Глава 20

– Я думаю, что ожерелье вечной молодости, погружающее носителя в сон, замкнуто на цветок бесконечности… – рассуждала Вероника, тыкая пальцем в нарисованные на страницах каталога предметы. – Пока не очень понимаю, каким образом артефакты связаны с конкурсантками, но, мне кажется, это самое разумное объяснение. Главный целитель Дэримора – опытный и сильный маг, он бы применил противоядие, будь девушки чем-то отравлены, и точно бы снял заклинание «мертвого сна», окажись оно на них. А раз не смог найти ни то ни другое, значит, на невест воздействовали иначе. Артефакты, учитывая их близость, самый логичный вариант. Если ты их не использовала…

– …это сделала Нуарэ, – закончила я за подругу, снимая Ружа с головы. – Хорошо, что ее саму усыпили!

Решила сдуру сменить прическу и заплела что-то вроде корзиночки из толстых кос, которые мой пушистый друг тут же обозвал гнездом, куда и забрался. Там теперь и обитает, вместо того чтобы по плечам и коленям скакать. Так-то оно правильно – рогам самое место на голове. Хотя иногда я его все же спускаю вниз… лапки размять.

Крыш, в отличие от приятеля, устроился на подушке, чтобы лучше видеть и слышать нас с черноглазкой. Ну а Шланг ползал по комнате и ворчал, разнашивая обнову, которую ему принесла прислуга – та, что с тьмой вместо физиономии. Комбинезончик, стилизованный под драконью кожу, прекрасно скрывал наготу оракула и очень ему нравился, несмотря на показные охи-вздохи. Боюсь, что и после воссоединения мне от этого чешуйчатого чехла не избавиться. Так и буду ходить: сама в шароварах, а хвост с кисточкой – в коже.

– Либо она, либо ты… вы то есть, – исправилась Вероника, имея в виду меня и пушистика. – Артефакты Дэримора после попадания в хранилище больше никому напрямую не подчиняются, даже владыке. Так что… – Волшебница покосилась на нашего модника.

– Нам со Шлангом точно не до пакостей было, – усмехнулась я, но на хвост тоже посмотрела. А вдруг?

– Чего? – дернул лапками малыш.

– Того! – заявила я, скрестив на груди руки. – Долго еще собираешься дефилировать тут? Может, все-таки подскажешь что-нибудь… а, оракул? Кто и чем девчонок усыпил? Это уже свершилось, а значит, ты должен знать точный ответ, а не выдвигать дюжину вариантов.

– На самом деле нет. – Свернувшись кольцами на полу, Шланг положил сверху мордочку и грустно посмотрел на нас. – Прошлое для нашего брата увидеть гораздо сложнее будущего. А уж если в деле замешаны артефакты… – Он тяжело вздохнул и развел лапками. – С другой стороны, то, что они замешаны, как раз и указывает на причастность эйры Турмалин, как вы сами только что выяснили.

– Ну, спасибо! – фыркнула я. – Озвучил очевидное.

– Что делать-то будем? – обратилась ко мне Вероника, с которой мы остались вдвоем после ухода архимагов.

Владыка решил, что запереть обеих бодрствующих невест в одной комнате проще, чем водить нас друг к другу за ручку, чтобы мы могли пообщаться. У мужчин дел по горло и без наших капризов. Дантэ отправился к сестре, с которой у него предстоял долгий и не очень приятный разговор, а Фэб… Фэбу, если честно, не позавидуешь. С одной стороны, дознаватели, которые землю роют в поисках виноватых, с другой – гости, коих надо успокоить и развлечь, с третьей – родители спящих принцесс.

Последние даже войной грозили, если его величество немедленно не расколдует их кровиночек. Сомневаюсь, что дело было в дочерях, которых эти самые родители едва ли не пинками загнали на отбор (некоторых уж точно), но покачать права и поиметь свою выгоду в сложившейся ситуации хотели все. Вот власть имущие папы и бушевали, требуя ответов (и дипломатических уступок) от эйрина Альмандина.

Срединный мир являлся своеобразным ядром для всей связки. Попасть, к примеру, из темной империи в Атлантиду, минуя Дэримор и его окрестности, не представлялось возможным. А еще Дэримор (точнее, его сердце, называемое Обителью зла) был, как выяснилось, своеобразным источником магии не только для срединного мира, но и для остальных миров тоже. Или даже не источником, а чем-то вроде главной детали сложнейшего механизма, без которой чары в семи объединенных мирах не действовали.

