Глава 21

– Опять самоубилась?! – воскликнула стервоза из вязкой холодной тьмы, в которую я вновь угодила.

– Не совсем. – Голос невидимки, подарившего мне не только новую жизнь, но и шикарных помощников, звучал напряженно.

– Что значит не совсем? – озадаченно уточнила вредина, обещавшая мне отборных мужиков (то есть сволочей) в этой самой новой жизни. В принципе, слово она сдержала – Аквамарин, к примеру, сволочь наиотборнейшая.

– То и значит! – огрызнулся мужской голос, а потом, смягчившись, сказал уже мне: – Ну что же ты, деточка, такая невезучая? Я даровал тебе способность делать людей и себя счастливыми, друзей в помощь дал, а ты…

А я, если верить его подружке, опять самоубилась, м-да. Точнее, позволила себя убить.

– Давай ее развеем, а? – гаденько так захихикала злыдня. – Чтоб неповадно было самоубиваться.

– Ее убили, Ярла! – вступился за меня… не знаю кто, но имечко стервозы напрягло конкретно.

– Я знаю, Ярл! – фыркнула… наверное, его вторая половина. Хотя, может, и сестра-близнец. Или, того хуже, альтер эго самого злобного из местных богов!

Ой, мамочки! Держите меня семеро – я жить хочу!!! И буду жить! Рогато-крылато-хвостатой феей! Желание было настолько сильным, а цель – понятной, что я снова уверовала в свои силы.

– Наконец-то! – хором воскликнули Ярлы… тоже, вероятно, уверовав.

В тот же миг меня опять куда-то понесло. Правда, на этот раз в конце «тоннеля» маячил яркий свет вместо непроглядной тьмы. Он-то и ударил в глаза, когда я их открыла и шумно вздохнула, очутившись в своем прежнем теле. В том, которое Кайярдэ, а не Катя.

– Приветик, – просипела я, по-идиотски улыбаясь. От счастья, угу.

– Приветик?! – взвыл Дантэ, нависаяя надо мной. – Какого ярла ты так долго тянула с возвращением? Сбежать от меня р-р-решила? – зарычал он. Будем думать, из-за беспокойства, а не из-за оскорбленного мужского самолюбия.

– Вот ярлов и спрашивай! – обиделась я.

– Только не надо, пожалуйста, этого изобретательного бога размножать, эйла Кайя, – сказал владыка, который тоже тут, оказывается, был. Стоял, правда, чуть поодаль и, если зрение меня не подводит, имел довольно потрепанный вид. – У нас он и один вот тут сидит. – Его величество провел ребром ладони по шее, показывая, насколько все сыты проделками небожителя.

– У меня для вас новость, эйрины: Ярлов на самом деле два!

– Откуда знаете, эйла? – Этот голос принадлежал главному целителю Дэримора, но я его не видела, так как он находился где-то за моей головой.

– Так это они меня… того… сюда…

– И почему я не удивлен? – вздохнул Дантэ.

А я начала кашлять, не договорив. Впрочем, все и так мою мысль поняли. Опекун принялся гладить меня по волосам и что-то шептать, водя другой рукой над грудной клеткой. От ладони его шло приятное тепло… которое внезапно зашевелилось.

– Ась? – Я аж выгнулась, чтобы глянуть на это чудо-юдо.

– Да-да, я тут, я не сплю, я… хр-р… – промямлило «солнышко» голосом оракула и даже лапкой дернуло в доказательство своих слов, хотя храп говорил об обратном.

– Шла-а-анг! – радостно заулыбалась я, стиснув в объятиях собственный хвост, сосиской распластавшийся по мне. – Это ты, да? Ты меня услышал и спас, несмотря на Акватварь и его проклятущие артефакты?

– Мы все тебя спасали, Кайя, – серьезно сказал князь Опал, убирая с моего лица радостно суетящиеся косички (и эти тоже «оттаяли» – ура!). – Но без твоего желания жить, причем здесь и с нами, наши старания не имели никакого смысла. Мы поддерживали твою связь с телом, решение же вернуться приняла ты сама. А если бы не приняла… – Он выразительно посмотрел на владыку, я – тоже.

