Глава 12

– Знаю, – заявил Дмитрий и начал по очереди переводить взгляд на каждого из присутствующих. Ну что же он тянет кота за причинное место и не называет имя? Если нагнетает обстановку, то зря. Здесь, кажется, у всех от нервного напряжения предынфарктное состояние. Даже я, точно ни в чём не виноватая, когда Дима посмотрел на меня, задержала дыхание и лишь после того, как его взгляд скользнул дальше, с облегчением выдохнула. Круг замкнулся на Алисе, и она единственная, кто смело встретился с глазами Доронина. Неужели у неё самая чистая совесть? Или же наоборот? – Алиса Игоревна, не желаете чистосердечно признаться, или мне самому на вас указать? – произнёс Доронин мягким, чуть насмешливым тоном. – Нет, не желаю, – кокетливо отозвалась девушка и попросила: – Дмитрий Вадимович, не томите, скажите, кто же из присутствующих вор? – Вы, Алиса Игоревна. Вор – это вы. – Я думала, вы всерьёз говорите, а оказывается, просто шутите, – воскликнула девушка и рассмеялась. – Когда я заподозрил хищение, первым делом составил список сотрудников, чья должность позволяла наживаться на махинациях, – Доронин, наконец, приступил к объяснению. – После я проверил расходы этих людей. Все, за исключением вас, Алиса Игоревна, жили по средствам и тратили ровно столько, сколько зарабатывали. Вы же за последние три года приобрели в собственность большую квартиру в новостройке, там же купили место на подземной стоянке и новый, далеко не дешёвый автомобиль. Если взять весь ваш совокупный доход за всю трудовую деятельность начиная с пятого курса университета, и предположить, что всё это время вы не ели, не пили, не ездили в отпуск и не одевались, вам бы всё равно не хватило этих денег. Значит, помимо официального дохода, у вас был ещё нелегальный источник. – Верно, – не стала отпираться Алиса. – И этот источник – близкий мне мужчина. Он женат и обеспечен, его подарки – это компенсация за отсутствие на моём пальце обручального кольца. Вот видите, Дмитрий Вадимович, как, оказывается, всё просто и невинно, а вы меня сразу записали в воровки. – Нет у вас никакого близкого мужчины, – брезгливо заметил Доронин. – И по расходам я лишь узнал, под кого в первую очередь следует копать. Должен признать, следы вы заметали умело, но всё же допустили ошибку. Чтобы не запутаться в махинациях, вы на своём домашнем ноутбуке вели чёрную бухгалтерию, аккуратно вводили в таблицу даты, суммы и прочую информацию. Вчера вечером я отправил вам на почту письмо, вы его открыли и тем самым пустили в ноутбук вирус. После под надуманным предлогом я попросил вас приехать ко мне в гостиницу, чтобы программист мог спокойно покопаться в вашей машине. Отпираться нет смысла. Все доказательства в папке. Будь я на месте Алисы, от стыда, наверняка вместе с креслом провалилась бы сквозь бетонный пол куда-нибудь в район фундамента и больше никогда оттуда не выползла. А она нет, сидит спокойная, даже непринуждённая улыбка не сходит с лица. – Да, я брала себе процент от нелегальных сделок, – ехидно выплюнула она. – Потому что больше всех здесь вкалываю и имею право на компенсацию. – Вот дрянь, – выплюнул директор филиала. – Пригрели змею… – Ладно, меня поймали. Бывает. Неприятно, но переживу. Максимум, что мне грозит – увольнение. Все ваши доказательства в папке – просто бумажки. Деньги я брала только с левых сделок, и поэтому вы будете помалкивать, иначе нарвётесь на грандиозную налоговую проверку, по итогам которой заплатите штрафов и пеней больше, чем я взяла. На этом моменте я забеспокоилась, неужели Алиса и правда выйдет сухой из воды? У меня нет желания её засадить, но пусть вернёт деньги! С надеждой смотрю на Дмитрия, ожидая его следующий ход. Лично мне в голову ничего не приходит, как забрать у этой хитрожопой свои деньги, но у Доронина должен быть план. Он же Доронин. – Вы правы, Алиса. Вернуть украденные деньги законным путём – дорого встанет. Да и хлопотно, – согласился Дима. – Поэтому я поступлю иначе. Продам твой долг за половину его стоимости чёрным коллекторам. Да, часть суммы я потеряю, но, как говорится, с паршивой овцы хоть шерсти клок. – Да вы что?! – Алису