Во всяком случае, я именно так поняла Веронику, решившую, кроме рассказа об артефактах, просветить меня на тему местного мироустройства тоже. Она так много всего знала, что голова шла кругом. Особенно если учесть, что половину из ее речей я не понимала в силу своей магической необразованности. Даже жаль, что не я, а черноглазка к поступлению в академию готовилась. Думаю, мне бы точно там больше понравилось, чем на королевском отборе.

– Что делать? – повторила вопрос подруги, задумчиво разглядывая ковер и Шланга на нем. – А вот что! Дождемся владыку и попросим у него артефакты, чтобы проверить твою догадку. Верно, хвост? – Тот согласно кивнул, одобряя. – Ну а пока давай будущее выясним, раз с ним проще, чем с прошлым. – Коварно заулыбалась я, поглаживая Ружа, сунувшегося мне под руку. – Твое, Ника, будущее!

– Что? – в один колос воскликнули Шланг с волшебницей.

– А что? Мне, значит, неизбежность замужества предсказали… – Я не сводила глаз с прижавшего ушки оракула. Что это с ним? Опять о чем-нибудь умалчивает или накручивает чего? – Веронике тоже надо прогноз на ближайшие несколько лет сделать! Оракул ты или кто? Вдруг Фэб – ее судьба? – Я подмигнула Шлангу, всем видом намекая, чтобы он меня поддержал.

– Кайя, что за глупости! – возмутилась подруга. – Я не собираюсь замуж!

– Сейчас, сейчас… – довольно потер лапки хвост, проникшийся идеей.

– Себе предсказывай! – насупилась подруга, глаза которой (я точно видела!) блестели от любопытства. Какая девушка не любит гадать? Правильно, все любят!

– Мне уже предсказали. Говорю же, замуж пойду… скоро.

– Вот и иди за эйрина Альмандина, – продолжала ворчать Вероника.

– Не могу, – вздохнула я, умолчав, что не только могу, но и надо бы, учитывая предостережения хвоста.

– Почему? – Вероника сверлила меня взглядом.

«Потому что мы легких путей не ищем», – хихикнула мысленно, вслух же процитировала поэта, хотя ситуации у нас с его героиней были совершенно разные.

– А я это… «другому отдана и буду век ему верна».

– Это кому же ты отдана? – заинтересовалась черноглазка. – Хотя не отвечай, – понимающе улыбнулась она. – Ясно кому!

– А раз со мной все ясно, давай уже выяснять, что там у тебя на горизонте. Шланг! – скомандовала, взмахом руки подзывая оракула. – Ходь сюды!

– Ходю, ходю, – передразнил тот, с кряхтением разматываясь и заползая на кровать, где мы всем коллективом и устроились: я, Ника, Руж, Крыш… и оракул теперь тоже.

– Красавец! – похвалила я, погладив модника по спинке (гм, а есть ли у хвоста спина?). – Тебе, правда, очень идет наряд.

– Очень-очень! – искренне поддакнула волшебница, и Шланг окончательно разомлел, готовый для нас на все.

Реально на все! Я даже не ожидала от него такой щедрости, Вероника – тоже. Но в ближайшие полчаса мы обе получили гораздо больше, чем заказывали.

Впрочем, все по порядку.

Там же…

Змеей обвившись вокруг руки волшебницы, мой хвост, прикрыв хитрые глазенки, загробным голосом вещал:

– Суждено тебе, эйра Вероника, стать королевой…

– Нет… Ну пожалуйста! – взмолилась девушка, комкая на нервах край покрывала.

– Тсс! – шикнула я на нее и ободряюще посмотрела на Шланга, мол, продолжай… вешай дальше лапшу на уши нашей девочке – глядишь, она и смирится со своей участью, а там и на жениха с другой стороны посмотрит.

– …предотвратить две войны суждено, – внезапно выдал оракул все тем же мрачным тоном, в котором, правда, проклюнулись нотки удивления. Хм, а может, это и не лапша вовсе? Ника замерла, вцепившись в покрывало. Крыш с Ружем подались вперед, выказывая повышенную заинтересованность, а я сидела и гадала: хвост так прикалывается или действительно ее будущее из астрала считывает? Одну из его версий. – Угнать дракона, – продолжал перечислять Шланг все неуверенней. – Родить сына и… возможно, дочку, но позже.

– А академию окончить суждено? – шепотом спросила волшебница, ерзая от нетерпения на кровати. – Про академию там что-нибудь есть? Ну же, не томи!