– Приняла бы! – уверенно сказала Вероника, тоже появляясь в поле моего зрения. Да тут действительно целая толпа, и все ради меня собрались, правда?

– Значит, это была коллективная работа! – сделала вывод я, чувствуя себя ужасно довольной. Жива ведь, почти здорова, еще и в компании друзей – это ли не счастье?! – А Руж, Крыш… как они? – вспомнила я о зачарованных пушистиках.

– В порядке, – успокоила меня волшебница, улыбаясь. – Я их расколдовала, но они еще слабы из-за временного разрыва вашей с ними связи. Отсыпаются, в себя приходят, как и Шланг.

– А Эльза и Ильвера? Вы в курсе про внушение, которое им сделали? Что вообще произошло? Где предатель Аквамарин и… где мы?

Я сфокусировала взгляд на окружении. Зал какой-то незнакомый, пол мозаичный… или не пол, а стол? А может, вообще, алтарь? Едрит твои лапти! Надеюсь, они меня тут всем коллективом не в жертву приносили?!

– Мы в Обители зла, – огорошил Фэб. Заговорщически мне подмигнув, он добавил: – Сердце Дэримора тоже активно участвовало в твоем спасении. Цени, фея! И да… готовься отрабатывать – должность дворцового оракула теперь только твоя.

В комнате…

Душа требовала подробностей, а не ужина с конкурсантками и их родней, поэтому подведение итогов отбора перенесли на утро, объяснив такую отсрочку прорывом в расследовании. Не знаю, что думали по этому поводу правители шести миров (мне, к счастью, встретиться с ними сегодня так и не довелось), седьмого же, несмотря на его попытки увильнуть, я лично прижала к стенке, чтобы вытянуть из него всю правду. Даже пригрозила, что иначе организую ему быстрый развод вместо счастливой семейной жизни. Сказала, конечно, в шутку, но Альмандин решил не провоцировать фею, которой и так сильно досталось. А может, и тяжелый взгляд князя Опала на него благотворно подействовал, как знать. Или сложенные на груди руки хмурой Вероники.

Правда оказалась… двоякой.

С одной стороны, я понимала поступок владыки, главной целью которого являлось разоблачение заговорщиков. С другой – было неприятно узнать, что меня использовали в качестве наживки, потому и охранные чары сняли, и слуг от дверей убрали, официально объяснив это поимкой преступницы, роль которой отводилась бедняжке Эльзарэ, чей разум был отравлен самым близким для нее человеком – тем, кто обещал любить и оберегать, а не делать жену пешкой в своих грязных играх. И хотя Альмандин по-своему позаботился о моей безопасности, наложив особые охранки конкретно на меня, а не на комнату, он все равно просчитался, недооценив силу и коварство своего противника.

Слишком честного, порядочного, верного, выдающегося… Да, у эйрина Аквамарина действительно была безупречная репутация. И заслуги перед короной тоже были. Он не зря говорил, что трон должен достаться именно ему. Многих тогда сильно удивил выбор Оз. Хотя я сердце Дэримора прекрасно понимала: каким бы положительным с виду ни казался Аквагад, на его счету несколько погибших архимагов и один оракул. Это только те, о ком мы знаем. Одно дело уничтожать врагов, угрожающих родному миру, другое – убивать друзей ради собственной выгоды и удовлетворения завышенных амбиций. Это уже не правитель, а самодур какой-то. Зацикленный на своем величии нарцисс. На фиг такой монстр Дэримору!

Эйрин Альмандин монстром вроде бы не был, предателем – тоже, но сволочью он оказался порядочной, за что мой опекун и набил ему морду. Одобряю! Это ж надо было бросить меня в пасть к маньяку, жаждущему перессорить и перебить кучу народу чужими руками. А если бы заклинание, поддерживающее мое тело на грани жизни и смерти, не сработало? Вдруг бы Аквамарин решил убить меня не стазисом, а отсечением головы? Куда бы моя душа потом возвращалась-то?!

