Глава 12

– Свободу, – отвечает Ваня на мой вопрос, чем ставит меня в тупик. – Я теряю свободу, свою холостяцкую независимость. – Какую такую свободу?! – вырывается из меня. – Я тут тебя зря что ли от бомжей и врагов отбивала? – обиженно смотрю на Ваню. – Ээ… – мямлит что-то Ваня. – Как комплименты говорить, на свидание звать, так я нужна, а как замуж, так свободу захотел? – Ну а что сразу-то жениться? – сопит Ваня, смотрит на меня с укором. – Я же так, по-дружески. – По какому такому дружески? Я девушка серьезная, просто так своими симпатиями не раскидываюсь! – Видишь ли… – начинает он, и я понимаю, что ни к чему хорошему это не приведет. – Стоп, выслушай меня, прошу, – останавливаю жестом и словом бомжа. – Мне очень нужно, чтобы ты на мне женился, фиктивно и один раз. – А если два раза, уже не прокатит? – хмыкает Ваня. – Не перебивай. Я должна получить в наследство квартиру, хорошую такую, дорогую. Мне она очень нужна, понимаешь? Я тоже по-своему бомж, у меня съёмное жилье, а наш домик под Москвой, на электричке три часа ехать. Не могу упустить такой шанс, а там условие, что я должна срочно выйти замуж. У меня времени в обрез, вот прямо срочно нужно штамп в паспорте и кольцо. – А что, других кандидатов нет? – вроде бы задумывается мой бомж. – Нет, а пока искать буду, время уйдет, – признаюсь ему. – Я как-то не встречалась последнее время ни с кем. – Насколько последнее? – прищуривается Ваня. – Очень последнее. – Да ладно! – смеется он. – Хочешь сказать, что у тебя нет мужчины и давно не было? Не поверю ни за что! – Не до этого мне было, – ворчу я, думая о том, что сказать всё это Ване было полной глупостью, сейчас начнет подкалывать. – Впрочем, разговор не об этом. Мне нужно выйти замуж, вступить в наследство, а через полгода разведемся. – Полгода? – вроде бы задумывается Ваня. – А брак, получается, будет фиктивный? – Ну да, а ты настоящий хотел? – возмущаюсь я. – Ну пару раз, а может и побольше, можно и по-настоящему, – хитро лыбится бомж. – Вот еще! – Тогда не согласен. – Ах ты какой! Помочь не хочешь! – Почему же не хочу? Я с удовольствием, причем с обоюдным. – Да не буду я с тобой спать! – И не надо, я не для этого тебя в постель тащу. – Всё, это разговор ни о чем, у меня рабочий день начинается, – фыркаю я, поворачиваясь к двери. – Ты подумай пока над моим предложением. – А что тут думать? Ты получаешь квартиру, а я удовольствие, – хмыкает Ваня. – Ну что ты за человек такой, я думала ты хороший… – пытаюсь зайти с другой стороны. – Я тебе денег дам. – Сколько? – заинтересовался бомж. – Ну не знаю, а сколько хочешь? – Пятьдесят процентов, всё поровну. – Да вот еще! Знаешь сколько эта квартира стоит? – Шестьдесят… – Да пошел ты! Выхожу из комнаты Вани, громко хлопнув дверью. Вот скотина какая, а? Мигом выгоду просек. А я полная идиотка, надеялась, что Ванечка поможет мне безвозмездно, даром, так сказать. Пора уже разбить свои розовые очки. Никто не помогает просто так, давно пора понять. Пока идет рабочий день, ломаю голову над своей проблемой. Немного отвлекаюсь только когда провожу занятия с группой детишек пяти и семи лет. Их у меня четверо, и занятия три раза в неделю. Убираем картавость, корректируем речь, использую упражнения на артикуляцию, развиваю их словарный запас, фонетику, провожу тесты. Мне и самой нравится заниматься с ребятками, видеть, как радостно горят их глазки, когда получается, как вспыхивают азартом и пониманием. После иду на обед, звоню маме, пока пью кофе и ем салат. Сегодня Тоня на физических занятиях, а это надолго. У дочки легкий синдром Литтля и проявляется в слабых ножках, ручки работают нормально. Немного страдает слух, но не критично, слуховой аппарат пока нам не рекомендуют. А в общем нормальный ребенок. После обеда у меня еще один прием, а затем захожу в ординаторскую, где все столпились около Марии Ивановны, что с мужем вернулись из Израиля. Они ездили туда по обмену опытом, смотрели пару клиник, и теперь Маша рассказывает всем, что там интересного. Мы как-то с ней сдружились с первых дней, когда Мария Ивановна ходила еще с тростью после аварии, где они чудом выжили с дочкой. Сейчас эта прекрасная женщина лишь слегка хромает, а муж ее у нас заведующий отделением. Красивая и любящая пара, которая прошла через многое. Приветствую всех, Маша кивает. Пока я ищу карточки больных, что нужны мне на завтра, краем уха слушаю разговор Галины Михайловны, Маши и еще пары медсестер. Мы всю документацию ведем на компьютере, но и карты у нас есть, как говорится, по старинке. – Саша, ты сильно занята? – спрашивает меня Маша, когда все расходятся по своим местам. – Нет, уже закончила, – поворачиваюсь к ней, сияя улыбкой. – Рада, что вы вернулись. – И я рада, – как-то странно смотрит на меня Мария. – А то тут такое у вас творится… – Ты про бомжа? – Какого бомжа? – хмурится Маша. – Нет, я по другому делу. Хочу спросить тебя прямо и надеюсь услышать правду. – О чем? – удивляюсь я. – Спрашивай, если что знаю, скажу. Надеюсь, это не чей-то секрет? – улыбаюсь, а Маша еще больше хмурится. – Уж не знаю, секрет это или нет, раз вся клиника про это уже говорит. – Ты меня пугаешь. – А что тут пугаться? Тем более если вины нет. Ответь мне, пожалуйста, на один вопрос: это правда, что Любимов изменяет Рите и с кем? – Что?! – мне кажется, что у меня глаза вылезают на лоб, а рот сам собой открывается. – Любимов изменяет?!