– Э-э-э… – Шланг на время завис, покачиваясь на девичьем предплечье, как шаман во время транса. – О, есть! Даже две! – радостно сообщил он, приоткрыв один глаз. – Две академии вижу, обе тебе диплом выдадут… или не выдадут. Все от тебя, принцесса, зависит.

– Но что я должна для этого сделать? – не унималась черноглазка.

Подробности семейной жизни и ралли на драконах, предсказанные только что, ее занимали куда меньше маговузов. Вот это я понимаю… жажда знаний!

– Прежде всего, мужа убедить, чтобы разрешил тебе учиться, – перестав изображать шамана, спокойно произнес хвост.

– Да на кой мне этот муж! – вспылила девчонка, отводя взгляд. Скулы ее вспыхнули, пальцы снова сжали несчастную ткань. – Или, может… не этот? – спросила она с надеждой. Знать бы еще, на что.

– Этот, этот, – покачал головой Шланг, сползая с ее руки. – Ты будущая королева Дэримора, Вероника. Эйрин Альмандин уже сделал свой выбор. Смирись и поищи выгоду в предстоящем замужестве.

– Сделал выбор? – вырвалось у меня.

На крыше я была твердо уверена, что выбрал Фэб меня, но после слов оракула засомневалась. Имя победительницы отбора он ведь тогда так и не назвал. Неужели, правда, из шести невест, одна другой необычней, рыжий любитель экзотики предпочел… внешне самую нормальную? Вот дела!

– Сделал, угу, – подползая ко мне, подтвердил хвост. Рука сама легла на его голову, ласково почесав за ушком. – Как только разобрался, что на тебе приворот был, сразу и определился с будущей женой. А до этого между вами двумя выбирал, остальных забраковал еще на стадии Оз.

– Вот как… – проговорила я. – Выходит, меня спас приворот? Альмандин понял, что ко мне его тянуло… неестественным образом.

– Да.

– А к Нике естественным, значит, тянуло, – качнула головой я, довольная новостями из астрала.

– И чему ты так радуешься? – надулась волшебница, сменившая покрывало на каталог артефактов, который начала бездумно листать.

– Как чему? – Я искренне удивилась. – Возможности чаще с тобой встречаться! Мы же со Шлангом теперь на должности дворцового оракула, ты забыла? – Я показала ей метку: более бледную, чем обычно, ибо хвост от меня отсоединился, но все равно вполне различимую. – А значит, бывать в Дэриморе нам придется часто. Ну, Ни-и-ика! Кто, кроме тебя, поможет мне освоиться тут и разобраться с этой кучей артефактов? Не Нуарэ же!

– Хм. – Губы брюнетки растянулись в улыбке. С этой точки зрения она на ситуацию, видимо, не смотрела.

– Ну а насчет супруга будущего ты не переживай, общими усилиями мы его перевоспитаем, – пообещала я. – А если налево ходить продолжит, еще и половым бессилием наградим. Есть же там подходящий артефактик в хранилище? Да? – Я потянулась к каталогу.

– Не надо бессилия! – испугалась Вероника, прижав к груди книжицу. Думала, она за свою семейную жизнь беспокоится, а эта заучка как брякнет: – Пусть и налево ходит, и направо, лишь бы меня поменьше беспокоил!

У-у-у, как все запущено. Мужик ведь симпатичный, толковый и адекватный, что важно. Неужели он ей совсем-совсем не по вкусу? Именно это я и спросила, внимательно наблюдая за реакцией подруги. Та покраснела еще сильнее, голову опустила, пряча лицо за завесой черных волос, а потом шепотом ответила:

– Он мне нравится, но… дико бесит.

– А! Значит, не все потеряно. Симпатия, раздражение, смущение – это означает главное: ты к нему неравнодушна, – сделала вывод я, помогая Ружу забраться обратно в «гнездо».

– Да что мы все обо мне! – спохватилась волшебница, соскакивая с темы. – Скажи лучше, как ты от метки избавляться будешь? Эксперимент с брачным артефактом ни к чему ведь не привел. А если не избавишься, сама знаешь: владыка может налево пойти не куда-нибудь, а к тебе. Раз он между нами никак выбрать не мог. – Прозвучало обиженно, хотя Вероника и делала вид, что ей пофиг.

Ого, как предсказание на девичий мозг повлияло! Еще недавно ей действительно было фиолетово до пассий его величества, а сейчас уже нет – теперь он не просто потенциальный жених, а без пяти минут муж, и собственнические инстинкты, о которых девушка не подозревала, тут как тут.