Мой праведный гнев усмиряло чувство облегчения оттого, что все уже позади, и неуемное любопытство, которое жаждало ответов. Хотелось знать, как давно Фэб вычислил мужа Эльзы, почему не поверил, что это она организовала заговор, и куда дел моего опекуна, чтобы тот не испортил расставленную для Аквамрази ловушку.

Как выяснилось, Дантэ действительно сначала допрашивал сестру, а потом пытался избавить ее от влияния кукловода, работая в паре с целителем. Позже к ним присоединилась и Вероника, которую увели от меня под благовидным предлогом. И все это время князь Опал пребывал в уверенности, что я в полной безопасности. Когда же узнал о рискованном плане друга, было уже поздно.

И все же мой архимаг лукавил – спас меня именно он. Все остальные только помогали ему проводить в ускоренном темпе ритуал привязки души к телу, который и позволил мне вернуться назад. Получается, я снова выкачала из мужика все силы, вытрепала ему все нервы и, заметьте, даже не приходя в сознание!

Ника, улучив момент, шепнула, что опекун мой сам чуть не погиб, пытаясь вернуть к жизни меня. Это уже потом владыка перенес нас всех порталом в Обитель зла, которая и пополнила опустошенные резервы магов. Сама же волшебница, пока мужчины занимались мной, хлопотала над зверинцем, жизнь которого повисла на волоске из-за моего критического состояния. И за спасение пушистиков я была ей особенно благодарна. Если у черноглазки с рыжим поганцем все сложится, мы точно станем лучшими подругами!

Потом…

Когда князь Аквамарин, угодивший в силки собственной самоуверенности, понесет заслуженное наказание. А понесет ли?

– Как же вы умудрились его упустить? – возмущалась я, сидя на подлокотнике кресла, в котором расположился опекун. Дантэ после моего воскрешения не отпускал меня от себя ни на шаг, будто боялся снова потерять. Я не возражала – самой рядом с ним было спокойней. Ведь если он собственную жизнь готов был отдать за мое возвращение, значит, я ему действительно нужна. – Я что… зря страдала?! – воскликнула, укоризненно глядя на владыку.

– Не зря, – успокоил тот, примирительно подняв руки. – Теперь мы точно знаем и имя заговорщика, и причины, побудившие его совершить предательство, и даже прошлые преступления.

Угу, охранка, не позволившая мне сдохнуть в адских муках, еще и местным аналогом видеокамеры служила. Так что все, что видела и слышала я, отныне было в распоряжении его величества в качестве доказательства вины эйрина Аквамарина. Не чувствуй я себя подсадной уткой, использованной втемную, сейчас бы раздувалась от чувства собственной значимости.

– И все-таки он вас обыграл, несмотря на глупую тягу похвалиться напоследок перед жертвой. Никакие теневые воины не помогли. Свинтил Акваспринтер порталом. – Я вздохнула, испытывая одновременно досаду от побега мерзавца и злорадство от того, что план Фэба оказался недостаточно хорош. – Куда хоть направился? Вы уже знаете?

– Наши люди над этим работают, – уклончиво ответил владыка. Значит, неизвестно им пока, куда злыдень лыжи навострил.

– Может, княгиню Аквамарин спросите? Она все-таки жена его.

– Эльзарэ погружена в стазис…

– Надеюсь, не в ледяной? – насторожилась я.

– Нет, в восстановительный, – пояснил Дантэ, обнимая меня сзади одной рукой и ненавязчиво поглаживая плечо другой.

Полагаю, целитель мог бы сказать на эту тему больше, но он при нашем почти семейном разговоре не присутствовал. Были только я, мой архимаг, владыка и Вероника, которая старалась не вмешиваться в беседу, хотя и бросала порой не самые добрые взгляды на жениха – ей тоже не очень-то понравилось, как он со мной поступил. Вся компания пушистиков тоже участвовала – куда ж я без них! Правда, по неведомым мне причинам бодрствовали в моем мимимишном зоопарке только косички. Остальные дрыхли рядком на диване – сил, стало быть, набирались.