словно подменили, она вся затряслась и подскочила на ноги. – Они же с меня сдерут в четыре раза больше, чем я взяла?! Так нельзя. Вы знаете, какие у них методы?! Да они меня будут пытать паяльником и отрежут пальцы по одному, пока не верну деньги. А в четыре раза больше я им точно не верну, потому что у меня нет таких денег. – Возможно, – равнодушно подтвердил печальные перспективы девушки Дмитрий. – Зато они тебе голову не открутят. Трупы же долги не отдают. – Я вам всё верну. В течение месяца. Клянусь. Только, пожалуйста, не обращайтесь к этим чёрным коллекторам, – взмолилась Алиса. Доронин ненадолго задумался, а потом отрицательно мотнул головой: – Нет. С коллекторами быстрее и надёжнее… После отказа Димы с Алисой случилась истерика. Она надрывно плакала, умоляла и чуть ли не ползала перед ним на коленях… В какой-то момент я поняла, что уже сочувствую девушке. Ну да, она воровка, нахалка и приспособленка, но теперь же она согласна отдать деньги. Мне кажется, чёрные коллекторы, от которых она потом, скорее всего, никогда не отвяжется, даже для неё слишком жестокое наказание. Я достала телефон и начала набирать Доронину сообщение, чтобы прекращал издеваться и согласился взять долг у Алисы. Сказать это вслух при посторонних я не могла. У нас договорённость: при свидетелях мы не перечим друг другу. К счастью, сообщение не пришлось отправлять – Доронин дал Алисе время, чтобы собрать деньги и вернуть долг. Когда мы с Димой после этого жуткого совещания поехали в аэропорт, у меня от головной боли, на почве перенесённого стресса, буквально темнело в глазах. И лишь спустя двадцать минут поездки немного подействовало обезболивающее. – Ты когда узнал о растрате и в какой момент заподозрил Алису? – спросила я, потирая виски, которые всё ещё ныли. – Ещё до того, как мы приехали в филиал. Я всегда готовлюсь заранее, и тебе советую, – самодовольно отозвался Доронин и предложил: – Клади голову ко мне на колени, я помассирую тебе шею. Разгоню кровь, и боль сразу уйдёт. – Да у меня уже практически не болит, – соврала я. – А почему ты мне о подозрениях ничего не сказал? Всё это время я думала, что ты у Алиски на коротком поводке. Мы партнёры или как? – Тебе нельзя было говорить. Ты пока ещё не научилась в любой ситуации оставаться хладнокровной, твоя реакция нас сразу бы выдала. Алиса, заподозрив неладное, уничтожила бы все доказательства, и её махинации канули в Лету. – Если надо, я умею оставаться хладнокровной, – обиженно проворчала я. – Да ну? – усмехнулся Доронин. – Хочешь сказать, когда сегодня Алиса закатила концерт, надо признать, крайне талантливо, тебя не проняло, и ты её не пожалела? – Нет, – уже второй раз соврала я. – Ева, я видел твоё лицо, конечно, ты её пожалела. Тем не менее я был приятно удивлён, что ты не вмешалась. М-да. Отныне и навсегда. Тот факт, что я строчила Доронину сообщение насчёт Алисы, умрёт со мной. В здание аэропорта головная боль прошла окончательно. Я бодро шагала и улыбалась от мысли, что уже через несколько часов мы с Егоркой обнимемся. – А этот что здесь забыл? – прорычал Доронин, глядя куда-то вперёд. – Ты о ком? – уточнила я, потому что никого знакомого впереди не видела. – Фурсов Руслан стоит возле стоек регистрации. Это ты его позвала? – Нет, конечно. Зачем? Понятия не имею, что он здесь делает. Доронин, не сбавляя шаг, тяжко вздохнул. – Надо что-то решать с твоими поклонниками, – недовольно выплюнул он. – Срочно и кардинально. Иначе их количество с каждым днём будет только расти. Руслан, заметив нас, широко заулыбался и энергично махнул рукой в знак приветствия. Доронин же скривился, как от зубной боли, проворчал: «Надо глянуть на расписание рейсов» и потянул меня за руку в противоположную сторону, к табло. Будто это самое табло нельзя посмотреть в телефоне в онлайн-режиме на сайте. Однако увернуться от встречи с Фурсовым-младшим не удалось. Нисколько не смутившись нашей внезапной сменой направления, он сам к нам подошёл как ни в чём не бывало. – Вот так встреча, – воскликнул Руслан, протягивая Доронину руку. Я внутренне напряглась: если Дима откажется от рукопожатия, заведу его в тёмный