– Метка-конфетка, – передразнил нас Шланг, свернувшийся кольцом на моих коленях. – Заберу я ее, так и быть, раз уж вы мужиков наконец поделили, – вздохнул он.

– Э? – спросила я, посмотрев на него.

– Ты, как обычно, очень красноречива, Кайя, – ответила ехидная морда в кожаном костюмчике.

– А разве так можно? – Подруга озвучила мысль, которую я выразила одним коротким «э», и язва хвостатая все прекрасно поняла, просто сразу отвечать не захотела.

– Можно, – вздохнул Шланг, ковыряя лапкой «чешуйку» на комбинезоне. – Магические метки могут переползать с одной части тела на другую, а я – хвост Кайи, пусть и отделяемый.

– Можно?! – взвыла я, подпрыгнув на постели, отчего и Руж на голове моей подскочил, и Шланг, и даже Крыш на подушке. Впрочем, Крыш еще и крылышками взмахнул, замедляя приземление. – Так какого лешего ты мне раньше об этом не сказал, конспиратор хренов?!

– А вдруг бы ты Альмандином увлеклась?

– Пфф! – выдохнула я… многозначительно.

– То есть вариант замужества с владыкой в твоем будущем все-таки был? – прищурилась волшебница. Ну вот почему она такая умная, а? И наблюдательная!

– Мое будущее ушло сестру допрашивать, – буркнула я, поглаживая Шланга… аккурат под подбородком. Тот сидел молча и не шевелился, чтобы я чего-нибудь ему там не пережала от избытка благодарности. – И что-то долго не возвращается.

– Так, может, попросим оракула узнать, до чего они с княгиней Аквамарин договорились? – повелась на отвлекающий маневр Вероника.

– Если в течение часа эйрин Опал не явится, так и поступим. Да, Шланг? – прошипела я, заглядывая в голубые глаза хвоста, опять строящего из себя наивняшечку. – А пока избавимся от метки, раз есть способ и все необходимое для него тоже в наличии. В наличии же? – Я вновь посмотрела на оракула, приподняв его мордочку, тот поспешно кивнул, изобразив невинную улыбку во все клычки. – Вот и славненько! Рассказывай давай, что делать и как?

Тем же днем…

Успехи окрыляют!

Сначала мы общими усилиями перетянули мою брачную метку с запястья на кончик хвоста, и после очередного разделения с пушистиками Шланг оказался в роскошном «ошейнике», а я с абсолютно чистыми руками, потому что и рисунок с глазиком, по нашему с Никой мнению, тоже был уместней на нем, нежели на мне. Теперь, если трансформер по имени Кайя собирался, я могла гордо щеголять магическими узорами на той части тела, которая с кисточкой. Если же пребывала в разобранном виде – была просто феей, использующей способности своих верных помощников. Такие, к примеру, как морок, поддерживающий иллюзорный образ демоницы для непосвященных.

Шланг же мог теперь работать как со мной в паре, так и в качестве самостоятельной единицы. И хотя Дантэ, Фэб и Вероника, недавно узнавшая некоторые мои секреты, были в курсе реального положения дел, для всех остальных мы решили называть хвост моим домашним питомцем, который умеет не только говорить, но и обладает некоторыми чародейскими навыками. Эдакая волшебная зверушка из Обители зла – утешительный приз от бывшего жениха.

Правда, сам жених тогда еще не был в курсе своей неслыханной щедрости, но мы его быстро поставили в известность. Вот как только пришел нас проведать – так и поставили… перед фактом. Владыка с нашим планом охотно согласился, особенно когда мы со Шлангом пообещали ему уговорить Веронику добровольно выйти за него замуж, если он позволит ей учиться в академии и не будет требовать наследника в первый же год супружеской жизни.

Прав был хвост: его величество действительно выбрал в жены черноглазку, правда, почему-то не удосужился нам всем об этом сообщить. Тянул интригу до последнего… котяра рыжий! А может, как и положено предусмотрительному правителю (да и просто умному мужику), держал меня рядом в качестве «запасного аэродрома», не оскорбляя при этом мои чувства разговорами о сопернице. Ну и зря! Я бы, наоборот, обрадовалась.

Следующей победой на редкость удачного дня стал эксперимент с артефактами. Не знаю, в той ли последовательности их использовала Нуарэ, воздействуя на невест, но у нас точно получилось разбудить всех спящих красавиц, и помощь красноглазой крыски, которую после зачарованного сна допрашивали не только дознаватели, но и сам эйрин Альмандин в компании Шланга, нам не понадобилась.

