Да он же на тебя смотрит, едва слюни не пускает. А когда у тебя парень появляется? Он его глазами в порошок стирает!

Я не стала продолжать дискуссию, потому что не видела в ней смысла. Девочки смотрели на ситуацию со своей точки зрения, но я видела наши взаимоотношения изнутри и была уверена, что никакой влюбленности там нет места.

Мы с девчонками просидели в кондитерской еще с час, обсуждая все новости, произошедшие за неделю.

Я любила наши встречи, любила слушать, что нового в жизни подруг. Это стало доброй традицией, без которой я не представляла себя.

Все-таки верные подруги были большой ценностью. Если выбирать между ними и парнем, пожалуй, я бы не променяла этих троих ни на одного мужчину мира, будь он хоть долларовый миллиардер.

Но, к сожалению, наши встречи заканчивались каждый раз все быстрее и быстрее.

Сначала Сёма набрал Маше и сказал, что уже приехал за ней. Потом убежала Оля, потому что вот-вот с работы должен был вернуться Сеня, которого нужно кормить ужином.

В общем, мы с Ксюшей закрыли счет и тоже медленно пошли из кондитерской в направлении парковки, где девушку ждал личный водитель.

– Подвезу тебя?

– Если тебе не трудно, – с благодарностью согласилась я и села в машину. – Если хочешь, можем еще поболтать, погулять где-нибудь или зайти ко мне в гости.

– Да вообще можно… Мне заняться, если честно, нечем. Давай роллов закажем?

– У меня дома полбутылки виски, – кивнула я.

Ксюша не была из числа типичных жен миллионеров, которые только и делают, что ходят по салонам красоты и закатывают мужчинам истерики от скуки.

Она учила языки, посещала конференции и занималась благотворительностью. В числе ее интересов значились аргентинские танцы, гончарное дело, хоровое пение и даже выжигание по дереву.

Но все это было от избытка свободного времени и одиночества.

С куда большим удовольствием подруга бы проводила время с любимым мужчиной, занималась домом или приносила бы какую-то пользу миру.

– Снова задумываюсь о работе, – призналась девушка уже в машине. – Никита предлагает купить мне кофейню или ресторан.

– Что думаешь по этому поводу?

– Не хочу, – грустно произнесла девушка. – Неинтересно мне это. Как будто я хочу делать что-то хорошее, понимаешь? Не просто развлекать и кормить людей. Я зажралась, да?

– Не говори ерунды! Почему ты должна хотеть быть владелицей ресторана, кафе или салона красоты? Не у всех цель бизнес ради бизнеса.

– Просто я как будто не понимаю, чего хочу. И мне так мерзко от этого… Есть возможности, нужно брать и делать. А я, блин, не хочу.

– Тебе просто нужно сесть и хорошо подумать, – успокоила я девушку.

Вечером мы сидели с Ксюшей на моей не очень просторной кухне, ели роллы из ближайшей приличной доставки и заканчивали бутылку виски, которую я начинала пару недель назад с Машей.

Я разоткровенничалась и призналась подруге, что очень тоскую в одиночестве и хочу выйти замуж. Точнее, хочу найти своего человека.

Ксюша не осудила, а поддержала меня и сказала, что такое желание – нормальное. Вот только над моими попытками заполнить список из ста мужчин она посмеялась, назвав это бредом.

Я была рада, что наконец смогла сказать правду. Как будто больше не нужно было скрывать от всех и от самой себя тот факт, что я одинока и мне это не нравится.

– Давай познакомлю тебя с кем-нибудь? Добавишь парочку парней в свой список, – хихикнула подруга.

– Издеваешься? Мне не комфортно будет общаться с мужчинами из твоего круга.

– Так говоришь, как будто я в королевском обществе обитаю… У нас на танцах есть классный парень. Работает программистом где-то, симпатичный. У Никиты в офисе много холостых сотрудников. Он мог бы пригласить кого-то на ужин…

– Ксюнь, правда не хочу этих показательных смотрин, – отмахнулась я от навязчивой мысли подруги. – Как-то не так это должно быть… К тому же будет неловко, если с этими парнями ничего не сложится.

– Как знаешь. – Подруга пожала плечами, запуская филадельфию в рот.

Мы пили виски, уже не чокаясь, когда наше внимание привлекли странные звуки.

Я отставила стакан в сторону и навострила уши, пытаясь понять, откуда идет звук. Точнее, было предельно ясно, откуда звук, но я отказывалась в это верить.

– Ты тоже слышишь? – спросила Ксюша, оглядываясь за спину. – Это стоны?

– Очень на то похоже…

– Откуда?

– Из соседней квартиры. – Я кивнула в сторону своей комнаты, где за стенкой находилась трешка Вани.

Мы с Ксюшей синхронно переглянулись и практически одновременно вскочили со своих мест.

Оказавшись в комнате, мы перестали сомневаться в природе звуков.

В соседней квартире кто-то определенно получал удовольствие. Притом ничуть этого не стеснялся.