угол и отпинаю… Руслан не только сын, но и первый заместитель важного для нас клиента, портить с ним отношения из-за каких-то невнятных личных претензий – даже не глупость, а злонамеренное вредительство бизнесу. – Да, мир тесен. Вы тоже куда-то летите или просто проходили мимо? – с нескрываемым раздражением произнёс Дмитрий, но всё же пожал руку Руслану. На мой взгляд, слишком сильно и долго, от напряжения у него аж вздулись вены. Руслан, впрочем, от Димы далеко не ушёл, тоже сжимал его ладонь как в последний раз. Ё-моё, и это взрослые состоявшиеся мужчины?! Одному около тридцати, другому под сорок, оба успешные люди, а детство в одном месте всё равно время от времени да играет… – У меня рейс. Лечу на пару дней в командировку на Дальний Восток, – пояснил Руслан, когда они с Дорониным, вдоволь намяв друг другу руки до хруста, наконец, расцепились. – А вы, как понимаю, домой? Жаль, что так скоро возвращаетесь, вы же ничего не успели посмотреть, – в этот момент парень перевёл взгляд на меня и очаровательно улыбнулся. – Но я надеюсь на скорую встречу. – Маловероятно, – резко отозвался Доронин. – Все вопросы решены, и в обозримом будущем поездка не планируется. Руслан не растерялся и, продолжая игриво смотреть на меня, ответил Диме: – Не проблема, я часто к вам летаю. В самолёте Доронин был мрачнее грозовой тучи. Всю дорогу он сидел с угрюмо-задумчивым видом и молчал, изредка бросая на меня испепеляющие взгляды. Чувствую, ничего хорошего в его голове не происходит, и одному Богу известно, что он надумает за эти несколько часов полёта. После рейса Доронин довёз меня до дома и проводил до квартиры. И хоть я его не приглашала, зачем-то сказал, что заходить не станет, потому как не хочет встречаться с Егоркой с пустыми руками, и пообещал навестить нас, когда заберёт заказанный им лыжный костюм с амуницией. Сыночек крепко обнимал и целовал меня после разлуки. Он улыбался, но в его глазах я всё равно увидела обиду. Тогда пообещала себе, что больше не разлучусь с ним так надолго. А если Дмитрий опять будет сильно настаивать на какой-нибудь командировке, возьму Егора с собой. И у сына с няней приключение, и у меня сердце на месте. На следующее утро в девять часов у меня начался обычный рутинно-сумасшедший день в офисе. Зато ближе к обеду меня ждал восхитительно-ароматный сюрприз. – Ева Николаевна, только посмотрите, какую красоту вам доставил курьер, – в мой кабинет вошла Инга с огромным букетом нежно-кремовых роз, из-за которого её саму почти не было видно. Я узнала секретаря по голосу. – Как ты его только держишь? – воскликнула я и быстро вышла из-за стола, чтобы помочь девушке. – Да я бы такие тяжести носила хоть каждый день, – ответила она и уткнулась лицом в лепестки. – Какой аромат, просто блаженство… – Да, – согласилась я, сделав то же самое с другой стороны букета. – Что это?! – раздался недовольный голос Доронина, который возник возле нас словно из ниоткуда. Высокий, широкоплечий, а передвигается бесшумно, как кошка. – Подарок для Евы Николаевны! Правда, красивый? – улыбнулась начальнику Инга, но тот лишь строго посмотрел на неё и, прежде чем я успела отреагировать, вынул из букета записку. Быстро её прочитал, сунул обратно и удалился в свой кабинет, предварительно с раздражением бросив. – В ближайший час меня не беспокоить, я занят. От громкого хлопка дверью кабинета Доронина мы с Ингой вздрогнули, но тут же снова отвлеклись на цветы. – Куда же тебя пристроить? Без воды ты завянешь, – ласково ворковала секретарь над букетом, словно он был живым и понимал её слова. – У нас есть большая ваза? – спросила я, доставая из букета карточку. – Есть, но недостаточно большая для такого великолепия, – ответила Инга и тут же предложила. – Сейчас свяжусь со складом, пусть принесут нам просторный вазон, в него точно поместится. – Буду очень признательна, – сказала я и широко улыбнулась, прочитав текст на карточке: «Через неделю собираюсь в ваши края. Рассчитываю на встречу. Руслан». Инга с воодушевлением принялась подрезать цветы. Я планировала ей помочь, но от Доронина пришло сообщение: «Срочно зайди!». Первым порывом было