Очнувшихся конкурсанток после осмотра целителя развели по комнатам, где их смогли навестить счастливые родители. Девушки чувствовали себя прекрасно: выспались на несколько дней вперед, набрались сил и даже помолодели (совсем на чуть-чуточку) благодаря действию ожерелья вечной молодости, пять волшебных камней которого были магически привязаны к пяти принцессам. Вернее, к четырем и одной служанке, случайно попавшей под раздачу. К счастью, ее хозяйка оказалась большой умницей и с помощью меня, Шланга и главного целителя Дэримора, приставленного к нам владыкой, смогла расколдовать девчонок, лишний раз подтверждая правильность выбора владыки.

Но в любой бочке меда, как водится, есть и своя ложка дегтя. В нашей его был целый ковш! Потому что мои подозрения насчет Эльзарэ, к сожалению, оправдались. Не знаю, как именно Дантэ вытянул из сестры признание: сама ли она ему все рассказала, не в силах носить на душе этот груз, или он воспользовался каким-нибудь амулетом, побуждающим говорить правду. Так или иначе, эйра Аквамарин была выведена на чистую воду своим братом и наставником – князем Опалом, о чем мне сообщил Фэб. Естественно, Дантэ по этому поводу сильно переживал, потому, наверное, и не возвращался так долго. Хотя, может, ему просто было не до меня, учитывая ситуацию. Но первый вариант мне импонировал больше, на нем пока и остановилась.

Вероника, коротавшая последние часы в моей компании, ушла вместе с целителем, который попросил ее помочь с… да фиг его знает с чем – у меня от обилия магомедицинской терминологии голова шла кругом, в то время как волшебница неплохо шарила в этой теме. Она как раз никак не могла определиться, что ее больше привлекает: целительство или артефакторика. В итоге, как и положено истинной заучке, подготовилась к экзаменам на оба факультета.

После ухода Ники мы остались втроем с Ружем и Крышем. Рожки позаботились о долгосрочности моего демонического облика (иллюзорного!) – отдельно от меня у пушистика проблем с недолговечностью иллюзий не возникало. Так что теперь я не боялась встречать гостей, несмотря на отсутствие хвоста. Да и какие, к бесам, гости? Все свои уже здесь, а чужих сюда фиг пропустят, несмотря на частичное снятие защитных чар с моей новой «норки». У дверей дежурили теневые стражи, а на подушке в обнимку спали Крыш и Руж. И все же одного визитера я по-прежнему ждала… А он, зараза такая, все никак не мог до меня дойти! И волшебный браслет, как назло, каюкнулся. Сейчас бы я с удовольствием поболтала со своим опекуном ментально.

Посмотрев на спящих помощников, невольно позавидовала их безмятежности. Тоже полежать, что ли? Только как, если сном и не пахнет? Вздохнув, забралась с ногами в кресло и принялась листать оставленные волшебницей книги. Ни черта не поняла в них и переключилась на толстенный каталог артефактов. Сначала тоже без особого энтузиазма разглядывала картинки и читала подписи к ним, но потом втянулась и даже увлеклась.

Особенно когда обнаружила там булавку подчинения, о которой говорил Дантэ. Она позволяла обладателю управлять другими людьми, как кукловод марионетками. Даже страшно стало, что такое опасное оружие находилось в руках мстительной Нуарэ. Однако, заметив приписку внизу страницы, я успокоилась. Булавка Власти, к счастью для всех нас, была утеряна в момент гибели прежнего оракула. Думаю, я бы нашла еще много любопытной информации в толстой коричневой книжице с кучей картинок, но меня прервал короткий стук в дверь.

«Дантэ?» – Сердце радостно подпрыгнуло в груди… и разочарованно плюхнулось на место, потому что визитером оказался вовсе не мой загулявший опекун, а заскучавшая русалка.

– Ильвера?

Я немного удивилась приходу златовласки, потому что ее, как и других принцесс, тоже должны были охранять люди-тени, приставленные к каждой из нас. Охранять и не выпускать из комнат без присмотра как минимум до ужина, за которым владыка собирался назвать имя своей избранницы.

Мы-то его знали, конечно, но остальные девочки все еще надеялись. Кто на победу в отборе, а кто и на поражение. Будь моя воля, я бы сказала все невестам, едва они глазки продрали, но Фэб считал это оскорбительным. Более того, вдохновленный нашей легендой о происхождении питомца Шланга, он решил подготовить реальные утешительные призы для каждой из конкурсанток. Королевские призы, а не какие-то финтифлюшки для отмазки. Что ж, желание повелителя – закон!