– А что с Ильверой? Вы ее, как Эльзарэ, в восстановительный стазис запихнули?

Владыка кивнул синхронно с невестой – Вероника, как я поняла, с целителем вместе работала. Подозреваю, с будущей профессией черноглазка уже определилась – выучится и будет нашим личным доктором. Семейным, угу.

– И повелитель Атлантиды не возражал? – уточнила я недоверчиво.

– Он не в курсе, – все же подключилась к беседе черноглазка. – Всех девочек снова заперли под предлогом контрольного обследования после воздействия артефактов. Завтра с утра Ильвера будет как новенькая. Эйр Варинар уже подчистил ее память и свел к минимуму вред, нанесенный внушением. Он настоящий гений! – Восхищенная главным целителем Ника была удостоена ревнивого взгляда владыки. Хм, на меня он так никогда не смотрел. На других… тоже не замечала.

– А что это, кстати, за внушение такое особенное? Булавка Подчинения, если не ошибаюсь. Артефакт, который почему-то благоволит не оракулам, а эйрину Аквамарину. Почему его воздействие раньше никто не заметил? И почему заговорщик не попытался внушить с помощью этой булавки что-нибудь кому-то из вас? – спросила я архимагов. – Зачем надо было такой лес городить, используя слабых женщин?

– Именно за этим. Более слабые, более уязвимые, а значит, и более подходящие для внушения. Прямое воздействие мы бы с Дантэгро ощутили, – сказал Фэб. – Не прямое – тоже, хотя и не так быстро. Особенно если оно было завуалировано, как твой приворот.

– Не мой! – возмутилась я, дернувшись, чтобы подняться, – ножки захотела размять, угу. Однако опекун резко дернул меня назад, случайно (или нарочно?) опрокинув к себе на колени. – Ты что творишь… – зашипела я, пытаясь вырваться, а он сгреб меня в охапку и уткнулся носом… кхм. Хотел, наверное, в шею, а вышло в ту самую часть тела, на которую обычно залипал. Меня бросило в жар. Его, судя по дрогнувшим рукам, сжавшим меня сильнее, – тоже.

Черт! А ничего, что мы тут как бы ни одни?

– Надо проверить, как успехи у следопытов, – заторопился на выход Фэб.

– И как девочки себя чувствуют, надо проверить, – составила ему компанию Вероника.

Они так шустро сбежали, что я не успела ничего толком сказать.

– Наконец-то, – прошептал опекун… все туда же.

– Имей совесть, отодвинься, – пропыхтела я, пытаясь оттянуть его голову за волосы, ибо… неловко мне, вот. Только пальцы почему-то запутались в темных прядях, скользнули по мужской шее вверх, царапая затылок. Судя по тому, как резко выдохнул князь, больно ему не было, а приятно – очень даже.

Одной рукой он продолжал прижимать меня к себе, другой начал настойчиво гладить, приводя в беспорядок одежду.

– Дантэ… – простонала я, не зная: оказать ему яростное сопротивление или наброситься на него самой, чтобы почувствовать себя не только живой, но еще и любимой. – А может…

– Не может! – перебил он, зубами рванув шнуровку на моем топе. – Все, хватит! Завтра же обвенчаемся, – заявил мой личный деспот. А потом как цапнет за грудь. Я аж взвыла от неожиданности. Да и больно было, если честно.

– Охренел?! – закричала на него, отбиваясь.

– Я оборотень, помнишь? – сказал Дантэ хмуро. Виноватым он не выглядел совершенно, разве что немного обиженным. Вот ведь… зверюга!

– И?

– Метку поставил. Теперь ты точно моя.

Ну и местечко он для нее выбрал! «Олень» озабоченный!

– Сегодня метка, завтра колечко обручальное, дальше что? Цепь и кандалы? – продолжала возмущаться я, недовольная тем, что вместо ласк, на которые уже настроилась, меня бессовестно покусали.