ответить: «Если так срочно, почему сам не зайдёшь? Мой кабинет в пяти метрах от твоего!», но я передумала. Нужно знать, когда можно тигра дёргать за усы, а когда лучше почесать его за ушком. – Вызывал? Вот и я, – бросила я, заходя в его кабинет. – Присаживайся, – кивнул он на кресло, а когда я устроилась, поинтересовался. – Как продвигается твой развод? Долго ещё, или уже приближаетесь к финишной прямой? – Где-то посередине пути. Андрей затягивает процесс, рассчитывает хоть что-нибудь с меня содрать. Но ему достанется только его же машина, это единственное, что было приобретено в браке. И пусть подавится, мне плевать. А всё остальное моё имущество оформлено на папу или приобретено до брака. Так что будущий бывший муж в серьёзном пролёте. А почему ты спросил? – Я подключу к твоему разводу своего юриста, он ускорит процесс, – заявил Доронин, пропустив мой вопрос мимо ушей. – Надо, чтобы вас развели как можно быстрее. – Кому надо и для чего?! – Помнишь, ты рассказывала, как твой крёстный предлагал тебе брак? – Дмитрий заговорил о своём, вновь нагло проигнорировав мой вопрос. – Конечно, помню. И что? Это тут при чём?! – При том, что твой крёстный – человек умный, проницательный, с богатым жизненным опытом. Он с ходу просчитал все выгоды. – Согласна, замечательный у него был расчёт, – недовольно фыркнула я. – И фирму ему практически даром, и замуж я должна была за него выйти, и главный бонус – родить ребёнка. Неплохой аппетит у старого хрена. Не крёстный отец, а отчим из преисподней. Дима, к чему ты ведёшь? Прекращай выглядывать из-за угла, говори уже прямо. Доронин выдержал паузу, после чего будничным тоном выдал: – Нам надо пожениться. – А?! – выдохнула я, чувствуя, как глаза полезли на лоб, а челюсть отвисла до колен. Она бы и до пола достала, если бы я не сидела. Мозг лихорадочно пытался переварить услышанное. Пожениться? С Дорониным? Или он говорит о ком-то другом? О крёстном, что ли? Да, нет, тоже бред… – Ты не ослышалась. Мы должны пожениться – спокойно повторил Дима. – Это необходимо для дела. Я наконец-то закрыла рот и шумно сглотнула. – А ты, случаем, ничего не забыл? Например, то, что ты уже женат?! А многожёнство в нашей стране, вообще-то, запрещено законом. Или ты решил провернуть гениальную схему: фиктивно развестись с Еленой, чтобы быстренько сбегать со мной в загс? Не знаю, насколько у вас с Леной доверительные отношения, но уверена, предложи ты ей такое, она тут же огреет тебя сковородкой по голове. И будет абсолютно права. Так что, Дмитрий Вадимович, притормози коней… – Ева, я не женат! – резко остановил мой словесный поток Доронин. – Мы с Леной развелись два года назад. Твой отец об этом знал, я думал, ты тоже в курсе. Неужели он тебе не говорил? – теперь пришла очередь Дмитрия удивляться. – Нет, не говорил, – ошеломлённо выдохнула я. – Может, и упоминал, да ты просто забыла. Ага, как же. Конечно же, нет. Я скорее забыла бы своё имя, сколько мне лет и адрес прописки, чем известие о разводе Доронина! – Странно, – пробормотала я, – О вашей с Еленой свадьбе трубили по всему интернету, а о разводе не написали ни слова. Я регулярно просматриваю новостные сайты, не пропустила бы. Да и она же совсем недавно была у тебя в офисе, вы так мило общались… – Ева, ты сейчас что пытаешься сказать? Что у меня с головой плохо? И развод с Еленой мне привиделся? Мы развелись. Тихо, мирно, без скандала по обоюдному согласию. И да, мы до сих пор общаемся. Мы остались друзьями, и я финансирую большинство её проектов. Не все пары после развода поливают друг друга грязью и лаются как собаки. Нам с Леной удалось сохранить хорошие отношения. Он не женат! И все мои терзания, и муки совести перед Леной из-за чувств к Дмитрию были напрасными?! Он не женат. И он хочет жениться на мне. Да я была готова полжизни отдать за такое. Боже мой, мне что-то нехорошо. Голова кружится. Нужно умыться холодной водой и глотнуть свежего воздуха… – Ева, ты куда? Мы ещё не закончили, – возмутился Доронин, когда я поднялась с кресла и направилась к выходу из кабинета. – Я забыла принять лекарство, а там строго по расписанию. Выпью и сразу вернусь.