– Вечер добрый! – Ильвера напомнила, что день-то, как выяснилось, уже идет к концу, и пора бы начинать собираться на ужин, а не таращиться в каталог. – Отец выскреб мне весь мозг своими плавниками, – пожаловалась русалочка, закатив глаза. – Вот я и решила сбежать к тебе, пока он опять не заявился. Хочешь найти самое нескучное место в замке – иди к Кайе! – хихикнула она. – Расскажешь, что я проспала?

– Конечно! – Я улыбнулась подруге. – А ты как сюда попала-то? Разве владыка разрешил прогулки?

– Разрешил, но под конвоем. Он за дверью топчется. – Девушка бросила тоскливый взгляд на чайник. – Выпьем чего-нибудь? В горле пересохло. А потом наряды пойдем разбирать. Мои! Я хочу выглядеть за ужином королевой! – заявила она, и взгляд при этом такой затуманенный стал, мечтательный.

Пришлось язык прикусить в прямом смысле слова, потому что очень уж хотелось сказать подруге, что она пролетает с планами на Альмандина, как фанера над Парижем. Не для того, чтобы ее обидеть, а с целью предупредить и подготовить. Зря все-таки Фэб затянул с объявлением невесты. Девчонки же готовиться будут, наряжаться. И все это ради чего? Ради грандиозного облома? Неприятно!

– Располагайся. – Я махнула рукой на кресло, в котором сама недавно сидела, и пошла наливать чай, выполняя просьбу златовласки… за что и поплатилась. Не стоило поворачиваться к ней спиной, да и пускать в комнату, по-видимому, тоже не стоило!

Тонкие девичьи пальцы легли на мою шею. Холодные… даже ледяные! Будто прикосновение покойницы. Я хотела резко развернуться, отпрянуть или хотя бы просто спросить, что она творит, но меня саму словно заморозили. Тело перестало подчиняться, как и нарастающая паника, снежным комом сорвавшаяся с горы взбесившихся эмоций. Мне бы закричать, позвать на помощь Ружа с Крышем, но я не могла даже пальцем пошевелить, только тихо и поверхностно дышала, лихорадочно пытаясь придумать, как выйти из ситуации… живой.

– Молодец, девочка, садись. – Голос, прозвучавший за спиной, не принадлежал Ильвере. Да он вообще был не женский! Но при этом почему-то знакомый.

Русалка убрала руки с моей шеи и отошла. Судя по звукам, послушно опустилась в кресло, подчиняясь приказу… опекуна. Ее опекуна, а не моего!

В голове будто что-то взорвалось (надеюсь, не остатки мозга): это именно ОН был связующим звеном между всеми нами. Эйрин Аквамарин! Один из старейших архимагов Дэримора, супруг Эльзарэ и покровитель Ильверы. Ешкин кот! Почему, подозревая других, мы не брали в расчет его? Из-за кристально чистой репутации? Или, может, он умудрился каким-то образом пройти все проверки дознавателей? Очевидно!

– Теперь ты, эйла, – обратился ко мне незваный (и сильно нежеланный) гость. – Повернись! – скомандовал мерзавец. Все мое существо было против, но… я медленно развернулась, так и не выпустив из рук фарфоровый чайник. – Тебе следовало выйти замуж за Альмандина. – Он окинул меня взглядом, полным превосходства и фальшивого сожаления. – Прожила бы чуть дольше, дурочка иномирная, – сказал князь, прекрасно осведомленный о моем происхождении. Неудивительно – он же муж Эльзарэ, запихнувшей мою душу в тело темной принцессы!

Мне так сильно хотелось спросить его… обо всем, но, несмотря на фейские таланты, обычно спасавшие в сложных ситуациях, ничего не выходило. В сердце будто засел колючий кусок льда, холод от него растекался по телу, впиваясь острыми иголочками в кожу. Больно не было, скорее неприятно и очень страшно.

– По глазам вижу, любопытство тебя гложет, деточка. – В тоне этого муда… мужика появились отеческие интонации, от которых меня передернуло. Внутренне! Внешне я продолжала походить на ледяную статую. – Так уж и быть, спрашивай. Разрешаю! – Он сделал пасс украшенной перстнями рукой, возвращая мне возможность говорить. Но прежде чем я открыла рот, предупредил: – Осталось минут десять, прежде чем ледяной стазис тебя убьет, поэтому сконцентрируйся на самых важных вопросах.

