Глава 50

*** Юрий ***

Волки собрались на сабантуй.

Желания находится здесь у меня нет. Впрочем, у меня и в депутаты желания идти нет.

Работал бы себе и дальше, приводил в порядок приюты, находил работу парням и девкам.

Но нет, ничего в этой стране не изменится, если не начать что-то делать самому.

Пока такие, как педофил Андронов будут у руля, пока будут кидаться денежной пылью в глаза, дети будут вырастать такими уродами, как я.

Насилие стало нормой.

До сих пор простить себе не могу, что в очередной раз чуть не ударил Меллису, но она просто доводит порой до белой горячки.

И о чем интересно она с Андроновым болтает?

Ему-то явно нет дела до ее титек, выпирающих, из-под слишком блядского светлого платья. Положился, называется на Риту. Она была заведующей в салоне Нарцисс, в котором мы с Лисой приводили себя в порядок.

— Костик, — остановил я за руку еще одного молодожена. И Лицо у него было повеселее моего. Здесь все веселились, кроме нас с рыжей, даже Юля и та рада, что наконец пристроена и больше не надо думать кому отсосать, чтобы улучшить уровень жизни. Слесарь у меня нормально получает.

— Дойди до Андронова с Лиссой, — попросил я негромко, но твердо. Сразу дал понять, что это не услуга, а приказ. — Уши погрей.

Тот кивнул, нашел взглядом жену и отправился на задание. Пил шампанское недалеко от парочки и рассматривал ночную темень за окном.

Я дошел до Кабана. Он привел с собой ту самую телку из клуба. С огромными глазами оленя. Она уже была не столь зажатой. Даже, я сказал бы, расцвела. Деньги или любовь?

— Ну что молодожен? Готов к брачной ночи? — к этому разве можно быть неготовым? Я ухмыльнулся, показывая свои мысли и Кабан заржал: — Я даже не сомневался. Вы еще в детдоме, как сцепленные собаки ходили.

— Ты я смотрю по моим стопам пошел? — перевел я тему. — Когда свадьба?

— Не надо пока, — шутливо перекрестился Кабан. — Я, ты знаешь, в эту кабалу только по залету.

Он снова заржал и девушка его, Полина кажется, неловко улыбнулась и еле заметно погладила этого зверя по руке.

Мне даже присвистнуть захотелось. Кажется, действительно любовь. Такого, как кабан сложно полюбить.

Если я хоть иногда проявляю нежность, то кабан груб как… кабан… Когда я сел в тюрьму, он выпустился из детдома и где-то затерялся. Оказывается участвовал в подпольных боях, где ему так хорошо помяли бока и разукрасили лицо.

Его, когда-то симпатичная рожа превратилась в кусок мяса. Одного глаза почти не было, а нос сломан столько раз, сколько я Лисску не трахал.

И если эта светлая малышка смогла полюбить такого как Кабан, ну что ж. Тогда еще можно поверить в это светлое чувство, так обожествляемое поэтами.

Впрочем, судя по эротическим заметкам Пушкина, они скорее всего просто зарабатывали деньги на высокой поэзии. Забавно, что в современном мире его литература с еб**ей и пез**ами была бы востребованней Онегина с его Таней, которая так и не дала.

В тюрьме нечем было заняться, когда заканчивалась работа или после того, как отбился от очередного педераста.

Приходилось читать, что было. И почему-то была только долбанная поэзия.

От нее просто тошнило.

А вот интересно, сможет ли меня полюбить Лисса. Снова. Как раньше.

Может быть этот брак не такая плохая штука?

Не надо будет искать, кому присунуть по вечерам, да и малого можно заделать. Потом как-нибудь

Обернулся и стал искать ее взглядом. Может быть пойти и прямо сейчас стрельнуть спермой в дырку и потом смотреть, как растет живот.

Брови сошлись на переносице, а губы недовольно сжались, когда я понял что в гостиной ее нет.

И где она?

Ни ее, ни Андронова, ни Костика.