– Это ж как надо стонать. – Ксюша была слегка шокирована, потому что, даже не прислушиваясь, мы ощущали себя так, будто были на съемочной площадке фильма для взрослых.

– Тут такая шумоизоляция, что, поверь, стонать надо очень и очень громко…

– Подожди, там же квартира Вани? – наконец догадалась подруга. Я кивнула. – Это получается… Какова вероятность, что к нему внезапно приехала невеста? Надо позвонить Маше и все узнать!

Я ощущала себя максимально глупо и неловко в этой ситуации, но не знала, что мне делать.

Раскрывать чужой секрет и влезать в личную жизнь соседа не было ни малейшего желания. Но не остановить Ксюшу значило раскрыть секрет Вани абсолютно для всех и поставить мужчину в неловкое положение.

– Ксюнь, постой. – Я буквально выхватила телефон из рук подруги, и та удивленно уставилась на меня. – Не надо этого делать. Зачем?

– Что значит зачем? Ты понимаешь, что если там не его невеста, то он с кем-то ей изменяет! Мы должны все узнать, чтобы в случае чего предупредить ее через Машу…

– Это же их жизнь…

– Ева, там девушке могут изменять! В тебе есть хоть капля женской солидарности?

Я прикрыла глаза, поджала губы и на выдохе сказала:

– Нет никакой невесты.

– Чего?..

– Я сейчас все объясню. Только давай уйдем в кухню, умоляю!

Ксюша согласно кивнула, и мы поспешили покинуть комнату, недоверчиво оглядываясь в сторону, откуда исходили истошные стоны.

Пришлось выкладывать подруге правду. Без подробностей, конечно, я поделилась лишь сухими фактами, которые позволяли оправдать мужчину и его поведение за стенкой.

Ксюша только округляла глаза сильнее с каждым разом и шокированно качала головой.

Я понимала ее реакцию. Сама, наверное, удивилась не меньше, когда узнала. Все-таки несколько лет врать о наличии невесты, тем более врать своей семье… Это было как-то слишком.

– Получается, что он одинокий свободный мужчина и может делать все, что захочет, – подвела я итог тому бесстыдству, что творилось в соседней квартире.

– Я в шоке. Просто в шоке. А ведь все думают, что он приедет на свадьбу с невестой…

– Ты не говори никому, умоляю. Я обещала молчать. Но как? Ты бы позвонила Машке…

– Нет, нет, ты правильно поступила, – успокаивала меня Ксюша, подливая нам виски так, как будто это было вино. – Если бы я позвонила Маше, она бы спросила у кого-нибудь из родни… В общем, правда бы вскрылась на всеобщее обозрение, и выходит, что из-за твоего бездействия.

Я согласно кивнула и как будто бы оправдала себя в собственных глазах.

Звуки в соседней квартире не утихали вот уже полчаса. Мы с Ксюшей никак это не комментировали, но переглядывались, как будто бы прекрасно понимая, что нельзя столько времени так громко стонать.

– Подожди… – Подруга вдруг резко встрепенулась и уставилась на меня. – Выходит, вчера он позвал тебя в ресторан и покататься, будучи одиноким? Так это же меняет дело!

– Ксюнь, он за стенкой радует какую-то девчонку, – рассмеялась я. – Так что ничего это не меняет.

– Блин, реально… Тогда он вообще козел! Давай ему какую-нибудь гадость сделаем?

– За что?

– Да хотя бы за превышение уровня шума! В конце концов, мы в приличном жилом доме или в борделе?

– Всерьез думаешь, что полиция за это возьмется? Им что, делать больше нечего?

Хотя идея сделать какую-нибудь гадость соседу на пьяную голову меня ну уж очень прельщала.

Во-первых, я еще не простила ему выходки, случившиеся в первые дни пребывания в квартире. Во-вторых, вчера мы и впрямь мило общались, а сегодня он вот так вот просто снял себе девушку и сейчас радует ее в нескольких метрах от моей квартиры?

– Полиция не возьмется, – сказала Ксюша, что-то клацая в телефоне. – А один мой знакомый страж порядка за красивые глазки на что угодно готов. Сейчас напишу ему, что тут творится беспредел! Они на этого козла быстро управу найдут. Какой тут точный адрес?

Немного подумав, я все-таки махнула рукой и согласилась сделать маленькую пакость.

Когда запрос Ксюниному знакомому был отправлен, мы радостно хлопнули в ладоши и осушили остатки бутылки.

Я не желала Ване зла. В конце концов, это была просто шалость, совершенная на пьяную голову. Я не думала, что ему грозит что-нибудь кроме письма с предписанием больше не тревожить покой соседей.

Но как же я ошибалась в тот момент…

Правда, вечером я еще ничего не подозревала.

С Ксюшей мы проболтали до самой ночи, а потом я отправила подругу домой, после того как мы обе гневно показали язык соседской двери.

Возвращаясь в квартиру с первого этажа, я еще раз пристально глянула в сторону квартиры Вани и буркнула пару нелестностей себе под нос.

Хорошо, что к тому моменту все звуки затихли и я смогла преспокойно лечь спать.