Убьет меня… какой-то дебильный стазис… ОПЯТЬ?!

Хотелось вдохнуть поглубже и выдохнуть резко, шумно, чтобы немного успокоиться, но легкие по-прежнему работали вполсилы, как и сердце, и прочие органы… кроме языка, пожалуй, и головы, в которой лихорадочно метались оголтелые мысли в поисках выхода, которого не было. Магия не откликалась, я проверяла. Косички тоже «заморозились» и свисали теперь безжизненными плетями вдоль лица. На помощь ко мне никто не спешил, что понятно – эйрин Аквамарин не приперся бы сюда, знай он, что его могут застукать на месте преступления.

– Руж, Крыш. – Попытка громко крикнуть, призывая пушистиков, обернулась жалобным писком.

– Если ты про ту пушистую парочку, – все верно понял князь, – не трать силы, эйла, они под заклинанием «мертвого сна». Ильвера первым делом об этом позаботилась.

И когда только успела, вобла лживая?!

– На них то же заклинание, что было на конкурсантках? – хрипло спросила я, стараясь прочистить горло.

– Почти.

– Значит, тебе каким-то образом подчиняются артефакты? – Чем больше я понимала, тем страшнее становилось.

– Не мне. Эйре Турмалин, – охотно поведал мужчина, прохаживаясь по моей комнате, как у себя дома. А ведь совсем недавно она была неприступной крепостью. На кой черт Фэб снял с нее защиту? Из-за разоблачения Эльзарэ? Или потому что ее супруг его убедил? – Ну а эйра Турмалин, в свою очередь, подчиняется мне, – после эффектной паузы сообщил князь Аквамарин.

Привлекательный, взрослый и обычно немногословный, он производил настолько благоприятное впечатление, что я даже не подумала его подозревать. Производил… хм. Может, это какая-то волшебная сила внушения, с помощью которой хранитель Атлантиды не только всем нравится, но и управляет Ильверой, Нуарэ, мной… и Эльзой, получается, тоже? Неужели мы все, словно куклы, плясали под его дудку, чтобы… а кстати, что?

– Это ты пытался стравить Дантэ с Фэбом? – понимая, что часики тикают, а умирать с неудовлетворенным любопытством обидно, продолжила спрашивать я.

– Была такая мысль.

– Зачем?

– Думал, ты умнее, Катя-Кайя. – Аквагад самодовольно ухмыльнулся, открыв одну из лежавших на столе книг. Задумчиво полистав ее, он сказал: – Дэримор должен был достаться мне. Я самый сильный и самый старший хранитель. Стал самым старшим, когда помог отправиться к праотцам трем коллегам. Кто ж знал, что один из юнцов, пришедших им на замену, больше приглянется Оз, чем я.

– Почему же ты не осуществил свой план раньше? Зачем столько ждал и так мудрил?

– Я не ждал, юная… кто ты, кстати? Эйла, эйра? Не демон, не человек, не фея.

– Я фея, – сказала гордо.

– Не сейчас. – Улыбка этой мрази была поистине паскудной. – Сейчас ты, деточка, кусок застывающего биоматериала, который вот-вот превратится в статую самой себя. Так что поторопись, пока я не передумал отвечать на твои вопросы.

Что-то мне подсказывало, он не передумает. Большинство злых гениев любят поболтать с жертвами, чувствуя свою безнаказанность. Эйрину Аквамарину тоже хотелось посмаковать долгожданную победу. А из меня вышел отличный зритель: внимательный и совершенно безопасный, ибо вот-вот двину кони.

Ек-макарек! Как же так-то?

– Почему ты не убил Фэба раньше? С твоей-то способностью управлять людьми – это плевое дело! – решила польстить ему я, сама же мысленно бормотала: «Думай, Кайя, думай! Открывай уже в себе запасные резервы – самое время для них!»

– Потому что убить его надо было красиво, чтобы все подозрения пали…

– На твою жену, да? Она с тобой в паре работала? Не боишься, что Эльзарэ тебя сдаст?

– Не перебивай, деточка, – голосом умудренного сединами старца сказал архимаг, и я послушно заткнулась. Не потому, что язык отнялся, просто боялась не успеть узнать правду, если его разозлю. – Эльза сдаст не меня, а отца Ильверы. Хотя изначально на роль «злодея» я выбрал твоего дорогого папочку. Вернее, не твоего, а настоящей Кайярдэ. В первой версии плана именно темной принцессе предназначалась роль убийцы новоиспеченного муженька. Если бы не получилось с помощью приворота стравить двух бывших друзей, вынудив их перебить друг друга, ты прикончила бы Фабио во время брачной ночи. Демоны вечно что-то нехорошее вытворяют – никто бы не удивился такому исходу.