– После кольца надену на тебя еще браслеты для ментальной связи, – озвучил свои планы архимаг. – Чтобы я всегда знал, где тебя ярлы носят. Хотя… – Он хитро улыбнулся, переведя взгляд с моих глаз на губы, чуть закушенные от досады. – Магическая цепь – это отличный вариант. Как я сам не додумался?

– Только попробуй! – Я еще разок треснула его по плечу… в воспитательных целях, а потом плюнула на разногласия и сама его поцеловала. В конце концов, я взрослая женщина, а он – мой без пяти минут муж.

Ночью…

Очнулась я в объятиях любимого мужчины, но вместо того, чтобы насладиться моментом и полюбоваться спящим архимагом, принялась шарить по простыне в поисках хвоста, который непонятно когда успел со мной воссоединиться.

– Счастье мое, что опять? – сонно пробормотал Дантэ, приподнявшись на одном локте.

– Где… а… вот! – поймав третьего лишнего в нашей постели, я победно подняла его за место под кисточкой. – Он… то есть я… короче, у нас новости.

– Видение? – догадался любимый, окончательно просыпаясь.

Любимый… м-да.

Сомнений насчет его статуса у меня больше не осталось, у него, судя по жарким ласкам и пылким признаниям – тоже. Ну как пылким… за проведенную вместе ночь меня как только не называли: очаровательной заразой, неисправимой авантюристкой, обаятельной нахалкой, а еще его единственной, которую он никому не отдаст и никогда не отпустит, потому что любит. Было безумно приятно и чуточку страшно от мысли, чем мне отзовутся собственнические замашки архимага, если вдруг брак не заладится, но… я все равно решила попробовать. Да и выбора, учитывая предсказание Шланга, все равно нет. Замуж так замуж! Ясен пень, с приключениями.

– Да! Важное видение. – Я попыталась скатиться с постели, но жених удержал. Рука его по-хозяйски легла на мое обнаженное бедро, поглаживая моментально вспыхнувшую кожу. Тело отозвалось сладкой дрожью, и мне очень захотелось продолжения, но… я решительно пресекла поползновения князя, серьезно проговорив: – Дантэ, не время для игр! Мне приснилась твоя сестра, и она… не в стазисе.

Прошло совсем немного времени, прежде чем мы оба (наскоро умытые, почти прилично одетые и даже причесанные) оказались в лазарете, где сладко спала в полупрозрачном коконе русалочка, но не было и следа Эльзарэ.

Едрена кочерыжка! Куда охрана-то смотрела?! Или наш хитро выделанный стратег опять засаду устраивал, которая принесла не совсем те результаты?!

– Где моя сестр-р-ра? – раненым зверем взвыл Дантэ и бросился на бледного Фэба. Судя по синякам под глазами, тот, в отличие от нас, не вздремнул даже часика.

– У мужа ее спроси! – огрызнулся владыка, которого мы тоже вызвали в лазарет. И главного целителя вызвали, и стражу – всех! Только никто ничего не видел… кроме меня. Если мое видение, конечно, считается. – Была и нет. Эйрин Аквамарин как-то умудрился ее похитить, минуя все магические ловушки и охрану.

– Дело в Булавке Подчинения, да? – спросила я, зачем-то разглядывая место, где раньше находилась Эльза. – Князь заставил жену очнуться и прийти к нему порталом? Если так, значит, они где-то в Дэриморе, ведь на острова телепортироваться опасно, – припомнила я, что говорил мне мой опекун, объясняя, почему мы летим на отбор на вивернах, а не тем же макаром, что сундуки.

– Может, и нет, – начал рассуждать владыка. Жених мой на логическое мышление сейчас был не способен. Шутка ли дело – младшую сестренку из-под носа умыкнули. Стресс у мужика на стрессе и стрессом погоняет. – Этот падла… муж ее, – объяснял владыка, хотя мы и так все понимали, о ком речь, – мог сначала похитить Эльзу порталом, а потом увезти на ящере. Или на чем-нибудь другом. Знать бы, когда это все произошло. – Рыжий требовательно посмотрел на меня, я – на хвост, а хвост повернул кисточку на целителя. Мм?