– Отбор – тоже твоя идея?

– Конечно! Я воспользовался ситуацией, узнав о тайне моей глупенькой жены, по юности умудрившейся не только проклясть отвергшего ее возлюбленного вместе с соперницей, но и зацепить неуклюжим заклинанием собственного братца. Альмандин не мог иметь наследника – я подарил ему надежду, сказав, что Нуарэ якобы нашла способ решить его проблему…

– Якобы? – снова перебила я. – То есть детей у Фэба не будет даже от иномирной жены?

– Не будет, – усмехнулся самый главный подлец Дэримора. – Потому что владыка до этого просто не доживет. Его убьет обезумевшая от ревности русалка. – Аквамразь подарил златовласке полный обожания взгляд.

Ублюдок! Он не только жену свою использовал и отдал на растерзание властям, он и морской принцессе голову заморочил, а потом превратил ее в живое оружие, чтобы подставить правителя Атлантиды вместо демонов, раз уж вариант со мной не прокатил. Почему, кстати?

– Настоящая Кайярдэ ведь не самоубилась, я права?

– Не права: она как раз сама на себя руки наложила, когда почувствовала воздействие Булавки Подчинения и поняла, что станет пешкой в чужой игре. – Булавка! Так этот мистер Зло еще и бывшего оракула замочил, получается? Охохонюшки… а дело-то – труба. – Рогатая паршивка просто сбежала из собственного тела, подложив нам большую свинью. Эльзе пришлось срочно спасать ситуацию, призывая тебя.

– Значит, вы все-таки работали с ней вместе? С Эльзой. – Мне почему-то жизненно важно было узнать, что желтоглазка не сама это все затеяла, а из-за внушения архимага, хотя слова его указывали на обратное.

– Конечно! – белозубо ухмыльнулся князь, убивая надежду. Как же я сейчас мечтала эти самые зубы проредить… кто б знал! Но холод продолжал подниматься, тело постепенно коченело, и даже язык, к моему огромному сожалению, ворочался все хуже. – Но она свято уверена, что все делала в паре с Ильверой. Для того и изображала на публике, что у них конфликт. Кто заподозрит в сотрудничестве двух непримиримых соперниц? Ну а руководил заговорщицами, как я уже сказал ранее, папа нашей морской принцессы. Да, лапушка? – спросил он златовласку, и та, сокрушенно вздохнув, кивнула.

Она вела себя очень естественно, распознать внушение при подобной игре было сложно. Я так точно ни о чем не догадалась, а еще напарница оракула… эх!

– И что будет дальше? – спросила, сглотнув мешавший говорить ком. Не слезы меня душили, вовсе нет – мне безумно хотелось все крушить, а не рыдать. Но холод, господствующий внутри, уже добрался до горла.

– Дальше? Я стану владыкой. Единственным бессмертным правителем Дэримора, который не только начнет использовать артефакты по их назначению, а не хранить под замком, чтобы никому не навредили, но и закроет к ярлу все межмирные переходы, чтобы эти паразитирующие цивилизации не тянули магические силы Оз. А ты, девочка, снова умрешь. Тебе же не привыкать.

«Шла-а-анг! Караул!» – мысленно взвыла я, пытаясь достучаться хоть до кого-то. И хотя ментальную связь на расстоянии с пушистиками нам обеспечивала одна из косичек, коей сейчас с хвостом моим не было, я все равно надеялась на чудо. Он же оракул – вдруг озарение какое прилетит, что мы все скоро умрем?!

– Мнение Оз тебя совсем не интересует? – спросила сквозь силу. Голос не слушался, а глаза затянула белесая пелена.

– Отчего же? Я действую в ее интересах. А если тебя беспокоит моральная сторона вопроса… Сама подумай, с чего бы вдруг сердце Дэримора называли Обителью зла? – Аквагад расхохотался.

Смех его больно бил по ушам и по моему самолюбию. Сейчас, как никогда ранее, я ощущала себя никчемной недоучкой, которая слишком привыкла полагаться на авось. Вероника бы на моем месте точно что-нибудь придумала, а я… я… хреновая я фея, раз не могу выполнить свое самое заветное желание – выжить!