– Богом клянусь, я тут ни при чем! – побледнев еще больше, чем его величество, воскликнул эйр Варинар.

– Никто вас и не обвиняет. – Я поспешила успокоить любимчика Вероники, пока он в обморок не рухнул от перспективы быть уличенным в пособничестве заговорщику. – Шланг… то есть я… – исправилась, вспомнив, что хвост в отдельности – моя зверушка, а оракул сейчас именно я. – Короче, я подумала, что вы наверняка навещали «спящих красавиц» вечером или даже ночью, чтобы проверить, как идет процесс восстановления. Было? – Белый как мел целитель кивнул. – Во-о-от! И во сколько вы заходили, эйр?

– Часа два назад, – ответил он, нахмурившись. – Еще минут тридцать, наверное, провозился, считывая показатели и меняя уровень воздействия чар.

– Значит, не так и давно твоя сестрица пропала, – сделал правильный вывод владыка, обращаясь к другу. Тоже бледному, угу. Похоже, одна я в нашей компании была с нормальным цветом лица. Я и молчаливые стражники: у них вообще вместо физиономий черные дыры. – Найдем! – бодрым тоном заявил Фэб, жестом давая сигнал охране, которая на глазах начала менять очертания, превращаясь из человекоподобных теней в огромных черных псов с горящими красными глазищами. Совсем как те, что я видела в замке Опал! Аж мороз по коже от этих тварей!

Адские гончие, грозно зыркнув на прощанье, покинули лазарет. Следом за ними направились к выходу и мы. Я молчала, Фэб с Дантэ негромко переговаривались, обсуждая план поисков и тех магов, которых стоит к ним привлечь. А мой длинный гибкий хвост проворной змейкой скользил по полу и совал свою кисточку… да везде совал, почти как некоторые суют свой нос куда не надо. Влез, к примеру, в какую-то коробку, оставленную под столом. И ладно бы просто влез, так еще и высыпал ее содержимое на пол, устроив знатный грохот.

Резко замолчав, мужчины воззрились на меня, я – на хвост… короче, все по кругу. Оказалось, что среди баночек-скляночек непонятного мне назначения был и малюсенький черный шарик, вызвавший у его величества поток такой отборной брани, что у меня крылышки трубочкой завернулись. Как выяснилось потом, этот маленький комочек был чем-то вроде футляра для заклинаний, способного их ловко прятать от поисковиков. С помощью шарика, стало быть, Аквагад и воздействовал на свою супругу, прервав ее излечение. Предсказуемо, угу.

Оставалось лишь выяснить, кто эту дрянь принес в лазарет и почему? Скорей всего, кого-то использовали втемную: эйра Варинара или даже Веронику, которая частенько сюда заходила. А может, бывший хранитель Атлантиды заранее озаботился раскладкой таких волшебных комочков в разных частях замка. Их же почти не видно, и магией не обнаружить. Так или иначе, вывод один – бардак развел эйрин Альмандин на вверенной ему территории! Хотя, может, еще просто не успел устроенный до него бардак прибрать – он же не так давно у руля.

Впрочем, не буду в чужом глазу «соринку» с лупой рассматривать, лучше займусь своим «бревном»… в смысле Шлангом, который опять что-то темнит. Мог бы и раньше тревогу забить, ан нет – засуетился, когда уже все: «прЫнцессу» похитили. Зачем, кстати, она князю Аквамарину? Чтобы иметь заложницу на случай преследования или из большой любви к желтоглазой? Они ведь пару лет точно женаты были, не верю, что архимагом двигал исключительно расчет.

Мужчины начали о чем-то спорить, а я привалилась к стеночке, задумчиво глядя на хвост, который на сей раз влез в шкафчик, но, слава небесам, не устроил там погром. Как-то это несправедливо, когда все козыри у врага. Вот бы мне эту булавку заполучить… превратила бы кукловода в марионетку. Размечтавшись, я даже глаза прикрыла, вспоминая фото артефакта из каталога. Запах роз, хлопок, пыльца и воцарившаяся тишина в лазарете сообщили о том, что моя интуитивная магия снова работает, причем на ура.

– А раньше так сделать нельзя было? – Голос владыки вывел меня из легкого транса.

Открыв глаза, я вопросительно посмотрела на него, потом на Дантэ, ну и как водится, на Шланга, который тыкал кисточкой мне в грудь, указывая на булавку с красивым голубым камешком на конце. Счастье, что она насквозь меня не проколола! На вид ничего особенного, шейный платок такой закалывают или бантик какой. Даже странно, что с ее помощью один Аквамаг столько дел наворотил.

– Раньше я как-то не подумала, – признала свою ошибку. Слишком много всего навалилось, вот память и дала сбой. – Это что же получается… я любой артефакт могу теперь призвать, отняв у владельца? – Эдак я не феей счастья стану, а профессиональной воровкой на службе у его величества. Такая должность точно не по мне.

– Не любой, думаю, – сказал мой опекун и жених по совместительству. – У тебя, как у оракула, стойкая связь с королевским дворцом и всем тем, что имеет на себе его печать. Булавка Власти была, конечно, утеряна – до сих пор не понимаю, как Аквамарин умудрился ее присвоить, но, думаю, выясним на допросе. Так вот, раньше этот артефакт тоже находился в хранилище. Видимо, поэтому призыв оракула и сработал.

– Оракулы умеют призывать волшебные вещи?

– Феи умеют, – улыбнулся мне будущий муж с явным одобрением в голосе. – Некоторые. А феи-оракулы и подавно. Ты умница, Кайя! Теперь этот мерзавец не сможет превратить мою сестренку в безвольную куклу.

– Погоди, вдруг это подстава? – спохватился Фэб, кинувшись ко мне, чтобы ощупать… кхм, грудь.

Получил по рукам, извинился и покраснел. Вот, оказывается, как его бледность лечится. Постоял немного и снова принялся проверять, не принесла ли волшебная булавочка с собой какую-нибудь пакость – с Аквасволочи станется. Правда, на этот раз владыка обошелся без тактильного контакта. Просто под недовольным взглядом Дантэ поводил руками над артефактом, приколотым к платью, и, успокоившись, уступил место его темнейшеству, который тоже меня проверил. Правильно… лучше перестраховаться!

Остаток ночи прошел беспокойно. Эльзу и ее мужа искали лучшие ищейки Дэримора, не считая красноглазых псов, отправленных по следу. И к утру ее действительно обнаружили в какой-то обвешенной защитными амулетами пещере на берегу черного холодного моря… в компании трупа. Видений у меня больше не было, но и без них стало ясно: прозревшая жена, которая (на минуточку) не только сильный маг, но и демон наполовину, в ярости прикончила своего самоуверенного супруга, лишившегося по моей вине главного оружия. Вряд ли злой гений, возомнивший себя новым правителем Дэримора, рассчитывал на такую встречу с любимой, похищая Эльзу. Впрочем, поделом!

Все хорошо, что хорошо кончается. Только очень уж жаль в этой ситуации новоиспеченную вдову. Может, она и реабилитировалась в глазах того же владыки, собственноручно устранив предателя, но… бесследно это для нее не прошло. Сестра Дантэгро замкнулась в себе, замолчала, ни на что больше не реагируя. Только брату шепнула «прости», очнувшись на миг, и снова погрузилась в пучину собственных дум.

Любила она мужа или думала, что любит, – я не знаю. Но все это слишком повлияло на ее психику, и вместо королевского лазарета было принято решение отправить девушку домой к родителям под присмотром опытного целителя. Это не ссылка (хотя и она тоже), а реабилитация для ее израненной души и тела, подвергавшегося воздействию вредоносных чар. Мы же все остались во дворце: надо ведь было еще посетить завтрак с объявлением королевской невесты и пережить его последствия. Пережили, да… как обычно, с приключениями.